Наконец-то я узнала его настоящее имя! Хотя настоящее ли?
– Ой-ой-ой, – захихикала Фортуна. – Мой злобный старший братец. Совсем отгородился от мира. Разве тебе больше не хочется вернуться домой?
– Нет. – Эд прошел к свободному диванчику. – Александрина, присаживайся.
Я словно превратилась в статуэтку: села, распрямила плечи и замерла. Фортуна заняла место слева от брата, я – справа.
– У вас роман? – в лоб спросила сестрица.
На лице Эда не промелькнуло ни одной эмоции.
– Нет. Работа.
– Фи! – Фортуна скривила носик. – Работа. Все играешь со смертными? Не надоело?
– Нет.
– Да что ты заладил! – Девушка топнула ножкой, обутой в алую туфельку. – «Нет», «нет»… С каждым разом становишься все больше похожим на свой символ! Тик-так, тик-так… И никаких других мелодий.
Эд молчал. Даже мне захотелось встряхнуть его за плечи. Фортуна ведь сестра ему. Ладно я. Почему с ней-то так холодно?
– Хочу танцевать! – подскочила Фортуна. – Пригласи меня, братец.
– Я не один, – напомнил Эд.
– Александрина подождет. Правда же, милая?
Эд так на меня глянул, что я растерялась. Сказать «да» – и он меня уничтожит. Сказать «нет» – и обрести врага в лице Фортуны. Решила, что Эда я дольше знаю, да и контракт у нас… Я ему полезнее живая.
– Подожду.
Стоило слову сорваться с губ, как Фортуна схватила Эда за руки и заставила подняться с дивана. Оркестр заиграл вальс. Я бы наслаждалась музыкой, если бы не ситуация. А Фортуна опустила ладошки на плечи брата. Она улыбалась, Эд оставался безучастным.
До чего же красивая пара! И непохожая. В Эде не было ничего ангельского. Он казался куклой рядом с живой, прекрасной Фортуной. Зато двигался обворожительно. Хотелось смотреть и смотреть, как он вальсирует по гостиной, увлекая за собой сестру. Для меня время замерло. Вот бы самой оказаться на ее месте…
Мелькнувшая мысль напугала. Я поспешила отвернуться. Эд словно почувствовал, потому что секунду спустя уже сидел рядом, а раздосадованная Фортуна танцевала с другим кавалером.
– Ты жесток с нею, – тихо сказала я.
– Ненавижу, – чуть слышно ответил Эд.
– За что?
Он промолчал. Да, странно ожидать ответа от того, кто никогда не опускается до объяснений. Пришлось смириться. Я заметила, что за Эдом следят, но наш диванчик обходят стороной.
С другой стороны, это даже радовало. Хотя на приеме и было полно людей, они казались странными. А если они такие, как Эд? Управляют определенными силами? Тогда сочувствие Фортуны по поводу моей смертности звучит как нельзя кстати.
– Дорогие гости, прошу к столу, – раздался голосок хозяйки.
– Ничего не ешь и не пей, – шепнул Эд на ухо.
Вот тебе, приехали! И как я буду сидеть за столом? А главное – что скажу Фортуне?
– Почему? – решила все-таки задать мучающий вопрос.
Эд взглянул на меня так, что желание спрашивать исчезло. Мы миновали длинный коридор и очутились в просторном зале, через который протянулся стол, уставленный едой. Чего здесь только не было! Напитки, фрукты, мясо, птица, салаты. И много чего неведомого. Желудок требовательно заныл, но я помнила предостережение Эда. Надеюсь, он и правда серьезен, а не хочет выставить меня дурочкой.
Эд попытался сесть подальше от Фортуны, но не тут-то было.
– Эонард, милый! – Она схватила его за руку и увлекла к своему месту во главе стола. – Составь мне компанию. Я так редко тебя вижу!
Эд едва уловимо вздохнул. Я присела рядом. Нет уж, раз он просил ничего не есть, то и не буду. В конце концов, Эда я уже несколько недель знаю, а Фортуну вижу впервые в жизни.
Заиграла музыка, появились официанты.
– За именинницу! – поднял бокал мужчина, сидевший напротив.
– За именинницу! – подхватили гости.
Так у Фортуны день рождения? Как неловко получилось. Я ее даже не поздравила. Эд тоже хорош гусь! Мог и предупредить. Но мой спутник оставался безучастен и едва пригубил вино из бокала. Я же только сделала вид, что пью.
Фортуна развеселилась. Так пленительно улыбалась, что любой бы попал в ее сети. Она то и дело пыталась заговорить с братом, но Эд отвечал односложно, а то и вовсе игнорировал вопрос. Почему же они не ладят?
– Александрина, милая, а ты отчего не кушаешь?
Оставив в покое брата, Фортуна обратилась ко мне, и я ляпнула первое, что пришло в голову:
– На диете, не ем после шести.
Фортуна удивленно захлопала ресницами, а затем залилась смехом.
– Ах, какая милая девочка! – Она хлопнула в ладоши. – Эон, милый, где ты их находишь? Одна твоя спутница прелестнее другой!
Мне даже стало обидно. Значит, спутниц у Эда было много? Хотя чему удивляться? Он сам сказал, что не может не посещать приемы Фортуны, а сюда нельзя приходить без пары. Приказав себе не злиться, я уставилась в пустую тарелку.
– Ну же, душенька, попробуй хоть что-нибудь! Куриное мясо под белым соусом особо удалось, – настаивала хозяйка.
– Спасибо, не могу, – отнекивалась я.
В какой-то момент лицо Фортуны изменилось. Она вскочила на ноги и воскликнула:
– Ах так?! Отказ от еды – неуважение к хозяйке!
И куда делась молодая обворожительная красавица? На меня глядела морщинистая старуха. Худые, как у скелета, пальцы пытались вцепиться в платье. А в глазах полыхала такая злоба, что я забыла, как дышать.
– Хватит! – Эд резко поднялся и швырнул вилку на стол. Та жалобно звякнула. – Фортуна, сама знаешь, почему я не позволю Александрине прикоснуться к твоей пище. Хочешь, чтобы она потеряла голову и участвовала в общей оргии? Не дождешься! Аля, мы уходим.
– Фи, как грубо! – Фортуна снова сменила лик и поправила золотистые локоны. – Где твои манеры, Эонард? Ты так ничему и не научился.