Во власти бывшего
– Вы теперь вместе?
Мне не нравятся такие вопросы. Хотя бы потому что я не знаю ответов. Так что просто жму плечами. Яна понимает мой настрой и больше не продолжает тему.
Внезапно Алекс оборачивается, держа на руках племянника и смотрит мне прямо в глаза. И в этот момент мне чудится в его взгляде немой укор.
Виновата ли я перед ним? Возможно. Но я сделала все, чтобы защитить своего ребенка. И буду делать дальше.
Неловкий момент нарушает Виктор. Выходит, и Миша тут же реагирует на отца. А я, наконец, выдыхаю и отвожу взгляд. Мне постоянно приходится напоминать себе, что я должна играть роль прилежно. А еще не дает покоя то, что Градов сократил срок, и теперь у меня почти не осталось время. Как я могу успеть все найти, если Алекс не оставляет меня одну дома?
– Арин?
– А?
– Спрашиваю, ты поможешь мне на кухне? – терпеливо повторяет Яна.
– Да, конечно, – рассеянно киваю и ловлю внимательный взгляд Воронцова, который стоит неподалеку и вроде бы общается с братом. Но смотрит почему-то на меня.
Время течет медленно. Наверное, потому что я не чувствую себя свободно. Пару раз Яна пытается аккуратно расспросить меня про мою жизнь, но я отделываюсь односложными ответами, и она в итоге оставляет меня в покое. Виктор же на пару с братом лишь смотрит. За весь день мы едва ли перекинулись несколькими словами. Сам Саша тоже не особенно проявляет какую-то инициативу по отношению ко мне.
Только Миша в своей детской непосредственности общается со мной, зовет поиграть и это становится для меня настоящим спасением.
Потому что именно он дает мне возможность выдохнуть и перестать постоянно контролировать себя. С детьми вообще все проще – они открытые и искренние. У них совершенно иные интересы, и я с радостью играю с Мишуткой сначала в одну игру, затем в другую. Только когда Яна уже зовет за стол, понимаю, что, возможно, переборщила.
– Ты хорошо ладишь с детьми, – внезапно говорит Виктор, и я застываю на месте. Его изучающий взгляд препарирует меня, а рядом сидит Алекс. И мне срочно нужно правильно отреагировать, подобрать верные слова.
– Это интуитивно получается, – осторожно отвечаю. – Да и Миша очень открытый и общительный ребенок.
Его отец хмурится каким-то мыслям, а Яна слегка посмеивается.
– Не обращай внимания, – вступается она. – Витя пытается закалить его бойцом с детства, но Мишутка товарищ упрямый и гнет свою линию, продолжая дружить со всеми подряд.
Напряжение за столом немного уходит, и мне удается хоть немного поесть. Опять же под бдительным взглядом Воронцова-младшего.
Я совершенно ничего не имею против Янины и ее сына, но когда мы садимся в машину и уезжаем, все же, наконец, выдыхаю с облегчением.
У Саши звонит телефон, и он, ответив, молча выслушивает собеседника. Не говорит совершенно ничего в ответ и просто откладывает мобильный, полностью сосредоточившись на дороге. Понятия не имею, что ему там сообщили, но я буквально физически начинаю чувствовать исходящую от него злость.
Даже скорее ярость.
Холодную. Обжигающую.
Становится не прост не по себе, а даже страшно. Впереди, как минимум, час дороги, а мы одни, и он в таком состоянии.
До самого дома Воронцов не произносит ни слова. Так же молча выходит из машины, и я не решаюсь задать ни одного вопроса. Кажется, только произнеси что-то, и рванет.
Но стоит только закрыться за мной двери его квартиры, как мы встречаемся взглядами, и я вздрагиваю от той тьмы, что клубится в глазах бывшего.
– Так, значит, дочь не спасли, да, Пташка?
Что думаете?)) время открывать правду?)
– 20 Арина -
Вот и все.
Прикрываю глаза, медленно выдыхаю и готовлюсь к худшему.
– Смотри на меня! – рявкает Воронцов. Резко распахиваю глаза в ужасе. Бывший очень редко повышал голос. Считанные разы. Но сейчас… – Ты опять солгала мне, Ари-на.
– Нет, я…
– У тебя есть дочь. Ты вышла, мать твою, из роддома с дочерью!
Он настолько пугает меня сейчас, что я не удивлюсь, если вот сейчас Алекс ударит меня. Наотмашь. Так что я не соберу себя. Он зол. Он в ярости. А еще я слышу в его голосе… боль?
Воронцов толкает меня, несильно, но я отшатываюсь к стенке, а он нависает надо мной. Даже моргнуть не успеваю, как он уже держит меня практически за горло.
– Что ж ты за сука такая, а?
– Я удочерила Таню, – хриплю в ответ. – Удочерила…
Несколько долгих мгновений, за которые практически прощаюсь с жизнью, Саша вглядывается в мое лицо, ищет ответы на свои вопросы, ложь, которую чует за версту. И я молюсь всем высшим силам, чтобы прошла проверку. Чтобы этого оказалось достаточно, чтобы он поверил.
И не стал копать глубже.
– Почему не сказала? – наконец, спрашивает он. Я слышу разочарование. Это так странно. Неужто он и правда надеялся, что… Черт, нет! Нельзя даже думать в этом направлении. Нет-нет-нет!
– Разве тебе интересно это?
Воронцов стискивает зубы, медленно убирает ладонь от моей шеи, а у меня ощущение, что с меня удавку сняли.
– Зачем ты это сделала?
– Потому что не могла иначе. Потому что это очень страшно, Саш.
Я совершенно не вру. Именно отчаяние и страх толкнули меня на этот шаг.
Он отступает, пошатываясь. Будто моя правда становится для него ударом. Смотрит так, что озноб пробирает. А затем просто уходит. Громко хлопает двреью в свою спальню, и в квартире наступает тишина.
Слезы жгут глаза. И я в который раз повторяю себе, что все это – ради дочери. Ради нее и мамы. Они – все, что у меня осталось. И я не имею права сдаться.
Этой ночью я снова одна. Но так даже лучше. Я слишком боюсь реакции Алекса. боюсь, что он решит довести дело до конца, и узнает о том, что я скрыла от него, рассказав лишь часть правды.
А утром узнаю, что осталась в квартире одна.
Я понятия не имею надолго ли, поэтому сразу же достаю ту самую штуку, что мне передали от Градова. В кабинете у Алекса как и всегда – чисто и убрано. Ни следа недавнего погрома. Когда только успели?
Мне и правда везет – ноутбук в кабинете, лежит закрытый на столе. И я все же медлю, прежде чем открыть его. Антон сказал, что его флешка, которую он дал мне перед отлетом, сделает все сама. От меня требуется только вставить ее. Казалось бы, все просто, но я несколько минут стою и…
Не решаюсь сделать последний шаг.
Потому что это предстательство Алекс мне не простит. То, что связано с его работой, в его понимании неприкосновенно. Я не особенно этим интересовалась, когда мы были вместе. Поэтому не очень понимаю, что именно ищет Градов. И мне должно бы быть плевать. Но все равно чувство, что я предаю бывшего, не оставляет меня.
Впрочем, ставки слишком высоки, чтобы отступать сейчас. Поэтому я все же вставляю флешку в разъем и жду.
На экране мелькают разные цифры, а я нервно тереблю край кофты, боясь, что что-то может пойти не так.
Когда все завершается, выдыхаю с облегчением, забираю флешку и аккуратно закрывают ноутбук. Даже не верится, что все позади.
Странная горечь разливается в груди, однако я старательно игнорирую ее. Но стоит мне открыть дверь кабинета, как вижу Алекса.
Тот стоит в коридоре и смотрит на меня. Затем медленно переводит взгляд на мою руку, в которой зажата та самая флешка.
– Сама все расскажешь? – мрачно спрашивает Воронцов. – Или поедем туда же, где твой брат отговорки сочинял?
Медленно киваю. Вот и все. Свой приговор я уже знаю. Вижу в глазах Алекса.
Он переиграл меня. А я… Я не справилась. И дальше – ничего хорошего меня не ждет. Увы.
– 21 Алекс -
Странная блядская надежда до последнего трепыхается во мне. Хочется верить, что я облажался, что увидел то, чего нет.
Еще на рассвете позвонил своему человеку и приказал сделать ДНК-тест. Что-то в истории с удочерением смущало меня. Хотя Данила и подтвердил слова Арины. Правда, когда меня уже размотало так, что едва собрал обратно.
На краткий миг я поверил, что эта девочка – моя. Что Пташка солгала. И я даже готов был простить ей это. Лишь бы ребенок оказался жив.
Но нет.
И все же интуиция кричала, что надо перепроверить.
Надо узнать все точно.
Но это время. Придется ждать. А вот поведение Арины настораживало уже не первый раз. И я поступил так, как сделал бы с любым – устроил проверку.
Смотрел на экран монитора и впервые в жизни надеялся ошибиться. Верил до последнего, как дурак.
Внутри все кипит от мысли, что эта сука и правда решилась на предательство. А теперь стоит бледнеет и трясется, понимая, что попалась.
Сложно отделить прошлое. Слишком сложно. Хотя я был уверен – смогу.
– Я расскажу, – тихо произносит она. – Расскажу все. Только пообещай мне кое-что.
– Ты не в том положении, чтобы ставить условия.
Разочарование топит все сильнее. Неужели и правда яблоня от яблони? Она же была для меня…
– Пообещай, что не станешь мстить моей дочери и маме. Пожалуйста.
– По-твоему, я настолько мудак, что накажу ребенка за то, что кукушка, забравшая ее, оказалась продажной шкурой?
Арина вздрагивает, втягивает голову в плечи, будто боится, что я ее ударю.
И руки реально чешутся. Но я никогда, сука, ни разу, не поднял на нее руку, не дал повода бояться меня физически. Даже жесткий секс был ей в кайф.
– Пообещай…
– Даю слово, – буквально выплевываю я. Чувствую, еще немного и все выйдет из берегов. Я уже теряю контроль от той оглушающей боли, к которой оказался не готов.
Я, блядь, не был готов, что окажусь прав насчет нее. – Кто заказал?
– Градов. Антон.
Это становится вторым ударом. У меня были соображения и подозрения, ситуация давно назревала, но Градов? Три года мы не пересекались. После смерти брата Арины он не светился, и я решил…
– Как он вышел на тебя?
– Пару месяцев назад. Мы с Танюшей гуляли в парке, и трое нетрезвых мужчин захотели пообщаться.
Арина едва заметно передергивает плечами. Верный признак того, что ей неприятно.
– Антон заступился за нас и отогнал их.
Я даже не сдерживаюсь – многозначительно хмыкаю. Удобный спектакль.
– Дальше?
– Дальше предложил проводить нас, на всякий случай.
– И ты, конечно, согласилась?
– Я была одна с маленьким ребенком!
– И без сомнений пошла с незнакомым мужиком! – цежу в ответ. – Все еще думаешь, что хорошая мать?
Арина бледнеет. Открывает рот, чтобы что-то возразить, но… Нет. Молчит. Опускает взгляд, но я успеваю заметить, как заблестели ее глаза.
Она – сука, предавшая меня. Продавшая. И все равно я чувствую себя за свои слова каким-то обмудком.
– Дальше что было?
Арина больше не смотрит на меня. Монотонно рассказывает, как Градов снова встретился с ней, как первое время просто общался, прежде чем перейти к делу. Вначале предложил подзаработать, а когда Арина отказалась, перешел к запасному плану.
– У меня не было выбора, – добавляет она бесцветным голосом, по-прежнему не глядя на меня.
– Он у тебя был. Ты могла все рассказать мне. С самого начала.
Пташка вдруг запрокидывает голову и хохочет, словно безумная.
– Рассказать? Тебе? Алекс, ты правда думаешь, что после всех твоих угроз я бы рискнула жизнью дочери и доверилась тебе?
Внутри неприятно скребет от этих слов. Что, мать твою, я такого сделал-то?!
– Выбор у тебя был. Ты выбрала неправильно.
– Валяй, – обреченно кивает она. – Наказывай, сажай за решетку. Делай то, что должен, Саш.
– Ты знаешь, что искал Градов?
– Понятия не имею. Он сказал, что программа на флешке сама все сделает. Мне нужно только добраться до твоего личного компьютера.
– И ты так долго тянула?
– Изначально план был на несколько недель. Что-то изменилось, и когда на приеме мне передали глушилку для камер, заодно и сообщили, что изменился срок.
– Кто передал?
– Какая-то девушка.
По-хорошему я должен притащить эту тварь в контору, оформить и сделать то, что делаю в таких случаях. Но впервые я нарушаю собственные правила.
И снова из-за нее.
– Что ты теперь со мной сделаешь?
– В твоих же интересах больше не косячить, Ари-на, – бросаю, закрывая дверь в кабинет и запирая ее на электронный замок. – Когда я вернусь, решу, как с тобой поступить.
Я жду, что Пташка начнет дергаться, плакать, умолять простить. Хоть что-то. Но она просто кивает, разворачивается и медленно бредет в ту гостиную, где ночует.
Неуместный, идиотский порыв пойти за ней приходится давить на корню.
К черту. На хер. Она предала меня. И раз уж я и так нарушил правила, надо хотя бы с остальным разобраться как следует.
И для начала стоит узнать в курсе ли Арина, что Градов, которому она так преданно служит пусть и вынужденно, очень плотно связан со смертью ее брата…
– 22 Арина -
Страшно ли мне? До чертиков. Я отлично понимаю, что перешла черту, за которой Алекс не проявит никакого снисхождения. Не после такого.
Что он со мной сделает? Убьет? Бросит в застенки, как Арсения?
И главное – что будет с Танюшей? Сдержит ли Градов обещание не трогать их, если я не справилась? Боюсь, что нет. А это значит, что мне придется умолять Воронцова помочь им, защитить и спрятать.
Унижаться еще больше? Я готова, если это сохранит жизнь моих близких. Мне плевать, что будет со мной. Но они… Боже, они же не виноваты ни в чем!
У меня нет даже слез. Внутри какое-то опустошение. Я же и правда верила, что смогу, что справлюсь. Что сделаю все, что надо, и смогу сбежать.
Наивная дурочка. Стоило сразу догадаться, что Алекс меня переиграет. Слишком он хорош.
У меня нет сил даже дойти до постели. Просто сползаю на пол по стене и закрываю глаза.
Таня. Танечка… Простишь ли ты свою глупую мать? Сможешь ли узнать про своего такого неоднозначного отца?
Перед глазами всплывает тот самый день, когда моя жизнь изменилась, а я этого даже не поняла сразу…
…Тем вечером однокурсница приболела и попросила подменить ее на ночной смене в клинике. Ей повезло – взяли по блату в элитную организацию. А значит, после выпуска вакансия медсестры была у нее уже в кармане. Но больничные там не приветствовались. И я вышла вместо нее.
Тогда я была еще наивной и не знала, что клиника эта сотрудничала не только с законопослушными гражданами.
Поэтому когда поздно ночью в приемное отделение ввалилось трое парней, один из которых истекал кровью, сначала у меня был шок. Когда все, что необходимо было сделано, я робко спросила у главной по смене про заявление в полицию. И та посмотрела на меня как на дуру.
– Ты знаешь кто это?
– Пострадавший? Но ведь по правилам…
Договорить я не смогла – в дверях появился Алекс. Его появление стало тем самым поворотным событием.
Он говорил холодно и отстраненно. Смотрел в основном на дежурного хирурга. Меня словно и не было там вовсе. Только уходя, бросил на меня нечитаемый взгляд, от которого мурашки по спине пробежали.
В полицию мы тогда так и не заявили. А я решила, что больше подменять Иру не стану.
А спустя всего несколько дней, возвращаясь с учебы, я снова увидел его. Алекса. Он стоял возле машины, убрав руки в карманы. Весь такой холодный, отстраненный и при этом странно притягательный.
Тогда он впервые сделал предложение стать его любовницей. Сказал это так, словно предлагал мне выбрать чай или кофе. Будто это для него привычное дело – вот так снимать девушек на месяц-другой. Он так и сказал:
– Побудешь моим плюс один, пока мне интересно. Неделю, может, месяц. По деньгам не обижу.
У меня не было отношений – не до этого как-то было. Поэтому его слова прозвучали настолько дико, что я замерла, не зная, что ответить. Точнее, не понимая – не послышалось ли мне?
А Воронцов воспринял это молчание за согласие. И открыл дверь машины, уверенный, что я тут же сяду.
Тогда я еще не знала, что это начало долгой осады, которая в итоге закончится тем, что я все же сдамся этому мужчине. Влюблюсь без памяти вопреки тому шовинизму и цинизму, что он будет демонстрировать с завидной регулярностью. Но в то же время Алекс станет для меня самым надежным мужчиной. Человеком, который покажет поступками то, что не считает нужным озвучивать.
Ровно до момента, пока Арсений не окажется в его ведомстве…
Воспоминания лишь усугубляют ту боль, что разрастается во мне. Время идет, но я по-прежнему одна. Кажется, так проходят почти сутки. Неизвестность убивает. Но у меня нет возможности ни связаться с семьей, ни выйти из квартиры. Безысходность сменяется страхом за свою семью.
Я извожу себя сомнениями и опасениями, придумываю не один вариант разговора с Алексом, как и о чем буду просить, о чем умолять и на что согласна ради безопасности близких. Так что когда, наконец, слышу щелчок входной двери, меня уже потряхивает.
Но стоит мне выйти в коридор, как застываю на месте. Воронцов сам идет ко мне. И я отчетливо понимаю – пощады не будет. В его глазах – мой приговор.
– Действительно думала, что я не узнаю правду про дочь?
Внутри все обрывается.
Нет, только не это… Неужели он все же…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов