Новая жизнь. Вожак шайки
Да, вот ему она говорит, а мне ничего не понятно, о чем они говорят.
Я оказался полностью взмокший, поэтому меня отправили просушить одежду и принять пневмодуш. После чего новый командир получил на нас с Четыреста семьдесят восьмым завтрак, который мы приговорили так же сидя на кроватях.
Общаться мы еще не можем, поэтому просто жуем паек, точно такой же, как в обед и ужин. Только немного поменьше по объему и совсем без хлебцев, вносящих хоть какое-то разнообразие в сам процесс поглощения еды.
На самом деле иначе, как процессом поглощения еды все подобные приемы пищи и не назовешь. Так все происходит совсем безлико и механизировано, безо всякого вкуса и даже никаких приправ нет дополнительных.
Вот, хоть что-то вспомнил, что есть такие приправы, которые улучшают вкус еды, перец и соль, например.
После завтрака небольшой отдых, потом снова проходим участок местности, такой же, как за границей поселения.
Но до этого времени со мной случилось интересное, самое, пожалуй, интересное происшествие за все время, как я попал сюда. Пока мы маршировали на новое место тренировки, ко мне приблизился один из мужиков, с которыми я рубился на тренировке.
Один из самых опытных в этом полувзводе и прошептал мне на ухо, то есть прошипел очень тихо:
– Четыреста шестьдесят девятый, ты – новичок, много еще не знаешь и не понимаешь. Тебе не стоит так хорошо рубиться на мечах, Четыреста шестьдесят девятый, иначе тебе отправят в патруль всего через один дистрикт, Четыреста шестьдесят девятый. Теперь тебе уже нельзя начать совсем саботировать на мече, ты уже хорошо засветился, Четыреста шестьдесят девятый, как очень сильный боец. Но на следующей тренировке на участке местности, Четыреста шестьдесят девятый, ты должен показать очень плохой результат, Четыреста шестьдесят девятый. И тогда сможешь просидеть в казарме без выходов к дикарям, Четыреста шестьдесят девятый, еще пару, а то и все три дистрикта, Четыреста шестьдесят девятый. Береги себя, Четыреста шестьдесят девятый, ты очень похож на моего младшего брата, Четыреста шестьдесят девятый.
Частое и постоянное упоминание моего номера помогает шифровать разговор от прослушки – такое я уже знаю, почему мужик постоянно его называет.
«Мужик помнит своего младшего брата и уверен, что я похож на него, значит, все же со временем память немного возвращается», – получается очень положительная новость для меня.
Ответить ничего я не могу советчику, который помогает мне подольше прожить в здешнем мире, поэтому только согласно кивнул головой.
Заметив, что командир полувзвода оглянулся и уже смотрит в нашу сторону, советчик исчез за спиной у меня, а я глубоко задумался.
Похоже, получил сейчас такой совет, которым не стоит пренебрегать, он дан от чистого сердца, просто из-за моего внешнего сходства с когда-то близким ему человеком.
«Значит, не все вояки похожи на бездушных роботов, за которых я принял их сначала», – странно так подумал я и вспомнил, что роботы – что-то такое, без эмоции и души, ведь на них весьма похожи окружающие меня военные.
Редко кто общается между собой, и на тренировках, и на отдыхе, основная масса садится на кровати и просто молча сидит. На лицах ни одной эмоции, в глазах ни одной мысли – точно настоящие роботы!
Мужик решил мне дать дельный совет, похоже, он тоже заметил, что я не совсем робот. Поэтому заранее предостерегает от демонстрации слишком крутых умений, потому что так меня отправят на патрулирование всего через десяток дней. А если саботировать учебу и работать не в полную силу, то я смогу просидеть здесь без особого риска еще пару дистриктов.
Что такое сидение мне особого даст, я пока не знаю, но попробовать увильнуть от боевых выходов стоит определенно.
«Спасибо», – запоздало я прошипел в ответ исчезнувшему за спиной военному и обмер.
У меня получилось сказать подобным шипением первое слово на местном языке!
«Лучше я не стану опять демонстрировать свои успехи, похожу в отстающих, как мне советуют добрые люди. Ведь не зря советуют, лучшие погибают первыми всегда и везде», – вот и еще одно знание из прошлой жизни.
Поэтому в довольно простой тренировке на местности я постоянно торможу, часто промахиваюсь и нигде не успеваю. Проиграл первые три захода со счетами двенадцать – два, двенадцать – один, двенадцать – три. Несмотря на все указания командира путаю право и лево, делаю все невпопад, поэтому он довольно быстро махнул на меня рукой:
– Четыреста шестьдесят девятый, у тебя есть свой начальник, вот пусть он и трахается сам с тобой, тупое ты животное! – услышал я в конце тренировки сильно ободряющий наказ и здорово порадовался за свою сообразительность.
– Молодец, что понял меня, Четыреста шестьдесят девятый. Общайся с Двести пятьдесят четвертым в своем полувзводе, Четыреста шестьдесят девятый. На Триста сорок девятого – меньше обращай внимания, Четыреста шестьдесят девятый, – услышал я сзади на обратном пути и, не поворачиваясь, снова кивнул в знак понимания.
«О, еще ценная подсказка, командир полувзвода мне не товарищ, получается, а умные советы мне лучше получать от того нормального мужика, отличающегося внешностью от всех нас», – понял я.
Потом прошел обед, пожевав безвкусную, но питательную кашу или пюре, я снова хорошо поспал, оба защитных костюма висят на крючках и окончательно сохнут.
Уже понемногу втягиваюсь в местную, невероятно простую и примитивную жизнь.
Вечером опять хозработы, такие же, как вчера, потом ужин, а в казарму вернулся мой полувзвод. Все парни в пропахших доспехах и мокром белье. Когда сняли панцири, запах застарелого пота повис в казарме, спины под панцирями черные и мокрые от влаги.
Видно, на выходах за территорию базы приходится сильно бегать и до предела напрягаться, как в последний раз, причем всем без исключения. Командир нашего полувзвода, Триста сорок девятый, ничем по внешнему виду не отличался от остальных бойцов, бегает вместе со всеми, значит, тоже.
Очистители долго оказались заняты, до самого отбоя, но я уже давно сплю к тому времени, надеясь увидеть сны из прежней жизни.
Следующий, уже третий день на Планете, оказался самым познавательным и интересным из всех проведенных здесь дней.
Нас, всех новичков, около двадцати боевых единиц с номерами от Четыреста пятьдесят второго до Четыреста восьмидесятого, собрали в том помещении, где меня встречали Ноль ноль шестой и Ноль ноль девятый. Попросту рассадили на полу и на большом экране показали долгий и очень подробный фильм именно для самых новичков.
Сначала показали Высших – высоких, могучих, прекрасных лицом и фигурой мужчин и очень красивых женщин. Они заняты тем, что спасают многие планеты и помогают всем на таких планетах лучше жить. Еще разрабатывают полезные ископаемые для качественной жизни населения и держат для защиты таких, как мы, сильно бравых вояк. Потому что темные и нехорошие расы не хотят всеобщего благоденствия, пытаются помешать такой самой лучшей жизни для всех существ. Они исподтишка нападают, убивают, пытают и насилуют хороших людей и все такое, включая нечеловеческие пытки.
Нам обстоятельно и подробно показали именно их на большом экране, так качественно, что слезы ненависти текут у всех зрителей по щекам, а кулаки сжаты до предела.
Рассказ идет на том же шипящем языке, вот тут у меня закралось первое сомнение.
«Раз – Высшие таких уж светлые и добрые, почему бы им не внедрить простой и легкий язык в своих владениях? А не заставлять всех учить настолько противный, такой фантастически неудобный и сложный язык, как это самое поганое шипение», – доходит до меня.
Хорошая мысль, я даже погордился своей проницательностью во время фильма, его первой части, как оказалось. Поэтому не так проникся самим фильмом, уже как-то понимая, что мы смотрим явную пропаганду для почти полных идиотов, в которых нас зачем-то превратили.
Потом пошел рассказ про нашу планету, вкратце нам показали, что мы должны охранять денно и нощно – мощные буровые платформы. Опять же населенные красивыми мужчинами и женщинами, пусть уже не такими могучими, как сами Высшие.
Но тоже вполне ничего такими, женщины все широкозадые и с могучей грудью размера с мою голову примерно, народ в зале завистливо так задышал.
Они добывают нужные всем остальным людям ископаемые и несут благо своей планете – вот основная установка второй части. Зато дальше пошел подробный показ врагов хороших людей – мелких и очень противных существ с гнусными лицами.
Под покровом темноты они пробираются по всяким щелям и еще под землей к мирным буровым платформам. Внезапно нападают, несут смерть мирным работникам платформ, убивая и жестоко насилуя роскошных и добрых женщин, даже мужчин страшно насилуют с помощью прирученных отвратительных тварей.
Сцены насилия тоже очень убедительны и красочны, я сам испытал потяжеление в районе паха, как все мои соседи, понял такое по судорожным движениям и тяжелым вздохам вокруг меня.
Хорошо снят фильм, талантливо и ярко, ничего не скажешь, очень хочется примкнуть к этим подлым негодяям и поучаствовать в групповушке с роскошными женщинами, но только без ужасных тварей.
После второй части наши кураторы дали всем время прийти в себя, снова включили свет. Теперь Ноль ноль девятый прочитал лекцию, даже не используя гарнитуру, о бдительности и коварстве врага, который не гнушается и не скрывает чего-то там и еще там, и о чем-то еще мечтает вон там.
Такая совсем стандартная лекция, как мне показалось, но под строгими взглядами лектора, похоже, отвечающего за внутреннюю безопасность в поселении. Поэтому я молча сижу с совсем непроницаемым выражением лица.
Стараюсь не привлекать к себе внимания своей повышенной понятливостью и тем, как мне кажется, что все показанное нам – самая голимая пропаганда.
После суховатой и не особенно интересной лекции о безопасности, где мне запомнилось категорическое предупреждение не брать и не поднимать с земли и тел убитых врагов абсолютным образом ничего под угрозой стирания личности.
«Интересно кони пляшут, – вспомнилась мне откуда-то интересная фраза. – Даже трофеи брать запрещается?»
Что такое кони и почему они пляшут, да еще интересно – я, конечно, не помню.
Но – стирание личности, такая угроза окончательного исчезновения, как неповторимая сейчас личность, мне уже хорошо понятна.
Глава 4
После лекции о бдительности, которую я понимаю с трудом из-за сложности произношения и невнятного шипения лектора, начался давно ожидаемый фильм уже по практической стороне жизни на Планете.
Именно о наших врагах, их оружии, хитростях и уловках, как раз информация для таких простых вояк, как я и мои товарищи.
И на подобное стоило внимательно посмотреть, многообразие различных ловушек, засад и нападений со спины впечатляют, ассортимент врага небывало широк. Такое за пару дней не придумаешь и не реализуешь, видна серьезная и основательная разработка того, как можно серьезно испортить жизнь хорошим парням, воюющим за правильное дело.
«Наверно, что за правильное?» – задумываюсь я.
Выскакивающие из земли отравленные иглы, пробивающие боевое белье, но не пробивающие ботинки, выскакивающие из земли огромные челюсти откусывающие или просто отрывающие конечность, зараженные отравленными иглами деревья и кустарники, взрывающиеся булыжники, стоит на них поставить ногу или пройти рядом и прочее, прочее, прочее.
Ловушек множество, всех не то, что не запомнить, но и не повторить через пару минут после просмотра.
Одна радость, что наблюдение с воздуха и сканирование местности с коптеров обнаруживает большинство ловушек. Но далеко не все, которые поставлены заранее и взводятся мгновенно, стоит приблизиться «жуку» с десантом для высадки. На коммуникаторах высаживаемой группы постоянно имеется карта с обнаруженными и разгаданными ловушками, а прикрытие с воздуха сразу же замечает любое изменение ландшафта, наносит огневые удары, передает на наши экраны все данные, поэтому так еще можно как-то воевать.
«Наверно, что можно воевать? – не уверен я.
Ну, об этом нас уверяет третий фильм, ведь на самом деле – потерь не так много, насколько я могу понять из того, что увидел. А дальше рассказывается, что могут противопоставить гнусной тактике подлых дикарей необыкновенно храбрые вояки из казарм, подобных нашей.
Сначала показываются наши неплохие доспехи, которые могут значительно снизить опасность ранения и тем более мгновенной смерти на поле боя. Потом хвалится наша способность продуманно воевать, использую поддержку с воздуха, в которой наше преимущество почти стопроцентное. Еще поддержка оказывается с базы, которая может мощным огнем выкашивать целые гектары перед нами и вокруг нас, стоит только подать запрос, обнаружив противника.
И вот здесь я, наконец-то, узнаю, почему странная хрень с мечами происходит в современных условиях, челюсть у меня буквально отваливается от подобных откровений.
Оказывается, коварные дикари смогли подло украсть несколько боевых лазеров и наладили безостановочное производство аналогов в своих кустарных мастерских.
После следующей фразы я узнаю, что силовой щит они тоже украли, так же наладились его штамповать в своих подземных, допотопных мастерских.
«То есть у наших дикарей, у почти каждого, имеется с собой боевой лазер и силовой щит. Почти у каждого, как вещает озвучка к фильму. И в чем же на поле боя мы их тогда превосходим? Если не вспоминать про воздушную и спутниковую поддержку?» – закрадывается в мою голову первый невольный вопрос.
Появляется теперь еще обоснованное сомнение у меня – что-то эти самые дикари, прикрытые кусками коры и дурманящей травой, как у меня до этого момента складывалось мнение о них, слишком уж как-то высокотехнологичны и копируют оружие великих Высших так легко и непринужденно.
Прямо, как издеваются над невероятно могучей цивилизацией!
Точно ли они такие уж дикари?
«Не ездят ли нам сейчас по ушам и не втирают ли лысого? – такие образные сравнения у меня внезапно возникают в голове.
Поэтому я изо всех сил сдерживаю мимику лица, то есть сижу с неподвижной мордой.
Точно, когда-то я часто смотрел подобные фильмы, поэтому какие-то извилины в мозгу у меня при подобном просмотре заработали, я такое прямо чувствую, они заметно скрипят, но двигаются.
Оказывается, при попадании луча боевого лазера в силовой щит происходит его отражение, самоуничтожение оружия и, естественно, самого военного, держащего его. А еще, возможно, остальных военных рядом. Дикарь тоже погибает, но подобный размен считается неправильным, поэтому на него ни наши, ни дикари не идут. Теоретически с большого расстояния можно стрелять по врагу, прикрытому силовыми щитами, отдельными импульсами луча, но так далеко обнаруживать себя враги не дают. На сильно пересеченной местности они используют маскировку очень эффективно, обнаружить их техническими средствами достаточно трудно. Поэтому в наше снаряжение и снаряжение дикарей входят идентичные силовые щиты. Форму которых точно повторяет тот оранжевый щит, прикрываясь которым приходится сражаться на мечах на тренировках.
Силовой щит прикрывает бойца спереди, оставляя доступными для атаки только конечности и голову, выступающие за края самого щита. Поражать наших воинов сзади нет никаких проблем, чем постоянно пользуются местные дикари в своих засадах.
Подобное связано с какими-то проблемами технологии, как я понимаю, почему не делают полную силовую защиту со всех сторон.
Такой печальный факт происходит из-за того, что обычным боевым лазером воевать вблизи с неожиданно технологичными дикарями, защищенными силовыми щитами затруднительно и почти невозможно, поэтому приходится убирать лазеры за спину и доставать мечи.
Имперский меч – изделие крайне технологичное, длинный и легкий, еще очень острый, размахивать таким можно долго, если хорошо натренироваться.
Но проклятые дикари опять так низко пали, что умудряются делать мечи, да еще и сопоставимого с нашими качества! И размахивают ими так же умело, как наши бойцы! Да еще даже очень любят такое дело, как вступить в рубку!
Нет на них никакой управы у Империи Высших! Что весьма даже странно!
Супер полезный фильм, прямо глаза мне раскрыл на происходящее вокруг базы, на, получается, постоянную войну между примерно равными противниками.
Примерно равными, когда использование огневой поддержки затруднено, приходится вступать в схватку на условиях дикарей в близком контакте.
– Опять какое-то знакомое слово, – отметил я для себя.
Только ведь такое разочарование оказалось еще не все, есть и более серьезные технологии у противника. Я с большим потрясением смотрю кадры с места настоящей бойни, в которую попал один наш полувзвод, насколько я понимаю.
Проклятые дикари имеют технологию почти мгновенного увеличения в сотни и тысячи раз, если даже не в миллионы, размеров обычных насекомых. Ставят подобные ловушки в предполагаемых местах высадки нашего десанта или даже забрасывают с почти незаметных дронов на обнаруженных бойцов.
На кадрах документальной хроники видно, как посередине боевого порядка полувзвода внезапно, почти мгновенно появляются гигантские насекомые. Прямо одно за другим, они быстро разбегаются в разные стороны, давая возможность вырасти новым чудовищам из ловушки.
Живут такие твари не слишком долго, минуту или меньше, но очень испуганы и озлоблены из-за своего превращения, могут прихватить жвалами или растоптать, просто задавить бойца своей массой. Потом замирают и мрут тут же, а из-под земли следом выскакивают чертовы дикари и рубят лежащих ошеломленных солдат уже совсем по легкому.
«Вот тебе и дикари, издалека на экране их плохо видно, но рубятся они лихо и быстро. За минуту ополовинивают полувзвод, остальных забирают в плен, метко бросая в стекло шлемов или на конечности солдат какую-то белую массу, которая растекается по телам и прямо вяжет по рукам и ногам несчастных», – реально обалдеваю я.
Очень откровенный фильм о том, что нас ждет на патрулировании за территорией базы. Понятно, что он необходим нам в качестве пособия и предупреждения о коварстве врага, но впечатление производит откровенно гнетущее.
«Как-то все выглядит совсем тоскливо и полностью безвыходно! Я-то думал красиво летать и легко гонять дикарей, а тут получается кровавая бойня вообще без шансов!» – понимаю я.
Пусть в конце съемки прилетает мощная ответка из базы и еще сверху, с боевых спутников. Огненный смерч заволакивает место сражения, только в лучшем случае он поможет быстро умереть пленным, чтобы не попасть на пыточные столы дикарей.
О чем повествует следующая, четвертая часть показа, тут все снято снова с настоящим сценическим и авторским мастерством. Кажется, запах горящей плоти и приторный вкус невероятных мучений пленных заволакивают весь зал.
Становится хорошо понятно – в плен попадать нам сурово не рекомендуют, да никто точно не захочет сдаваться после настолько откровенного фильма.
Зато теперь все же смерть в бою не окончательна, потом снова оживленные погибшие солдаты радостно машут руками в камеру. Уже в своих новых, красивых телах и новой форме.
«Пассаж вполне понятен, воюйте смело, погибайте мужественно и вас непременно оживят. Скорее всего. Проверить свою удачливость, размахивая мечом – очень просто, но вот убедиться в том, что погибшие восстановились в новых телах – можно только в том случае, если ты знаешь или знал их лично», – понимаю я.
Попадете в плен или струсите и убежите – смерть окажется окончательной.
Сеанс заканчивается, я под большим впечатлением от увиденного побыстрее топаю в казарму. Где так же получаю обед из рук Триста сорок девятого и сажусь на койку, чтобы вдумчиво набить желудок.
Четыреста семьдесят восьмой рядом радостно чавкает, он такой совсем неразвитый, как я понимаю, остальных вояк еще нет, они где-то заняты. Командир специально подошел выдать нам еду, лекция затянулась часа на четыре, но время пролетело незаметно.
Я очень доволен, что смысл моего тупого существования на Планете стал немного яснее.
Есть вообще, о чем теперь подумать.
Техника наша впечатляет, пешком ходить до места несения боевого дежурства не придется, эти самые летающие «жуки» для каждого полувзвода комфортабельно и почти безопасно доставят нас.
Только ведь куда доставят?
Туда, где обнаружена подрывная деятельность местных. Я решил не называть их дикарями про себя, раз они не уступают почти ни в чем нашим военным, даже броня надета почти такая же, как и у нас, насколько я смог разглядеть.
Лазеры военные выглядят не такими маленькими миниатюрными палочками, а вполне солидные такие тубусы, с метр длиной и сантиметров пятнадцать в диаметре.
«О, я что-то вспомнил, именно то, в чем обозначаются длина и ширина в моей прежней жизни!» – доходит до меня.
Отлично! Так и остальное вспомню со временем!
Так вот, лазеры особо технологичными не выглядят, чисто военное изделие с запасом прочности повышенным, которыми можно гвозди заколачивать. Летающие платформы на что-то такое похожи, вся прочая поддержка со спутников и базы, информационная и огневая.
Только вот воевать приходится совсем по старинке, пробираясь между камней и пролезая через плотные кусты, ожидая каждую секунду стремительного нападения местных.
Не смотря на наше огромное огневое превосходство, саму местность противник знает гораздо лучше нас. Поэтому использует ловушки на своей территории, как хочет, а при сильном желании может уничтожить наш полувзвод за несколько минут.
С помощью тех же гигантских насекомых, например.
Вечером меня ждет новая тренировка с мечами, я больше не мастерюсь особенно круто. Следую правильным советам незнакомого друга, поэтому побеждаю слабых бойцов со счетом примерно десять-шесть, с более сильными свожу схватки вничью, тому же Двести пятьдесят четвертому проигрываю, как и в первый раз, один-два удара.
«Совсем слабо теперь биться нельзя, раз уже засветился, но доминировать я не обязан все равно», – решил так для себя.
Во время передышки я подошел к Двести пятьдесят четвертому, смог быстро прошипеть очень длинную фразу. Прав оказался Сто двенадцатый, на третий день шипящий язык уже вполне нормально усвоился и у меня, я могу свободно разговаривать, правда, особо не с кем практиковаться.
– Двести пятьдесят четвертый, один человек из соседнего полувзвода, Двести пятьдесят четвертый. Сказал мне общаться больше с тобой и меньше обращать внимания на Триста сорок девятого, Двести пятьдесят четвертый.
Взрослый мужик внимательно посмотрел на меня умными глазами, кивнул головой и равнодушно отвернулся.
Я тоже отвернулся и отошел, как раз вовремя, ведь рядом с нами вдруг появился Триста сорок девятый, как будто что-то вынюхивает здесь.
Больше мы не общались, но в тот же день после отбоя Двести пятьдесят четвертый прошел мимо меня, сидящего на кровати и легким кивком головы позвал к своей кровати.
Когда я подошел, он пригласил меня присесть и прошептал на ухо еле слышно:
– Молодец, Четыреста шестьдесят девятый, что подошел, молодец, Четыреста шестьдесят девятый, что дерешься не в полную силу, Четыреста шестьдесят девятый. Будем на выезде за территорией, тогда поговорим, Четыреста шестьдесят девятый.
И кивнул мне доходчиво, чтобы я возвращался на свою кровать.
На следующее утро мне, как всем остальным новичкам выдали коммуникаторы, которые принято носить на правой руке. Сразу как-то их подключили их к голове, и я начал немного понимать, насколько они важная вещь для такого простого солдата, как я.
Когда инструктор провел первый урок и продемонстрировал, что коммуникатор способен делать.
Коммуникатор – средство связи с командиром и своими товарищами, на нем высвечивается карта местности со всеми опасными местами. Еще заряд твоего боевого лазера, нахождение нашего «жука», с коммуникатора можно ввести обезболивающее в случае раны. Оно вводится автоматически, а само находится в шлеме, как тот же фильтр от отравляющих смесей противника, которые они иногда используют.
Теперь я могу наглядно посмотреть, какой паек мне положен и когда придет моя очередь посещать женщину.
Да, к женщине положено заходить один раз в три дистрикта, за особые успехи на тренировках – один раз в два дистрикта и за проявляемую доблесть в бою – один раз в дистрикт.
Доблесть в бою проявляется в уничтожении противника и срезанных ушах с голов убитых лично тобой врагов.
Ибо миникамера в шлеме пишет постоянно и без перерывов, поэтому с чужих покойников нет смысла ничего резать.
На тренировках я продолжаю волынить и экономить силы в схватках на мечах. На частых тренировках на местности научился получать ничейный результат или на одну единицу в мою пользу, поэтому ждать посещения женщины мне еще два дистрикта.
Все время занимает учеба на тренировочных площадках или боевое слаживание с посадкой на «жуков», высадкой с них же на скорость, изучение местности по коммуникатору, изучение боевого лазера и стрельбы из него. Потом еще перезарядка боевой части и содержание в чистоте самого оружия.