Любовь. Не хотелось бы порочить это слово, называя связь между мной и Брэнданом именно так. Но когда я пыталась объяснить самой себе свои чувства к нему, на ум приходил только тихий собственный шепот.
Люблю… люблю… люблю… вопреки всему – люблю.
А он ненавидит, мстит, разрушает.
Насильно мил не будешь, но он мог бы хотя бы просто оставить меня в покое и перестать издеваться и насиловать душу. И не только ее…
– Мэри, это все неважно. Это не имеет значения, потому что ты сама видишь, как относится ко мне Брэндан, – я звякнула железными наручниками, опуская взгляд. – Сейчас меня интересует только два вопроса: когда будет свадьба, и как так получилось, что Брэндан вернулся с того света? Ну и конечно миллионы вопросов о тебе и твоем малыше… – последнее предложение вызвало неподдельную радость в глазах Мэридианны.
– Свадьба будет через месяц, возможно, раньше. Как только закончится подготовка к торжеству и к коронации. А Брэндан и его смерть… я знала, знала, что скорее всего он выживет, но это все равно было так страшно, Кенна… смотреть на то, как последний мой родственник падает заживо. Именно так погибли мама и папа… а потом я увидела Брэндана… знаешь, в тот момент я все была готова ему простить. Все. Лишь бы вакцина подействовала верно…
Я прекрасно понимала, о чем она говорит. В дни когда я думала, что Брэндан мертв, я готова была любыми путями вернуть его к себе. Только мне казалось, что это невозможно.
– Вакцина? – только и спросила я, не понимая, о чем говорит девушка.
– Ну да. Вакцина от яда. Еще в детстве нас всех привили, и я всегда знала, что Бас, Брэд и я наделены данным иммунитетом. Королей же постоянно травят – к счастью, в двадцать третьем веке нашли решение этой проблемы. Хотя… вроде доктор Фиц говорил, что есть яды, с которыми наш организм не справится. Но они очень редки… поэтому я очень переживала за Брэндана.
Теперь все встало на свои места. Брэндан был жив, хотела я этого или же боялась… все было неважно, кроме мыслей о том, кто был предателем, который совершил покушение. Да, одним из вариантов была я. Значит Гаспар ничего не знал о вакцине, когда отдал мне в руки яд.
Но я и сама пила эту гадость и только засыпала, после ее действия. Все это было слишком запутанно и странно… я чувствовала, что должна в этом разобраться. Я хотела знать, кто посмел совершить покушение на Брэндана, и хотела, чтобы Брэд понял, что я бы ни за что не причинила ему вред.
До тех пор, пока он не причинит его мне.
– Кенна… ты тут? Не смотри на меня таким стеклянным взглядом… – Мэри сжала мои пальцы, от чего я тут же прервала мыслительный процесс.
– Мэри, ты бледненькая какая-то… ты хорошо себя чувствуешь? Как малыш? Кто-нибудь знает? – засыпала ее вопросами я, глядя на ее живот. Она носила просторную одежду и по-прежнему оставалась стройной, как и прежде.
– Никто не знает. А чувствую я себя просто отвратительно. Не с кем поделиться, не с кем поговорить об этом… у меня даже врача нет. Я на грани… несколько раз порывалась во всем признаться, и будь что будет… но не могу. Я не смогу жить без Даниэля. Этот прекрасный малыш… я не смогу оставить его без отца, – нервно залепетала она, кладя руку на свой живот. – К тому же меня постоянно тошнит, и я едва скрываю это от Лии и Тессы… знаю я этих двоих, они в два счета могут распустить по замку нехорошие слухи. Жду не дождусь, когда Брэндан женится и станет королем. Тогда малыш перестанет быть угрозой для его власти и причиной беспорядков, и тогда я во всем признаюсь…
Слова о свадьбе были для меня сродни лезвию ножа, царапнувшего сердце. Всего на мгновение я представила другую девушку в постели и объятиях Брэндана, как меня тут же затошнило.
Я бы не справилась… не справилась с такой правдой, если бы узнала ее. Часть меня, лелеяла надежду на то, что несмотря на всего издевки, я по-прежнему остаюсь для него единственной, кого он желает.
Хотя бы телом.
– Кенна, прости… я сказала что-то не то? – Мэри тщательно разглядывала мое лицо и мне пришлось натянуть на себя улыбку.
– Нет, все хорошо. Я счастлива, что твой малыш скоро будет в безопасности. Ты должна перестать нервничать и тебе необходим врач… нужно что-то придумать.
– Может ты мне все таки тоже расскажешь? Что происходит? – продолжала давить она, но я все больше уходила в себя.
– Мэри, думай о себе и своем ребенке. То, что происходит, ты и сама видишь. Я в вашем замке, в наручниках, жизнь прекрасна, – с сарказмом заметила я, возводя глаза к небу. – Как бы там ни было, мне нужно срочно принять душ, Даниэль обещал снять с меня эти штуки во время этого.
Мэри понимающе кивнула, придирчиво оглядев мое некогда красивое платье. Теперь оно было запачкано грязью и пропитано сыростью. Затем она слегка поморщила носик, видимо почувствовав этот запах. Я и глазом не успела моргнуть, как она встала с постели и побежала в туалет.
Я задумалась о том, что Брэндана волновала моя предполагаемая беременность. Неужели, если бы это было правдой, это бы изменило его отношение ко мне? Я надеялась, что никогда не узнаю ответа на этот вопрос.
Потому что я боялась правильного ответа, а он в моей голове был таков: Брэндан бы продолжал манипулировать мной, даже если бы я была беременна двойней.
И это еще раз напомнило о том, в какое чудовище я посмела влюбиться.
* * *
Наручники. Они мешали мне делать все, что раньше так скрашивало мою жизнь в замке. Я даже не могла нормально читать и перелистывать страницы, не говоря уже о том, что они давили на запястье даже во сне.
Брэндан хотел моей злости. И он ее получит, потому что я уже несколько раз порывалась сбежать из своей золотой клетки и посетить его комнату. Может этого он и добивается?
Но каждый раз у двери меня поджидала охрана, которая сопровождала меня в ванную, туалет и на обед, который я делила вместе с Лией и Тессой. При мне они были сдержаны и молчаливы. С того раза как Брэндан выгнал их из столовой, чтобы расправиться со мной, я ловила на себе их пренебрежительные взгляды.
В муках прошло еще несколько дней, и только мысль о том, что рано или поздно ему придется встретиться со мной с глазу на глаз, успокаивала меня и давала надежду на то, что я все стерплю и все выдержу.
Брэндану придется снять с меня эти железяки, если он хоть еще раз посмеет притронуться ко мне. Я твердо решила, что до тех пор, пока он не начнет меня уважать, он не получит ни капли моего тела.
Я не могла быть уверена в том, что до сих пор нужна ему, но как только вспоминала, как его твердый член вжимался в мои бедра, все становилось на свои места.
Но лучше мне об этом не вспоминать. Все мое тело умоляло о его ласке, о том, чтобы вернуть хотя бы на миг один из тех вечеров, которые мы проводили вместе.
Я была одержима человеком, который был моей гибелью.
Мое одиночество и скука прервались в один вечер. В дверях я увидела Лукаса – одного из своих охранников, и в руках он держал внушительных размеров коробку.
– Добрый вечер, леди, – он кивнул мне, поставив коробку на тумбочку для цветов. – Я рад сообщить вам, что вы приглашены на прием Его Высочества. Через час я буду ждать вас по ту сторону двери.
Сделав ко мне несколько шагов, он схватил меня за запястья и за миг снял с меня наручники. Мои запястья были украшены красными браслетами боли, которые постоянно напоминали мне о злости и ненависти Брэндана. И тут вдруг… прием?
– Что за прием? – поинтересовалась я, поглаживая свои запястья.
– Этого я не знаю. Сегодня в замке будет много гостей, но прием этот неофициальный. Это все, что я могу сказать. Значит… закрытый, – он слегка нахмурился, будто подумал о чем-то не очень хорошем.
У меня тут же появилось нехорошее предчувствие. Мне немедля захотелось остаться здесь, пусть даже в наручниках – лишь бы снова не попасться под горячую руку Брэндана.
– Я буду ждать вас ровно час. Собирайтесь, – отдал команду Лукас и его лицо снова приняло типичное для гвардейца выражение лица. Он покинул комнату прежде, чем я подошла к тяжелой коробке и разместила ее на кровати. Не раздумывая ни секунды, я открыла ее и почувствовала, как сердце замирает в предвкушении опасности.
Красный цвет резал мой взгляд до слез, а пальцы заскользили по нежной ткани моего нового платья. Да только это было не совсем платье… очередная накидка, на подобие той, которая была на мне в ту ночь, когда я «отравила» Брэндана. Только теперь это был красный цвет… цвет страсти, цвет боли и цвет камелии.
Хотелось разорвать эту чертову ткань, потому что, когда я развернула его на кровати, я поняла, насколько оно откровенное. Если бежевый цвет смотрелся на мне невинно и красиво, то в этом облачении я буду как шлюха, выставленная на продажу. Как красная тряпка для любого мужчины, который увидит меня в этом платье.
Лукас сказал, что там будет очень много человек… неужели Брэндан опустился до того, что хочет унизить меня перед всеми? Я не понимала, чего он добивается.
Я судорожно начала кусать губы, раздумывая как мне быть дальше. Откажусь и не приду – он придумает что-нибудь еще хуже. Пойду на прием – и буду предоставлена десяткам пожирающих меня глаз.
Мысль о том, что ему совершенно плевать, что кто-то увидит меня в таком виде, была еще более болезненна, чем использование наручников.
Брэндан разочарован. Он зол. Я стала ему так безразлична, что он больше не оберегает меня, так как это было с Золотозубым и похитителями.
Что, если бы я не добавила этот гребанный яд? Было ли бы все по-другому?
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: