– Нет, мы не можем, – продолжаю сопротивляться. Кажется, что наша борьба может продолжаться вечно. Если честно, это чертовски интересно. С Джастином у нас все было по расписанию. Скучно. Пресно. Без новшеств и энтузиазма.
А с Викингом…само предвкушение близости заставляет балансировать на грани оргазма.
– Ты уже взрослая девочка. Твои слова? – бархатистый тон его голоса вновь заполняет мой разум.
– Я не сплю с женатыми мужчинами. И не раздвигаю ноги на первом свидании…
– А у нас свидание? Кажется, будто мы давно знакомы, – из его уст даже банальная мужская уловка звучит привлекательно.
И если быть честной, то, несмотря на нашу затяжную перепалку, у меня тоже возникло чувство, будто мы знаем друг друга тысячу лет. И отдаться этому знакомому незнакомцу кажется самым естественным желанием из всех возможных.
– Нет. Но я не сплю с женатыми и точка, – противоречу жаждущей горячего совокупления амазонке, занявшей мое бесстыжее тело.
– Боишься, что Санта тебя накажет, за то, что ты была плохой девочкой?
– Не все страдают отсутствием совести, как ты, – парирую я, пытаясь избежать его губ, и тут же нахожу их, когда он в дразнящей манере отдаляется от меня.
– А если я смогу доказать обратное? – наши дыхания переплетаются, меня окончательно накрывает. Если страшное произойдет, то я во всем обвиню шампанское.
– Попробуй, – срывается искреннее желание с губ.
– Вот так, Снежинка, – хвалит Лэндон. – Все что произошло в этом доме, останется здесь навсегда, – Викинг вновь напоминает мне о том, что мы занимаемся чем-то непозволительным для меня. – Наш рождественский горячий секрет.
Секрет и одноразовая любовница для меня в данном случае являются синонимами. У него есть семья. Я не в курсе всей правды, но знаю, что такое измена и никому не пожелаю подобного, даже когда все не клеится. Собрав всю волю и силы в кулак, я кусаю Лэндона в шею, не щадя острых клыков. Угрожающий рык Викинга сотрясает до нутра, но у меня появляется возможность и время для полной капитуляции.
Лэнд непроизвольно отпускает меня, и, почувствовав свободу в своих действиях, я стремительно несусь в коридор, наплевав на пургу, что ждет меня за пределами коттеджа.
Запрыгнув в угги, я выбегаю во двор прямо в халате. Мощный порыв ветра вонзается в кожу колючими иглами, но я фактически не ощущаю холода и боли. Проклиная царапающие щеки снежинки, и щурясь от холода, я направляюсь к заведенной машине. Двадцать минут назад я воспользовалась автозапуском, чтобы загнать ее в гараж, пока окончательно не замело. Это было гениальным решением – закрываюсь я уже в разогретой машине и, находясь в каком-то бессознательно-паническом состоянии, резво начинаю разворачиваться между внушительными сугробами. Руль едва слушается, застревая в чертовых снежных валунах. Далеко я не уеду…
Нужно проваливать отсюда. Хотя бы до деревни. Вещи мне доставит провинившаяся по всем фронтам миссис Спаркл, а если нет – я подам на эту идиотку в суд. В тот момент, когда, мне, наконец, удается развернуться, вжимаю педаль газа и стартую вперед. Злорадно ухмыляюсь, борясь с желанием показать средний палец, оставшемуся позади дому, но мой триумф длится недолго. Не успев проехать и пятидесяти метров, резко давлю на тормоз, едва не наехав на появившегося из снежной пурги Лэндона. Он, что, смертник? То самовольно в прорубь бросается, то под колеса? Выругавшись сквозь зубы, я с глухим стоном опускаю руки.
Пока мое сердце начинает заходиться в истерике, Викинг уже опускается на пассажирское сидение моего авто. Машину начинает потряхивать от порывов ветра и воспламеняющихся искр, что калейдоскопом кружат между нами.
– Ты совсем с ума сошла? – рявкает Викинг. – Все-таки хочешь погибнуть сегодня? Унесет на трассе, ни одна скорая в Рождество и метель сюда не доедет, – отчитывает меня Лэнд, грубо хватая за скулы.
– Сам говорил, что не хочешь меня видеть, – с оскорбленным всхлипом напоминаю я. Наши взгляды развязывают очередной поединок, а в моей голове проскакивает глупая мысль, что разъяренным и мужественным он нравится мне даже больше, чем ироничным и остроумным.
– Забудь, что я говорил, – иступлено выдыхает Лэнд. – Ты остаешься.
Не дав мне и слова пикнуть в ответ, мужчина требовательно тянет меня на себя, крепко обхватив ладонями талию. Как невесомую снежинку перетаскивает на свое сидение, располагая на бедрах. Бескомпромиссно прижимает к себе, параллельно смахивая халат, оставляя меня практически голой, если не считать Рожественские стринги и уютные угги.
Горячие ладони властно накрывают и согревают мои задрогшие, покрытые мурашками плечи. Не отрывая голодного взора от моей далеко не самой большой груди, мужчина облизывает пересохшие от возбуждения губы. Неужели ему нравится? Треск моих праздничных трусиков разрушает окончательные сомнения в своей привлекательности, когда Викинг рвет их, мгновенно получая доступ к моей влажной промежности.
– Растаяла моя Снежинка, – удовлетворенно шепчет Лэндон, бесцеремонно-скользящими движениями стимулируя клитор. Несдержанный стон раскрывает мои губы, вырываясь из груди, когда сразу два пальца вбиваются в меня с порочно хлюпающим звуком. Неужели это я?
– Быстрее, – умоляюще бормочу, полностью растворившись в похотливом безумии. Прогибаюсь в его руках, инстинктивно разводя бедра шире. Я хочу, хочу прямо сейчас, и к черту все причины, почему я не должна этого делать.
– Потерпи, детка, – уговаривает Викинг, и его голос утопает в звуке расстегивающегося замка на джинсах. Да, пожалуйста…
Никогда так сильно не горела от желания. Все тело охвачено жидким, текучим, пламенем. Пока мой сексуальный могучий викинг сражается со своей ширинкой, я раздвигаю ноги, приготовившись оседлать моего почти-незнакомца. Так приято и хорошо ощущать желание близости внизу живота, сгорая от нетерпения почувствовать внутри себя этого мужчину, а не пульсирующую пустоту.
– Не могу терпеть. Мне так хочется, – признаюсь, дрожа от возбуждения. – Подожди, защита… – закусив от досады губу, протягиваю руку назад, и, открыв бардачок на ощупь достаю оттуда пачку презервативов. Не знаю, с каких пор они здесь лежат, но надеюсь, срок годности не истек. Лэндон заговорщицки ухмыляется, взглядом одобрив мою предусмотрительность.
Мой разум гаснет окончательно, когда я наблюдаю, как Викинг освобождает из приспущенных боксёров и расстёгнутых джинсов восхитительно-твердый член. Я готова застонать от восторга и нетерпения, что и делаю, цепляясь пальцами за бугрящиеся бицепсы.
– Давай же, Викинг! – требую я обещанный «волшебный секс». И пусть только попробует не оправдать свои обещания.
– У Снежинки горит в одном месте? – с распутной ухмылкой выдыхает Лэндон, раскатывая резинку по внушительному половому органу. – Потушить не обещаю, скорее – наоборот, – хрипло смеется. – Прыгай, детка, – дает мне команду «старт», и я немедля зарываюсь ладонями в мужские волосы, одновременно опускаясь на его бедра. Медленно и до упора. Замираю на пару секунд, прислушиваясь к ощущению тугой наполненности внутри, давая время мышцам подстроиться под впечатляющий размер Викинга.
– Тебя много, – стону я, целуя его развратный рот, сплетая наши языки в примитивном первобытном танце.
– Я предупреждал, – хрипло бормочет мне в ответ. Его недавнее: «ты мне не по размеру» сейчас звучит как вызов. Я неторопливо начинаю двигаться, постепенно привыкая и наслаждаясь скольжением мощного мужского стрежня, задевающего все мои эрогенные зоны.
– Умница… Арр, черт, – мужской рокот ласкает губы, когда я перехожу в стремительный галоп. Пытаюсь в процессе избавить его от футболки, не желая лишать себя возможности щекотать стальные кубики пресса.
Сама не верю в реальность происходящего. Это не я. Еще вчера – строгая приверженица дурацких пяти свиданий и миссионерской позы. Сегодня – одержимо трахаюсь с незнакомцем в машине. Самое разнузданное и спонтанное решение в жизни. Слава Богу, хоть про презервативы вспомнила.
– Выкинь из головы все, Снежинка, – замечая в моих глазах долю мелькнувших сомнений, приказывает Лэндон. – Покажи мне, как ты умеешь прыгать.
Я несостоявшаяся чемпионка в прыжках, Викинг.
– О да…, – кажется, сегодня я дорвалась не только до своей первой спортивной страсти. – Ты еще умолять меня будешь остановиться.
– Не дождешься, – обещает срывающимся шепотом, вбиваясь в меня снизу.
О Боги, я почти на финише. Потребность в движении затмевает все остальные, и я полностью отдаюсь своему распутному Викингу. Ни одной здравой мысли не проскальзывает в мозгу, пока мы одержимо и неистово совокупляемся, спрятавшись за запотевшими автомобильными стеклами.
Обхватив его плечи одной рукой, второй упираюсь в стекло, оставляя на нем явный след. Подмахиваю его остервенелым нанизывающим толчкам, опуская взгляд туда, где в едином ритме соединяются наши тела. Мне еще больше нравится его пресс, когда он так интенсивно работает им, но и я не собираюсь отставать от Лэндона. Выжму из этой ночи все, что могу, продемонстрировав рождественскому любовнику чудеса своей гибкости.
– Ты просто пожар, Снежинка, – его ладони и губы ловят мои соски, и я понимаю, что долго не продержусь, если он еще пару раз сожмет мою грудь. Хотя долго и не надо, он тоже чертовски близко. Язык Викинга настойчиво скользит по затвердевшим пикам, пока губы вбирают их внутрь теплого и чувственного мужского рта.
Так быстро, ярко, жадно никогда еще не было. Официально заявляю: это лучший секс в моей жизни, но я черта с два скажу этому горделивому Викингу об этом вслух. И что-то мне подсказывает, что машина – только начало…
Откинувшись назад, я умудряюсь закинуть одну из ног ему на плечо с невообразимой легкостью и грацией, ощущая его силу и мощь совершенно под новым наклоном.
Завтра я пожалею об этом. Но все это будет завтра. Жизнь слишком хрупка, чтобы отказывать себе в неслучайно случайном наслаждении.
Викинг
– Да! Да! Да! – в такт каждому удару кричит взмокшая наездница.
Я гортанно рычу в ответ, жесткими толчками стремительно приближая нас к финишной прямой. Бормочу что-то непристойно-пошлое, вбиваясь еще глубже. Горячая, мокрая и до искр из глаз тугая. Охренеть просто. На такой горячий секс я даже не рассчитывал. Снежинка? Ага, как же.
– Сильней, да… вот так, – командует шальная от возбуждения амазонка. – Еще, пожалуйста…
С хриплым стоном сминаю ее задницу, ускоряя поступательные движения. Внутренние мышцы пульсирующей женской плоти сжимают мой член, так что удовольствие принимает болезненный оттенок, не оставляя ничего, кроме пелены оголенной похоти и потребности брать без остановки, что я и делаю. Спускаю тормоза, остервенело нанизывая миниатюрную крошку на свой член. Она и не думает противиться, встречая мою активность приливом влаги и оставляя глубокие рытвины на моих плечах от впивающихся ногтей. Да, так, детка. Эротическое безумие с налетом боли. Это именно то, что делает секс фееричным, неистовым, незабываемым.
– Сейчас… сейчас… – сбивчиво бормочет Снежинка, прикрывая отяжелевшие веки.