Ты моя жена. Настоящая

– Стой! – слышу в спину. – Стой! Блять! Вот шабутная!

Я бегу, не оборачиваясь. Остается каких-то сто метров до трассы, как меня сбивают с ног. Я кубарем падаю на землю. Вся в пыли.

– Стой! Блять! Куда сорвалась?! – рычит Владимир. – Надавать бы тебе по жопе! Да нельзя! Блять!

Он пытается обхватить меня руками и поднять, но я отчаянно отбиваюсь. Толкаюсь в него локтями, пинаю, кручу головой.

– Отпустите! – кричу. – Я все равно не буду делать этого! Я убью себя!

– Да блять! Успокойся, говорю тебе! Ничего с тобой не сделают! Вставай давай!

И он тянет меня за руки вверх. И тогда я разворачиваюсь и со всей силы бью ему в пах.

– Сука! – хрипит он. Отпускает меня и хватается за яйца. Лицо кривится от боли.

Я разворачиваюсь, чтобы добежать-таки до дороги с машинами, но тут замечаю, как из виллы уже выскочили несколько человек и бегут к нам.

Времени на раздумье нет. Срываюсь с места. Но пробегаю совсем недолго. Меня хватают уже несколько пар рук. И я не могу пошевелить руками и ногами. Меня связали. А еще вдруг резко темно – похоже, мне на голову что-то надели. И кричать я не могу – рот заклеен.

Ну все.

Мысленно прощаюсь со всеми, матерю себя и понимаю, что все бесполезно. Мне не справится с толпой мужиков.

– Вот… блять и назвать нельзя, – слышу голос Владимира. – Все яйца отбила!

– Скажи хозяину, чтобы доплатил, – ржет другой мужской голос.

– Да пошел ты, – ругается Владимир. – Несите ее в дом. Сука. Хоть избавлюсь быстрее.

Опять гогот.

Меня и правда куда-то несут. Сажают. Развязывают! Я пока в смятении. Убирают мешок с головы и даже открывают рот.

Я быстро оглядываюсь по сторонам, но в комнате уже никого нет. Я одна.

Вокруг полумрак. Я боюсь пошевелиться, чтобы не привлечь к себе лишний раз внимания. Поэтому просто вожу глазами туда-сюда, разглядывая интерьер.

Проходит несколько минут. А я все еще одна. Не то, чтобы я скучала по кому-то, но выглядит это странным.

– Вот, суки, – ругаюсь чуть слышно. – Все равно сбегу, – потираю запястья, где еще ощущается боль от веревок.

И тут от стены отделяется чья-то тень. Значит, все же я не одна была все это время. Замираю и с ужасом слежу за силуэтом. Он приближается ко мне.