Дети Универсума. Книга 3. Империя тумана

– Простите, вы сказали до конца 406 года? – переспросил сотрудник.

– Да, а есть проблемы?

– Нет, никаких проблем. Просто уточнил.

– Поражаюсь вашей выдержке.

– Ничего особенного. Желание клиента для нас – закон. Укажите все имеющиеся контактные данные, и наши сотрудники свяжутся с господином Оуэном ровно через сто сорок шесть лет и одиннадцать дней.

– В энциклопедическом словаре статью «Профессионализм» стоит сопроводить вашей фотографией, – похвалил журналист.

– Благодарю за столь лестную оценку.

– А как вы поступите с вашей третью, Эдвин? – поинтересовалась Алира.

– Пока никак. Пусть деньги побудут на вашем счете. Там, , они мне всяко не пригодятся. откуда я прибыл

– Есть вариант купить на них золото, серебро или драгоценные камни, – предложила девушка. – Там, , подобные вещи ценятся. откуда вы прибыли

– Попозже, – отмахнулся юноша. – Сейчас-то мне точно с драгоценностями бессмысленно таскаться.

– М-да, резонно, – согласилась Алира. – И, кстати, по поводу таскаться… Мне понадобится чековая книжка и немного наличных…

– Желаете снять часть средств со счета? – спросил служащий Банка.

– Да, на текущие расходы… Думаю… десяти тысяч на первое время нам хватит.

– Советую, по моему примеру, остаток перевести в марки, – порекомендовал Нолан. – Поверьте, так будет надежнее.

Троица покинула здание Банка, изрядно поправив собственное финансовое положение. Надо заметить, Алира и раньше не была бедной девушкой, однако до сих пор она пользовалась родительскими деньгами, а сейчас имела право распоряжаться личными сбережениями, добытыми пускай и экстраординарным, но совершенно легальным путем. Выходя на улицу, Нолан поймал взглядом стоявшую через дорогу согнутую под тяжестью лет пожилую даму, чье лицо скрывала черная вуаль.

«Что-то в этой женщине не то, – подумалось журналисту. – Словно она за нами наблюдает… Не-е… ерунда. Просто показалось… Разбогатев, я как-то чересчур быстро стал недоверчив и подозрителен. Правду говорят: деньги портят людей».

Друзья в приподнятом настроении отправились на свидание с очередным балансиром. Стрелка магического компаса вывела их к дверям белого с черной дымоходной трубой двухэтажного домика, точно с иллюстрации к книге сказок. Алира нажала кнопку звонка. Ответа не последовало, хотя за стеной явно слышались голоса, причем разговор велся на повышенных тонах, граничащих с откровенной руганью. Двое мужчин о чем-то яростно спорили, и ни один не собирался уступать.

– Мне надоели ваши угрозы! – приглушенно звучал голос первого.

– Я не угрожаю, а всего-навсего ставлю вас в известность о моем намерении обратиться в суд, – вещал второй.

– У вас нет никакого права на мое изобретение! А знаете… я сам подам на вас в суд!

– На каком же основании?

– Вы не платили мне достойную зарплату, когда я на вас горбатился.

– Желаю удачи с доказыванием.

– А еще вы присвоили массу моих разработок!

– То были служебные произведения, следовательно, вы изначально не обладали исключительными правами на них.

– Ладно… ладно… Быть может, мне и не удастся взыскать с вас ни пенни, но шумиха в прессе поднимется будь здоров! Вообразите (хотя вы и не умеете) заголовки в газетах: «Гениальный изобретатель ворует патенты», «Выдающийся ученый паразитирует на чужих открытиях», «Постоянный ток – постоянный обман»…

– Слава Порядку, вы не журналист. Ваши заголовки ужасны.

– Ну и хаос с ними! Я разоблачу вас как мошенника!

– Ха! Мне принадлежит триста сорок два патента. Поглядим, сумеете ли вы оспорить их все.

– Убирайтесь! Вон из моего дома!

– Я-то уйду, но вы еще пожалеете, что не приняли мое предложение.

– Да вы издеваетесь! Тысяча сидов за мой многофазный электромотор?! Ха! Форменный грабеж средь белого дня!

– В противном случае вы не получите ничего.

– Прочь! С глаз моих долой!

Дверь распахнулась и из дома, презрительно ухмыляясь, спешно вышел чернобровый седовласый мужчина средних лет в сером пиджаке и с бабочкой в горошек. Нолан в изумлении уставился на удаляющегося господина.

– Будь я проклят! – воскликнул журналист. – Мне встречалось его лицо! Это же знаменитый изобретатель Сомат!

– Я его тоже узнала, – поделилась Алира. – Правда, на фото в газетах он казался выше.

– И если это был Сомат, – развивал мысль Нолан, – то, получается, мы стоим на пороге дома легендарного ученого Алокина!

– Кого там еще хаос принес?! – раздался возглас из гостиной.

– Думаете, он и есть Перун – повелитель молний? – спросила Алира.

– Компас по-прежнему указывает на дом, – констатировал Нолан. – А почему бы и нет? Гениальный изобретатель, познавший тайные силы электричества – великолепное прикрытие для балансира-громовержца. Зайдем к нему и узнаем наверняка.

– Вы кто? – обратился с вопросом к непрошеным гостям Алокин. – Головорезы Сомата? Пришли выбить из меня договор на отчуждение патента силой?

– Я, по-вашему, похожа на головореза? – мило-премило улыбнувшись, сказала Алира.

– Не особо… но в наш век головорезы бывают разные. Так или иначе моего патента вам не видать, как… как своих… э-э… чего там люди обычно не видят?.. Смотря какие люди, наверно… Слепые вообще ничего не видят. А зрячие, как правило, не видят… Ушей? Ерунда, уши прекрасно различимы в зеркальном отражении… Ага! Вы когда-нибудь видели свое стремечко, самую маленькую косточку в человеческом организме, расположенную в ухе? Нет? То-то же! Стало быть, вам не видать моего патента, как своего стремечка! Здорово я придумал, да? Короче, передайте Сомату: его поезд ушел. Пока этот зазнайка игрался с постоянным током, все, кто поумнее, давно переключились на переменный ток. И ежели Сомат хочет сократить вызванные исключительно его собственной недальновидностью убытки, пусть заплатит мне сотню тысяч и не пенни меньше!

– Господин Алокин, – постаралась успокоить ученого девушка, – мы никоим образом не связаны с господином Соматом, а явились к вам по совершенно другому делу. По очень важному делу, касающемуся будущего всего мира…

– А ко мне с более мелкими проблемами и не заходят, ибо я, вероятно, единственный из ныне живущих разумных созданий хотя бы приблизительно понимаю, как устроена Вселенная.

– А о путешествиях во времени вам что-нибудь известно? – с намеком поинтересовалась Алира.

– Тема, конечно, интересная, но все руки не доходят.

– То есть вы никогда не путешествовали во времени?

– Увы мне…

– И о стражах равновесия вам также ничего не ведомо?

– О ком?

– Ясно, мы ошиблись, – заключила Алира. – Вы не совсем тот, кого мы ищем. С другой стороны, компас не мог ошибиться…

– А в доме есть еще кто-то? – спросил Эдвин.

– Поистине странный вопрос! – возмутился Алокин. – Какая разница, один я или с помощником Перри?

– Помощник Перри? – ухватился Нолан за случайно упомянутое имя. – Он-то нам и нужен!

– Зачем? – почуял неладное ученый.

– Э-э… он наш старый друг! – соврал журналист.

– А у меня такое чувство, будто еще минуту назад вы понятия не имели о его существовании. Ну да и Порядок с вами! Перри трудится в моем подвале. Сейчас я его позову. О! А сам тем временем займу место Перри внизу и наконец-то приступлю к отложенным из-за вторжения гнусного Сомата научным изысканиям. Перри! Иди наверх! Тут к тебе друзья наведались!

Медленной походкой, шаркая об пол подошвами старых рваных ботинок, по лестнице, ведущей в сияющее подозрительным зеленым свечением подвальное помещение, поднялся неказистого вида, облаченный в лохмотья горбун с засаленными длинными грязно-серыми волосами и беззубым ртом. Правый глаз у помощника ученого был заметно крупнее левого, тоже не добавляя Перри очков привлекательности.

– Вы меня фвали, хофяин? А… вижу… мои друфья прифли…

– А вы и впрямь знакомы, – подивился Алокин. – Хорошо, не стану вам мешать и удалюсь в подвал. В мой чудесный, распрекрасный подвал…

– Последняя фраза прозвучала довольно зловеще, – дождавшись ухода гениального ученого, заметила ощутившая некий дискомфорт Алира.

– Не обрафяйте внимания, – посоветовал Перри. – Ваф прифлала Фемля-Мать? Эфир прям-таки дрожит рядом ф вами. Перун к вафим уфлугам.

– Вы и есть повелитель грома и молнии? – уточнил Эдвин.

– А че? Не похож? Вы, никак, ожидали увидеть фдоровенного бородатого накачанного мужика? Внефность обманчива. Хотите фаполучить мой артефакт?

– Хотим! – хором отреагировали Эдвин, Алира и Нолан.

– А, ну в таковом флучае вам надобно отыфкать Марию Непредфкафуемую. По флучайному фовпадению (хорошо, вру – нефлучайному) ее корабль нынче прифвартован на вофдушном причале Фелвика. Фпрофите о ней в тамофней таверне.

– И что нам нужно от этой Марии? – углубился в детали задания Нолан.

– Вам – ничего. Ей же требуетфя вафа помофь в поифках древних фокровиф.

– В поисках чего? – не расслышала Алира.

– Фокровиф, то бифь клада.

– Она ищет клад?

– Ага. А вам фперва нужно найти ее фаму. Идите, а то хофяину в любой момент может прифпичить опять открыть портал в параллельную Вфеленную фо флобными фмертонофными тварями, а рафхлебывать, как вфегда, нам обоим…

– Странная парочка, – поделилась впечатлениями Алира, шагая по улице в направлении упомянутой Перуном таверны. – Гениальный и слегка не от мира сего ученый со своим внешне жутковатым помощником, на самом деле являющимся могущественным стражем равновесия. А вместе они занимаются экспериментами вселенского масштаба.

– В древности, – добавил Эдвин, – из господина Алокина вышел бы прекрасный безумный чародей.

– Времена меняются, – подметил Нолан, – и безумные чародеи уступают место безумным ученым. Видимо, в том и суть учения о Всеобщем Порядке, как и всякой навязываемой сверху идеологии: заменить одно безумие другим.

Таверна носила название «Гнездо альбатроса» и представляла собой удачное сочетание питейного заведения и корчмы, где в дополнение к горячительным напиткам удавалось еще и вкусно поесть. Из развлечений здесь имелись дартс, бильярдный стол и сцена для выступления различных артистов. В данный момент ее занимала красивая сероглазая женщина лет тридцати с небольшим, весело отплясывавшая энергичный танец под аккомпанемент музыкантов, игравших на канторийских национальных инструментах. Окрашенные в неестественно яркие красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий и фиолетовый цвета волосы дамы вихрем кружились в такт быстрым движениям. Одета женщина была в темно-коричневое платье с длинными рукавами, а обувь на ногах отсутствовала, вероятно, дыбы не мешать им совершать причудливые финты.

Нолан приблизился к барной стойке и спросил у протиравшего тряпкой стакан мужчины в белом фартуке:

– Добрый день. Не подскажете, как нам найти некую Марию Непредфкафуемую?

– Кого-кого? – не понял бармен.

– Простите, оговорился. Ее, наверно, все-таки зовут Мария Непредсказуемая. Ох уж этот горбун с его дефектами речи…

– А! Вам нужна капитан Мария! Нет ничего проще. Она как раз сейчас танцует прямо на сцене.

– Так та женщина и есть Мария?! – удивился журналист. – Она, что же, у вас тут подрабатывает танцовщицей?

– Не-а. Просто взяла и сама залезла на сцену. С ней подобное случается. Взбредет в голову подурачиться, и уже не остановишь. Капитан Мария – весьма… непредсказуемая дама.

– Стоило догадаться по ее имени.

Музыканты исполнили композицию до конца. Мария наконец-то остановилась, чтобы поклониться посетителям заведения, наградившим танцовщицу-любительницу бурными аплодисментами. На ее лице сверкала счастливая улыбка. Отдышавшись, женщина извлекла из-за пазухи кошель и бросила его на пол сцены.

– Спасибо, мальчики! – поблагодарила Мария артистов. – Вот вам на карманные расходы – вы заслужили. Увидимся!

Непредсказуемая дама сделала сальто назад и приземлилась аккурат у барной стойки рядом с Ноланом.

– Привет, красавчик! – поздоровалась Мария с журналистом. – Ты спрашивал обо мне?

– Вы услышали мой разговор с барменом?

– У меня великолепный слух. Эй, Филипп! Налей-ка мне как обычно!

– А «как обычно» – это как? – растерялся бармен.

– Как обычно, удиви меня!

– Будет исполнено, капитан! – отдав честь, произнес Филипп.

– А вы что-нибудь выпьете? – вновь обратилась Мария к Нолану.

– В другой раз. У меня и моих друзей к вам дело…

– Но болтать о делах слишком ску-у-учно!.. – по-детски надувшись, пожаловалась женщина.

– Нас прислал Перун, вы можете знать его под именем Перри.

– Перри… Перри… Такой страшненький, горбатенький мужичок, работающий на того супергения… как же его… Алокина?

– Да, он.

– Никогда о нем не слышала.

– Но вы секунду назад сами вполне подробно описали его внешность!..

– Ха! Вы меня подловили. Хорошо, я во всем признаюсь… Я знакома с Перри, однако близко мы с ним не общаемся.

– Зачем же вы сказали, будто вовсе не слышали о нем?

– А зачем чайки летают в космос?

– Чайки не летают в космос.

– И почему же?

– Потому что не могут.

– Ну а я, в отличие от них, могла вам соврать и соврала. Надо уметь пользоваться предоставленными природой возможностями. Всю жизнь тем и занимаюсь.

– Даже если подобное поведение бессмысленно?

– Особенно, если оно бессмысленно. В том-то и весь смысл.

– Я-я-ясно… – протянул сбитый с толку Нолан и принялся искать помощи среди друзей: – Госпожа Алира, однажды вы предложили вместо меня вести переговоры с эксцентричными субъектами.

– Полагаете, я эксцентрична? – изобразив обиду, осведомилась Мария.

– А вы полагаете – нет? – ответил вопросом на вопрос журналист.

– По-вашему, эксцентричные люди поступают вот так? – Женщина вскочила на барную стойку и, стащив три бутылки с подноса проходившей мимо официантки, принялась ими умело жонглировать.

– Вообще-то, именно так эксцентричные люди и поступают, – заметил Нолан.

– Серьезно?! – деланно изумилась Мария. – Ну, значит, вы правы, и я действительно слегка эксцентрична.

– Госпожа Мария… – предприняла попытку взять инициативу в собственные руки Алира.

– Капитан Мария, – поправила женщина.

– Капитан Мария…

– Мария Непредсказуемая.

– Капитан Мария Непредсказуемая…

– Без «капитан».

– Мария Непредсказуемая…

– Нет, просто «Мария».

– Мария…

– Угу, теперь уже лучше, дорогая.

– Мы вас искали по поводу…

– По поводу искать людей неинтересно, – авторитетно заявила Мария. – Вот если бы вы искали меня без повода…

– Тогда бы мы вас не искали вовсе, – парировала Алира.

– Логично, хаос меня раздери! А ты – девочка смышленая.

– Спасибо…

– Спасибо на хлеб не намажешь. Без специального спасибонамазывательного ножа, разумеется.

– Само собой, – согласилась Алира.

– Вижу, мы найдем с тобой общий язык, милая. А то твой красавчик-спутник несколько запутался в беседе со мной. Не обижайся, красавчик! И, кстати, как зовут красавчика? И, раз уж на то пошло, как зовут тебя, красавица? И кто сей очаровательный в своей скромности юноша, что молчаливо стоит рядом с вами?

– Меня зовут Алира, а это мои друзья: господин Нолан и господин Эдвин.

– Хм… – задумалась Мария. – Буду называть вас красавчик Нолан, очаровашка Эдвин и… Алира. Мне понравилось твое имя, милая. Оно и без всяких эпитетов восхитительно.

– Благодарю…

– Благодарю на хлеб не намажешь…

– …без специального благодарюнамазывательного ножа, – догадалась Алира.

– А спасибонамазывательный не подойдет? – попробовала спровоцировать собеседницу Мария.

– Конечно нет! – без промедления ответила девушка.

– Ибо?..

– Ибо он предназначен для намазывания «спасибо», а не для намазывания «благодарю».

– Умница! – похвалила женщина. – Ты все правильно поняла.

– Господин Нолан, – тихонько одернул друга за рукав Эдвин, – что происходит?

– Наистраннейший диалог в моей жизни, – охарактеризовал журналист. – Однако нашей уважаемой госпоже Алире он, похоже, нравится.

Девушке и в самом деле пришлась по душе беседа со взбалмошной женщиной. Как ни удивительно, при всей бросающейся в глаза безбашенности и беспредельной иррациональности Мария на подсознательном уровне внушала необъяснимое доверие. Рядом с ней Алира ощущала себя в полной безопасности. Аналогичный контраст между внешне выраженной необузданностью и внутренней надежностью присущ бомбе замедленного (или не очень) действия, беспрестанно успокаивающей тебя, повторяя: «Не бойся, все хорошо. Даже если я взорвусь, тебе ничего не угрожает». Притом к словам напрочь лишенного тормозов орудия массового уничтожения ты относишься всерьез и не предпринимаешь ни малейших попыток поставить их под сомнение.

– Красавчик Нолан талдычил о каком-то имеющемся у вас ко мне веселом деле, – напомнила Мария.

– Я не говорил, якобы дело веселое, – уточнил журналист.

– Любое дело, связанное со мной, автоматически становится веселым, – пояснила женщина.

– Думаю, и наше не будет исключением, – предположила Алира, – ведь вопрос касается… поиска сокровищ.

– Каких сокровищ? – насторожилась Мария.

– Мы надеялись, вы нам поведаете…

– Ах, вы об сокровищах?  этих

– Скорее всего.

– Знаете, – понизив голос, молвила Мария, – по-хорошему, история с сокровищами – большой-пребольшой секрет… Но сегодня столь чудесный день! Поэтому я с радостью поделюсь с вами тайной!

– Очень любезно с вашей стороны…

– Ой, пустяки! – отмахнулась женщина. – Подумаешь, многовековой семейный секрет, передающийся из поколения в поколение! Есть в мире загадки и поинтереснее. Например, отчего трава зеленая?

– Оттого, что в ней содержится хлорофилл, – не упустил шанса проявить эрудицию Эдвин. – Впервые данное вещество подробно описал визский ученый Аауо в 17 году до Эры Порядка, с помощью магии сумев выделить из листьев растений особый зеленый пигмент…

– А ты не только очаровашка, но и всезнайка! – восхитилась Мария. – Прелестно! В высшей степени прелестно! Ну, коли с одной великой тайной мы разобрались, позвольте посвятить вас в другую. Сокровища, которые я ищу, давным-давно пытался раздобыть мой далекий предок. Вернее, с точки зрения кровного родства он не совсем мой предок, так как его внук, знаменитый мореплаватель и первопроходец капитан Бруггер…

– Капитан Бруггер?! – в едином порыве изумилась троица.

– Да, да, легендарный и отважный (или отважный и легендарный – постоянно забываю правильную последовательность) капитан Бруггер века эдак полтора назад удочерил девочку-сироту по имени Жанна.

– Жанна?! – вновь одновременно воскликнули друзья.

– Ребята, по-моему, вас очень легко шокировать, просто произнося разные имена. Мне даже любопытно, как вы отреагируете на… Карлоса!

Примечания