Но при всей внешней дружелюбности, которой так и светилось лицо Клима, взгляд его оставался колюче-внимательным. Плечи мои невольно напряглись, захотелось отступить в тень и спрятаться от всевидящего ока.
– Вы работаете у мисс Фёклы? – учтиво уточнил он.
Мои брови поползли вверх: за пределами нашего дома Фёклу называют исключительно ведьмой. Я коротко кивнула и подавила желание скрестить руки на груди. Старший следователь мог по-своему интерпретировать этот жест. Сейчас он тоже начнёт расспрашивать про клуб «Два меча» и про визит Антона. Полицейские любят елозить по одному месту, пытаясь поймать народ на вранье.
– Это хорошо, – удовлетворённо проговорил Клим. – Старушке не помешает общество нормальных людей.
Я растерянно моргнула. Старушкой Фёклу называю лишь я… да и то про себя. Очень странный мужик. Клим покосился на моё вытянутое лицо и весело расхохотался.
– Вы, видимо, не знаете, что мы с Фёклой старые друзья, – соизволил объяснить Клим. И добавил: – Точнее, она поработала моей доброй крёстной феей, благодаря которой я в своё время и получил место старшего следователя.
Я медленно покачала головой: ну и дела! Так вот почему старушка не против пообщаться с этим типом! Обычно она полицейских и на дух не переносит.
– С лирическими отступлениями закончим, – сурово проговорил Клим, лицо его вновь стало походить на блестящую жёлтую маску. – У меня к вам всего несколько вопросов.
Плечи мои вновь напряглись, руки невольно сжались. Зашуршала бумага, Клим копался в исписанных листах. Выудив один, где его крупным почерком стояла размашистая надпись, он удовлетворённо кивнул.
– Вот. Мисс Лада сообщила, что вы обнаружили у порога некий мусор, который посчитали настолько важным, что спрятали в пакет. – Он бросил на меня быстрый взгляд: – Надеюсь, это не сокрытие улик?
Я вздрогнула и беспокойно огляделась, пытаясь вспомнить, где бросила свою куртку.
– Нет, конечно, – смущённо пробормотала я. – Я просто забыла об этом.
– Я так и понял, – с довольным видом кивнул следователь, но его колючий взгляд давал понять, что ни фига он мне не поверил. А зря. Щепка и шерстинки запросто вылетели у меня из головы. – И где сейчас этот пакетик?
– В моей куртке, – призналась я. – Но я понятия не имею, где она есть. Я сбросила её… здесь так жарко!
– Так лето на дворе! – сурово покачал головой Клим, словно за использование верхней одежды в тёплый природный период полагается административное наказание. – Зачем вам куртка?
– Я на скутере, – сумбурно объяснила я. – Это как бы защита от травм… падения…
Лоб мой покрыла испарина, тело бросило в дрожь. Я до боли сжала зубы и затаила дыхание. Как не вовремя приступ паники! Сколько я боролась с психологической травмой, но до сих пор слова типа «падение» вводят меня в ступор. В ушах словно снова прозвучал усиленный динамиком голос: «Она падает!». Я глубоко вздохнула, прогоняя цветные круги перед глазами.
Инспектор не сводил с меня внимательного взгляда, словно ловчий кот с замешкавшейся мышки. Всё, меня записали в психи! И теперь я под подозрением. Все полицейские одинаковы: раз травмированный, значит обозлённый и может причинить вред. Губы мои растянулись в злой усмешке.
– Я действительно понятия не имею, где моя куртка, чесслово! – громко проговорила я.
Клим поджал губы и коротко кивнул.
– Денис! – позвал он.
Заскрежетал замок, дверь отворилась, в кабинет просунулась голова пунцового от жары юноши. Он на мгновение прикрыл веки, наслаждаясь прохладной волной кондиционера, а потом вопросительно уставился на следователя. Тот перевёл взгляд на меня:
– Как выглядит ваша куртка?
– Кожанка, старая, половина заклёпок сломано, оставшиеся ржавые, – послушно ответила я. – А ещё на ней следы ботинок…
– Следы? – удивлённо приподнял густые брови Клим. – На вас напали?
– На куртку напали, – едко хмыкнула я. – По ней пробежалась толпа перепуганных магов.
Следователь удовлетворённо кивнул и перевёл взгляд на голову, парень мгновенно исчез. Снова щёлкнул замок. Я поёжилась: они что, боятся, что я сбегу? Как? Вокруг десятки полицейских. Клим снова зашуршал протоколами.
– Вот, – медленно проговорил он, выуживая лист. – Вы вызвались проводить мисс Ладу, якобы она была не здорова, но в доме сразу бросились искать белую кошку…
– Нет! – воспротивилась я. – Я просто спросила Ладу, не видела ли она в округе животное. Дело в том, что Дашка увязалась за Антоном и пропала… Вам это действительно интересно?
– Конечно, – серьёзно ответил Клим. Он положил локти на стол и опёрся всеми подбородками на тыльные стороны ладоней. – Иначе я бы не спрашивал.
– Странно, – я пожала плечами. – Вы единственный, кто заинтересовался самой кошкой. Другой следователь больше спрашивал про Антона и клуб «Два меча».
– Я знаю, о чём вас спрашивали, – Клим выразительно покосился на исписанные листы. – А теперь я хочу узнать то, о чём спросить забыли. Если я буду повторять за подчинёнными их работу, своей мне заниматься будет некогда!
Я нахохлилась, словно ученица перед строгим директором. Неожиданно возникло острое желание ничего ему не рассказывать. Пусть идёт к Фёкле, если хочет. А я больше и рта не раскрою без надобности. В конце концов я ни в чём не виновата! А ещё мне нужно к доктору попасть, и неизвестно сколько времени придётся угробить на уговоры Петра.
– Это ваша кошка? – уточнил Клим, бросая несколько строк поверх листа.
– Да, – сухо ответила я. – То есть это кошка мисс Фёклы, Дарья.
– Когда она пропала? – не поднимая головы, спросил следователь, быстро записал мой ответ.
В дверь постучали.
– Да! – гаркнул Клим.
Замок щёлкнул, в кабинет просунулся тот самый парень, он отрицательно покачала головой. Следователь перевёл на меня тяжёлый взгляд, я старалась держаться невозмутимо. Но сердце упало: кто-то стащил мою любимую куртку!
– Что было в пакете? – почти прорычал Клим, его взгляд, казалось, прожигал меня насквозь.
– Несколько белых шерстинок и одна чёрная щепка, – нехотя ответила я.
– Чёрная, в смысле крашеная? – Клим насторожился, казалось, даже уши встали торчком, словно у гончей.
Я покачала головой, размышляя, стоит ли упоминать о трости Даниила. И решила умолчать. Клим добавил две строчки поверх опуса своего подчинённого. Отложил ручку, которая ту же покатилась по столу, дребезжа на лакированной поверхности, и ударилась о пресс-папье из белого мрамора. Кожа на моей голове словно стянулась, дыхание перехватило. Резьба по камню изображала кошку, сидящую на полумесяце. Лампа не требовалась! Убийца использовал имеющийся атрибут…
– Что с вами? – Голос Клима донёсся до меня словно сквозь вату. – Вам плохо?
– Да, мне плохо, – машинально ответила я.
– Денис! – гаркнул Клим. – Проводи мисс Джо на воздух. Пора бы всем нам убраться отсюда. Чёрт его знает, что выращивает в своих горшках этот горе-агромаг!
***
Ветер раздувал мокрый от пота лонгслив и приятно охлаждал мою кожу. Старенький жёлтый скутер нёсся по дороге, из-под колёс то и дело, словно брызги, метались стайки наглых воробьёв. Я сосредоточилась на луче света, который вырывал из вечерней темноты кусок дороги, и старалась не допускать и мысли о том, что еду без защиты. Пусть и эфемерной, – всего лишь кожаная куртка! – но хоть какой-то преграды между мной и жестоким миром.
Хорошо, что меня наконец отпустили. Эх, надо было сразу прикинуться больной, как Лада. Ведь её из дома на руках вынесли, высокий рыжий магдок разрешил полиции по-быстрому допросить гонщицу прямо в кабине скорой помощи, да сразу же увёз в клинику. А я парилась в доме Антона несколько часов! Этот главный следователь ещё тот жук! Надо бы порасспросить о нём старушку. Будет он нам вставлять палки в колёса расследования? Или будет нагло использовать в своих целях? Впрочем, всё это потом. Сейчас нужно успеть в клинику к доктору Петру. Говорят, что в его дом не пускают абсолютно никого, кроме семьи и прислуги. И единственный шанс поговорить с магом красоты – застать его на рабочем месте. Я попыталась прибавить скорости…
Огромное белоснежное здание с широкой лестницей и обширной парковкой возвышалось среди невысоких коттеджей, расположенных в самом богатом квартале Магсквера. Внезапно мой маленький скутер попал в окружение ламборджини и порше. А я, в потёртых кожаных штанах и пропахшей потом чёрной водолазке, смотрелась среди этого великолепия, как мятый окурок на витрине с бриллиантами. И люди косились на меня примерно с тем выражением лица, с каким смотрят на вшивую ободранную кошку, которая невесть каким образом пробралась в фешенебельный ресторан.