Феникс

Глава 15

Алиса Реброва

Я не понимаю зачем я здесь. Меня раздражают четыре стены моей комнаты, отсутствие свободы. Чёртов Морелло просто исчез, оставив меня как сломанную куклу. В поисках развлечения, а заодно и исследуя местность брожу по территории.

– Ну привет, неприкосновенная.

Я резко оборачиваюсь. Недалеко от меня, прислонившись к стене дома стоит Роберт.

– Что тебе нужно?

– Хотел поинтересоваться, как ты?

– Откуда такая забота?

– Ищу повод запереть тебя в чулане.

– Ты в курсе, что ты больной?

– Да. – Он криво улыбается, – Без шуток. Есть какой-то особый кайф в том, чтобы доставлять боль другим.

Я озираюсь по сторонам, обращая внимание, чтобы мы попадали в радиус охвата камер.

– Где Дерек?

– Твой драгоценный поехал на званный ужин.

Развлекается ублюдок!

– Отчего ты так расстроилась? Думала, что босс мафии возьмёт пустышку с собой? Он предпочтёт шлюху. Видимо ты годишься только для того, чтобы трахаться в випках клуба.

Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Ты завидуешь ему, что ли?

Но вместо ответа Роб усмехается, разворачивается и уходит. Я же не понимаю зачем я здесь.

В этот день я так и не встретила Дерека, зато на следующий день тётя Бини поведала мне новость. Когда я пошла на кухню помочь ей с приготовлением обеда и уборкой, она между делом бросила фразу:

– Ох, скоро новая хозяйка будет в доме. Лишь бы только хорошая, а не мегера.

– Новая хозяйка? – я так и застываю с ножом в руках, которым нарезала овощи, переспрашиваю в недоумении.

Бини с удивлением смотрит на меня и качает головой.

– А ты не знаешь ещё? Босс вчера приехал с новостями. Говорит женится. Союз для укрепления отношений. Ох, деточка, а как же ты-то теперь?

Я бросаю нож на стол и бегу в кабинет Морелло. Хочу было уже залететь без стука, но в последний момент всё же решаю не рисковать.

– Заходи, кукла, – раздаётся из-за двери.

Я открываю дверь и оставляю её на распашку на всякий случай.

– Это правда, что ты женишься? – говорю без вежливых предисловий.

Дерек откидывается на спинку кресла и складывает руки на груди. Его бицепсы, обтянутые чёрной рубашкой, кажутся просто огромным.

– Почему тебя это так тревожит? Неужели ты рассчитывала на какое-то продолжение? Или может быть ты надеялась на красивую историю любви? Что я как в сказке «Красавица и чудовище» превращусь в прекрасного принца? Так вот, я не могу рисковать сотнями солдат и семьёй ради одной временной игрушки с ущемлённым самолюбием.

– Это прекрасно! Ведь значит скоро я отправлюсь домой.

– Я подумаю над этим. Но пока что не вижу ни единого повода отпускать тебя.

– Ты прав в одном. Ты чудовище, которое никогда не превратится в прекрасного принца.

– Осторожнее. Я могу и не остановиться как прошлый раз, – он говорит это понизив голос. Этот вкрадчивый голос для меня уже звоночек, что пора сваливать.

Выяснять что-либо я уже не хочу. Поэтому ухожу к себе в комнату. Кажется, у меня созревает отличный план. Лишь бы Джей не подвёл.

Спустя 2 недели

Дерек выбрал весьма помпезную церковь для бракосочетания. И вот я сижу на последнем ряду в чёрном платье, разглядывая готические стены, покрытые древними фресками. На фоне играет гротескная музыка, создавая атмосферу магии и торжества. Весь зал заполнен мужчинами в чёрных костюмах и женщинами как с показа мод. Вычурно так, что аж душно. Но самое главное, что по всему периметру и у каждого выхода стоит охрана. Именно это меня беспокоит больше всего. У меня будет довольно маленький шанс провернуть всё, что я задумала, но я должна. Нервно постукивая каблуком, я жду, когда же уже появится Морелло со своей невестой.

Наконец Дерек выходит к священнику. Смокинг сидит на нём безупречно. Если не знать, какое он чудовище, можно было бы влюбиться в эту картинку. Он осматривает зал и когда наши взгляды встречаются, его губ касается лёгкая удовлетворённая улыбка. Мы не виделись эти 2 недели. Насколько я смогла узнать из слухов, у них серьёзные проблемы и уже немало человек убиты. И именно этот брак должен помочь им предотвратить смерти. А вот мою жизнь мне придётся спасать самой.

За спиной слышится шелест, я поворачиваюсь и вижу в дверях невесту. Её платье из кружева, длинный шлейф плавно спускается к полу. Глубокое декольте подчёркивает женственную фигуру, а закрытые рукава придают сдержанности. Девушка выглядит роскошно, особенно от того, как контрастирует белый цвет с её явно итальянской внешностью. Если эта свадьба и готовилась в ускоренном режиме, то с этим нарядом мастерицы явно провозились значительно дольше.

Музыка становится громче, все разговоры затихают, и невеста начинает идти по проходу. Дерек выглядит довольным и даже гордым. Неприятное чувство щекочет что-то внутри, но я списываю это на волнение.

Скоро я должна действовать. Как только молодожёны выйдут из церкви, я должна смешаться с толпой и тоже выйти. Джей даст мне ключи от машины, в которую тётя Бини уже положила мои вещи. Я должна буду уехать вместе с первыми гостями. Вытираю влажные ладошки о подол платья. Невеста встаёт напротив Дерека со счастливой улыбкой. Если не знать все обстоятельства, выглядит так будто они только и ждали, когда смогут пожениться. Священник начинает свою речь спокойным умиротворяющим голосом.

И тут тишину церкви и размеренную речь священника прерывает множественные хлопки пулемётной очереди. Витражные окна церкви осыпаются, звон стекла заглушается криками людей. Женщины ложатся на пол, кто-то бежит к выходу. Мужчины выхватывают пистолеты и начинают отстреливаться. Я падаю на колени и ползу к двери. Сердце бьётся где-то в горле, ноги и руки дрожат. Прячусь за выступ у входа в зал. Прижавшись к стене, пытаюсь усмирить своё сердцебиение. Панический страх сковывает. Становится труднее дышать. Раздаются душераздирающие крики. Я слышу свист пуль. Выглядываю из-за стены, и за секунду понимаю, что там лежат трупы. Много трупов. В мою сторону растекается лужа крови. Я не вижу ни Дерека, ни Джея, ни Роба. Что делать?

В воздухе стоит дымка, запах пороха, смешивается с пылью. Я снимаю туфли и ползу к противоположной стене. Джей появляется буквально на секунду, когда ненадолго затихают звуки стрельбы. Он кидает мне ключи.

– Дальше сама, если выживешь.

И он тут же исчезает. Я замечаю железную дверь метрах в пяти от меня. Встаю и иду к ней вдоль стены. Приоткрыв, понимаю, что она ведёт на улицу. Я выхожу и осторожно иду к углу здания. Выглядываю осторожно, прислушиваюсь. Тишина. Никто не стреляет. Сделав глубокий вдох, я бегу вдоль стены в сторону парковки на нетвёрдых ногах. На улице прямо на траве и дорожках лежат трупы. Лужи крови растекаются от них и ручейками ползут по каменистым тропинкам. Слёзы страха наворачиваются на глаза. Но я не могу себе позволить тормозить. Поэтому перепрыгивая через людей я бегу к машине. Я не оборачиваюсь, не смотрю, что происходит у церкви. Наконец вижу свой седан, на ходу разблокирую двери, прыгаю за руль и бросив последний взгляд в сторону священного места, выжимаю педаль газа.

Глава 16

Алиса Реброва

Всю дорогу до границ города я постоянно оглядываюсь, и нервно смотрю в зеркало заднего вида. Мне кажется, что за мной обязательно кто-то должен уже ехать. Мне приходится насильно сдерживать дрожь в теле, чтобы не потерять управление. Хотя я даже не знаю жив ли Морелло, но внутренняя тревога за себя значительно сильнее беспокойства о его жизни. Нос по-прежнему щекочет запах пороха несмотря на то, что открыты окна, а адреналин и не думает спадать.

Я решаю придерживаться своего плана. Выезжаю на шоссе I-78 и следую по Пенсильвании. Только через полтора часа я позволяю себе сделать передышку. Остановившись на заправке, я ещё минут пять сижу в машине, проверяя, не заедет ли кто-то подозрительный следом за мной. А убедившись, что я в одиночестве, переодеваюсь в туалете и снимаю наличку в банкомате.

Уже на выходе слышу на фоне новости и так застываю. Ведущая с напряжением в голосе вещает:

«Испанский наркокартель, известный своей жестокостью и безжалостностью, отметил себя новым зверством, изрешетив церковь, где проходила свадьба Дерека Морелло.

По официальным данным, в результате нападения погибли несколько членов обеих семей. Их имена не раскрываются в интересах следствия. Причины такого массового убийства ещё не раскрыты. Но мы можем предположить, что это связано с недавним убийством главы испанского наркокартеля. Жестокость и ненависть преступных группировок представляют собой реальную угрозу для мирных жителей Нью Йорка. Убийцы быстро исчезли, оставив за собой лишь разрушенную церковь и тела их жертв.

Сейчас правоохранительные органы находятся на высокой степени боевой готовности, работая над разгадкой этого жуткого преступления. Специалисты по борьбе с преступностью вырабатывают стратегию для поимки тех, кто отнял у жертв их жизни.

Этот трагический случай напоминает нам, что миры мафии и наркоторговли – это миры, где жизнь может быть лишена ценности в любой момент. Под покровом тайны и страха эти мафиозные кланы продолжают свой опасный танец смерти, унесший жизни не только преступников, но и невинных и беззащитных. Но, как история показывает, правосудие может быть слепо, но оно всегда настигает тех, кто сеет разрушение и темноту в этом мире.»

Так и не услышав информации о самом Дереке, возвращаюсь в машину и следую до ближайшего крупного города. Проезжая приветственный знак Аллентаун, мне становится немного спокойнее. Паркуюсь среди многоэтажек, оставляю машину с ключами внутри. Надеюсь, это не самый благополучный район, и кто-нибудь угонит авто. Теперь пора запутывать следы.

На автобусе доезжаю до автобусного вокзала и покупаю билет до Филадельфии. Но вместо того, чтобы ехать до конца, выхожу на промежуточной станции. Я совершаю множество пересадок. Когда начинает темнеть, нахожу мотель в маленьком городке. Поспать нормально так и не удаётся, я листаю новости, в надежде узнать хоть что-то ещё. Ближе к рассвету я всё же проваливаюсь в нервный сон. А утром с трудом расчесав спутанные волосы, умываюсь и снова сажусь на автобус.

Моя цель Нэшвилл. Я хочу убраться как можно дальше от него. Спрятаться, выждать. И начать свою жизнь с нуля. Второй раз.

Я стараюсь избегать всего, где нужно оплачивать картой или покупать именные билеты. И честно говоря, моя спина уже недовольно ноет от неудобных сидений общественного транспорта, а ещё очень хочется нормальной горячей еды, а не фаст-фуда. Если бы я поехала напрямую, я была в городе еще вчера, но я петляю словно заяц, по которому пытается попасть охотник.

Наконец я добираюсь до Нэшвилла. Город я выбрала не просто так. На танцевальных классах с нами училась девочка отсюда, она говорила, что по завершению обучения, она вернётся в родной город, так что я рассчитываю на её помощь.

Выхожу из душного автобуса и делаю глоток свежего воздуха всей грудью. Всё тело кажется липким, хочется помыться и выпить кофе. Но сначала, нужно купить новую симку. Мой телефон Джей благородно положил в мои вещи. Это очень спасает ситуацию, потому что я не знаю наизусть ничьи номера.

Купив мобильный, я иду в ближайший парк и устроившись на скамейке звоню Энди. Мне просто невероятно везёт, она откликается на мою просьбу о помощи и разрешает пожить у неё пока я ищу жильё и работу.

Лёжа на узком диване в квартире подруги, я прокручиваю в голове события последних месяцев и не могу поверить, что всё это было реально. Но горячий душ не может смыть память. И картинки убитых яркими пятнами всплывают перед глазами. Я не могу и не хочу сдерживать слёзы. Всё, что я так долго в себе копила эти дни прорвалось наружу. Татуированный дьявол, лужи крови, запах пороха и страх за свою жизнь. Во рту появляется металлический привкус. И главная мысль всё же приходит: «Выжил ли он?».

Я засыпаю беспокойным сном, зная, что утром я проснусь с отёкшими веками и чувством свободы.

Энди помогает мне найти работу, так что уже через неделю я выхожу официанткой в миленькое заведение среднего класса. Весь день на ногах мне привычно, а вот учить меню даётся сложнее. Ещё через пару недель мне удаётся снять комнату за небольшие деньги. Благодаря чаевым, я могу уже быть независимой от Энди.

Квартиру я делю с девушкой лет тридцати. Мы не особо общались. Мне главное, что у меня есть свой угол. Небольшая кровать под узким окном, шкаф, старенький телевизор и ванная с туалетом. Моё новое жильё совсем недалеко от кафе, так что я пешком хожу на работу. Но всё равно постоянно оглядываюсь и проверяю нет ли за мной слежки, правда это скорее рефлекторно. Ведь если бы Дерек захотел, он бы уже давно дал бы о себе знать.

День за днём кажется, что я прихожу к какой-то стабильности. Я не загадываю планов на будущее. Пока что мне хочется просто жить, разобраться в себе и вообще понять готова ли я оставаться в стране.

Но очередной рабочий день в кафе привнёс новые эмоции в мою жизнь. Я взяла обсуживать столик, за которым сидели двое парней чуть старше меня.

– Здравствуйте, уже выбрали что-нибудь?

Я вежливо улыбаюсь и перевожу взгляд с одного на другого. Блондин одет в рубашку с закатанными руками, а русоволосый парень в футболке, что выгодно подчёркивает его фигуру. Он не такой большой как Морелло, скорее стройный и мне это определённо нравится. А ещё у него не видно ни одной татуировки.

– Привет, кофе и сэндвич, – говорит блондин.

– А вам?

Русоволосый смотрит на меня с улыбкой и почему-то я от неё смущаюсь.

– Пасту с сыром и твой номер.

Я уже отвыкла от подобных подкатов парней. Но страх угодить в новую ловушку всё же пересиливает.

– Паста с сыром, хорошо. Горячее принесу минут через пятнадцать.

Я ухожу отдавать заказ на кухню. Ко мне сразу же подбегает моя молоденькая коллега – Грейс.

– Элис, ты видела, как он на тебя смотрел? Похоже он на тебя запал!

– Тише ты. Да он спросит мой номер.

Грейс мелко хлопает в ладоши, как ребёнок в новогоднюю ночь.

– Ну? Ты же оставила?

Я отрицательно качаю головой.

– Нет. Не думаю, что это хорошая идея.

– Оу, ты не свободна?

– Свободна.

Уже произнося это, я, впервые вслух, я как будто говорю о большем, чем просто отношения с мужчиной.

– Тогда в чём дело?

– Сейчас не время.

– Тогда можно я заберу тот столик?

– Без проблем, – я подёргиваю плечиком в безразличном жесте.

Я продолжаю работу с другими столиками, но то и дело чувствую на себе взгляд. В очередной раз выйдя из кухни, я вижу, что столик, за которым сидели парни – пуст. Странное чувство разочарования зарождается в груди. Я отмахиваюсь от него. Глупости какие-то.

Но вечером, когда мои ступни уже начали гудеть, я протираю столики после закрытия кафе и замечаю знакомую футболку у входных дверей. Закрыв смену, я прощаюсь со всеми и выхожу на улицу.

– Привет, Элис.

Я на секунду пугаюсь его осведомлённости. И видимо он это заметил.

– У тебя написано имя на бейджике.

Я опускаю взгляд на свою грудь и только сейчас вспоминаю о табличке с моим именем.

– Привет, незнакомец.

– Меня зову Эллиот.

Он протягивает мне руку, и я в нерешительности её пожимаю.

– Приятно познакомиться. Ты кого-то ждёшь?

– Тебя. Я подумал, что был слишком…ммм…банален или неуместен, когда ты была на работе и решил попытать счастье ещё раз.

– Эллиот, ты привлекательный парень…

И в этом я честна. Он действительно симпатичный.

– Но?

– Я не думаю, что это то, что мне сейчас нужно.

– Хорошо. Но может быть мы могли бы просто общаться?

– Дружить?

– Да, как в детстве. Давай дружить?

– Ты веришь в такую дружбу?

– Я верю в своё терпение и твою честность. Мы можем постепенно узнавать друг друга. А дальше, как выйдет.

– Знаешь, Эллиот…

Я задумываюсь и молчу пару мгновений, а потом…

– Не хочешь меня проводить?

– Конечно!

Эллиот оказывается весьма приятным собеседником. По пути до моего дома он много шутит, и я расслабляюсь в его компании. Он рассказывает, что работает менеджером в фирме по продаже спортивного оборудования, снимает квартиру с другом и любит играть в покер. На теме спорта нам оказывается просто найти общий язык. В итоге мы обмениваемся номерами и расходимся. Он действительно не перегибает палку и ведёт себя как джентльмен. И это не может не подкупать. Но пресловутых бабочек в животе не случается. Плохо это или хорошо, я не знаю. Скорее хорошо, ведь я могу с трезвой головой видеть человека и его поступки.

Неужели у меня начинается новая глава?

Глава 17

Дерек Морелло

Боль в боку выдёргивает меня из сна. С трудом разлепляя веки утыкаюсь в белый потолок. Даже шевелить глазами больно. Рядом стойка с капельницей, на фоне равномерно пищит какой-то аппарат.

– Проснулся наконец-то!

Я морщусь от громкого голоса Томаса. Он в непривычном мне спортивном костюме встаёт из кресла рядом с моей кроватью.

– Давно я в отключке? – с трудом произношу я. Во рту сухо, голос хрипит.

– Пару дней. Тебя немного подрихтовали, но в целом, думаю скоро поднимем на ноги.

– Что было?

– Огнестрел. Ты помнишь?

– Чёрт, да.

Воспоминания о собственной свадьбе проносятся в голове калейдоскопом. В палату без стука заходит Джей.

– О босс! Пришёл в себя наконец-то! Как самочувствие? – бодрым голосом спрашивает мой подручный.

Я рефлекторно кладу руку на бок, где по-прежнему болит.

– Бывало и похуже.

Признаваться, что чувствую себя дряхлым пнём я не собираюсь.

– Пара пуль тебя задели, по органам ничего серьёзного, только много крови потерял.

– Что с остальными?

Я осматриваю их и не нахожу никаких следов ранений.

– Роб ранен серьёзно, пока в коме. Джей, как видишь, в порядке. И…эм…

– Ну что ты тянешь.

– Твоя невеста…убита.

Злость вытесняет всю физическую боль. Аппарат рядом начинает ускоренно пищать.

– Суки. Томас. Надо их наказать. Всех.

В палату заходит медсестра, поэтому мы замолкаем. Она делает что-то с капельницей, замеряет мне давление, недовольно бубня что-то о том, что нельзя волноваться и что скоро придёт врач. Как только дверь за ней закрывается, Томас отвечает.

– И мы это сделаем. Как только ты поправишься.

– Я похож на ребёнка? Завтра собирай всех, кто в строю.

– Дерек ещё рано. Ты не сможешь в полную силу…

– Подождём пока нас поимеют ещё пару раз? Мне хватит пары дней пока составляем план.

– Как скажешь.

Где -то на подкорке зудить ещё один вопрос. И задавать мне его почему-то не просто.

– Томас, что с Алисой?

– Я её не нашёл, – отвечает Джей.

– А ты искал?

– Дерек, она не семья. Никто.

– Значит не искал.

– Босс, если девчонка и выжила, что вряд ли, только представь, в каком она состоянии после всего этого.

– Проверь по больницам. Если нет, значит это уже её выбор и дальше каждый сам по себе. Иди, Джей.

Вспоминаю испуганные глаза Алисы, когда она увидела, как я перерезаю горло там в подвале, и то, как смело она давала отпор в кабинете клуба. Непривычное чувство зарождается внутри. Не знаю, что это, но становится некомфортно и как-то волнительно. Как только дверь за Джеем закрывается, я обращаюсь к Томасу.

– Найди её.

Его брови взлетают вверх.

– Вернуть?

– Нет. Только найди. И ни слова никому.

Когда Томас уходит, я закрываю глаза. Мне не впервой быть раненным. И бывало состояние и похуже. Но впервые в моей голову назойливо сидит мысль о ней. И впервые я признаюсь себе, что возможно в этой русской есть что-то большее, чем тело. Потому что, если она смогла собраться и сбежать в перестрелку, у неё совершенно отбитый характер. Я не знаю ни одного человека из гражданских, кто смог бы быстро сориентироваться под звуки пролетающих мимо пуль.

Но мне предстоит разгребать проблемы посерьёзнее. Невеста убита. А значит, по правилам синдиката, я должен мстить уже за две семьи.

Утром я не дожидаюсь прихода мед сестры, выдёргиваю иглу из руки и начинаю собираться домой. Самое тяжёлое состояние начинается, когда спустя три часа перестают действовать обезболивающие. Однако сцепив зубы, я собираю всех капо у себя дома. Место ранения нестерпимо горит, каждый вдох отдаётся болью.

– Как вы уже знаете, мы потеряли несколько членов нашей семьи, а также мою невесту и её отца. В ближайшие дни семья Коломбо должны выбрать правопреемника. Но. Это наша возможность отстоять свои интересы. Впервые после предательства моего отца, мы можем не просто заявить о себе, но и взять власть над другими территориями. Все капо должны вооружить каждого своего солдата. Женщины не покидают дома до завершения конфликта. Охрана дома усиливается. Испанцы ждут от нас ответного удара, поэтому мы должны быть внимательнее и осторожнее. По официальным данным я должен покинуть клинику завтра. Мед персонал предупреждён. Поэтому…Сегодня ночью мы атакуем сразу несколько объектов испанцев. Пленных не берём. Информация нас не интересует. Ничего выторговать они для нас уже не смогут. С сегодняшнего дня мы начинаем зачистку наших территорий. Убивает каждого, кто направляет на нас дуло.

Алиса Реброва

Месяц спустя

Моя жизнь налаживается. Если бы я жила в сериале, сказала бы, что начался второй сезон. Мы видимся с Эллиотом довольно часто. Я всё больше открываюсь ему, хотя ещё и не рассказала о том, что я пережила в Нью Йорке. Мы стали ходить в кино и гулять по Шелби парку. Мне уютно рядом с ним и кажется, что однажды мы действительно сможем выйти за пределы дружбы. Однако моя прошлая жизнь не смогла меня отпустить окончательно.

В очередную смену в кафе я прихожу жутко невыспавшейся. Жара в городе просто невероятная. Под кондиционерами кафе мне становится чуть лучше. Возвращаюсь после работы по вечерним улицам с единственным желанием помыться и лечь спать.

Но на следующий день ситуация повторяется. Бессонница, тошнота, жара на улице. К концу следующего дня мои ноги становятся просто огромными от отёков. Когда мне звонит Энди с предложением пропустить по бокальчику после работы, мне кажется это самой ужасной идеей, но потом я вспоминаю, что я не виделась с ней с тех пор, как устроилась в кафе, а ведь она мне очень помогла. Поэтому соглашаюсь.

Мы встречается в баре недалеко от центра.

– Привет, подруга! – я тепло обнимаю Энди.

– Привет! Как ты?

Я сажусь напротив неё и сделав заказ рассказываю о новой работе, об Эллиоте. Когда же приносят мои любимые жаренные креветки, я делаю паузу и глубоко вдыхаю их аромат носом. У меня всегда даже от их запаха слюнки текли, однако сейчас тошнота подступает так стремительно, что я без объяснений вылетаю из-за стола и мчу в туалет прочищать и без того полупустой желудок. Живот скручивает от позывов, голова кружится. Кое-как встав на ноги, я умываюсь холодной водой. Прислонившись к холодной стене, выжидаю пару минут и возвращаюсь за столик. Энди смотрит на меня обеспокоено.

– Элис, ты как?

– Похоже у меня тепловой удар.

Я, сморщив нос, смотрю на креветки. Желание их есть отпало напрочь.

– О боже, тебе лучше поехать домой. Или хочешь в больницу?

– Нет-нет, в больницу не надо. Но домой, да.

Мы рассчитываемся и выходим из бара. Но не успеваю я сделать и шага, как в глазах начинает темнеть.

Прихожу в себя я на больничной койке. Надо мной нависает улыбчивая медсестра.

– С возвращением!

– Здравствуйте. Я в больнице, да?

Она снисходительно улыбается, осматривает свою форму и приёмный покой.

– Да, моя хорошая, ты в больнице. Сейчас подойдёт врач и ты сможешь у него всё узнать. Мы уже взяли у тебя кровь на анализ.