Подарок принцессы

– Пойдем, – велел он, глядя пустыми рыбьими глазами.

Этот взгляд пугал девушку сильнее, чем уродливый шрам Носо. Она послушно кивнула.

– Не пытайся дорогой сбежать, – равнодушно сказал воин, пропуская ее вперед. – Догоню, плохо будет. Ясно?

– Да, мой господин, – пролепетала Сайо.

Разбойники покинули поляну. Впереди по еле заметной тропинке шел главарь, за ним благородные господа, потом Сайо под конвоем Херато, а замыкали шествие два ослика и простолюдины.

Примерно через час девушка стала уставать. Ноги начали заплетаться, и она пару раз едва не упала. Разбойник с рыбьими глазами равнодушно ждал, пока она встанет, не делая ни малейшей попытки помочь.

– Я устала, – прохрипела Сайо, упав в третий раз. Херато наклонился и, взявшись за воротник курточки, одним рывком поставил ее на ноги. Глядя ей прямо в глаза, разбойник два раза лениво ударил ее по щекам ладонью.

– Сил прибавилось? – голосом тусклым, как и его взгляд, осведомился мерзавец.

– Да, – кивнула девушка, чувствуя, как лицо горит от боли и бессилия.

Мужчина толкнул ее вперед.

Какое-то время Сайо шла, пугливо озираясь на каменно-равнодушного конвоира, но усталость брала свое, и она вновь упала.

Девушка попыталась подняться, но ноги подкосились, и она упала, больно ударившись локтем.

– Носо-сей! – крикнул Херато. – Девчонка спеклась! Еще полечить?

– Брось на осла, а поклажу отдай Брылу, – донеслось до них распоряжение главаря.

Получив четкое распоряжение, разбойник сбросил со спины осла вьюки и легко, словно куклу, усадил Сайо верхом. Поднявший мешки лысый простолюдин бросил на девушку злобный взгляд.

В сумерках отряд вышел на накатанную дорогу. Воины моментально сгрудились в кучу, перегородив и без того неширокий проезд. Ослы, простолюдины, уставшая до беспамятства Сайо и равнодушный Херато двигались позади беспечно болтавших воинов. Сейчас они походили на один из бесчисленных отрядов ратников, наводнявших страну.

После неудачного похода Хайдаро их число заметно поубавилось, тем не менее такие отряды время от времени еще встречались.

Впереди показалась обширная усадьба, окруженная высоким деревянным частоколом. Могучий слуга под пристальным наблюдением вооруженного воина закрывал крепкие ворота, когда его остановил крик Носо.

– Эй, Пузан, постой! Не видишь, гости идут?

Слуга замер, с тревогой глядя на приближающихся разбойников. Зевавший рядом благородный воин нахмурился и положил руку на рукоятку меча.

– Спокойно, мой господин! – поднял руку Носо. – Мы всего лишь хотим переночевать, и все.

– А чем платить у вас есть? – хмуро поинтересовался ратник. Половину прибыли этой гостиницы клал в карман местный землевладелец, поэтому охранник чувствовал себя уверенно даже перед лицом многочисленной и хорошо вооруженной банды.

– Успокойся, мой господин, – широко улыбнулся своей кривой улыбкой Носо. – Мы с деньгами.

Ратник отступил в сторону. Квадратный слуга уже умчался предупредить хозяина о новых постояльцах.

На широкое крыльцо приземистого двухэтажного дома вышел маленький, пузатый человечек в бархатной куртке.

– Носо-сей! – удивился он, глядя на приближавшегося воина.

– Я, Кулак.

Хозяин бодро сбежал по деревянным ступеням и остановился так, чтобы ярко горевшие светильники освещали только его спину.

– Мы уже говорили, мой господин, что я не могу больше обслуживать тебя и твоих людей в долг. Ты должен за еду, ночлег, за женщин…

– Заткнись, быдло! – рявкнул разбойник. – Сейчас получишь свои грязные деньги, мразь!

Он обернулся и взял из рук помощника глухо звякнувший мешок.

– Кажется, тебе улыбнулась удача, мой господин?! – сладко пропел согнувшийся в поклоне Кулак.

– Ты, крохобор, даже не представляешь, какая!

Носо, не глядя, сунул руку в мешок и высыпал в жадно подставленные ладони кучу серебряных монет.

– Этого хватит?

– С долгом ты, безусловно, рассчитался, мой господин.

– Тогда все как всегда! – махнул рукой главарь. – Лучшая еда, выпивка… и все прочее!

– Будет сделано, мой господин, – радостно повизгивая, хозяин бросился было исполнять желание щедрого гостя.

Но воин крепко схватил его за плечо.

– Постой.

Кулак озадаченно взглянул на разбойника.

– Комнатушка в подвале свободна?

– Пока да, мой господин, – тихо ответил толстяк.

Носо наклонился к мясистому уху и прошептал несколько слов, скосив глаза на Сайо.

Девушка почти лежала на спине осла. В полутьме, одетая в мужскую одежду, она походила на усталого мальчика. Глаза хозяина гостиницы удивленно расширились.

– Не знал, что ты занимаешься такими делами, мой господин.

– Если еда сама лезет в рот, невозможно ее не проглотить, – вздохнул Носо и, обернувшись, крикнул: – Херато-сей, проследи, чтобы нашу гостью устроили как следует!

Разбойник с рыбьими глазами равнодушно кивнул.

– Я сейчас пришлю служанку, мой господин! – крикнул хозяин. – Она проводит.

Херато остался стоять возле Сайо, а остальные разбойники с радостным гоготом стали подниматься на крыльцо.

– Слезай, – буркнул разбойник-простолюдин. – Осла надо расседлать.

С трудом сдерживая стон от боли во всем теле, девушка почти сползла на землю. Она встала, прижавшись спиной к забору, и прикрыла глаза.

– Где тут твоя девка, мой господин? – раздался грубый женский голос.

Сайо увидела невысокую широкоплечую женщину в толстом платке поверх грязного шерстяного платья. В правой руке служанка держала масляный светильник. Заметив, что девушка смотрит на нее, она махнула рукой:

– Пошли.

В сопровождении Херато они обошли гостиницу. С торца здания у самой земли располагалась низенькая, оббитая железными полосами дверь.

Женщина отодвинула толстый замок и, войдя первой, скомандовала:

– Сюда иди!

Несмотря на усталость и боль, Сайо вспыхнула. Какая-то простолюдинка смеет ей указывать! Но, получив в спину мощный толчок, влетела в короткий коридор. За спиной раздавалось ровное дыхание разбойника.

Там была еще одна дверь, а за ней маленькая комнатка без окон с низким потолком и спертым воздухом.

– Топчан вон, – служанка ткнула пальцем в низкую лежанку, покрытую соломой. – Бадейка для всяких надобностей в углу. Чего еще надо?

Подбоченясь, она смотрела на девушку, выпятив нижнюю губу. Сайо подошла и молниеносно ударила ее по лицу. Задохнувшись от ярости, служанка тоже влепила ей хорошую плюху и тут же заработала удар в спину.

– Знай свое место, быдло, – проговорил Херато своим обычным бесцветным голосом.

– Мне нужно поесть и умыться, – сказала Сайо, с трудом удержавшись от благодарного взгляда в сторону разбойника.

– Вот еще! – фыркнула женщина.

– Тебе сказали, что делать? – поинтересовался Херато.

– Да, мой господин.

– Так исполняй.

Служанка вышла, оставив светильник. Разбойник пробежал взглядом по голым бревенчатым стенам и тоже покинул комнату. Сайо в изнеможении опустилась на топчан.

«Вот так Вечное Небо играет моей судьбой, – с безнадежной грустью подумала девушка. – От дворца сегуна до разбойничьего притона. От шелковых простыней до старой соломы».

Она горько всхлипнула. Послышались шаги. Сайо встала и постаралась придать лицу самое равнодушное выражение.

Вошла служанка, поставила на земляной пол ведро с водой.

– Вот твоя вода.

– Поставь на топчан, – тоном, не терпящим возражений, приказала девушка.

Женщина хмыкнула и, взяв ведро, резко опустила его на толстые доски. От удара брызги полетели во все стороны.

Сайо вытерла сырое лицо.

– Выйди!

– Если уйду я, – служанка обнажила в улыбке гнилые зубы, – войдет он. Или ты задумала соблазнить Херато своими тощими мослами?

Девушка пожала плечами. Попробовала воду. Чуть теплая. Хорошо еще, в комнате тепло. Сняла куртку, рубаху, связала в пучок волосы и стала умываться, чувствуя кожей презрительный взгляд простолюдинки. Взяв с края топчана глиняную чашку с выщербленным краем, отлила немного воды. Потом развернулась и выплеснула оставшуюся на ничего не подозревавшую служанку.

Ошарашенная женщина пару секунд смотрела на Сайо выпученными глазами, потом заорала и бросилась на неё. Ожидавшая примерно такой реакции девушка размахнулась и встретила ее ударом ведра в лоб.

Служанку отбросило к двери. Опираясь на нее, она попыталась встать и отомстить обидчице, но свалилась под ноги ворвавшегося в комнату Херато. Сайо быстро натянула рубаху. Разбойник посмотрел на багровый синяк, быстро набухавший на низком лбу, и одобрительно хмыкнул. Потом, не закрывая дверь, скрылся в коридорчике и вернулся с корзиной.

– Ешь, госпожа.

Служанка попыталась встать, но воин небрежно толкнул ее, и женщине пришлось выползать из комнаты на карачках.

Херато подошел к светильнику, приподнял, словно проверяя, сколько еще осталось масла, и, вернув его на полочку, вышел, закрыв дверь на засов.

В корзине оказалась тарелка риса с мясной подливкой и пара лепешек. Подкрепившись, Сайо улеглась на солому и стала смотреть на тусклое пламя светильника. Язычок огня делался все меньше.

«Может быть, зря я бежала? – думала она. – Теперь меня продадут».

Вдруг Сайо улыбнулась.

«И это уже во второй раз. Сколько получит за меня Носо? Пять, десять тысяч золотых? Прав был Алекс. Я так же одинока в этом мире, как и он».

Вспомнив о слуге, она тяжело вздохнула.

«Где он? Что с ним? Ясно, что Алекс не попался разбойникам. Я бы услышала об этом. Значит, попался тем соратникам, от которых они так поспешно удрали».

А что делать воинам в лесной глуши? Кого они искали? Разбойников Носо? Или ее? Их бегство уже давно раскрыто. От Тайного Ока Сына Неба скрыться невозможно. И если она еще представляет для властей какой-то интерес, то беглому слуге нечего ждать пощады.

Сайо почувствовала, как на глаза набежала пелена слез, комната вокруг стала расплываться. Девушка закрыла глаза, и теплые капли потекли по щеке. Алекс погиб. Она чувствовала это. Иначе слуга предупредил бы ее об опасности.

«Слуга? – она вдруг широко раскрыла глаза, не обращая внимания на бегущие слезы. – Какая я глупая! Он же меня любит!»

Сайо села на топчане, обхватив колени руками.

«Только любовь могла заставить парня столько раз рисковать жизнью ради меня!»

С какой-то неожиданной теплотой она вспомнила их первую встречу. Когда Алекс прошел по узкому карнизу главной башни, чтобы предупредить о «злодейских замыслах» Гатомо. А та страшная ночь, когда она едва не оказалась в руках этого мучителя Татсо? Алекс попытался спасти ее даже от гнева Сына Неба. Но этот противник слишком силен.

Светильник, пыхнув, погас, погрузив во тьму комнату и душу Сайо.