Тенлис Хилл. Проклятие

Эффекта бабочки не существует,

но однажды четверо влюблённых

совершили роковую ошибку

ставшую причиной

проклятия целого города.

Их история будет

повторяться снова и снова.

Кровавые события опутают

паутиной судьбы сотни невинных,

заставляя людей проходить

один и тот же сценарий.

Судьба неумолима.

Заметка из газеты

«Портленд Пресс Геральд», 2015 год

В статье рассматриваются мистические явления в современном мире и их связь с реальностью.

Вас интересует, как мистика может вплетаться в нашу реальность? Да, это действительно может показаться интересной темой. В наше время все эти сказки про НЛО, ясновидящих и приведений заставляют улыбаться. Но когда меня попросили написать эту статью, в сердце боролись противоречивые чувства, и они не были связаны с приятными воспоминаниями. Ведь я выросла в городке, окутанном мистическими тайнами, и ворошить это прошлое не хотелось.

Мы все привыкли думать, что небольшой, уединённый город, скрытый за стеной густого, вечнозелёного леса в живописной местности штата Мэн, – это место, где царит полная безопасность.

Вы все мечтаете отдохнуть от суеты большого города и обращаете внимание на карту, замечая, что в тихом местечке вроде нашего штата можно посетить невероятные водопады и горную реку у подножья Галф-Хагас. Рассматриваете фотографии карикатурных улиц, где ровными рядами выстраиваются небольшие домики с яркими крышами. Население здесь составляет всего 1500 человек, и все знают друг друга в лицо. Вы ошибочно считаете, что это место идеально подходит для отдыха, ведь здесь, в отличие от мегаполиса, где каждый день происходят преступления и перестрелки в отдельных районах, просто не может случиться ничего плохого.

В большом городе вы знаете, что за углом вас может поджидать опасность, но в маленьком городе? Конечно, нет.

Я выросла в таком месте, но если когда-нибудь вы решите отправиться в Тенлис Хилл в северном штате Мэн, вспомните мои слова.

В этом месте солнце день за днём пытается пробиться сквозь грозовые тучи. Кажется, что это просто холодный город, но не забывайте: иногда то, что на первый взгляд кажется безобидным, может оказаться ловушкой, которая не позволит вам спастись. Тенлис Хилл навевает чувство страха. Город погребён под вечным мрачным небом. Здесь время словно останавливается, застывая в пелене густого тумана и жухлых коричневато-красных листьев. Город скрывает свои тайны в глубинах мрачного леса, освещённого кровавым заревом луны. Здесь вы понимаете, как важно оглядываться назад и замечать, что люди, улыбающиеся вам секунду назад, могут прятать в шкафчиках для рабочей формы кровавые тайны. Тенлис Хилл наполнен смехом безумного заправщика, встречающего вас ночью у въезда. Здесь, в переполненном мусорном баке вы найдёте газетные вырезки о пропавших детях и трупах, найденных в озере. Звук полицейской сирены становится родным, ведь он звучит здесь каждую ночь. Яркая молния над озером в темноте разрывает небо пополам. Голоса раненых животных в лесу смешиваются с криками отчаяния. Они звучат так, будто это мольбы загнанной в угол жертвы, ещё готовой бороться, но неизбежно проигравшей.

Попав сюда однажды, вы всегда будете надеяться на спасение, но город не прощает ошибок.

Выбраться будет невозможно.

Тенлис Хилл будет преследовать вас везде, и он всё ещё преследует меня.

Глава 1. Десятая осень

«Любовь – это древнее проклятие, способное уничтожить всё живое. Нет чувств могущественнее любви, ибо только пылающие сердца способны верить во спасение».

Тенлис Хилл. Штат Мэн.

Осень 1990 года.

Крошечная кухня, выкрашенная в голубой цвет, наполнилась сладкими ароматами свежих оладий с корицей и вишнёвым джемом. Осенний ветер нагло пробирался сквозь приоткрытую форточку, принося аромат костра. Агата тихо спустилась, устроившись на высоком барном стуле, бездумно болтая ногами. Это всё ещё ощущалось её любимым местом в доме, ведь именно на кухне хранились крупицы тёплых воспоминаний о беззаботном детстве, когда вся семья девушки собиралась каждое утро, чтобы обсудить важные дела и просто провести время вместе.

– Дочка, ты уже проснулась? – Мать вышла из подсобки и заботливо провела ладонью по светлым волосам девушки. – Как спалось?

– Как всегда?

Улыбнувшись, женщина вернулась к плите, беспечно подпевая любимой Уитни Хьюстон, чей голос доносился из старого радиоприёмника, который, как считала Агата, давно пора выбросить в окно.

Впрочем, как и воспоминания о крепкой семье.

– Мам, а где опять отец? – спросила Агата, украдкой взглянув на часы в форме котика, что монотонно отсчитали ровно десять утра.

Женщина замерла всего на секунду, пытаясь придумать правдоподобный ответ на столь простой вопрос.

– Уехал по работе рано утром, обещал, что к вечеру вернётся.

– Как всегда, – тихо пробормотала девушка, вертя в руках чайную ложку.

Она прекрасно знала, что отец не ночевал дома, и давно понимала, почему он так много времени проводит на работе и часто совсем не бывает дома, заставляя жену придумывать очередные отговорки, в первую очередь для себя само́й.

Но Кеталин Роуз сохраняла железное спокойствие перед дочерью и с улыбкой расставляла на столе тарелки с фарфоровыми чашками, доставшимися семье ещё от прабабушки. В животе Агаты приятно заурчало, и, не желая вдаваться больше в лишние разговоры, она с наслаждением приступила к горячему завтраку, лишь временами поглядывая на мать, которой, несомненно, гордилась. Волосы женщины, сидящей напротив неё, ещё не коснулась серебристая нить, а соблазнительную фигуру невозможно скрыть даже под толстым махровым халатом. К сожалению, только отец уже не был способен в полной мере оценить красоту своей спутницы жизни, которая, воспитав восемнадцатилетнюю дочь, ни на миг не постарела. Кеталин выглядела сильной и довольной собственным браком.

Однако, несмотря на это, завтрак становился безвкусным, когда то и дело бросаешь тревожный взгляд на часы, что неумолимо спешили рассказать страшный секрет о её муже.

Мысленно проклиная родного отца, Агата отложила посуду и молча поднялась к себе. Комната обещала спокойствие в последний день лета. Окна в этом месте всегда оставались приоткрыты, и светло-зелёные шторы едва заметно колыхались от лёгкого ветерка, пропуская в комнату свежий воздух с запахом начинающейся грозы. С каждым новым днём на улице становилось всё холоднее. Тяжёлые тучи нависали над Тенлис Хилл, предвещая, что в городе вновь наступила очередная осень, хотя в этом месте она, казалось, никогда не заканчивалась.

Дни сменяли друг друга, люди приходили и уходили, кто-то умирал, давая место новым рождениям, но город неизменно был окутан проливными дождями и густым туманом, доводящим до инфаркта приезжих гостей.

– Ну почему в этом чёртовом месте всегда такая погода? – вслух негодуя, Агата рухнула на кровать с раскинутыми в сторону руками и загляделась на потолок, обклеенный фосфорными звёздами, что отец привёз из одной командировки лет пять назад.

В сердце неприятно закололо, но неожиданный звонок прогнал наваждение, заставляя девушку извернуться, словно змея, чтобы достать массивный телефон из кармана. На чёрно-белом экране высветилось имя подруги, обещающее долгий разговор.

– Привет, – безразлично протянула Агата, подтягиваясь на толстом покрывале к изголовью кровати.

– Привет! У меня просто умопомрачительные новости, ты не поверишь, что произошло! – раздался звонкий голос на другой стороне. – Это просто охренительные новости!

– Ох, ну и какие же? Урвала те самые туфли? – Агата растянулась поудобнее и приготовилась слушать последние сплетни о горячих скидках или красавчиках футболистах, в очередной раз расставшихся со своими пассиями.

– В Тенлис Хилл появились новые жители! – провизжала Кэрол. – Представь, Агата, новые люди! Да я не помню, когда такое было в последний раз!

От неожиданности услышанного Агата вскочила с места, не поверив собственным ушам.

– Ты серьёзно сейчас? В нашей то дыре? Да какой нормальный человек добровольно поедет в захолустье, откуда даже собаки сбега́ют?

Услышав в ответ подтверждение, у девушки вырвался ненамеренный смех, разлетевшийся по комнате звоном.

– Ну и что такого интересного о них ты уже успела разнюхать?

– Ты только сядь, подруга, а то свалишься на пол! Они купили особняк Гауде и почти сразу въехали туда.

– Огромный, уродливый дом, окутанный паутиной и дурацким вьюном?

– Да, а ещё, у них двое детей, близнецы, разнополые, а парень, ну он просто красавчик, каких поискать! Не сравнить с нашими болванами.

От позитивного настроя подруги, вероятно, уже придумавший чёткий план по привлечению внимания нового ученика мужского пола, у Агаты очень скоро разболелась голова. Девушку часто раздражала легкомысленность и отсутствие ответственности в людях. Кэрол была одной из таких людей, с детства привыкшая, что всё в жизни получается легко, без каких-либо усилий, благодаря одному лишь звонку матери. Но реальность Агаты никогда не являлась такой, и это раздражало.

– Кэр, ты в своём репертуаре. Ладно, оценю завтра в школе твоего красавчика.

– Вот не надо мне здесь! У тебя есть Дин и этот чокнутый на голову футболист из параллели. Определись первым делом с ними, а то эти олухи скоро будут бороться за тебя на каком ни будь ринге.

Закатив глаза, Агата сбросила вызов и снова растеклась по кровати, размышляя о словах Кэрол. Это лето действительно перевернуло всё с ног на голову, и девушка уже не понимала, куда ведут её собственные действия. В прошлом она презирала Кэрол за то, что та, повзрослев слишком рано, пропадает где-то с парнями, совершенно забыв о подруге. Но испытав на себе первые чувства, заставляющие кровь в венах, закипать, словно раскалённая лава, Агата окончательно запуталась в понимании пресловутых «хорошо» и «плохо».

Поднявшись, девушка достала из рюкзака потрёпанный дневник, обклеенный картинками из любимого фильма «Назад в будущее», и устроилась на широком подоконнике.

Агата впервые за последние недели решилась написать о своих чувствах после пережитого предательства. Стараясь отложить недавнее расставание с парнем на потом, она боялась взять ручку и высказаться, словно написанное сразу обретало смысл и притворяться, что всё нормально уже не получилось бы. Мозг отчаянно силился понять причины, но ответа найти не мог, заставляя вновь и вновь переживать странные, разрывающие на атомы эмоции.

– Дочь, сколько можно тебя звать! – голос матери раздался как раз вовремя, когда одинокая слеза уже скатилась по бледной коже, растворяясь в жёлтых листах дневника.

– Прости, я просто задумалась! – Агата бросила дневник под кровать и выглянула сверху, навалившись на перила, отчего резная балясина издала протяжный скрип.

– Отец звонил, он будет с минуту на минуту, сходи в магазин за продуктами и умоляю, не наваливайся ты так! – уперев руки вбок и не скрывая широкую улыбку, попросила мать.

Агату затошнило от предстоящего лицемерия родной матери, которая снова будет делать вид, что всё хорошо, улыбаясь во весь рот и подкладывая вторую порцию мужчине, не ценящим ничего вокруг. Схватив рюкзак, девушка наспех зашнуровала ботинки и выскочила из дома, надеясь не столкнуться с паркующимся отцом.

Прохладный осенний воздух собирал мысли в кучу, а мелкий дождь подобно очищающему душу смывал остатки плохого настроения. Погода становилась с каждым днём лишь холоднее. Однако людей, привыкших к такому климату, невозможно напугать серым небом. Кто-то всё ещё жарил ароматное мясо на гриле у себя во дворе, отчего в воздух поднимались тонкие струйки серого дыма и невероятный запах. Мистер Бой с соседней улицы стриг газон, постоянно наблюдая, не попал ли игрушечный мяч его собаки в газонокосилку. Дети бегали прямо по проезжей части и тротуарам, весело запуская воздушных змеев, что моментально намокали и падали, как побеждённые драконы. Но сорванцов это не смущало, они продолжали отчаянные попытки запустить своих монстров снова.

Купив всё необходимое в маленьком магазинчике с красочным прилавком, предлагающим горожанам самые свежие продукты, Агата медленно шла по улице, разглядывая лужи-зеркала под ногами и обдумывая план своего отъезда из вечно холодного штата Мэн. Играющая в наушника группа Pearl Jam заставляла поддаваться мечтаниям. Последний год обучения только начинался, но девушка уже представляла себя в красочном Нью-Йорке или старинной Европе, так сильно манящей своим архитектурным изобилием, обещая наконец счастливую взрослую жизнь, о которой постоянно твердила мать.

– Роуз! – знакомый голос лучшего друга, заставил обернуться.

– Дин! Сколько раз тебе повторять, не зови меня по фамилии, я же не зову тебя Уитмор!

Всё ещё загорелый после летнего лагеря во Флориде парень подхватил подругу словно пушинку, раскручивая вокруг себя. От этого на бледном лице Агаты вновь засияла улыбка. Но оказавшись на земле, девушка демонстративно закатила глаза и пошла вперёд по мокрому асфальту, делая вид, что не намерена прощать другу очередное фамильярство.

– Да брось, Агата, мне же так очень нравится, – почти прошептал он, хриплым, вечно простуженным голосом.

– Плевать, мне не нравится, – заключила девушка, смерив парня гневным взглядом.

– Слыхала уже новости? – Дин сравнялся с ней и, подхватив бумажный пакет с покупками, пошёл впереди, постоянно оглядываясь на подругу.

– Да, Кэрол мне уже всё рассказала.

– Купили дом на отшибе, где ремонт выйдет дороже самого́ строения, у моего отца торчали вчера полвечера. Странные, хотя у нас, наверное, только такие, – не унимался парень, стараясь, несмотря на размашистый шаг, идти рядом.

– Новые люди, хотели познакомиться с властью. Не вижу ничего странного, Дин, – пожала плечами Агата, разглядывая жёлтые листья под ногами, беспощадно утопающие в лужах.

– Агата, я же ещё не рассказал главного! Близнецы Блосс будут учиться в нашей школе, последний год обучения, ставлю пятёрку, что кто-то из них точно попадёт в наш класс.

– И что с того?

– Девчонка, говорят красотка, – парень игриво подмигнул, наблюдая за реакцией девушки, что не заставила долго ждать.

Агата и сама толком не поняла, как резко остановилась, медленно подняв медового оттенка глаза на друга. Она прекрасно понимала, какую игру Дин ведёт с ней, и не собиралась принимать поражения.

– Брат, вообще-то, тоже очень симпатичный, насколько я осведомлена, во всяком случае, наша Кэр уже влюблена в него. Знаешь, Уитмор, наверное, завтра сто́ит напялить свои лучшие тряпки, чтобы достойно встретить новенького, как думаешь?

Дин остановился на полуслове, размышляя, как правильно продолжить разговор. Ему совершенно неинтересно, кто и куда приехал. Уже почти двенадцать лет все мысли полностью заняты только одним человеком – Агатой Роуз, что стала его лучшим другом и единственным светлым пятном в жизни. Сдавать позиции новенькому он точно не собирался и теперь, в полной мере ощущая проигрыш в словесном бою с подругой, закатил глаза.

Дождь, словно подслушивая подростков, резко усилился, и на землю, ударяясь об асфальт, упали крупные ледяные капли. Не задумываясь, парень снял свою кожаную куртку и накинул на худые плечи подруги, отчего Агата стала похожа на маленького эльфа, укутанного в сказочный плащ на два размера больше.

– Зачем? Мне не холодно, – воспротивилась девушка, понимая, как неловко выглядит со стороны.

– Заткнись, Роуз, и принимай помощь, – усмехнулся Дин, приобнимая подругу за выпирающие плечи.

Они неторопливо побрели дальше, увлечённые уже другим разговором, не страшась больше промокнуть и свалиться в первый же учебный день. Образы вскоре исчезли в пелене внезапно налетевшего ливня, окутавшего маленький город, спрятанный среди деревьев, под серо-зелёными водами 3478-мильной извилистой береговой линии.

На смену радостно смеющимся подросткам на промокшей дороге появился кроваво-красный автомобиль с номерами Портленда. Он медленно двигался вдоль центральной улицы городка, привлекая внимание немногочисленных людей, не успевших укрыться от непогоды. За рулём сидела девушка с мертвенно-бледной кожей, что прекрасно сочеталась с огненно-рыжими волосами и красными губами, дрожавшими в лёгкой улыбке.

Ади Блосс не в первый раз возвращалась в этот мрачный город, похороненный под сводом серых небес.

Тенлис Хилл преследовал её в ночных кошмарах задолго до приезда в это место, пропитанное кровью.

Глава 2. Первый агнец

«Каждое зло неизбежно приводит к последствиям, которые могут быть гораздо более суровыми. Возмездие ожидает нас как на земле, так и на небесах. А проклятия возвращаются к тем, кто их произносит…»

Сентябрьское утро выдалось необычайно холодным даже для этого города. Ветер, словно разъярённый зверь, выл за закрытыми деревянными ставнями, норовя пробраться в уютную спальню. Агата, устроившись под овечьим пледом на кровати, устало слушала, как сухие ветви старой сосны с настойчивостью скребли по стеклу, призывая её испугаться, как в детстве. Девушка всегда считала, что Тенлис Хилл способен вызвать чувство паники у неподготовленного к таким природным сюрпризам человека. Этот город словно похоронен под вечно мрачным небом. Здесь жизнь остановилась, застыв в пелене тумана и жухлых кроваво-красных листьях.

Время тянулось бесконечно долго, и Агата уже начала проваливаться в безмятежный сон, когда, наконец, раздался звонок в дверь. Стремительно поднявшись с постели и схватив рюкзак с джинсовой курткой, она бросилась вниз, где в освещённом единственной жёлтой лампой холле, застенчиво переминаясь с ноги на ногу, уже ждал Дин, надвинув чёрную кепку на глаза. Кеталин мило улыбалась парню, уговаривая пройти в кухню ради вкуснейшего какао на свете, но заметив умоляющий о спасение взгляд друга, Агата тактично обошла мать, упомянув, что они уже и без того опаздывают.

– Я встретил Кэрол, она пропустит первый урок и, – парень смущённо поднял взгляд продолжая. – Я решил зайти за тобой сам.

Одноклассник добродушно улыбнулся, и его глаза загорелись ещё ярче. Агата всегда видела в них кусочек лета, согревающий весь оставшийся сезон. Когда Дин заливисто смеялся, его глаза становились похожи на сочную листву деревьев, которой так не хватало этому серому городу. Он же видел в ней покой, золотой закат в глазах, загорающийся всякий раз, когда его Роуз нахально насмехалась над попытками обыграть её в автомате. Агата была именно такой, которую Дин любил с самого детства, – вовсе не принцессой из сказки, а стервой с задатками садиста.

– Ну, не страшно, идём тогда в школу, а то опоздаем в первый же учебный день, – нарочито громче повторила девушка, надевая ботинки.

Под пристальным взглядом Кеталин друзья вместе покинули тёплый дом, выскользнув на улицу, где холодный ветер, цепкими лапками отчаянно старался пробраться под тёплые куртки, покрывая всё тело мурашками.

Путь до школы казался приличным, и, не желая терять ни секунды драгоценного времени, друзья обсуждали пролетевшие так стремительно летние каникулы, вовсе не замечая дороги. Агата с воодушевлением объясняла, как соседская кошка застряла на крыше старого сарая, постоянно жестикулируя руками, и не заметила, когда из-за угла вылетел кроваво-красный «Мустанг» с откидным верхом. Дин в последний момент успел сгрести девушку в объятия и вырвать из-под колёс железного зверя, так и замерев с ней на обочине улицы.

–Роуз, тебя же чуть не сбили сейчас… – прошептал, всё ещё прибывающий в шоковом состоянии парень, обжигая горячим дыханием её ухо.

– Эта чёртова машина мчалась на такой скорости, что будь я огромной медведицей, меня бы вряд ли заметили! – со злостью прошипела Агата, резко избавляясь от неожиданных объятий, надеясь увидеть хотя бы номер автомобиля.

К огромному удивлению, обоих друзей, «Мустанг» стремительно повернул, опрыскивая водой из лужи шагающих по тротуару учениц, и остановился на уже и без того забитой до предела школьной парковке. Двери открылись синхронно, и двое владельцев, похожих друг на друга, как отражение в зеркале, одновременно вышли из машины. Было сложно не узнать новеньких, выделяющихся среди остальной унылой, серой массы Тенлис Хилл. Оба довольно высокие, облачённые в дорогую школьную форму бордового цвета, с правильными чертами лица и идеальной, фарфоровой кожей. Однако самым броским отличием казались огненно-рыжие волосы, пылающие ярким пятном на фоне серого здания школы. Во внешности близнецов чувствовалось величие и определённо богатство, что казалось неуместным в маленьком городке, где большинство жителей с трудом сводили концы с концами.

Близнецы многозначительно переглянулись, одарив друг друга белоснежными улыбками, и гордо направились по длинной аллее к основному входу школы. Их не волновали испорченные платья учениц, бесцеремонно политых грязью, не волновали и люди, которым явно не хватит места на парковке из-за вставшего поперёк Мустанга, и Агата, разрывающаяся от злости, тоже не стала предметом внимания.

Это был момент их собственного триумфа, который Роуз решила непременно разрушить.

– Чёртовы идиоты! Ну сейчас я им устрою! – Агата оскалилась в предвкушении громкого скандала, который, вероятно, станет началом её последнего учебного года, и решительно двинулась вперёд, не обращая внимания на бубнящего что-то себе под нос Дина.

– Вам права тоже предки купили? – рявкнула Роуз, уже пересекая школьный газон прямо по жухлой, пожелтевшей траве, привлекая внимание не только девушки в красной кожаной куртке, что ещё секунду назад находилась за рулём злосчастного Мустанга, но и всего двора.

– А тебе, малышка, сто́ит приобрести очки, раз ты не видишьтакую машину впереди себя, – высокомерно ответила девушка, сдержанно улыбнувшись и поправив рыжие пряди волос, попавшие в фиалковые глаза.

– Ты чуть не сбила меня, идиотка! Ты скорость свою видела или ни черта, кроме собственного носа не разглядишь?! – Агата грубо дёрнула уже отвернувшуюся обладательницу рыжих волос за локоть, заставляя обратить на себя внимание.

Их взгляды на мгновение встретились, Роуз оказалась чуть ниже ростом, но это не мешало приблизиться непозволительно близко к сопернице, испепеляя золотыми глазами.

– Тебе сто́ит научиться разговаривать, деревенщина! – ухмыляясь, словно лиса, прошипела незнакомка, смотря на собеседницу свысока, будто увидела не человека вовсе, а никчёмное насекомое.

– Что ты сказала, дрянь?! – улыбаясь во весь рот, спросила Агата, бросая рюкзак на землю.

Её личный измеритель злости закипал, норовя пробить отметку максимум и выплеснуться на всех присутствующих взрывной волной. Новенькая нарочито грубо вырвала свой локоть из хватки девушки, не желая продолжать разговор. Но вспыльчивая Агата уже не могла сдерживать свои эмоции, в медовых глазах вспыхнуло пламя, и, молча схватив отвернувшуюся обидчицу за длинные волосы, она со всей силы потянула на себя, заставляя девушку завизжать и прогнуться в спине.

Соперницы одновременно рухнули на замёрзшую землю, вцепившись друг другу в волосы как уличные кошки. Агата, не задумываясь и не чураясь грязных методов улицы, вгрызлась девушке в тонкое запястье зубами, заставив ослабить хватку тонких пальцев у себя на волосах, и, ловко вывернувшись, почти сразу оседлала рыжеволосую, нанеся точный удар головой прямо в нос. На пожелтевшую листву брызнула кровь, сливаясь с бордовым пиджаком, и в глазах Агаты, потемнело от злости. Останавливаться она и не собиралась, напротив, ей вдруг резко захотелось вцепиться в глотку соперницы и наблюдать, как её фиалковые глаза, подведённые чёрным карандашом, умоляют о пощаде.