– Преподайте мне урок… – совсем расхрабрилась я, но руки за спиной предательски дрожали, впиваясь в край металлической полки для мела. Бровь Волка слегка подпрыгнула вверх, но лицо по-прежнему ничего не выражало.
– Хорошо.
Я замерла, еще больше вжимаясь в доску. Его ответ поразил меня настолько, что ноги подкосились. Нападение получилось слабым, но подействовало. Что он сказал? Может, мне послышалось? Я выжидала, что будет дальше.
– В семь вечера. Кабинет 516.
Он круто развернулся и спокойным шагом двинулся в двери. После того, как шаги стихли, я закрыла глаза и сползла по стенке, присев на корточки. Сбивчиво задышала, хватая ртом воздух, зажав голову руками. Что за игра? Как тянуло в ней поучаствовать…
«Дим-Мак иногда называют и "искусством ядовитой руки". Человек, ставший жертвой применения, Дим-Мака, умирает на первый взгляд от неизвестной причины, но вскрытие обычно показывает на естественное заболевание, хотя и непонятно как возникшее. Вот, почему киллер, владеющий подобной техникой, является настоящей находкой для любого преступного сообщества. Можно устранять весьма влиятельных лиц, и при этом никому и в голову не придет назвать их смерть убийством. Но надо знать, с какой силой и под каким углом поразить ту или иную точку. От угла, направления и силы надавливания зависит и целебный эффект при лечении. Кроме того, имеет значение, какой рукой и каким пальцем проводится воздействие на точку! Каждый палец соответствует определенной стихии: большой – стихии дерева, указательный – земли, средний – воды, безымянный – огня, мизинец – металла».
Вырванная страница из книги
Некоторое время спустя
Дорогой Дневник!
На встречу, назначенную Волком, я надела шелковые темно-синие шаровары и облегающую белую майку. На ноги решила надеть удобные тапочки, в которых, как мне казалось, я должна была выглядеть маленькой и беззащитной. Свои крашенные в рыжий цвет волосы заплела в две маленьких косички. Хотелось казаться наивной, беззащитной, но весьма уверенной в себе, оставшись наедине с этим жестким молчаливым мужчиной. И в этом мне должно было помочь полное отсутствие нижнего белья (теперь мне часто хочется делать именно так) и предварительный шугаринг интимных зон. Я была целиком подготовлена к игре. Конечно, выиграть сразу у матерого хищника не мечталось, но сделать первый шаг к развитию более близких отношений планировала.
Итак я тихо подошла к аудитории 516, что находилась в дальнем крыле школы на третьем этаже, в самом конце. Мы никогда сюда не забредали. В этой части здания учились выпускники, о которых складывалось немного жуткое впечатление почему-то. Подкравшись, я неожиданно для себя услышала за дверью голоса. Приоткрыла и увидела Волка в компании девяти человек: пяти девушек и четырех парней. Сначала мне показалось, что он просто заканчивает очередное занятие.
– Входи. Ты вовремя, – обратился он ко мне, и я поняла, что надеялась на игру вдвоем совершенно напрасно.
Мгновенно взяв себя в руки, я определила сильные точки ситуации – в компании не так страшно иметь дело с Волком. Намеренно огляделась по сторонам, обманывая брошенные на меня взгляды. Стены аудитории были увешаны разными видами оружия: от рогаток и арбалетов до современных немецких винтовок с оптическим прицелом и карманных шпионских пистолетов, похожих на что угодно, только не на оружие. Все это сопровождалось изысканными волнами шелковой драпировки с малюсенькими вкраплениями бусинок-булавок.
Девушки, как и я пришедшие на занятие, были одеты во все белое, а мужчины – в черное. Они стояли на матах и наблюдали за тем, как Волк из позы лотоса аккуратно встал на голову, опираясь кончиками пальцев о пол. Его ноги оставались скрещенными, а глаза закрытыми. Лицо, как обычно, ничего не выражало. На несколько секунд тишина повисла в воздухе спортивно-тренировочной аудитории. И мне нестерпимо захотелось ее нарушить. Знаешь, я сама себе удивляюсь, откуда во мне столько дерзости.
– Если повторишь, можешь остаться, – спокойным голосом обратился ко мне Волк, не открывая глаз.
– Но у меня не получится, – выдохнула я, не подумавши.
– Тогда проваливай.
Несколько секунд приходила в себя. Нет. Я не должна отступать!
– Хорошо, – выдавила я из себя усмешку. – Ничего сложного.
Уверенным шагом подошла и села в позу лотоса лицом к спине Волка. Затем поставила голову на мат, как можно ближе к его голове. Втянула запах жестокости, шедший от мужчины. В голове крутилась лишь одна мысль, что я должна смочь, просто обязана, чтобы продолжить игру. Вспомнились уроки физкультуры и треугольник, который физрук мысленно советовал начертить между своими руками и головой. Я умела когда-то стоять на голове, только очень давно этого не делала. Но одно дело – оттолкнуться ногами и удержать равновесие, другое – поднять свою пятую точку. И, тем не менее, мне это удалось. Со всех сторон послышались довольные смешки от присутствующих.
Волк медленно опустился и жестом показал мне сделать то же самое.
– Оставайся, – тихо кинул он мне, когда я уже приняла привычное вертикальное положение и поправляла разлохматившуюся прическу. Но эта короткая фраза стала для меня, будто пропуск на другой уровень игры. Кстати, хочу заметить, что азартной никогда не была. Но тут…
Не дав мне опомниться, Волк обошел меня кругом и ребром ладони легонько ударил меня по шее. Я упала, совершенно не понимая, что случилось. Резкая тошнота буквально сковала мне горло, приступ казался невыносимым.
– Номер один. Всем понятно? – спросил Волк, обращаясь к присутствующим.
Сквозь свист в ушах я распознала равнодушное мычание собравшихся. Часто моргая, с грустью осознала, что на мне только что провели прием. Как на макете или на сопернике. Жалеть меня он не собирался. Скорее, думал, что преподает урок.
– Я запомнила, – с трудом выговорила я.
– Еще? – переспросил тренер, слегка наклонившись в мою сторону.
Молча я поднялась на ноги и, гордо расправив плечи, посмотрела ему прямо в глаза:
– Да.
На лице Волка не дрогнул ни один мускул, эмоции не появились от моей наигранной дерзости. Скорее, скука, постоянно присутствующая в его глазах, немного рассеялась. Как только я оказалась способна на это?
И, конечно же, не удалось уловить моментальный удар в область шеи – настолько он был молниеносный. Но ударом это назвать было нельзя. Скорее какое-то волшебное касание, от которого я снова оказалась на полу.
– Еще? – снова переспросил он.
– Да, – коротко упрямилась я.
– Кто сможет повторить? – обратился он к присутствующим. И все, как один, подняли руки. Я мысленно пыталась себя успокоить тем, что убивать и калечить меня явно никто не собирается. Скорее у него в мыслях… порка.
– Разошлись по тренажерам, – рыком скомандовал Волк. – Десять минут на отработку приемов.
А когда тренирующиеся разошлись, он неожиданно подал мне руку. И я ухватилась за нее, словно за спасательный круг.
– Дурой тебя не назовешь, – тихо проговорил он. – Чего надо?
Если бы в тот момент я призналась, что одержима навязчивой идеей соблазнить его, он выгнал бы меня немедленно. На что способны такие ноюще-слюнявые агенты? Я была намерена играть долго. Где-то, среди тысячи разных игр, вбиваемых Павлом в мой мозг перед прошлым заданием, все-таки невероятным образом в мою кровь проник азарт. Мне было надо. Необходимо. Жизненно важно. Да просто так. От скуки. Все равно.
Он все еще держал мою руку и старался утопить своим взглядом, когда я решилась на «вилку», которую так любил Павел. Обычно он называл так жест, фразу или поступок, создающий в голове собеседника недоумение. Мозг всегда пытается предсказать будущее, анализируя прошлое. Но когда ожидания не оправдываются, создается та самая пресловутая «вилка», при помощи которой можно получить истинное лицо человека и опередить его просчет на несколько шагов, тем самым выиграв немного времени. Множество «вилок» рождает привыкание мозга, он адаптируется к новым условиям и начинает их предсказывать вновь.
– Какого цвета у вас волосы? – спросила я его, внимательно разглядывая мужественное и слегка жестокое лицо со шрамом.
– Русые, – ответ последовал незамедлительно.
– А я так люблю ходить без нижнего белья. Вы меня осуждаете? – Я очень торопилась с вопросами, но старалась задавать их задумчиво.
Он промолчал.
Больше на занятии ничего примечательного не произошло. Волк меня игнорировал. Впрочем, как и остальные. Встреча напоминала обычное занятие по боевому искусству. Быть в центре внимания мне больше не позволили. И я решила дождаться окончания тренировки.
– А как же… «искусство ядовитой руки»? – отважилась спросить я, когда последние из старшекурсников покидали аудиторию, а Волк, небрежно забрав с перил у тренажера-солдата свое белое полотенце, устремился к двери в противоположной стороне.
Он остановился. Помедлил. Затем резко развернулся и направился в мою сторону. Несколько секунд, в течение которых он преодолевал расстояние между нами, показались мне нестерпимо жуткими. А когда он приблизился, страх внутри меня достиг апогея. Понимание о неизбежности наказания пришло запоздало. Когда Волк, больно сжав мне шею, заставил пойти за ним.
– Что вы делаете? – вырвалось само собой.
И он снова не удостоил меня ответа.
А через несколько секунд он затащил меня в смежную комнату– раздевалку перед душевой кабиной. Надавив сильнее в области основания головы, он заставил меня встать на колени. Намотав на свою правую руку мои волосы, он слегка наклонил мою голову назад, а левой рукой приспустил белые тренировочные штаны и достал член. Я глубоко дышала не то от страха, не то от возбуждения переживаемого момента. Грубо оттянув мне челюсть вниз, он вложил мне в рот свой член. Вцепившись в его ноги, я пискнула. «Вилку» тогда создавал именно он, в моей голове.
Как бы поступил агент на задании? Конечно, делала бы то, чего от нее требуют.