Чудная Деревня. 1. Начало. 2. Скользкие вершины. 3. Русалочье озеро
Лидия Андреевна хотела обучать меня музыке, но к счастью я оказалась лишена музыкального слуха, а вот занятий танцами позже мне не удалось избежать.
Больше всех преподавателей сначала я побаивалась Иван Ваныча! Уж, очень он казался мне занудным. Да и математика особенно мне никогда не давалась. ... И на первое занятие я шла с тяжелым сердцем и без настроения. Иван Ваныч пораспрашивал меня и … немного подумав вынес вердикт.
- Курс обычной школы ты получишь, а больше оно тебе и не надо. - Вернее даже не так... - Мы будем изучать то, что тебе нужно будет для работы. - Немного геометрии и в математики... - Ведь для тебя определенные расчеты будут важны, и они пригодятся для составления карт. -…Еще скоропись, но это несложно.
Читал он предметы на удивление легко и понятно. К этому времени память моя уже работала хорошо и мне просто нужно было все запоминать. А с физикой у меня сложилось хорошо. Тем более законы магии и физики оказались похожи. Иван Ваныч увидев это заметно подобрел. Лучше узнав его поняла он очень неплохой человек и потрясающий рассказчик. Он долго преподавал в Тамбовском университете и его занудство было скорее профессиональным, как у многих педагогов. Я боялась составления карт. Вернее, карту то я видела и понимала, что на ней изображено. А ходить по ним и составлять ... тут все было похуже! И в лесу я плутала сильно. Географический кретинизм долго был моим спутником и персональным кошмаром. Но Иван Ваныч вынес частично наши занятия на улицу показывая, как быстро несколькими штрихами наносить на альбомный лист наш маршрут со всеми ориентирами и необходимыми пометками. И как правильно привязывать его уже к профессиональной карте. В его доме на книжных полках стояло множество альбомов с репродукциями известных художников. Его хобби легенды о проклятых полотнах! И я, открыв рот слушала его рассказы об известных полотнах. Особенно, почему-то меня поразила история картины «Неизвестная» художника Ивана Крамского. У нас тоже в доме с Любавой висела репродукция этой картины. Может потому что мне нравилась женщина, изображенная на полотне. Она была такой необычной, элегантной, непонятной, и гордой. Мне нравилось смотреть на нее, и я даже не удивилась, узнав историю картины. Интересно, о чем думал художник, когда писал ее. И что вызвало у него такой силы эмоции, что картина стала беспокойной. Причем ведь не только эта картина, но и другие его работы стали необычными и беспокойными. Я не понимала, как художник даже гениальный, но все - таки обычный человек может наделять магической силой полотно, которое пишет. Любила перелистывать тяжелые страницы великолепных альбомов репродукций в доме Иван Ваныча и не понимала, почему одна картина заставляет смотреть на нее и находить что новое снова и снова, другая тревожит, беспокоит. Это похоже на высшую магию, очень привлекательную, таинственную и недоступную тем, что я ее не понимаю.
Самыми легкими занятиями стали для меня русский язык и литература. Ведьма Алла, очень молоденькая недавно закончившая институт была всегда довольна мной и на ее занятиях я отдыхала. После предыдущих педагогов почитать художественную литературу приятно даже просто для души. А так как я много читала, то и ошибок тоже не делала письменно, даже не зная правил. Конечно она подбирала мне книги еще и для внешкольного чтения, но это было приятно и легко с моей то памятью.
Самыми и интересными, сложными и непонятными стали занятия у Анны Леонидовны в «маяке». К ней на занятия я пошла в первый год в начале декабря. До этого она отсутствовала в деревеньке. Любопытно как она смогла появится здесь, когда все дороги к нам закрыты огромными сугробами. Терем маяк резной и сказочный снаружи ... и забавный внутри. Даже сложно описать обстановку комнаты. Вешалка у входа, шаг впереди все внимание к лестнице на второй этаж. Лестница, закрученная в тугую спираль ажурно кованная, уходила вверх. За лестницей виднелась печь необычной формы. Печь небольшая с очень широкой трубой уходила на второй этаж. Столов несколько и все разные расставлены по комнате. Небольшие окна в пене кружевных шторок, на столах тоже скатерти, разные. На кухонном столе белая скатерть, на рабочем столике черная в красный рубчик, еще пара небольших столиков этажерок в вязаных салфетках. На стенах полочки, рукотворные сувениры, поделки. В небольших вазочках на полках камушки обычные собранные видимо на берегу и стеклянные декоративные. Разноцветный бисер и бусы видимо для поделок. Много шкатулочек на полках и этажерках. Каждая шкатулка чудесна по - своему. Люстра в форме кораблика с алыми парусами тихо вращалась, обходясь без ветра. Разной формы табуретки и стулья с вязаными подушками по всей комнате. Непонятные ощущения вроде все и красиво, и так необычно. Всего много и все такое нарядное и в тоже время комната не казалась заставленной, не смотря на все обилие столиков и всяких шкатулочек, сундучков, поделок, стульев и табуреток. И старушка вся такая нарядно домашняя, подходящая именно к этой обстановке. Анна Леонидовна в строгой длинной черной юбке и кружевной белой блузе. Седые волосы уложены и плотно заколоты в шишечку на голове. Красивые очки в тонкой золотой оправе на носу, губы аккуратно подкрашены блеском и слегка поджаты. Но я сразу почувствовала она опасна! И не только она, а и все предметы в ее доме. Хотя так хотелось все рассматривать и брать в руки. Желание оказалось таким сильным, что я даже испугалась, подумав это не моя воля. Придя впервые я поздоровалась и сняв верхнюю одежду вопросительно смотрела на хозяйку дома боясь даже лишний шаг сделать. Анна Леонидовна, выждав минуту, заулыбалась и похвалила меня.
– Молодец что удержалась. - Возьми вон ту табуретку и присаживайся к этому столику и старайся и дальше ничего ни трогать без моего разрешения. - Это опасно.
Начала обучение она с истории по созданию различных амулетов и оберегов.
- Мы, - говорила она, -то есть те, кто может использовать магическую энергию, не пользуемся обычно амулетами. - Нам нужно уметь правильно использовать свою энергию, развивать ее и не зависеть от амулетов. - Но знать, как их сделать необходимо и держать их нужно при себе всегда... на всякий случай. – Оберегами тоже пренебрегать не стоит, они бывают разными. - Оберегом ты можешь надежно закрыть свой дом... - Но в первую очередь амулеты и обереги это … наш доход. - Мы их продаем и чем искусней мастер то и цена выше, - поучала она меня.
И она стала обучать собирать амулеты из простых и доступных материалов. Бисер, коряги, камушки, веточки - все шло в дело.
- Ты потом сама решишь из чего ты их будешь делать. - Главное научиться основам. - Ведь многие превращают в амулет свои любимые драгоценности. - Драгоценные камни лучшие накопители магической энергии. – Материал же для обычных разовых амулетов значения не имеет ... пускай в ход все что под рукой.
И пока только ознакомительно она давала основы демонологии. Она рассказывала о составлении пентаграмм. Оказалось, их великое множество... они создаются для разных целей от вызовов духов до оберега дома. Объясняла значение символов и важность их точного изображения при колдовстве.
- Учить все мы будем в следующем году, - говорила она, - а пока только знакомимся с основами и тренируем память и руки — это подготовка к будущим занятиям.
И заставляла набивать руку... то есть постоянно рисовать, вернее писать кистью и тушью линии, круги и просто буквы алфавита. При составлении пентаграмм и начертании символов нужна твердая рука, выполняющая движения скупыми мазками, доведенными до автоматизма.
- Мм… в жизни будут … разные ситуации и часто просто неподходящие условия, и срочность от которой будет зависеть твоя жизнь, - напоминала она если мои линии тушью не казались ей идеальными.
Поэтому владение мелком, углем, стилом было необходимым навыком. В голове у меня после ее занятий оставалась мешанина из обрывков даваемых знаний. Полная картинка по порядку никак не хотела укладываться в моей многострадальной головке.
Но Анна Леонидовна говорила, - просто зубри, и зубри! - Тренируй кисти рук, на плавность и точность линий, потом все уляжется в твоей голове как надо.
Занятия с наставниками были куда сложней, чем в школе, но мне нравилось. Хоть мне и иногда казалось, что такой объем информации я просто не смогу осилить и разочарую своих учителей. Я очень старалась выучить все что в меня вталкивали, похудела сильно... хотя и до этой упитанности похвастаться не могла. Любава только головой сердито мотала, глядя на мои кости и пыталась мне приготовить, что ни будь вкусней и калорийней. Я уставала от учебы больше чем летом от физической работы и надеялась со временем мне станет легче. Когда попала в Чудную деревню, я уже была замкнутой, спокойной и неразговорчивой, но все мои учителя увеличили эти мои «способности» еще во много раз. Постоянно, особенно в первые дни только и слышала от них, что я должна уметь держать язык за зубами, всегда. Никогда и никому не задавать вопросов, держать все эмоции при себе. Только соблюдая эти простые правила, я смогу выжить в будущем. Я старалась, молчала и держала все в себе, но была еще ребенком и как-то об этом рассказала Любаве.
Она усадила меня рядом, поцеловала, и прижав к себе сказала, - это все так, подрастешь, поймешь, просто следуй правилам. - Я тебя прекрасно понимаю и попытаюсь объяснить. - Все жители нашей деревни очень сильные и старые маги и обладают огромнейшим опытом... таким которого уже нет... старыми запретными или забытыми знаниями. - Они решились поделиться с тобой этими знаниями и конечно переживают, будешь ли ты этого достойна, сможешь ли принять этот груз. - Терпи. - У тебя только один выход выучиться и заслужить их доверие... иначе сама понимаешь, что будет с тобой. - Но с другой стороны, я-то с ними ужилась, … и ты сможешь. - Зато если выдержишь, то со временем станешь сильнее их всех и это огромный приз, за который бы многие маги отдали бы все что имеют ... и жизнь в придачу.
Больные приезжали к нам до начала снегопадов, потом ударили морозы и снега навалило до крыш..., и дорога к нам закрылась до весны. Питирим прошелся и закрыл магией плотно проход и к нашему дому. Теперь мы в прямом смысле оказались отрезаны от всех людей и найти нас было невозможно. Мы с Любавой обрадовались, очень устали от потока больных. Деревню занесло снегом и только лабиринт прочищенных дорожек соединял дома извилистыми петлями. Во всех домах оказывается были лыжи и снегоступы, а почти у всех магов машины в гаражах в ближайшей деревушке Баево. ... И на Новый год многие мои учителя уехали в город, … и мне устроили небольшие каникулы, чему больше меня обрадовалась Любава.
- Сначала отдохни пару деньков, а то прямо горишь с этой учебой. - Лица на тебе нет и прозрачная вон, какая стала ты у меня. - Аж смотреть без слез страшно, - запричитала она радостно. - Настряпаем и наготовим с тобой, а то ведь тебе и готовке учиться надо. - Вот будет у тебя свой дом, а ты у меня неумеха. - Что делать будешь?
Между делом мы чаевничали. Тихие милые посиделки у печи освещенные керосиновой лампой стали символом моего счастья. Прошка на чай выбирался обязательно и с важным видом слушал наши разговоры, а иногда и встревал в них. Любава как-то на таком чаепитии рассказала о моей семье. Она даже отдыхая находила себе полезное занятие и уютно постукивая спицами в полумраке своим певучем голосом рассказывала...
- Твоя бабушка была красавицей в молодости. - Уж после смерти дочки и мужа как замерзла... - Все виноватой себя чувствовала. - Верила в семейное проклятие, да и дочек избаловала... все для них. - Работала и в поле, и в доме, все сама делала... - Говорила пусть отдохнут пока молодые... успеют еще наработаться! - Отмахивалась постоянно от моих поучений. - Говорила я ведь ей не нужно так их баловать, - а она в ответ одни они у меня остались! - Пусть хоть они по-человечески поживут. – И, выросли девки дурные... да ленивые... что одна, что другая! - Даже по дому никогда не помогали матери и еще винили ее и в смерти отца и сестры. – А, характер у обоих злой, завистливый... - Всегда всем вокруг завидовали и ругались как две старые сплетницы. - Во селе их не любили и избегали, а кому охота около себя видеть злых и ленивых баб. – И хоть девки обе симпатичные, но парни их тоже стороной обходили... домой то такую лентяйку женой не приведешь! - Еще и грубые, неприветливые с гонором... – Наслушавшись Татьяниных сказок про родовой дар считали остальные люди им не ровня. – Они вроде как избранные и обязательно лучше всех устроятся. - Когда Вера умерла, ждали что им дар перейдет, даже ведь между собой перессорились. - Все глядели друг за дружкой у кого дар проснется. - Каждая из них ждала получит дар и волшебницей тут же великой стать! - У них у каждой пробудились крохотные искры дара. - И их трудом развить можно было, и я им обоим учиться предлагала. - Но нет, отказались, когда про учебу услышали! - Им хотелось получить все и сразу. - А нет... так и обида на весь свет и на меня тоже. – Все вокруг них виноваты стали, а мать так они совсем зашпыняли, злились что денег она не заработала им дальше так же беззаботно жить. - Вот ты у меня молчишь да делаешь, хотя сила у тебя большая... все лето работала везде где скажу. – А, теперь вон учишься, аж почернела вся и похудела. - За это время ни про кого худого слова не сказала, а так если рассудить, то вы же одной крови все.
Любава, опустив вязание прижала руки к лицу, выражая все свое негодование.
- Искру тоже раздуть можно, но работать надо, много. - Я вот вообще только с магическими зачатками была, а работой развила дар. - Небольшой, но он есть и мне помогает людей лечить! - А это тоже работа тяжелая, сама знаешь. - И травы собери правильно и высуши их как положено и зелья приготовь... сколько сил и времени уходит. - Это сейчас у нас больные с твоей помощью быстро на ноги встают, а раньше я подолгу с ними возилась с тяжелыми особенно. – А, с больными людьми как, и горшок иногда за ними вынеси, и обмой... вонь какая от болезней бывает. - И все ж помогаем, а кто, если не мы... врачей рядом совсем нет. - Волшебство, оно лентяев не любит, - подвела итог Любава.
Перед самым Новым годом Прошка притащил откуда-то коробку с новогодними игрушками. Игрушки были очень старыми и большей частью побитыми, но нас это не расстроило. За вечер мы наклеили гирлянд из старых открыток. Совсем разбитые стеклянные игрушки потолкли в крошево. И вырезав из картона звезды намазали их густо клеем засыпали битым стеклом... получилось очень красиво. Главное, что нам понравилось, а остальное все неважно. Мы с Любавой очистили около елки во дворе снег и как могли ее нарядили. Получилось очень даже ничего.
На Новый год мы наготовили много вкусностей и с чаем встретили его дома у печи. Нам было хорошо и уютно, а утром я вышла во двор и ахнула. Под елкой лежали свертки и коробочки в красивой обертке.
Любава вышла за мной и смеясь сказала, - вон тебе сколько Дед Мороз подарков принес.
Я уже знала Дед Мороз существует, и он … далеко не такой добрый как в сказках. Карачун, - злой дух, повелитель холода и морозов. Зимой, когда самые морозы стоят и метели вьюжат его время царствовать. Его слуги поют в метели, заманивают кружа ледяные хороводы и усыпляют одиноких путников. Вытягивают из них тепло и превращают в тени, в новых слуг... безжалостных и холодных. Подарков от него мне бы получать очень не хотелось.
А вот подарки под елкой я уже догадывалась от кого. Любава помогла все занести в дом и все утро мы все вместе открывали их и радовались. Подарки не были подписаны, но мы все равно догадывались от кого они. Красивый подсвечник это от кузнеца Михея, его мы поставили на стол и долго любовались красотой и изяществом линий. Подсвечник на три свечи был выкован в форме старого дерева! Ветки которого стали подставкой для свеч. Свечи тоже нашлись в подарке от Анфисы. Большие толстые свечи, разных цветов и с цветочной отдушкой... я видела такие в доме ведьмы. Толстая книга редких растений - это подарок Питирима. Шикарный, яркий, тяжелый альбом с репродукциями картин от Иван Ваныча. Дорогой набор мелованной бумаги с кистями и тушью нескольких цветов – это от Анны Леонидовны. А вот тонкий серебряный браслет и серьги — это точно подарок Любавы. Когда мы ездили с ней в Моршу, я долго любовалась этим комплектом в витрине.