Шалга. Хроники исчезнувшего края

БЫЛЬ И ЛЕГЕНДЫ ПРЕОБРАЖЕНСКОЙ ЦЕРКВИ

В Писцовой книге Чарондской округи 1623-24 годов говорится, что в волости Шалге Бодунове на погосте стояли две деревянные церкви — «церковь Преображения Господа Бога и Спаса Нашего Иисуса Христа» и «тёплая Введение Пречистые Богородицы», а у «церкви четыре ж кельи» для пономаря, просвирницы и нищих.

С той поры Введенская церковь встретится два-три раза в документах конца XVII века и пропадёт. Судьба её покрыта тайной; вероятно, она никогда не была отдельной церковью, а являлась лишь тёплым приделом.

О деревянной Спасо-Преображенской (Преображенской) Шалгободуновской церкви известно то, что однажды она сгорела. Но при каких обстоятельствах это произошло ни в одном дошедшем до нас документе не говорится, в отличие от той же соседней Коротецкой церкви, в которую как-то раз ударила молния и начался пожар, унёсший жизнь священника.

Между тем, появление местности Шалга Бодунова, а конкретно той части, что именовалась Спасом и состояла из восьми деревень (включая церковную), в народе было связано с необычной легендой. Считалось, что эти деревни основали некие беглые монахи. Откуда именно они сбежали, в легенде не говорилось. Но любопытно, что первое упоминание шести спасских деревень в документах относится к одному и тому же году — примерно к 1615-му.

Как известно, в те времена Шалга Бодунова была волостью Чарондской округи, весьма болезненно пережившей приход польско-литовского войска. Того самого, что держало в осаде Кирилло-Белозерский монастырь. Есть также сведения, что потом через эти земли прошёл атаман Мишка Баловень, и оставил о себе такую память, что спустя четыре сотни лет читать об этом нет никаких сил.

В общем, повод для побега у неизвестных монахов неизвестной обители действительно мог быть. Тем более, что монастырей в нашей стороне тогда существовало больше, чем сегодня.

О поляках в Шалге тоже рассказывали легенды. Будто бы деревня Паново была основана всё-таки неким «паном», пожелавшим остаться в этих местах (довольно распространённая легенда для деревень с таким названием). И будто бы Платяная Чаща в Поричье называлась так потому, что местные жители в ней прятали платья, «одёжу» от захватчиков.

Вот и всё, что можно сказать о том времени, когда церковь в Шалге Бодуновой была деревянной. Не считая нескольких дел, когда суду приходилось разбираться в тонкостях взаимоотношений отдельных священников с отдельными прихожанами.

НОВАЯ ЦЕРКОВЬ

В 1819 году после пожара началось строительство нового — каменного — здания церкви. Считается, что кирпичи для неё делали прямо на месте, а глину для них брали в Суворове. Эта деревня действительно была так щедра на глину, что столь обыденный факт отразился даже в шальской частушке.

«А Суворово-деревенка

Стоит на глинушке.

Девки бойкие-пребойкие,

У всех по милушке!»16

Строили церковь на средства прихожан с помощью «кошельковой церковной суммы» и «с благословения Преосвященного Митрополита Михаила» около пяти лет. Сохранились воспоминания о жителе деревни Соколье, участвовавшем в строительстве: говорят, он обладал такой силой, что легко таскал на себе брёвна. А брёвна под полом этой церкви, надо признать, зрелище впечатляющее!

В 1824 году церковь была выстроена, и хотелось бы думать, что свои двери для прихожан она распахнула как раз на Спасов день, то есть в Преображение Господне, но об этом ничего неизвестно. Хотя упоминания о празднике, престольном для Шалги, иногда проскальзывали в разных документах.

В 1850-х годах священник Гавриил Фёдорович Фрязинов напишет: «С самого построения сiя церковь приходила в большее и большее благоустройство и никогда не была в запустении или раззорении».

КАК ОНА ВЫГЛЯДЕЛА?

К сожалению, пока не найдено ни одной дореволюционной фотографии Шалгободуновской церкви, зато сохранилось несколько словесных описаний. Самое раннее из них относится всё к тем же 1850-м годам, когда священники кирилловских церквей составляли единообразный документ для церковного начальства.

Описание 1850-1860-х

И вот с чего начинается это описание:

«Церковь Преображения Господня (находится в Новгородской епархии Кирилловского уезда) въ погостҌ Шалге БодуновҌ каменная расстоянием от Новгорода в 670, верстах, отъ уездного города Кириллова в 60 верстах (от дороги пролегающей из города Каргополя в город Кириллов в 5-ти верстахъ)».

<…>

А к благосостоянию ея содействуют свои прихожане пожертвованием хотя небольшого количества денег, льна, хлеба и холста. По Утверждению Нормальных штатов церковь в 1843 годе отнесена (сия Церковь) к шестому классу. И подчинена Кирилловскому Духовному Правлению В придельном храме Василия Великого замечателен (?) … иконостас по древнему написанию иконъ».

Далее:

«Церковь сия с самого построения и по настоящее время имеет тот же самый вид, величину и расположение и никогда не была изменяема как по внешней так и по внутренней Архитектуре.

Зданием каменная, построена вместе с трапезою и колокольнею, восточная сторона выдаётся полукружием, примыкающимся к стенам самого храма. Самый храм с начала четвероугольный, потом круглый, над сводами возвышается фонарь четверогранный с пролетами и над ним купол из черного …, на котором водружен… осьмиконечный крест. Стены трапезы …несколько шире против стен самого храма и выдаются двумя полукружиями и примыкают к стенам самого храма, в котором (й) находится два придела, на северной стороне Василия Великого и на южной Казанской Божия Матери, вверху во втором этажу Иоанна Предтечи.

Благолепие имеет надлежащее, утварью церковною достаточна и состоит из серебряных позолоченных сосудов, из серебряного позолоченного креста нового чекана, простых шелковых и штофных риз».

При церкви также имелась деревянная богадельня, построенная прихожанами, в которых жили сторож и просфирня, а ещё проходили «мирские сходки для выслушивания начальственных предписаний от Петропавловского приказа и собрания при говении во Св. Четыредесятницу».

В 1884 году в церковной сторожке будет открыт класс Шалгободуновской церковно-приходской школы, и всё тот же Гавриил Фёдорович Фрязинов возьмётся за обучение детей.

Описание 1919-го

В 1919 году Церковный совет сообщал: двухэтажная каменная церковь была построена на средства прихожан в 1824 году на месте сгоревшего деревянного храма. Также в документе есть упоминание о том, что её окружала каменная ограда, покрытая тёсом.

О внутреннем убранстве говорилось следующее:

«Иконостас совершенно новый, но в каком году писан — неизвестно, так как в Записи его нет. Старинных вещей, икон, одежд и архива при церкви нет, так как оное всё что было, то погорело в бывшей деревянной церкви, а сейчас что имеется при церкви, то приобретено вновь и нечего старинного не напоминает».

Описание 1930-го

Наиболее подробное описание храма даёт «Опись церковного имущества, переданного Шалгободуновской религиозной общине», составленная 30 сентября 1930 года.

«Здание церкви. Во имя Преображения Господня — 2-х этажная каменная в виде квадрата. Крыша на ней железная, крашеная. Церковь одноглавая, а над колокольней шпиль. Вся церковь с папертью длиною 15 сажень. Ширина разная, в среднем 4 саженей. Вышиной от 2-х саженей до 4-х саженей. Окна с железными решётками. Всё здание с папертью снутри оштукатурено. Главы над церковью и шпиль покрыты железом и покрашены простою краской. Кресты железные. Всё здание стоимостью 5600 рублей».

С восточной стороны располагался алтарь, а с западной была пристроена тёплая церковь. Храм имел четыре престола:

1) в честь Преображения Господня (в холодном храме);

2) в честь Казанской иконы Божией Матери;

3) во имя Василия Великого (в тёплых приделах);

4) в честь Рождества Иоанна Предтечи (на втором этаже).

Из «Описи церковного имущества» следует, что в Шалгободуновской церкви было четыре иконостаса (один в главном храме, два в «тёплой церкви», чётвёртый — в летней), но их описание довольно выборочное. На колокольне имелось шесть колоколов: большой (33 пуда), средний (15 пудов), четыре малых (от 3 пудов до 20 фунтов).

По воспоминаниям одного из жителей Шалги, изнутри церковь была украшена фресками, и фрески эти сохранялись на стенах ещё в начале 1930-х годов. Сам шалжак видел их во время экскурсии, будучи учеником начальной школы. Никаких других упоминаний о фресках не встречалось.

СЛОМ

Последняя метрическая книга Шалгободуновской церкви, в которой потомки шалжаков могут отыскать упоминания о своих родственниках, датируется 1918 годом. После известных событий — то есть Октябрьской революции и гражданской войны — прихода как такового не стало. Но церковь в Шалге не закрылась.

30 сентября 1930 года в её истории наступил новый этап. К тому времени советская власть начала предпринимать активные действия по борьбе с религией, но пока ещё дозволяла верующим проводить и посещать богослужения.

Так появились «двадцатки» — официально зарегистрированные религиозные общины. Своё название они получили по числу участников: для регистрации требовалось минимум двадцать человек.

О существовании такой общины в Шалге известно из «Дела №6», которое включало в себя различные документы, в том числе поимённый список «группы верующих». И, конечно, из печальных воспоминаний местных жителей — через несколько лет храм всё-таки закроют, а часть активистов получит тюремные сроки.

Последнего священника Михаила Власова, неизвестно откуда появившегося в Шалге, «жившего в деревне Панове и державшего петуха», арестуют в сентябре 1937 года и расстреляют.

Какое-то время в церкви будет располагаться клуб. В 1939 году приезжий молоденький фельдшер, посетив молодёжный вечер, запишет в своём дневнике: «Молодёжи здесь много. Даже есть клуб (в бывшей церкви), самодеятельность и раз в неделю крутят кино. Молодёжь пляшет массовую пляску — чарозерскую кадриль, сразу 8 или 12 чел [овек]. Красиво и интересно. Надо научиться!».

В 1940-х годах в стенах церкви шальские мальчишки станут делать колёса для нужд фронта. Там же впоследствии будут награждать участников Великой Отечественной войны. А потом разместят то одни, то другие склады, после которых — уже ничего.

КРЕСТ, ВИДЕНИЕ И ПРАХ

На церковном куполе, теперь уже рухнувшем, много лет висел погнутый крест. Кажется, висит он там и поныне — снять его в 1930-х не смогли, как ни старались.

Но среди шалжаков и их потомков до сих пор ходит легенда о [золотом] кресте, ушедшем так глубоко в землю, что никто его больше никогда не видел. Откуда его сорвали? Говорят, с колокольни.

А ещё говорят, что сорванный крест действительно ушёл в землю, но потом его вытащили тракторами. С превеликим трудом, но всё же достали — так утверждает свидетель грустных событий, бывший в те времена маленьким ребёнком.

Дошла до нас история с мистическим ореолом, случившаяся с двумя жительницами деревни Соколье. В Великую Отечественную войну они «топили ночью в церкви печь». Если вы читали историю «Старая школа», то это не должно показаться странным, так как сторожихи очень рано растапливали печки, чтобы к началу рабочего дня было тепло.

Внезапно в церкви появилась некая женщина, велела им уходить и исчезла. Увы, что было дальше — неизвестно, эпизод этот крайне скуп на подробности.

Рассказывали ещё о потревоженном покойнике. Там, где нынче пустошь и трава в человеческий рост, прежде было церковное кладбище, где хоронили священников и церковнослужителей. Давным-давно не осталось от него никаких следов, и нельзя сказать, где начало кладбища, а где конец.

Лет тридцать или сорок тому назад работали рядом с тем местом мужики-колхозники. Чем именно они были заняты доподлинно неизвестно, но случилось им наткнуться в земле на чей-то гроб. Они вскрыли домовину и увидели в ней… священника, лежащего в полном облачении. Рассмотреть его толком не успели: почти в ту же минуту покойный и его одежда рассыпались в прах.

Залётным героям нашего времени эта история говорит о том, что всё украдено до вас и кладов в Шалге нет. Не нужно подкапывать стены старого храма, не вашего храма, хоть и разрушенного.

И что уж действительно не стоит делать — так это красть старый памятник Гавриила Фёдоровича Фрязинова. Раза три или четыре на памяти автора этих строк его возвращали обратно, и последний раз он исчезал примерно в 2020-м, а в 2023-м снова был там, где и должен быть. Так стоит ли становиться частью новой легенды?

СВЯЩЕННИКИ И ЦЕРКОВНОСЛУЖИТЕЛИ

А вот и они — представители шальского духовенства. Не все, конечно, не все! Но какую-то часть имён священно- и церковнослужителей удалось проследить.

• Священник Тит Савин. Его двор был упомянут в Писцовой книге Чарондской округи 1624—1625 годов.

• Священник Прокофий. Упоминался в декабре 1659 года.

• Священник Моисей Титов. Первое упоминание о нём относится к декабрю 1659 года (в связке со священником Прокофием). Сведения о Титове есть ещё в нескольких документах, в одном из них говорится о сыне Трофиме, который «грамоте учен».

• «Преображенский священник» Трофим Титов. Упоминается в 1684 как умерший. Жена — Ирина Амвросиева.

• Священник Михаил. Единственное упоминание о нём относится к 1688 году.

• Священник Иван Андреев. Упоминался в марте 1785 года и сентябре 1786 года. В тот период он имел довольно сложные отношения со своими прихожанами.

• Дьякон Василий Иванов. Возможно, родился в 1744 году, а умер в 1829, то есть застав каменный храм. Упомянут в 1786 году. Был сын Александр.

• Священник Алексей Иванов. Согласно документам родился в 1749 году, упоминался до 1801 года точно, а то и позднее (один документ датирован 1824 годом, но он довольно расплывчат). Самая скандальная фигура за всю историю духовенства в Шалге. В 1801 году вместе с Алексеем Ивановым упоминался сын Михаил 13-ти лет.

• Дьячок Григорий Фёдоров. Упомянут в 1801 году. Родился в 1765 году.

• Пономарь Максим Фёдоров (?), родился в 1749 году. Вместе с ним в 1801 году упомянут сын Александр, девяти лет отроду.

• Священник Иоанн Алексеев. Впервые упоминается в 1832 году. Известно, что он умер примерно в 1846-1847-м годах.

• Пономарь Александр Максимов. Впервые упоминается в документах в 1832 году, затем в 1852 году. Любопытно, что в первом случае указан возраст 39 лет, а во втором — 58 лет, из чего можно сделать вывод, что родился он-таки в 1793 году (и на момент составления второго документа ему не исполнилось 59-ти, указаны полные года).

• Протоиерей Гавриил Фёдорович Фрязинов (1821—1902). Более пятидесяти лет жизни отдал служению в Шалгободуновской Преображенской церкви (1846—1902). За свои заслуги был удостоен высокой награды — ордена Владимира IV степени, а затем его семье пожаловали дворянство.

В апреле 1899 года шальского священника возвели в сан протоиерея. Три года спустя — в апреле 1902 года — он последний раз в жизни крестил ребёнка из своего прихода, девочку Ирину с Пидемского, о чём была сделана запись в метрической книге.

• Дьячок Василий Иванов, 1803 года рождения. Упоминается в 1852 году.

• Дьячок (псаломщик) Павел Добрынский. Впервые упоминается в 1863 году; служил вместе со священником Гавриилом Фёдоровичем Фрязиновым.

• Одновременно с Гавриилом Фрязиновым и Павлом Добрынским за штатом служил пономарь Николай Земляницын.

• Николай Иванович Янусов, с 1895—1897 годы был учителем в Шалгободуновской церковно-приходской школе.

• Псаломщик Василий Павлов Добрынский. Упоминается в 1897 году, точно служил ещё в 1903 году.

• С апреля и до июля 1902 года записи в метрических книгах делал «входящий священник» Павел Философов, а с июля — «входящий священник» Доримедонт Державин. Понятно, что здесь и далее под фразой «делал записи» подразумевается значение «замещал, временно исполнял обязанности местного священника».

Павел Иванович служил при Мунской (Мунгской) Покровской церкви, а Доримедонт Гаврилович — при Коротецкой Ильинской. То есть в соседних с Шалгой приходах.

• Священник Павел Иванович Хвалынский.

В 1896 окончил Новгородскую духовную семинарию, рукоположен в 1897 году при Николаевской Волокославинской церкви, с декабря того же года заведовал Кленовской церковно-приходской школой.

Священником Шалгободуновской церкви стал в октябре 1902 года. Жена: Анна Иринархова, известно о рождении дочери Анны (1908). Умер 3 августа 1909 года.

• Священник Гавриил Доримедонтович Державин, прежде служивший при Вещезерской Богоявленской церкви Кирилловского уезда, что в Росликове.

При Шалгободуновской церкви служил с августа 1909 года, сразу после смерти Павла Хвалынского. Умер 9 августа 1911 года.

• В июне, июле, августе 1911 года обязанности священника Шалгободуновской церкви исполнял заштатный священник Коротецкой церкви Доримедонт Державин.

• «Входящий» священник Василий Алексеевич Нумеров, тоже с Коротца. Записи в метрических книгах от его имени велись до конца ноября 1911 года. Тогда же появился исполняющий должность псаломщика Дмитрий Рогалёв.

• Священник Пётр Клавдианович Соловьёв, родился в 1880 году. Сын пономаря Бороивановской церкви Кирилловского уезда. С 25 ноября 1911 года упоминается в качестве священника Шалгободуновской церкви.

Служил вместе:

1912 год: с входящим псаломщиком Николаем Староверовым (проживал в коротецкой Поповке, в 1930-х годах выселен вместе с семьёй).

1913 год: с входящим псаломщиком Николаем Никольским.

1914—1916 годы: с входящим псаломщиком Яковом Мокшеевым.

1917 год: с псаломщиком Леонидом Соловьёвым, ставшим впоследствии священником.

Известно, что в 1920 году Пётр Клавдианович служил в Колкачской Сретенской церкви. В 1927 году был лишён избирательных прав.

• Священник Леонид Викторович Терциев, родился в 1887 году в семье священнослужителя. Упоминается между 1920 и 1924 годами.

• Священник Дмитрий Пронин. Упоминается в 1927 году, тогда же его лишили избирательных прав.

• Священник Леонид Клавдианович Соловьёв, родился в 1877 году. Исполнял должность псаломщика с начала 1917 года. Упоминается как священник в 1930 году в связи с созданием «двадцатки».

• Священник Михаил Кириллович Власов, арестован в деревне Паново в сентябре 1937-го, расстрелян.

ШАЛЬСКИЕ ТОПОНИМЫ