Вызов

Роваджи перестал жевать и с дребезжанием отодвинул тарелку.

– Так заведи себе второго, а я, пожалуй, пойду.

– А мне казалось, ты не обидчивый, – парировал сид, не теряя улыбки. – Но не ищи в моих словах оскорбления. Пёс свою судьбу не выбирал. Ему нужны были дом и забота. Он получил своё, а я – преданного друга. Кто в проигрыше?

– Искренне рад за вас, – подчёркнуто фальшиво слюбезничал Роваджи.

– Вилять хвостом я тебя не прошу: его у тебя и нет, если на то пошло, да и нужно тебе другое. Хочешь это? – колдун потряс кулоном. – Я научу тебя «заклинать». А раз кроме меня, никто не даст тебе и крупицы знаний, мне не придётся сомневаться в твоей верности.

– Пса ты тоже на цепи в башню притащил? – Роваджи еле сдерживался, чтобы на сей раз не швырнуть в лицо колдуну поднос.

– Ты пришёл сам. Я тебя не трогал. – Рамиф сверкнул оранжевыми глазами. – И нет, я тебя не принуждаю. Спектры в тебе – едва тлеет. Дар ключника редкий, но его не отрезать и не пришить. Если моё предложение тебе не по нраву, вставай и уходи. Отправлю куда пожелаешь. Скажи спасибо, что не за стены в метель. Хотя вряд ли ты долго протянешь. Никто не заставлял тебя прыгать с крыши.

Звучало складно, но не вызывало доверия. Колдун врал. Такие, как он, не упускают своей выгоды. Получив отказ, он пополнит коллекцию трупов. Выходит, выбора и нет? Но свобода не разменная монета. После всего пережитого Роваджи не хотел отказываться от неё. Но может ли мёртвый считаться свободным?

Рамиф не торопил с ответом и лишь добавил:

– Учти: если распрощаемся сейчас, третьего шанса не будет. Я говорил, что терпеть не могу, когда тратят моё время?

Роваджи скользнул по колдуну тем же усталым, пропитанным презрением взглядом, каким окидывал всех в своей недолгой и беспутной жизни. Посмотрел на кружившийся за окнами снег, на трепещущие языки пламени, лизавшие воздух над раскалёнными углями, на притихшего пса, свернувшегося калачиком. Поискал подсказку в опустевшей тарелке, но нашёл лишь жирные разводы да крошки. Ничто не шевельнулось в груди, не подсказало верного решения.

Только кулон с фальшивыми янтарями поблёскивал в неярком свете жаровен, напоминая о брошенном вызове и проигранном споре с богами.