Глава 3. Четыре Башни
Чтобы становиться новым человеком, надо идти вперед. Чтобы идти вперед, надо делать новое.
Другого рецепта нет и не было.
Поэтому первично я и пошла в ту сторону, которая всегда казалась только смутной мечтой.
Вспоминаю, как это было, сидя перед большим монитором в офисе на высочайшем этаже. За окном Башни – огромный мир в огнях разных жизней. Все кажется таким маленьким.
Если мой самодеятельный выпуск мира с атипичным поведением его героев, еще и без изменения шаблонов их ролевых обозначений на "нормальные" имена, в производство обнаружат, неужели я всего этого лишусь?
Я теряюсь в думах – состояние, когда ты не мог поступить иначе, не отменяет горечи риска потерь.
А еще недавно все это и не могло быть моим – обычное собеседование в IT-компанию оказалось собеседованием в компанию, которая буквально проектирует бытие:
«Мы занимаемся самыми разными проектами, благодаря которым существует мир.» —
на этих словах с виду совершенно обычная женщина наклонилась к столу, чтобы передать мне конфетку, похожую на ириску. Что-то пугающе магнетическое было в
этом жесте.
Двое ее коллег контрастно к ее дружелюбию смотрели на меня неприкрыто изучающе.
На мое саркастическое недоверие «А в совете директоров у вас сидят боги?», последовал комментарий о моей необычайной проницательности.
Я поймала себя на мысли, что этот талант у меня от отца – он тоже нежданно удивляет меня раскрытием скрытого или точностью предсказаний, высказанных невзначай как шутки.
К слову, по критериям той должности скучного клерка, что я хотела занимать, я не прошла собеседование.
«У вас дурацкие вопросы. Процессы времени объемнее формы.» – примерно так я не ответила я на аналитический вопрос про определение времени на циферблатных часах, который вогнал меня в краску и панику.
Как мне сказали позже, именно этот проигрыш и гарантировал мне успех и должность в лиге моей компании – компании Первой Башни.
«Перед тем, как вы успеете отказаться, оставьте место для моего рассказа». —
Женщина напротив все также мягко ожидала моего согласия на ее продолжение речи.
Чувствуя себя героиней анекдота, я нетерпеливо кивнула, чему способствовал машинальный жест заброса ранее переданной ириски в ротовую полость.
Женщина, явно более довольная, чем минуту назад, откинулась на обитую спинку:
«Существует всего 4 компании, расположенных в 4 Башнях, создающих миры.
У каждой из них свой подход в работе и отношение к процессам – например, есть одна, которая считается самой консервативной из всех – ее еще зовут Старая Башня. Она призвана сохранять или даже восстанавливать старые способы устроения реальности. Все контр-революции и идеи великого возврата – их продукты. И такой спрос…присутствует.»
Она помолчала, вероятно, ожидая получить внешнюю реакцию моего авторства.
Но я тоже молчала.
«Две другие совсем иные…» – она продолжила.
«…Башня Плача и Башня Смеха. Они считаются парными, и говаривают, что их основатели – брат и сестра. Традиционно в центре своих миров для этих компаний располагается интенсивное эмоциональное воздействие. Это движущая сила их процессов. Только, как вы догадались, в центре выбраны эмоции разных зарядов.
Все медиа проекты внешних феноменов эмоционирования в основном поступают на реализацию им.
Можно сказать, что после обретения информационной средой доминантности в вашем слое реальности, произошел рассвет этих Башен.»
До меня интуитивно доходил смысл ее слов. Как из глубин своего до-социального знания. Прерывать рассказ нее хотелось.
«И, наконец, есть наша компания – Первая Башня…»
Я поймала себя на мысли, что скромности им не занимать.
«…Именно с этой компании началось все, так как сама идея создавать миры для измерения обитания людей синхронна именно с деятельностью ее основателя. Нетрудно догадаться, что Первая Башня – самая инновационная и изобретательная из всех.
Основные проекты новшеств, от христианства до интернета, разработаны именно на этих площадках высоких наднебесных этажей.
Именно за это Первую Башню любят, и именно за этим к ее командам обращаются.»
Её рассказ закончился, и лицо вещательницы явно ожидало ответного включения с моей стороны. Что-то вроде возгласов «Вау», «Ух ты», «То, о чем я всегда смутно думала, оказалось реальностью моей мечты» было ожидаемым сюжетным реагированием – и оно было бы правдивым, из всего канона ситуации.
Но вместо этого я смогла позволить себе только одно – вопрос:
«Как именно создаются миры, тем более если ваши работники – люди, как я? Вряд ли это делается каким-то космическим бурением.»
Мне кажется, это был крайне планомерный способ уточнить, что вообще у них в этой башне происходит, и о чем на самом деле, издали моих пониманий, ведется речь.
Люди напротив переглянулись.
Женщина, до сих пор ни одно из человеческих имен в моем сознании ей не подходило, заулыбалась еще лучезарнее:
«Историями».
И комната засияла солнечными бликами.
Глава 4. Извне Тэ И
После общения с Горячим Парнем, вечером этого же дня она как ни в чём не бывало вернулась в гостиную факультета: Друг 1 и Друг 2 вновь дружили, поэтому никто не заметил её отсутствия, так же как и возвращения.
Она почувствовала себя совершенно тоскливо от волны осознаваемого одиночества, которое шло за ней по пятам, как в мире не-магов, так и магов, друзей и врагов. Мужчин и женщин.
К тому же приближался Бал, и ощущение пропасти между всеми категориями населения Магической Академии только усиливалось.
Вся гостиная кишила людьми, и на устах была лишь одна эта тема, которая бесстыдно громко доносилась из каждого рта.
Сев в дальний угол гостиной, она про себя отметила, что по жизни она была невидимкой.
Но эти пять минут запланированных наблюдений растянулись на несколько большее время, чем она на то рассчитывала. Потому что сегодня эти беседы не были так безобидны, как любые другие всплески в общей гостиной.