Игры стихий. Перекресток миров

Глава 4

Пить…

Как болит голова и как хочется пить!

Мне жарко. В горле пересохло… Голова раскалывается, и все тело как будто раздирает изнутри. Или снаружи!

Что меня ломает?

Больно. Дайте же пить! Кажется, я это крикнула.

Кто-то подносит теплую воду, и я жадно пью.

Но меня рвет и бросает в еще худший жар. Чтобы тут же смениться леденящим холодом. Я издаю протяжный стон и прошу укрыть меня.

Мне кажется, что прошу, но на самом деле, возможно, ни звука не вырывается из моего охрипшего горла.

Я кричу. Меня прижимают и укачивают как ребенка. Большие, сильные руки. Я тянусь к чьей-то горячей коже и пытаюсь согреться. Плачу, хриплю. Как же мне плохо! Как же мне больно!

Я не могу найти ни одной удобной позы.

Что-то раздирает меня изнутри. Вырывается из меня. Или снаружи? Я чувствую будто внутри полыхает пожар. Взрыв. Я снова проваливаюсь во тьму. И это повторяется снова и снова.

До бесконечности.

Светлые стены. Легкий запах роз. Роз? Я осторожно поворачиваю голову – вроде бы она не болит – и вижу чудесный букет прямо на столе. Я в своей комнате. Пытаюсь пошевелиться и чувствую безумную слабость. На мне любимая пижама, волосы заплетены в косу. Кто-то приближается ко мне.

Рон.

– Очнулась? Ты меня напугала.

Пытаюсь вспомнить и понять. Я болела? Все как в тумане. Я вопросительно подняла взгляд на брата.

– Лихорадка Асей. Четверо суток ты была абсолютно невменяема.

– Лихорадка… чего? Что это?

– Магическая лихорадка. Мы не знаем ее причины. Просто в какой-то момент на фоне стресса происходит как бы внутренний взрыв, и стихии начинают бороться друг с другом. Чем сильнее маг, тем тяжелее она протекает… Тебя буквально разрывало на части, это не считая полной потери сознания и физического недомогания: резкой смены температуры тела, ломоты, боли. Опасность еще в том, что стихии перестают поддаваться контролю.

– Я… никто не пострадал?

– Нет. Мы закрыли комнату защитным коконом от твоей магии, и Арий провел все это время с тобой – нейтрализуя твои всплески и облегчая твою боль.

Арий? Так значит, эти бредовые видения – не такой уж бред? Он был со мной все это время? Я вспомнила, как тогда, на озере, меня скручивало от ощущения внутреннего взрыва. Вот значит, что это было… Неудивительно, что все браслеты и родовая защита слетели.

– Правящий? Почему?

– А почему это тебя удивляет? Он самый сильный из нас, к тому же уже сталкивался с лихорадкой и знал, как действовать. Возможно, он просто не хотел рисковать или чтобы другие видели тебя в этом состоянии – в бреду ты могла себя выдать. Вымотала ты его будь здоров. Он вышел отсюда практически на нуле резерва и физических сил.

Я закусила губу. Я тоже на нуле резерва и физических сил, только вряд ли я сочту его помощь достойной компенсацией.

– А моя… магия?

– Восстановится, не волнуйся.

Посмотрела на свои руки. Похоже, браслеты также восстановил Правящий. Я задумчиво потянула помолвочный.

– Что ты делаешь?

– Хочу снять браслет. Что-то он… мне мешает.

– Зачем? – Рон был в недоумении.

Действительно – зачем? Стоит быть осторожной, чтобы мне не начали задавать вопросы, на которые я не буду отвечать. Нет, помолвку надо разрывать не так. И уж тем более, не стоит приплетать сюда брата или моих друзей. Я не собиралась предавать гласности эту историю – не потому, что стыдилась, но потому, что пока пострадали только я и Арий, не стоило увеличивать количество жертв. А мы разберемся. Я оставила в покое несчастный браслет.

– Ани, ты можешь предположить, что стало причиной лихорадки?

Я отрицательно покачала головой. Было ли дело в том, что произошло на озере? Не факт. Предшествующие этому события могли повлиять не меньше.

– Не знаю. Совсем недавно я была на нуле после Проклятого города, плюс этот идиотский урок боевых искусств. Кстати, как Эльтар?

– Все в порядке. Тхарн Акр слишком увлекся вашим воспитанием и получил выговор, но я не стал его наказывать, семья Олард также не стала предъявлять обвинений. Он хороший преподаватель, просто его занесло.

И не его одного.

Я задумчиво закусила губу. Похоже, мне надо восстановить силы и придумать, как разорвать эту помолвку. Может, даже найти кого-нибудь, чтобы… убрать татуировку. Закончить Академию. Решить вопрос с отступником. И свалить из-под крыла Правящих как можно дальше.

Всего-то.

Я загнала глубоко внутрь свою растерянность и улыбнулась Рону. Начну, пожалуй, с самых простых вещей:

– Я голодна. Принесешь еды?

Время тянулось медленно, словно муха, пытающаяся вылететь из янтаря. Я бродила хмурая и поникшая. То ли лихорадка давала такой откат, то ли произошедшее с Правящим, но у меня буквально все валилось из рук. Ничего не хотелось, сил тоже не было. Брат и друзья снова полностью погрузились в свои обязанности и расследование, а у меня не было желания что-либо обсуждать. Если днем было еще куда ни шло: какие-то разговоры, занятия, необходимость учиться, да и вообще одеваться и есть, вынуждали меня выходить из комнаты и держать спину прямо, то ночью я оставалась наедине со своими мыслями. Я прокручивала и прокручивала сцены наших отношений с Арием.

Я ведь часто осознанно и неосознанно провоцировала его на эмоции, мне хотелось, чтобы он вылез наконец из своего панциря. Он вылез. Только легче от этого не стало. И конфликт тела, разума и эмоций привел его туда, откуда нет дороги назад. Нет, он не мучил меня и не бил, взял жестко и даже – я скривилась – доставил удовольствие. Он… метил меня. Но я возненавидела то чувство беспомощности, что испытала в тот момент. Возненавидела его недоверие, его неумение услышать мое «нет». Тогда взорвались не только стихии. Тогда взорвалось и напряжение, растущее по мере нашего общения. И теперь вокруг были одни руины… Сможем ли мы когда-нибудь отстроить их заново?

И стоит ли это делать?

В моей жизни мне очень часто предлагался выбор: впасть в депрессию по поводу происходящего или жить счастливо, несмотря ни на что. И мой выбор всегда был очевиден. Да, я боец. Но с кем драться сейчас? С ним? С собой? Со своими чувствами, которые, несмотря ни на что, никуда не делись, только угасли под тяжестью обиды и злости?

А я устала драться. Устала пытаться понять его поступки, устала надеяться на наши отношения, принимать его таким, какой он есть, в одностороннем порядке. Да, Арий был честен и никогда не пытался казаться белым и пушистым. Он жестокий и непримиримый правитель, рожденный владеть и повелевать, не приемлющий отказов, не дающий себе права на чувства. Что он успешно и демонстрировал раз за разом.

Я могла понять, почему все произошло так, как произошло. И могла простить его за то, что он сделал, потому что я давно уже поняла: обижаясь на другого человека, мы даем ему над собой власть. Власть над нашими мыслями и нашими действиями. Но бороться мне не хотелось. Ни с ним, ни с собой, ни за нас.

День за днем я становилась все спокойнее. Время действительно лечило. Спустя цикл после приключений в Проклятом городе я полностью восстановилась – физически, магически и морально. Уже не хотела рвать и метать или плакать без повода. Рон замечал, что не все в порядке и несколько раз порывался поговорить со мной, но я избегала таких разговоров, предпочитая старый и действенный способ: бутылку вина и лист с бумагой, которым я доверяла все свои хаотичные переживания, а потом просто сжигала, чувствуя, что с каждым разом подобная терапия делает мои мысли все более светлыми.

Принцесса – алкоголичка.

Я даже обрадовалась приглашению на очередной бал: пора было встряхнуться и возвращаться к своему привычно активному образу жизни. Тем более что мне действительно хотелось развлечься – повод был более чем достойный. Планировался традиционный бал-маскарад в честь всех королевств, на котором собирался не только цвет Таларии, но и послы, и благородные представители других государств, а также некоторые правители. На этот раз Рон с Ари и Фарном не помогали с украшением, все они занимались только обеспечением безопасности, предоставив Императрице и распорядителям самим решать, чем бы таким удивить высокородных гостей.

Мы прибыли во дворец, как всегда, за день. Наряд мой был уже готов и одобрен Роном. Если честно, я его не совсем сама придумала – вспомнились многочисленные прочитанные книжки про балы со стихийными магами, и родилась эта идея. Над воплощением работали не только я и портниха, но и мои друзья – я просто не знала всех заклинаний, которые бы могли помочь.

Зачем мне было выделяться? Я сама выбрала такую роль. Среди всех этих хищников и недружественно настроенных обстоятельств мне хотелось показать, что я их не боюсь. И пожалуй, мне хотелось показать Арию, что я в порядке. За все это время я так больше его и не видела. Глупо, конечно, в этом не было необходимости, просто какая-то странная гордость и нежелание показывать, что мне хуже, чем есть на самом деле. А еще я хотела с помощью наряда отдать дань стихиям. В храмах я не раз обращалась к ним с благодарностью за то, что они не только дали мне шанс прожить яркую жизнь и защищали меня, но и позволили ощутить всю полноту моего существования. Мне казалось правильным показать, насколько сильно я с ними сроднилась. Поэтому мое платье, с виду простое, длинное и белое, с чуть расклешенным подолом и рукавами, таило немало сюрпризов.

Иногда я задумывалась, насколько сильно происходящее со мной в этом мире изменило мой характер. И понимала, что сильно. Магия – это не только волосы. Не только огромное удовольствие ощущать себя частью этого мира. Не только проблемы. Это еще жар огня, пристальный взгляд смерти, текучесть и умение приспосабливаться воды, необъятность воздуха, уверенность земли. Я стала сильнее, эмоциональнее и спокойнее одновременно, что не могло не повлиять на мои поступки. И меня это не пугало. Как может пугать часть себя?

Служанка лишь слегка заколола мне волосы сзади, оставив большую часть распущенными. Я надела небольшую прозрачную диадему и простое активирующее кольцо. Браслеты и перстень рода Сегет также были на мне, но не бросались в глаза. Рон оделся в черный облегающий костюм странной формы, украшенный на спине огненными крыльями. На голове у него было что-то типа переливчатой короны, но перевернутой остриями вниз: они закрывали половину лба, виски и переносицу.

– Кого ты изображаешь?

– Наездника.

– Кто это? Что-то упоминали на курсе расоведения, но весьма вскользь – кажется, они весьма немногочисленны и живут в верхнем мире?

– Да, это раса людей, близких к драконам. Они не перевоплощаются, но в их крови и магии присутствует сила зверя, да в случае опасности их кожа покрывается непробиваемой чешуей, по форме похожей на то, что ты видишь у меня на голове.

Мы прошли в бальный зал. На местных маскарадах не были приняты маски, да и выбор костюмов не был разнообразным. Никто не отступал от основной моды; если девушка желала изобразить, например, прекрасную садовницу, то она просто к стандартному бальному платью добавляла кружевной передник и корзину с цветами. И считала себя достаточно оригинальной. Хорошо, что я оставила первую шальную мысль сшить костюм бутерброда. Или восточной танцовщицы. Или Бэтмена. Меня бы не просто не поняли, но и справедливо усомнились в моем душевном здоровье. Я рассказала о своих идеях Рону, и он громко расхохотался, чем, конечно, привлек внимание окружающих.

Мое платье, строго говоря, на первый взгляд тоже не было похоже на маскарадное. Но гости недолго оставались в неведении, ровно до той поры, когда мы оказались в своей ложе. К нам поспешил Фарн, и когда он подошел близко, я активировала кольцо.

Вспышка. Я стояла в столбе огня. Платье не просто поменяло свой цвет на огненно-оранжевый, оно превратилось в сияющее пламя, лижущие языки которого стелились по полу. Рональд знал о предстоящем эффекте, поэтому отошел заранее, чтобы не демонстрировать смешение стихий. А другие придворные отшатнулись. Глаза Фарна возбужденно сияли – он приложил немало сил, чтобы это стало возможным. Пока окружающие гадали, что же не так с моим платьем, к нам подошел Ариэль. И вот уже платье разделилось: половина горела огнем, вторая же превратилась в непрозрачно-стальную текущую воду, будто падающую с моих плеч и талии. Дав всем время насладиться зрелищем, я снова сжала кольцо и прекратила невольное представление – платье реагировало на самую активную силу стоящего рядом.

Раздались аплодисменты. Я в недоумении посмотрела в ту сторону – Эльтар. Улыбнулась ему и подала руку. Он смотрел восхищенно, не отрываясь, но настолько открыто, что я даже не могла на него сердиться. Что уж там, мне было приятно. Его чувства будто отогревали мои, замороженные в последнее время.

– Ты подаришь мне первый танец?

Я только хотела ответить согласием, как услышала позади холодный голос. Меня охватило чувство дежавю.

– Думаю, первый танец с невестой буду танцевать я.

Глава 5

Арий.

Я вздрогнула и чуть ли не отшатнулась, но в последний момент остановила себя. Он не пугал меня; я даже вполне готова была сдержаться и не огреть этого твердолобого чугунной сковородкой. Но его голос мгновенно вывел меня из состояния равновесия, проявив все чувства, что меня одолевали: обиду, грусть, напряженное ожидание.

Я, конечно, знала, что он будет на балу, но почему-то малодушно полагала, что мы можем и не встретиться. В любом случае не стоило скандально отказывать в такой ситуации. Для всех мы помолвлены и счастливы вместе, а что происходит на самом деле, никого не касается. Я прохладно улыбнулась и повернулась в его сторону:

– Конечно. Эльтар, а второй танец я с удовольствием отдаю тебе.

Арий взял мою руку, чтобы поцеловать. Пальцы даже не задрожали, да и я неожиданно успокоилась. Наверное, равнодушие будет оптимальной линией поведения при нашем общении. Потому что если я выйду за его границы, то могу сорваться и навредить прежде всего себе. Я спокойно смотрела на Ария и ждала его следующей фразы – раз уж пришел, пусть поддерживает видимость беседы. Сама больше не собиралась совершать никаких шагов. Но в этот момент объявили появление императорской семьи и почетных послов, и Правящий, поморщившись, отошел. По традиции Тень Императора появлялся первым и занимал место за троном, Император же и его семья, а вслед за ними правители и посланники других государств, приходили последними, когда все уже были в сборе, и проходили по свободному коридору из расступившихся придворных. Все это, конечно, сопровождалось нашими глубокими реверансами и поклонами.

Чуть позже заиграла музыка, и он снова подошел ко мне.

Я решила активировать кольцо, чтобы все смотрели на платье, а не на мое лицо. Наверное, со стороны это было невероятно красиво. Вальс. Правящий в традиционном черно-фиолетовом наряде – Правящие не носили маскарадные костюмы. И тоненькая девушка с разноцветными волосами в клубах тьмы. Черная, плотная и живая пленка облепляла мои плечи, грудь, талию, чуть расширялась дальше и перетекала в настоящий дым в районе подола и расклешенных рукавов, создавая завихрения каждый раз, когда мы совершали разворот или взмах. Арий крепко прижимал меня к себе горячими руками и уверенно вел в танце. Он не делал попытки заговорить, но то, как он смотрел… Лучше бы разговаривал. Я не могла оторвать от него взгляда, я тонула в этих глазах, тоже созданных из тьмы. В глазах, в которых можно было прочесть так много.

Желание. Просьбу. Боль.

Он ведь так и не попросил прощения. Не пришел ко мне больше ни разу, не пытался встретиться. Провел со мной те жуткие несколько суток, когда я была без сознания, а потом – краткая записка о том, как он счастлив, что я выздоровела. И букет цветов. С одной стороны, я была рада – уж слишком сложным стало мое отношение к нему. С другой, я рассчитывала, по меньшей мере, на извинения и признание своей вины. Но, видимо, не заслуживала и такого.

Последняя мысль меня отрезвила.

Я разозлилась и злость помогла мне наконец опустить взгляд.

– Анна…

Хриплый, тягучий голос. Я вздрогнула и промолчала. Когда же закончится эта пытка танцем?

– Я был не прав.

Не прав. Это теперь так называется? Я сжала зубы. Это и есть извинение?

– Я не должен был так поступать, такое поведение недостойно Правящего.

Ну твою ж… То есть если и были у него какие переживания по поводу произошедшего, так это потому, что поведение недостойно! Он что, реально не понимает, что его слова только усугубляют ситуацию? Если б на нас не смотрело столько народу, в том числе мои друзья, которым вовсе не стоило знать, из-за чего у нас напряженные отношения, я бы просто развернулась посреди танца и ушла.

– Уверена, ты это переживешь, – процедила сквозь зубы, – Вообще-то, на будущее, когда обижаешь кого-то, имей потом силы извиниться – искренне – за то, что причинил другому человеку боль! А не переворачивай все так, что ты здесь пострадавшая сторона, которая переживает из-за недостойного поведения.

Он выглядел ошеломленным моей отповедью.

Слава стихиям, музыка в этот момент смолкла, и я, делая вид, что не бегу, а иду, сопровождаемая Арием, отправилась в сторону нашей ложи. Мы уже подходили, как горячие руки придержали меня за плечи, и я услышала хриплый шепот у себя над ухом:

– Анна… Я думал, ты не хочешь меня видеть… Я…

Но нас прервали. Почти невежливо ко мне подскочил Эльтар и потребовал обещанный танец, затем меня подхватил Рон, затем его друзья: я танцевала и старалась не думать о том, что мне снова больно.

Больно чувствовать.

Судя по всему, апатия прошла окончательно. И я не понимала, рада этому или нет.

Я устало сидела немного в стороне от веселья, крутила в руках бокал с вином и раздумывала, уместно ли будет уже уйти с праздника, когда мои размышления прервали. В последних танцах я отказывала всем, и придворные наконец оставили меня в покое; Рон и его друзья отошли общаться с послами, а я наслаждалась передышкой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.