Фалкеста глубоко вздохнула, возвращая самообладание.
– Конечно, Дитрих, – с улыбкой сказала она. – Две недели мои девочки прекрасно поработают без меня. Я с удовольствием сопровожу тебя в Тискулатус. По правде говоря, ты меня очень удивил такой просьбой.
– Я и сам от себя такого не ожидал, – вздохнул дракон, – но уж слишком много на меня в последнее время всего навалилось… И, как оказалось, я не могу так просто этого простить и снова начать доверять тем, кого всю жизнь считал своей семьей…
– Да, я вас понимаю, – кивнула Фалкеста. – В таком случае, если спешим, сможем вылететь завтра утром. Я прикажу приготовить вам комнату и раздам сотрудницам инструкции. Как только вы завтра проснетесь и позавтракаете – мы будем готовы отправляться в путь.
Глава 2
Проснулся Дитрих точно с рассветом. Как, в общем, и всегда просыпались драконы, питавшие колоссальную любовь к солнцу. Если, конечно, Меридия не слишком изматывала его ночью, что, в общем-то, тоже было не редкостью.
Дитрих печально посмотрел на пустую половину кровати. Ему очень не хватало жены этой ночью. Но что-то подсказывало, что это лишь добавит красок… в следующий раз. В самом деле, иногда удовольствие стоит придержать… потом его получается намного больше.
Спустившись со второго этажа, дракон с удивлением увидел, что его на столе уже дожидается завтрак. В том, что еда была приготовлена для него, сомнений не оставалось: в зале попросту больше никого не обнаружилось.
– Доброе утро, господин дракон, – за его спиной появилась светловолосая разносчица, – ваша еда уже готова. Госпожа Фалкеста сообщила, что вы с ней улетаете по делам. Она уже собирается и будет готова с минуты на минуту.
Но Дитрих лишь с недоумением смотрел на приготовленную еду. Он же вчера даже слова не говорил о том, во сколько будет вставать и, уж тем более не просил ничего готовить…
– У нас часто останавливаются драконы, – девушка, казалось, поняла смущение принца, – и мы знаем, какой вы предпочитаете распорядок дня. Поэтому не переживайте: вы не доставили нам никаких неудобств. Так что, пожалуйста, ешьте. Осмелюсь дать вам совет, господин дракон: если вы летите на материк с пассажиром, вам понадобится много сил, так что нужно подкрепиться.
Едой и в самом деле, пренебрегать не стоило. Конечно, в обычное время дракон не оставил бы так просто без внимания то, что простые смертные осмеливаются лезть к нему со своими советами, но сейчас он возлагал слишком уж большие надежды на Фалкесту в качестве спутницы.
Дракон еще не закончил трапезу, а из кабинета хозяйки гостиницы послышались шаги. Через несколько секунд Фалкеста вошла в зал. Свое платье и туфли она сменила на более практичные походные штаны и куртку. В руках женщина предусмотрительно держала шерстяную шапочку, которая, стоило признать, на такой высоте будет совсем не лишней. Да, от прямых потоков воздуха Дитрих ее, конечно, закроет, но все равно температура там гораздо ниже, чем на земле. А возможностями Хозяина Цвета, чтобы полностью защитить седока от внешнего влияния, дракон все же не обладал.
Дитрих расправился с едой меньше чем за минуту. Его охватило странное возбуждение, даже предвкушение. Словно ему предстояло что-то очень-очень важное…
– Я готов, госпожа Фалкеста, – кивнул хозяйке Дитрих. – Если вы также готовы – прошу следовать за мной. Мы выйдем за город и уже оттуда…
– Конечно, Дитрих, – кивнула женщина, после чего повернулась к разносчице, – Лесли. Остаешься за старшую. Я также попросила Айрата, чтобы он заходил каждые три дня. Если будут какие-то вопросы с поставками – сообщай ему.
– Хорошо, госпожа Фалкеста, – поклонилась девушка, – доброго пути.
Путешественники направились к выходу из Триниагоса. Город был совершенно пуст, что и неудивительно: сегодня седьмой день седмицы, все стараются выспаться. Хотя сейчас, летом, кое-кто уже направлялся по своим делам.
Когда Дитрих уверенно вывел Фалкесту на подходящий холм, та печально вздохнула.
– Ах, – грустно сказала женщина, – Дитрих, именно тут я тебя когда-то провожала в Анваскор. Если бы я только знала тогда, что вижу тебя в последний раз.
– Ты… – дракон запнулся, – можешь рассказать, каким я был? Что ты обо мне помнишь? Это очень важно для меня сейчас.
– Конечно, – улыбнулась Фалкеста, – мне вот порой кажется, что я для этого всю жизнь и жила. Нет, я, конечно, безмерно люблю Айрата и Сатти, но мне всегда казалось… что это не все. Что есть еще что-то важное.
– Тогда – приготовься, – сказал Дитрих. Он отошел на несколько шагов и обхватил себя руками. Фалкеста зажмурилась от внезапной сиреневой вспышки, а когда рискнула открыть глаза – перед ней уже стоял фиолетовый дракон. И женщина словами не могла передать, как он был красив. Сиреневая спина и цвет шкуры создавали впечатление, что по прочности его кожа не уступит настоящей броне. А вот янтарное брюхо и область под горлом показывали, что эти места нежны и уязвимы. И, конечно, глаза. У Дитриха совершенно не изменились глаза. Да, зрачок стал вертикальным, но это были те же, нахально-синие, лазурные глаза.
В этот момент дракон подошел к женщине и опустился перед ней. Фалкеста пришла в себя, вспомнив, что они здесь, вообще-то, по вполне конкретному делу. Женщина неловко ступила на коленный сустав его лапы и, перебросив ногу, осторожно уселась, обнимая ящера за шею. Однако в следующий момент дракон поднялся, и Фалкесте почудился слабый, почти незаметный магический проблеск, отчего женщина ощутила, что сидит на драконе как влитая. Через мгновение тот резко взлетел и направился в сторону материка. При этом Фалкеста не ощущала ни тяги, ни встречного потока воздуха… лишь стало чуть холоднее, вот и все.
– Я же говорил, – раздался голос в голове хозяйки, – меня учили заботиться о седоках.
– Ты… мысли читаешь? – испуганно спросила женщина.
– Драконья речь в этом облике работает только так, – ответил Дитрих, – малыши, конечно, разговаривают, но взрослые драконы впоследствии перестают. В конце концов, девяносто процентов времени во втором облике они проводят в полете. В это время обычно не до разговоров. Не переживайте, я не стану лезть дальше дозволенного. Просто четко формулируйте вопрос в сознании – и я буду отвечать. Вернее… буду задавать вопросы. Вы же обещали мне рассказать… обо мне.
Фалкеста согласно кивнула. Она стала вспоминать, как познакомилась с Дитрихом в десять лет. Как ее восхищал прямолинейный и деловой принц. Как он выстроил дороги, которые обеспечили Тискулатусу процветание на десятки, если не на сотни лет вперед. Как она попыталась устроить заговор… И как принца за это навсегда вышвырнули из собственного дома.
– Не могу в это поверить, – недоуменно пробормотал в сознании Фалкесты дракон, – ради власти люди готовы так поступать с собственными детьми? Да папа Уталак счастлив был делегировать всем полномочия. Одному – сферу стражников, другому – медицинскую, третьему – общение с учеными и инженерами. А сам сидел дома и проводил время в свое удовольствие. Оно, конечно, с другой стороны и правильно: молодые и горячие драконы реализовывали свои управленческие возможности. А он так… авторитет поддерживал да изредка пальцем, кому надо, грозил.
– И все же, Дитрих, было так, как было, – ответила Фалкеста. – С твоего позволения, твоему отцу – больше двух с половиной тысяч лет. Охотно верится, что власть ему в некотором роде успела надоесть. Что же до Арнольда Четвертого… Людям, которые занимают подобные посты, часто со временем кажется, что лишь они одни и в состоянии управиться со своими задачами. И, как результат…
– А потом, – продолжала Фалкеста, – я тебя увидела, когда ты сбежал от Лазурных драконов к Сиреневым. Ты тогда был сам не свой. Я едва тебя узнавала. Ты стал… дерганым, измученным, неустойчивым. Впрочем, учитывая то, что тогда с тобой сделали драконы, это и неудивительно. Как ты выразился: из-за твоего характера это словно выбило почву из-под ног».
Они тем временем скользили над водой. Вокруг была морская гладь, искрившаяся на солнце. Прижимаясь к шее Дитриха, Фалкеста незаметно гладила его. Напротив ее руки как раз была область, где сиреневая чешуя переходила в янтарную. И, в самом деле, сиреневая часть шкуры была хоть и гладкой и эластичной, но прочной, как кольчуга. А вот янтарная – мягкой и нежной. При этом, касаясь ее, женщина чувствовала, как по дракону бежит дрожь. Наверное, ему было приятно или щекотно… Но за два часа Фалкеста уже с десяток раз проделала такую шалость… И ни разу Дитрих не попросил ее остановиться.
– Даже не знаю, – пробормотал он, – что я надеюсь там найти. Кажется, даже двух недель, что мне отведено, будет много. Ну схожу я в тамошнее драконье посольство. Ну… навещу могилу бывшего отца, наверное. Что мне там еще делать?
– Посмотрим на месте, – ответила Фалкеста, снова не удержавшись, чтобы не пощекотать Дитриха за нежную часть шкуры. – Если ты чувствуешь тягу к этому месту – то, наверное, не просто так…
Глава 3
И вот океан закончился. Когда Дитрих летал к оркам, он забирал намного южнее. В итоге гладь воды сменялась степями и редкими поселениями. Сейчас же под ними пролегал огромный город-порт.
– Веоста, – сказала Фалкеста, – прибрежное государство, имеющее целых четыре торговых города-порта. Сейчас мы пролетаем над вторым из них, Партанари. Я, кстати, именно отсюда на драконий остров уплывала тридцать лет назад.
Еще когда Дитрих увидел берег, он благоразумно попросил Сирень прикрыть его от нежелательных взглядов. В самом деле, обычно драконам дорога на материк закрыта. Можно, конечно, было сказать, что направлялись они в Тискулатус, где присутствие драконов допущено на государственном уровне. Но лучше не рисковать. Люди – народ впечатлительный и непредсказуемый. Могут сначала из баллисты выстрелить, а уже потом вопросы задавать.
Здесь, в северном климате, растительность тоже отличалась. В Веосте было несколько густых лесов, которые сейчас, летом, буйно зеленели и были похожи на пушистый темно-зеленый ковер.
– Как красиво, – прошептала Фалкеста, бессознательно поглаживая шею Дитриха, – никогда бы не подумала, что будет мне такое счастье: увидеть землю с высоты драконьего полета.
– Ну почему же, – возразил Дитрих, – если есть большая нужда – крестьянские и средние драконы часто соглашаются отвезти человека на материк и по воздуху. И берут за это, кстати, вполне разумные деньги. По крайней мере, вполне соразмерные количеству сэкономленного времени. Если сравнивать шесть часов полета по воздуху и шесть дней плавания по воде.
– Да разве в деньгах дело, – ответила Фалкеста, – нет, Дитрих, дело совсем не в этом…
Примерно за час они пролетели Веосту. Следующей на их пути была Фартензия.
– Здесь первое время оставалась, после того, как замок покинула, – тихо сказала женщина, – но жизнь там очень тяжелая. Хочешь – живи в столице, которая утопает в роскоши. И постоянно смотри на фальшивые лица вокруг, приклеенные улыбки, будь готов каждую минуту получить нож в спину и зубами вырывать себе место под солнцем. Как в прямом, так и в переносном смысле. А хочешь, селись в одном из десяти остальных городов – и еле своди концы с концами. Как можешь и как хочешь. Ненадолго меня здесь хватило.
Фартензию они пролетели меньше чем за полчаса. Ибо дракон подсознательно чувствовал, что осталось немного. Еще чуть-чуть – и он увидит…
Принц как-то почувствовал, что граница снова пересечена, и он уже находится в государстве Тискулатус. Сейчас под ними раскинулся большой город с множеством старинных зданий и особняков.
– Кархалга, – прошептала Фалкеста, – почти все дворяне и знатные люди Тискулатуса имеют здесь свой дом или надел земли с особняком или поместьем.
Но главное было не это. А то, что от Кархалги тянулась и уходила добротная широкая ровная дорога.
– Это… вот это я делал? – спросил дракон, указывая на дорогу, которая светлой полосой скользила под ними.
– Да, – прошептала Фалкеста, – ты даже не представляешь, как тогда тебя были готовы боготворить. И именно поэтому хотели сделать королем.