Ночной кошмар для ведьмы
Работники питомника хорошо меня знают и разрешают находиться сколько угодно. Говорят, после общения со мной животные становятся послушными, весело играют и с аппетитом едят корм.
— Здравствуй, Дашенька, — расплылся в улыбке светловолосый парень, который однажды приглашал меня на свидание.
Тогда я отказалась, полностью погружённая в учёбу. Теперь, наверное, согласилась бы, но Елисей больше не делал попыток.
— Здравствуй. Как тут ваши питомцы?
— Всё хорошо. Только заскучали без тебя. Особенно Авалон. Смотрит на дверь и жалобно мяукает.
Авалон — очень красивый и своенравный кот египетской породы. Я бы забрала его, но животным нужен постоянный уход, а я собиралась сутками пропадать в больнице и не имела права обрекать питомца на одиночество.
Я взяла пятнистого красавца на руки, и он уткнулся носом мне в шею, подтверждая слова Елисея.
Говорят, кошки видят больше, чем люди и другие животные, и способны отгонять злых духов. Интересно, смог бы Авалон прогнать демона, если бы тот снова заявился ко мне?
Соблазн проверить был огромен, но я не стала подвергать котика опасности. Лучше зайду в лавку к Зире и прикуплю пару атрибутов, чтобы опечатать территорию от непрошеных гостей.
Конечно, тогда ко мне не сможет прийти Даяна с Самаэлем. Но они и так не приходят: Максим строго следит за безопасностью своей семьи.
— Даш, я тут подумал… — почесал затылок Елисей, и его щёки залились румянцем. — Если ты свободна на выходных, мы могли бы сходить куда-нибудь. В кино, например. Или в цирк. Но если занята, то я…
— Я не занята. Дай ручку и листок, напишу свой номер.
Лицо парня озарилось счастьем. Он мгновенно отыскал всё необходимое, пока я чесала Авалона за ушком, приводя эмоциональное состояние в норму.
Что же всё-таки произошло? Кто этот Денис, и за что он так жестоко поступил со мной? А Клавдия?
Это не было плодом воображения: на руке чуть ниже локтя остались следы от её пальцев.
— Я обязательно позвоню, — с улыбкой пообещал Елисей, сжимая листок с номером как нечто ценное.
И, что скрывать, мне это было безумно приятно.
— Ладно, мне пора. Завтра на работу, нужно хорошенько выспаться.
Я поцеловала Авалона в макушку и вернула на место. Кот недовольно зафырчал, но коготки не выпустил, покорно принимая участь.
Дома меня встретила пустая квартира и уже приевшийся запах восточных пряностей. Я быстро скинула обувь, достала приобретённые у Зиры амулеты и разложила по углам мешочки с заговорёнными травами.
Из-за контроля департамента лавка Зиры терпит убытки, и там сейчас сложно найти что-то по-настоящему сильное. Но женщина заверила: с нечистью низших видов это поможет.
Какого вида мой демон и сунется ли он ещё когда-нибудь, я не знала. Но сидеть сложа руки не могла: элементарно боялась повторения.
К тому же эта странная ситуация в больнице…
Я ведь чувствовала эмоции той женщины. Они были неподдельными. И запах смертельной болезни ощущался очень чётко — неприятная примесь гнили и плесени.
Такое бывает, когда на человека воздействовали чёрной магией. Но ведьм, обладающих подобной силой, почти не осталось. А те, кто жив, под контролем департамента. Вряд ли они стали бы так рисковать.
Я забралась на кровать с ногами, прихватив конспекты, чтобы завтра не ударить в грязь лицом. Но телефонный звонок отвлёк.
— Привет, подруга! Не отвлекаю? — спросила Даяна.
Я не сдержала улыбку, услышав в трубке помимо голоса девушки ещё и бормотание Самаэля.
— Привет, мои дорогие. Нет, не отвлекаешь. Я дома.
— Как это дома? Что случилось?
— Всё нормально. Во всяком случае, пока. Меня сегодня чуть не выперли из больницы, — выдохнула я.
— За что? Пришла и вылечила за полчаса всех больных, лишив работы медперсонал? — пошутила демоница, явно желая поднять настроение.
— Нет, конечно. Но…
— Даша, надеюсь, ты не пошла на поводу у своего доброго сердечка и не нарушила правила? — понизила она голос почти до шёпота.
— Нет! Я просто… не совсем понимаю, что происходит. Какая-то чертовщина!
— Так! Без паники! Я главный эксперт по чертовщине. Выкладывай, в чём дело, — тоном гроссмейстера выдала подруга. — Елена! Возьмите, пожалуйста, Самаэля, у меня важный разговор! — крикнула она домработнице. — Всё, говори.
— Да я не знаю, что рассказывать. Утром в больнице я общалась с людьми, которых там быть не могло.
— Не понимаю…
— Женщина просила помочь её умирающей дочери. Врач сказал, что она не в себе и её дочь умерла два года назад. А потом…
— А потом что?
— А потом выяснилось, что врача с таким именем в больнице нет. Как и пациентки. Но я видела их. Разговаривала с ними! Ощущала запах смерти. А на руках остались синяки от пальцев Клавдии. И она откуда-то знала о моих способностях.
— Я, конечно, догадываюсь, что ты вряд ли послушаешь совета, но всё же скажу: лучше оставь эту затею. Максим говорит, участились случаи кровавых обрядов и жертвоприношений. В департаменте хаос. Существам, отличным от людей, лучше сидеть тихо.
— Помнится, я тоже просила тебя быть осторожной и не торговать своим телом. Но ты не пошла на поводу у страха.
— Во-первых, страха не было. А во-вторых, я нисколько не жалею: сейчас я очень счастлива.
— Я тоже хочу быть счастливой, Дая. Помогать людям — моё предназначение. Без этого я чахну.
— Я понимаю, Даш. И всегда поддержу. Просто будь осторожна. Заметишь что-то странное — сразу звони мне или Максиму.
— Спасибо. Поцелуй от меня Самаэля.
— Ладно. Пока-пока!
Я отложила телефон и вытянулась на кровати, закрыв глаза.
Мысли в голову лезли разные, но думать о плохом не стоило. По сути, ничего страшного не произошло. Ну не считая того, что начальник решил, будто я чокнутая или бессовестная лгунья.
И ещё этот Денис…
Мне будто проблем с демоном было мало. И так казалось, что кусок жизни нещадно вырван из памяти. Будто происходило что-то очень важное, но я не могла вспомнить что, постоянно возвращаясь лишь к эротическим снам. Спустя полтора года они возобновились. И я не могла сказать, рада этому или нет.
Возвращаясь к Денису…
Как ни старалась, не получалось выбросить его из головы. Мужчина нереально красив и сексуален, но энергетика непонятная, обжигающая. Это сбивало с толку. Но я обязательно докопаюсь до истины.
Завтра же поспрашиваю у молоденьких медсестричек, не знакомы ли они с высоким красавчиком атлетического телосложения, который разгуливает по больнице и выдаёт себя за врача.
Глава 5. Дарткан
Двумя годами ранее…
Впитывать эмоции белой маленькой ведьмочки невыносимо приятно. Цветочный аромат её кожи ласкает рецепторы и безумно возбуждает.
Такая чистая… Нежная и красивая, словно ангел.
По правилам мне, как демону, стоило бы побыстрее покинуть квартиру, в которую я переместился по следам строптивой дочери Ценарда. Но так уж заложено в нашей природе: всё доброе и чистое хочется немедленно осквернить, сломать и затащить в пучину порока.
— Что… что тебе нужно? — испуганно прошептала девушка, забившись в угол крохотной прихожей.
Похоже, прежде она не видела демонов в истинном обличье. И это меня радовало. Я наслаждался её страхом, упивался превосходством и постепенно начинал терять голову от возбуждения.
Даяны в квартире уже не было. И вряд ли принцесса вернётся сюда в ближайшем будущем. Но её местоположение сейчас волновало меня меньше всего.
Я хотел подчинить своей воле красивую блондиночку. Использовать тело. Забрать душу.
— Иди ко мне, — подозвал я пальцем.
Девушка, широко распахнув глаза, легко подчинилась. Её тело колотило, по щекам текли слёзы. Но мало кто способен противостоять демону-инкубу.
Я редко применяю свой дар: по сути, он мне не нужен. Любая особь женского пола готова раздвинуть передо мной ноги. Но сейчас не хотелось тратить на соблазнение ни минуты.
К тому же мнение, что подобные мне только и занимаются соблазнением, ошибочно. Раньше — да. Но спустя много столетий всё изменилось. Мир изменился. Однако сейчас я ничего не мог с собой поделать и возвращался к истокам.
— Пожалуйста… — мотая головой, взмолилась блондиночка.
Её страдания не трогали. Как и муки совести.
Я подхватил её под попу и усадил на комод, задирая подол халата. Хотелось порвать тряпки в клочья, но тогда останутся улики. А это ни к чему.
Девчонка, возможно, что-то и запомнит, но не будет уверена наверняка. И я не расстроюсь, если самый лучший секс в её жизни не отложится в памяти.
Я провёл пальцами по гладкой, словно шёлк, коже и стиснул зубы от желания, плескавшегося в венах подобно раскалённой лаве.
Давно я не испытывал такую яростную жажду женского тела. Это будило во мне всё самое тёмное.
Коснулся языком шеи и едва сдержал стон.
Дьявол, какая же сладкая…
Расстегнул молнию на халате и залюбовался красивой округлой грудью с тёмными сосками. На контрасте со светлой кожей они выглядели неестественно, но мне нравилось. Очень.
Сжал ладонями аппетитные холмики, и девушка измученно застонала, истекая соками желания.
Моя жертва уже ничего не соображала и не думала ни о чём, кроме секса. Поэтому я принял человеческий облик, чтобы попросту не разорвать её на части.
Тело блондинки полностью подчинилось мне, остро реагировало на каждое прикосновение. Но сознание ещё боролось, держало на поводке, не давая полностью отдаться страсти.
Будь на её месте обычная человечка, уже растеклась бы бесформенной массой у моих ног. Из которой я с упоением слепил бы всё что угодно, нагло и безжалостно пользуя покорное тело.
Я отстранился, отошёл на полшага назад, чтобы ещё раз насладиться зрелищем.
— Как тебя зовут? — вкрадчиво спросил, глядя в наполненные страхом глаза.
— Да… Даша… — сипло выдохнула она, облизав пересохшие губы.
— Я желаю тебя, Даша. И я тебя получу, — уверенно заявил я.
Из глаз девчонки снова полились слёзы.
Такая беспомощная… Но от неё исходила неведомая ранее сила. Это притягивало, заставляло переступить через черту, наплевать на запрет применять способности по отношению к жителям тёмной стороны.
С людьми проще: они и без принуждения готовы трахаться сутками. Достаточно сменить облик и продемонстрировать набитый кошелёк.
С демоницами проблем нет: чары на них не действуют, но они и сами готовы на всё.
А ведьмы…
Ведьм в моей постели никогда не было. Не потому, что я чту законы. Просто на пути не встречалась та, которую я захотел бы поиметь.
Чёрная магия, в каком бы количестве её ни использовали, оставляет след и имеет характерный неприятный запах. Многие скажут, что демонический аромат не лучше. Но я не согласен.
Никто из моих собратьев не захочет связывать жизнь с ведьмой: эти женщины коварны и властолюбивы. А демоны не домашние зверушки, чтобы подчиняться и вилять хвостом.
— Нет… — всхлипнула Даша, когда я отодвинул ткань белоснежных трусиков, открывая взору нежно-розовую промежность, поблёскивающую от соков возбуждения.
— Да! — ответил я, проводя пальцем по влажным лепесткам и набухшему клитору.
Она запрокинула голову и громко застонала, окончательно сдаваясь. Тело расслабилось и подало навстречу моим ласкам.
Но я не был намерен дарить удовольствие. Я хотел получить кайф сам.
Спустил штаны, подвинул к себе девушку за попу и резко вошёл без промедлений. Терпеть уже не было сил.
Даша вскрикнула, вцепилась ноготками в плечи, но не пыталась отстраниться. Напротив, двигалась навстречу, радушно принимая меня.
Теснота её тела плотно сжимала член, усиливая наслаждение в разы. Если бы не чары, она бы, наверное, рыдала от боли: для первого раза я брал её слишком грубо. Но у меня не было ни малейшего желания останавливаться или сбавлять темп.
Цветочный аромат становился насыщеннее, переплетаясь с запахом секса и девственной крови. Мне нравилось это сочетание. И то, как смотрела на меня белая ведьмочка: в глазах больше не было страха или сомнений. Там искрилась страсть, животная жажда отдаться без остатка.
Это наивысшая степень блаженства.
Внутри разгорался пожар, языки пламени рвались наружу, но я гасил их, чтобы не спалить любовницу. А от неё начинало исходить белое свечение.
Моё тёмное нутро столкнулось с её светлым. И отторжения не произошло.
Души переплелись в танце страсти. Впервые я не был уверен, что тёмная сторона одержит верх. Внутри стало… до тошноты прекрасно. И это напрягло.
Девчонка нещадно тушила мой огонь, заполняла душу положительными эмоциями и добротой. Это окончательно вывело меня из себя.
Я схватил Дашу за шею, сжал пальцы, почти лишая кислорода, и начал вколачиваться с ещё большим напором.
Фокусы белой ведьмы мне нахрен не сдались. Как и её нежность и уж тем более любовь. Мне нужно только тело. Пусть в её глазах лучше будет страх.
Но страха я не увидел. Лишь этот чёртов свет, которым маленькая гадина поглощала меня, стирала демоническую сущность, заполняя нутро мерзкой любовью ко всему живому.
Видимо, девчонка не так слаба, как показалось вначале. Я в очередной раз убедился: в общении с ведьмой нельзя верить ни глазам, ни ушам, ни даже обонянию. Эти суки способны на очень многое.
Не зря именно их в прошлом работники «скотобойни» сочли самыми опасными для человечества. Чем, кстати, обидели добрую половину демонического мира с Ценардом во главе.
Терпеть это стало невыносимо. Я оттолкнул ведьму, вновь принимая естественный облик.
Девушка пришла в себя и с диким криком соскочила с комода, на ходу запахивая халат.
— Убирайся в ад, мерзкая тварь! И больше никогда не смей прикасаться ко мне! — зашипела она, подобно дикой кошке.
Теперь в её глазах полыхал огонь. Схожий по своей тёмной натуре с моим.
Красивая, сука… Всё равно словно невинный, нетронутый грехом ангел.
— Я потушу в тебе этот свет, ведьма. Заставлю подчиниться моей тьме. Убью всё доброе и хорошее в твоей душе, — уверенно заявил я.
Послал воздушный поцелуй и нырнул в огненную воронку, чтобы вернуться домой и окончательно избавиться от этого мерзкого, липкого чувства доброты.
Глава 6. Дарткан
Брачный союз с принцессой принесёт много выгоды, но я всё не мог приблизиться к ней из-за вони, которую хранило её тело.
Ревность мне несвойственна. Но почему-то неимоверно злило, что я — Дарткан, демон-инкуб — должен подбирать объедки вонючего пса.
Впервые я брезговал женщиной, которая спала с другим. И дело не в Даяне: несмотря на красоту, мне, по сути, на неё плевать. Она для меня — вещь, инструмент, благодаря которому со временем я приду к власти и переделаю Красный мир по своему усмотрению.
— Господин, я уверен на все сто процентов. Внутри принцессы семя оборотня, — покорно склонив голову, сообщил целитель.
Я стиснул кулаки.
— Ты получишь награду, Аланар. Но не забывай: язык держи за зубами. И достань снадобье, чтобы избавить принцессу от такого позора.
Мужчина кивнул и испарился. А мне захотелось разнести всё вокруг. Долго и мучительно выжигать жизнь из этого волка. Но ему и так несладко в темнице среднего яруса. Огонь преисподней жжёт нещадно, превращая минуты в долгие мучительные часы агонии.
Благодаря обряду Даяны этот Максим ещё долго будет болтаться между жизнью и смертью. И я обязательно сообщу волку радостную новость о зародыше, которому не суждено родиться. Тем самым усилив его страдания.
Только сейчас у меня были дела важнее. Нужно навестить белую ведьмочку и оживить её ангельский сон ярко-алыми красками.
Я не знал, запомнила ли Даша, что между нами произошло. Но был уверен: она с ужасом и в то же время с трепетом ждёт момента, когда сознание снова погрузится в сон.
Ведьма и понятия не имеет, что все её сны с моим участием — реальность. Что она страстно отдаётся мне наяву. Что целует уста той самой твари, которую ненавидит и презирает. Но втайне от самой себя безумно желает, успокаивая совесть тем, что во сне можно всё. И что об этой грязной тайне никто не узнает.
Да, никто не узнает. Пока я сам не захочу прекратить эту безумно приятную и возбуждающую игру.
Белокурые волосы эротично разметались по подушке. Тело расслаблено. На ангельском личике — лёгкая улыбка.
Наверное, ей снились розовые единороги. Но я намеревался как можно скорее сменить эти кадры на более горячие и развратные.
Несколько минут ушло на то, чтобы сконцентрироваться и окутать тело Даши иллюзорным коконом: неожиданное пробуждение могло испортить веселье.
Когда все условия были созданы, я навис над спящей девушкой.
Дьявол…
Какая же красивая…
Кукольное личико, пухлые алые губки. Глаза, ярко-зелёные, сейчас спрятаны под пушистым веером чёрных ресниц. Кожа белая, без единого намёка на загар. Это сводило с ума.
Будто я каждый раз касался чего-то запретного. Того, на что мне — твари из демонического мира — нельзя даже смотреть. Но я не только смотрел. Я жадно исследовал каждый миллиметр сексуального тела руками, языком и, конечно же, членом.
Даша приобретала со мной опыт, о котором её чистое сознание даже не догадывается. И пока я не наиграюсь, никто не коснётся ведьмочки и пальцем. А потом пусть сама оправдывается перед будущим женихом, почему её дырочки оказались пользованными.
Я коснулся губами щёк, подбородка, медленно спустился к шее. Девушка сладко застонала, источая запах дикого желания. Провёл пальцами по промежности — они утонули во влаге. А я ведь только начал.
Очень страстная и отзывчивая девочка. Многие демоницы могли бы ей позавидовать.
— Ты пришёл… — прошептала она, распахивая глаза и обвивая ногами мои бёдра.
— Ты ждала меня? — поинтересовался я, уверенный, что, конечно, ждала.
Ощутив хотя бы крохотную долю силы инкуба, женщина уже не способна от неё отказаться. Это как сильный наркотик: с каждым разом хочется всё больше, а без него начинается болезненная ломка.
Мой дар относится к запрещённым. Но я готов тысячу лет гореть в адском пламени ради того, что происходило сейчас.
Конечно, Даша получала нереально большую дозу. Мне стоило бы быть осторожнее. Но иначе её сознание не затуманить: девушка начинала сопротивляться. А выпускать наружу её белую ведьмовскую сущность я больше не собирался.
— Не ждала, — ответила она и потянулась за поцелуем.
Я отстранился, решив растянуть сладкое ожидание.
— Но безумно скучала.
— Тогда обласкай меня. Покажи степень своей тоски, цветочек.
Я выпрямился на коленях, и девушка, словно послушная кошечка, подползла ближе.
Собрал её волосы в кулак и толкнулся членом в приоткрытые губы, закатывая глаза от наслаждения.
Опыта у ведьмочки маловато, но делала она всё так нежно и усердно, что крышу сносило. Я задрал край сорочки до поясницы и пару раз шлёпнул по аппетитной заднице, погружаясь в рот Даши по основание.
Нырнул пальцем в тугое колечко и почувствовал, как её тело задрожало от предвкушения более смелых действий.
Сделал ещё несколько толчков, вытащил член и провёл головкой по влажным опухшим губкам. Затем грубо потянул за волосы, заставляя лечь на спину.
Мне нравился кайф от прикосновений к ней. Но в то же время я ненавидел ведьму за странную власть над собой. За то, что не мог остановиться, не мог перестать приходить чуть ли не каждую ночь.
Я широко развёл стройные ножки и резко вошёл в сладкое лоно, выбивая из груди девушки громкий стон.
Я должен упиваться превосходством. Должен чувствовать гордость за то, что так легко и беспринципно использую милое существо, созданное светом. Но мерзкое чувство вины давило, заставляло ощущать себя ничтожеством. И я вколачивался в тело Даши со звериной яростью, желая выжечь из души подобные мысли.
Впервые я был сбит с толку тем, что чувство собственного достоинства трещало по швам. Эта девчонка отдавалась мне не потому, что хотела. А потому что я заставлял её с помощью магии.
Меня терзало то, что, ослабь я хоть на немного этот грёбаный кокон, она бы брезгливо скривила нос и начала вырываться, царапаться, кричать, проклиная мерзкую тварь.
Раньше меня не заботило, что обо мне думает та или иная женщина. Не волновало, какими словами проклинает после того, как я исчезаю, получив желаемое. Но Даша…
Ведьма, одним словом!
— Почему я не вижу твоего лица… — неожиданно спросила она, когда я покрывал её живот семенем.
Такую вольность я позволил себе впервые. Следы спермы останутся, как и ни с чем не сравнимый запах на коже. Но мне вдруг захотелось, чтобы утром, проснувшись, Даша поняла, кому принадлежит. Чтобы боялась засыпать, но в то же время трепетно ждала моего прихода. Понимая, что именно я могу ей дать.
— Потому что неважно, как я выгляжу. Важно, что ты моя, цветочек.
В глазах Даши начало появляться осознание. Я широко улыбнулся, подмигнул девчонке, которая через несколько минут придёт в себя, и испарился в огненной дымке.
Глава 7. Даша
Открыв глаза, я минут пятнадцать пялилась в потолок, не понимая: проснулась или нет.
Это странное чувство преследовало уже давно. Однокурсники смеялись и предполагали, что я витаю в облаках из-за кавалера. Преподаватели недовольно качали головой, ставя очередной неуд. А на работе в кафе всё буквально валилось из рук.
Обычно во сне силы восстанавливаются. Я же, напротив, утром чувствовала себя так, будто из меня выкачали все соки — и физические, и моральные.
Возможно, я просто переживала за Даяну: уже больше месяца от неё не было вестей. С тех пор как она в компании матери и двух демонов-проводников появилась в квартире и забрала сумочку. Тогда подруга была скупа на эмоции и явно не жаждала общения, выдавив лишь короткое «спасибо».
Искренне надеюсь, что у неё всё хорошо. Чего нельзя сказать обо мне.
Этот демон…
Я никак не могла выбросить его из головы. Я должна ненавидеть его за то, что так нагло и жестоко воспользовался мной. Хотя чего ожидать от подобного существа? Но даже для демона врываться без приглашения в чужой дом и насиловать испуганную невинную девушку — слишком.
Тело невыносимо ломило. Я не могла найти силы, чтобы подняться и принять душ. Такое чувство, что, как только засыпаю, кровать превращается в огненную воронку, в которой я варюсь, не имея возможности проснуться.
Но сегодня что-то изменилось.
Запах…
Он стал более насыщенным и резким. Я буквально пропиталась этим смрадом пряностей и специй. Воздух в квартире душный и спёртый. Всё вокруг насквозь провоняло развратом и похотью. А по телу, несмотря на усталость, гуляли электрические заряды возбуждения.
Промежность пульсировала, словно совсем недавно её лишили самого сладкого, самого желанного…
— Великая Геката… — прошептала я, осознавая, что же произошло. И что происходило на протяжении нескольких недель.
Я вскочила с постели и с диким рёвом понеслась в ванную. Встала под душ, включила ледяную воду и, схватив мочалку, яростно начала тереть тело грубой стороной, пытаясь смыть с себя эту мерзость.
Какая же тварь…
Какая жестокая и бездушная тварь!
Истерика не прекращалась, как и слёзы. Чувствовать, что тебя так подло использовали, оказалось невыносимо больно.
Лучше бы он приходил и жестоко насиловал, чем это.
— Нет! Нет! Не-е-ет! — я цеплялась пальцами в волосы и тянула их в стороны до боли.
Перед глазами мелькали картинки моих развратных снов.
Это были не сны!
Этот кошмар творился наяву. Я наяву всё это позволяла. Всё это делала собственными руками… губами…
Впервые в жизни мне хотелось мести. Хотелось причинить боль, отомстить за обиду. Забыв, что обнажена, я бросилась к шкафу.
Злобно вытряхнула вещи на пол, добралась до задней стенки нижнего ящика, толкнула тонкую перегородку. Внутри — запасы матери, отданные мне на хранение на всякий случай.
Состав атрибутов небольшой: травы, бутылочки со снадобьями, пара амулетов, пропитанных кровью.
Вряд ли что-то из этого способно прикончить демоническую тварь. Но лишить его власти надо мной — поможет.
Я могла бы провести ритуалы прямо сейчас. Но мне хотелось посмотреть ему в глаза, когда он в очередной раз явится в мою квартиру и не сможет больше использовать меня. Я изгоню его и опечатаю квартиру от возникновения порталов и прочей мерзости, связанной с демонами.
А потом найду способ защитить не только дом, но и своё тело от посягательств этого гада.
— Лавочка интим-услуг прикрыта, демонюга! — ехидно усмехнулась я, разминая в ступке нужные травы.
Глава 8. Дарткан
— Вы звали меня, Владыка? — спросил, входя в кабинет.
По виду Ценарда сразу стало ясно: он зол. И виноват в этом именно я.
— Звал. Проходи, — указал он на место подле себя.
Обычно я сижу на диванчике, но сегодня, видимо, придётся выслушивать стоя. Это не сулило ничего хорошего.