– Ты мне все равно не поверишь, – холодно ответил Винтер.
– А вдруг поверю? Ты расскажи.
И уже через несколько мгновений поняла – зря попросила. Потому что просто «скорой» тут не обойдется, психиатр нужен.
– Я – старший сын короля Ледяных чертогов, – начал гость. – Это государство находится не в вашем мире, поэтому ты о нем, уверен, никогда не слышала. Я восстал против отца, но мятеж подавили, а убить меня у отца не поднялась рука. И он сослал меня в немагический мир.
– Немагический? – растерянно переспросила. – Это как? То есть в вашем мире магия есть?
Что я несу? Но лучше сделать вид, что верю. С психами только так и разговаривать.
– Дай мне стакан воды, – попросил Винтер.
– Хорошо, сейчас.
Даже возмущаться не стала. Парня точно сильно приложило. Надо позвонить папиному знакомому, Игорю Станиславовичу. Он у нас вроде бы психиатр, может, подскажет, как быть? Налила воду и отнесла Винтеру. Тот поставил стакан на стол перед собой.
– Отойди на всякий случай, – попросил, – я не знаю потоков силы вашего мира.
А он, похоже, и правда верит в то, о чем говорит. Винтер занес ладонь над стаканом, сосредоточился так, что даже бисеринки пота выступили на лбу, и вода вдруг покрылась тонкой коркой льда.
– Что это было? – прошептала завороженно.
– Я управляю льдом. Снегом, вьюгой. Могу вызвать буран. В своем мире, конечно. Здесь у меня почти нет сил, а раньше нужно было только прикоснуться, и вода промерзла бы до дна.
Он бредит! И я вместе с ним. Другого объяснения не находила. Взяла стакан в руки – лед был на месте, но медленно таял под влиянием комнатной температуры.
– Безумие.
– Нет. Это магия. Могу заставить лед растаять, хочешь?
Передала стакан обратно, и Винтер снова сосредоточился на нем. Вода чуть ли не закипела, по крайне мере, булькать начала, и лед исчез. Супергерой, чтоб мне провалиться! В кино есть герои с суперскоростью, есть – с умением поднимать любые тяжести, а мне достался ходячий холодильник! Какая полезная сила.
Тихо рассмеялась. Теперь Винтер смотрел на меня как на сумасшедшую. Но я не верила ему. Не могла поверить. Это сон, бред!
– Значит, тебя изгнал отец? – уцепилась за ниточки этого бреда. Винтер кивнул. – Надолго?
– Навсегда.
– Многовато. Хорошо, допустим, ты и правда… принц, получается?
– Принц.
А что, похож. Особенно когда пытается приказывать.
– Тогда скажи мне, принц, на что рассчитывал твой папа, отправляя тебя не просто в немагический мир, а в наш? У нас простым-то людям жить опасно, что уж о тебе говорить?
Винтер пожал плечами. За его поведением проглядывала плохо скрываемая растерянность. Что ж, видимо, ненормальность заразна, потому что я видела то, что видела. И вода покрылась льдом, а потом растаяла.
– Отец желал наказать меня за гордыню, – ответило несчастье.
– А наказал меня.
– Что?
– Ничего. Послушай, а как твое имя сокращенно? Вин? Или, может, Винтик?
И рассмеялась. Это уже напоминало истерику.
– Попрошу мое имя не коверкать, – принц зыркнул грозными очами, – иначе забуду о том, что ты – моя супруга. Кстати, а тебя как зовут? Ты вчера называла, но…
– Ты был слишком занят собой, чтобы запомнить. Я Алена.
– Точно. В нашем мире такого имени нет.
– А твое имя на одном из языков нашего мира означает «зима».
– Так и есть. У нас все представители правящей династии рождаются исключительно зимой. Поэтому если мы решим иметь общих детей, думать об этом надо весной. В другое время года беременность невозможна.
– Каких детей?! – Едва сдержалась, чтобы не покрутить пальцем у виска.
– Ты – моя жена, – упрямо заявил принц. – Рано или поздно у нас появятся общие дети.
– Я согласия на брак не давала.
– Как это не давала? А ночью…
– Ночью надо было меньше пить! И тебе, и мне.
– Но печати…
Кажется, наш ледяной принц сейчас закипит, потому что он уже стал похож на чайник, разве что с носика не капало.
– Я. Тебе. Не жена. И если ты не хочешь немедленно оказаться за дверью, уясни для себя эту простую истину.
– Ненормальный мир! – выпалил Винтер. – Ненормальные люди, и ты тоже…
– Ненормальная?
– Да!
– Так я тебя не держу.
Винтер замолчал, будто в кокон закрылся, даже смотреть на меня перестал. С кухни призывно засвистел чайник, и я поспешила уйти, пока не разругалась с в общем-то незнакомым мужчиной в пух и прах. На кухне вдохнула, выдохнула. Это становится моей любимой методикой. Вдох-выдох. Спокойно, Алена, парень ни в чем не виноват. Он искренне верит в свое иномирное происхождение. Плохо то, что начинаешь верить и ты.
Достала две чашки. Из какого бы мира не явился Винтер, есть все равно хочется. Вспомнила, как он накануне пошел за мной ради банкета. Надо спросить, сколько он, по его мнению, уже находится в нашем мире.
Приниматься за готовку желания не было, но, кажется, где-то в недрах холодильника остались котлеты.