Ад и только Ад. Мифологическая сатира в форме божественного фарса

Бар был переполнен, и шум голосов создавал впечатление, что в помещении собралось множество больших диких пчёл. Запах алкоголя, исходивший от десятков людей, мог убить даже таракана. Хотя, впрочем, их уже давно никто не видел.

Полупьяный бармен с сигаретой в зубах пытался выполнить заказ одного из клиентов, изображая бурную деятельность по приготовлению сложного коктейля. Однако у него это получалось не очень хорошо. Поэтому, плюнув на все ингредиенты, он просто смешал водку с вином и лимонадом и подал этот адский напиток клиенту трясущейся рукой.

Клиент, однако, не заметил разницы и залпом выпил алкоголь, крякнув и звезданув стаканом о стойку бара так, что стеклянная ёмкость разбилась вдребезги. Бармен предпочёл не обращать внимания на выходку посетителя, потому что в прошлый раз, когда он сделал замечание на подобный «проступок» клиента, его избили так, что он с трудом добрался до дома. К счастью, алкоголь, который всегда присутствовал в его организме, не дал ему в полной мере почувствовать жуткую боль от сломанных рёбер и выбитой ключицы.

Поэтому бармен сделал вид, что он очень заинтересован молоденькой рыжей девицей, которая только что вошла в бар в сопровождении девушки постарше.

Волосы старшей были иссиня-чёрного цвета, а осанка — как у королевы. Взор её был надменный и пронзительный. У молоденькой же, наоборот, взгляд хитрый и озорной. Бармен был неплохим физиономистом и поэтому враз понял, что сегодняшний вечер будет «весёлым». Поэтому он сразу попытался избавиться от посетительниц.

— Девушка, — обратился он к рыжей малолетке, — в наше заведение вход лицам младше восемнадцати лет строго воспрещён. А вам, как я погляжу, нет ещё даже шестнадцати.

— Заглохни, халдей! — зло прищурилась девчушка, тряхнув огненной копной рыжих волос. — Лучше налей-ка нам выпить водки… грамм эдак по сто на сестру.

— Но девушка… Я же вам объясняю, что…

— Ты чо, не понял? — рявкнуло у него над ухом. — Налей дамам выпить, коли они тебя об этом просят!

Бармен испуганно оглянулся. Рядом стоял тот самый мужик, который только что разбил стакан о барную стойку и яростно поигрывал желваками на небритом лице. Сплюснутый нос и квадратный подбородок выдавали в нём либо спортсмена, либо бандита. Второе, впрочем, было вероятнее всего. Замызганные джинсы и тёртый кожан подтверждали предположения бармена о принадлежности мужчины к уличным бандам. Короткий ёжик добавлял общую картину, и… Бармену стало очень даже не по себе под колючим взглядом красных от длительного запоя глаз крепкого мужика.

— Конечно-конечно… — засуетился бармен. — Один момент. Я ведь ничего не имел против. Просто начальство, знаете ли…

— В ж…у твоё начальство! — рыкнул ещё раз для порядка «боксёр», как про себя окрестил его бармен, и подсел к девицам.

— Разрешите представиться, Миня.

— Разрешаю преставиться… — хихикнула рыжуха и показала мужику язык.

Впрочем, громила не придал этому никакого значения. Его внимание было полностью поглощено черноволосой статной красавицей с величественной осанкой.

— А как вас зовут?

Девушка посмотрела на него так презрительно и надменно, что мужчина поневоле стушевался, сразу потеряв всю свою наглость и самоуверенность.

— Кхм… — закашлялся он, сделав, однако, вид, что его ничуть не задел презрительный взгляд понравившейся девицы. — Так что… Как тебя зовут, красотка?

— Клео… — процедила она сквозь зубы, решив, видимо, больше не играть в молчанку. Тем более что, похоже, от навязчивого «джентльмена» вряд ли удастся быстро избавиться.

— А я Минутка! — весело прощебетала её юная подружка и залпом выпила поставленное перед ней алкогольное пойло.

«Ого! — присвистнул про себя бармен. — Внешний вид бывает очень обманчив, и эта нимфетка совсем не невинный цветочек, как мне показалось вначале».

Но вслух он, конечно же, ничего не сказал.

— Очень… очень приятно! — осклабился боксёр, явно успокоившись, и щёлкнул пальцами.

Бармен мгновенно уловил его желание и поставил рядом третий стакан.

— Так откуда припорхнули в наше уютное местечко две такие симпатичные пташки?

Мужчина явно решил произвести впечатление на девушек и поразить их своим «ораторским талантом».

— А тебе какое дело? — вновь встряла рыжуха. — Склеить нас хочешь? Так обломайся сразу! Мы отбросы не едим!

И весело рассмеялась звонким девчачьим смехом. Боксёр аж побагровел от злости.

— Слушай, ты… малая… я не к тебе, писявке, обращаюсь! Так что лучше помолчи, когда взрослые разговаривают.

— Ой, а с кем тут разговаривать-то? — округлила девчушка глаза. — Клео… Ты разве видишь рядом с собой кого-нибудь?

Обратилась она к подруге, пихнув её локтем. Та лишь криво усмехнулась, неопределённо пожав плечами.

— Вот я и говорю, что тут кроме нас и этого милого бармена больше нет никого…

Девица кокетливо подмигнула упомянутому работнику стакана и бутылки. Бармена словно обожгло от этого подмигивания. От юной нимфетки вдруг потянуло такими мощными сексуальными флюидами, что его мужское достоинство мгновенно встало по стойке смирно. Парень покраснел до корней волос, и даже вечные винные пары, бродившие в его голове, моментально куда-то улетучились.

Боксёр сначала посерел от нанесённого ему оскорбления, затем побагровел, потом из его глотки раздался столь мощный рык, что в баре наступила гробовая тишина.

— Ты! Ты-ы… — за неимением более слов мужчина, видимо, решил наказать дерзкую малолетку физически и протянул к её волосам свою громадную пятерню.

Но на полпути рука боксёра резко согнулась в локте, причём в другую сторону, чем обычно. Это произошло из-за лёгкого движения предплечья черноволосой красавицы, сидящей рядом.

Боксёр закричал от боли, прижав к телу вывернутую руку. За соседними столиками поднялись фигуры бритоголовых «мальчиков», видимо, друзей боксёра. Кожаные куртки трещали на их мощных плечах, когда они вставали со своих мест.

— Эй, цыпа… Ты почто обидела нашего другана, в натуре? — обратился к девушке мордоворот с вислыми, словно у пуделя, ушами.

Но та даже бровью не повела в ответ на его слова. Зато рыжеволосая Минутка затараторила, словно сорока:

— Ах, ах, ах! Сильному, храброму мужчине слегка насолила хрупкая, слабая девушка… Какая трагедия! — Она театрально прижала руки к щекам, покачивая головкой вправо-влево. — Да кто в это поверит?

Девчушка широким жестом обвела зал, в котором посетители, все до одного, с крайним любопытством прислушивались, приглядывались и принюхивались (кто не в силах был оторвать пьяную голову от стола) к развивающимся событиям возле барной стойки.

Вислоухий громила растерянно почесал макушку.

— Так вроде… Как бы это… Того… Я сам видел, как бикса ручкой взмахнула…

— Вот именно! Ручкой! — всплеснула собственными руками Минутка. — Ты посмотри, какая она у неё тонкая и нежная.

Она в качестве доказательства заголила рукав платья подруги чуть ли не до плеча. Парни тупо уставились на белоснежную кожу девичьей руки.

— А ведь и верно, — облизнул враз пересохшие губы приятель вислоухого. — Невозможно таким прутиком перебить Минькину оглоблю.

— Да она это… Она… — заскрежетал зубами упомянутый Минька, кое-как вправив повреждённую руку и теперь баюкая её, словно заботливый папаша грудного младенца.