Поворот не туда

Накануне своего корпоратива Ева собрала чемоданы с вещами, которые Андрей должен был взять с собой в загородный дом. На календаре вырисовывалась цифра 28, оставались считаные дни до Нового года. Собрав все необходимое, Ева дала Андрею наказ, что нужно сделать до приезда ее и Арины. А также вручила список продуктов, которые требовалось докупить на праздники.

— Повар же приедет, ты говорила?

— Приедет, но он привезет продукты, чтобы приготовить на новогодний стол. А вот алкоголь, снеки и прочее — это уже наша забота. Если тебе сложно купить, я сама заеду тридцатого и все возьму.

— Ладно, сделаю.

— Тебе купить только алкоголь, напитки и фрукты. Все остальное привезу я, плюс заказала десерты, их бы еще не забыть. Так, ладно, в любом случае — на связи.

— Ты уверена, что никого приглашать не хочешь?

— Уверена, мы это обсудили. Я устала, хочу просто отдохнуть, хотя бы три дня. Потом все равно приедут гости — не забывай про день рождения Арины.

— Это я помню, кстати, курьер сегодня доставил телефон, который я ей подарю.

— Вот и отлично, я уже там все упакую, а сейчас давай пса и кота в зубы и дуй — метет с самого утра, к вечеру все наше шоссе в пробке будет. Я завтра к четырем на застолье, думаю, в девять вечера уже буду дома, чтобы выспаться и утром сразу же выехать.

— Хорошо.

Андрей, толкаясь с чемоданами, переноской с котом, пыхтя проталкивался в лифт, нажимая на минус первый этаж, махал рукой Еве.

На следующий день Ева решила, что отправит поздравления по электронной почте всем, с кем вела сотрудничество вот уже не первый год, и приступит к сборам на новогодний корпоратив. В этот раз Ева отказалась от стилиста-визажиста, ей не хотелось никаких тяжелых причесок с литрами лака на голове, а тем более кудряшек, так любимых женской частью ее персонала.

Встав на весы, Ева с удовлетворением отметила про себя цифру из двух пятерок, и пробубнила себе под нос: «Вот и постарайся ее не увеличить, а лучше всего уменьшить, хотя это маловероятно в ближайшие две недели». Написав сообщение дочери, чтобы та не задерживалась, Ева спустилась вниз, где ее ждал водитель, села на заднее сиденье и, как только они выехали с парковки, обратилась к нему:

— Юра, тут подарки для тебя и твоей семьи, оставлю пакеты пока здесь, ты их потом забери.

— Ой, спасибо большое, Ева Сергеевна, мои рады будут очень, вы, как всегда, очень внимательны. Спасибо вам за это.

— Прекрати, ничего особенного, все-таки праздник, семейный.

— Вы мне потом сообщите, когда я вам нужен буду, мы вот только на дня два уедем, и все.

— Мы уже с тобой все обсудили, ты свободен на все десять дней, и не придумывай ничего. Я буду за городом, в случае чего сама доберусь, дел у меня никаких не будет, да их у всей страны особо не будет, ну не считая спецслужбы.

— Понял, но все равно имейте в виду: я на связи. А так мы только к родителям жены в Подмосковье, и все. Мои-то за несколько тысяч отсюда, к ним нескоро.

В зал ресторана Ева вошла, натянув улыбку, не то чтобы даже наигранную, вполне искреннюю. Коллектив свой Ева любила, люди были подобраны ею лично, никаких эйчар-менеджеров она не держала. Для нее первостепенно важно было сохранить культуру отношений между сотрудниками, что давало хороший настрой бизнес-процессам всего офиса.

Вспоминая собственные собеседования, по которым она, только переехав в столицу, бегала, сбиваясь с ног и теряя надежду найти работу, Ева лишь спустя годы поняла, что причина была в кадровичках.

В итоге, чтобы хоть куда-то пристроиться, Еве пришлось придумать легенду о каком-то опыте в Москве — а он в принципе был: пока с одного края в другой покаталась на метро, изучила принципы работы всех компаний, куда ее приглашали.

Продавать ручку или проходить тестирование — тот еще был квест для провинциальной девушки, которая далека была от всех этих новомодных тенденций. Это уже потом она изучила вопрос кадровой политики более глубоко и даже написала очередную диссертацию про качественный персонал, в частности про выбор хорошего специалиста по кадрам.

Ева всегда знала, кто должен быть в ее команде, и лично подбирала персонал в каждый отдел. Для нее это было важно, как и составляющая мотивационная система.

Коллектив был небольшой, но надежный — только первой необходимости люди, все остальные специалисты привлекались с аутсорсинга. Главным преимуществом для некоторых сотрудников была прибавка к зарплате за некурение, с помощью которой Ева стимулировала оставшихся курящих брать пример с коллег, тем самым больше посвящая времени рабочему процессу, а не частым перекурам.

Сидя за корпоративным столом, Ева чувствовала себя тепло и уютно, все были для нее по-своему близкими и родными людьми. Велись душевные разговоры, обсуждались интересные темы, вместо пошлых конкурсов, как на деревенской свадьбе, были викторины и другие интеллектуальные игры.

Проведя уютный вечер, Ева сообщила водителю, что готова отправиться домой. Уже сидя в машине, проверила входящие: были пропущенные звонки от Андрея и дочери.

Набрав каждому по очереди и убедившись, что все в порядке, Ева принялась спокойно листать в телефоне ленту. Тот Самый не писал уже несколько дней. Она немного волновалась, но сама написать не решалась: она знала, что в его телефоне порой роется кое-кто, а точнее, его девушка по имени Рита.

К 11 утра Ева была практически готова, чего нельзя было сказать об Арине.

— Арина, ну как так можно, время обеда, а ты все никак не поднимешься! Это все ваши посиделки в телефоне до утра! Я в четыре часа проснулась от твоего хождения по квартире и смеха.

— Да я водичку вставала попить, — сонным голосом из-под одеяла отвечала Арина.

— Это была не водичка, а вахта у холодильника. Ночные жоры это называется, а потом жалуешься, что все лицо покрылось прыщами и не влезаешь в любимые джинсы.

— Ладно, ладно, я встаю. Вот видишь — уже встала. — Арина укуталась в одеяло, свесила ноги с кровати и сопела, не до конца проснувшись.

Как же это было в манере Арины, подумала Ева: чаще всего все эти «я встаю» говорились еще во сне, после чего дочь вполне могла снова завалиться спать и даже не вспомнить, что каким-то образом ей удалось сесть в кровати.

— Дочь, давай шустрее, я не хочу попасть в пробку, ты же знаешь, что нас ждет, сегодня все торопятся доделать, что не успели, народу будет!

— Завтра еще тридцать первое число.

— Легко сказать. А сколько еще надо всего докупить, такими темпами мы вообще не успеем ничего с тобой, а я хотела еще на рынок заехать, за ягодами плюс ко всему.

Толкаясь в пробке, Ева высматривала в навигаторе пути объезда, но все было тщетно, центр стоял мертво. Спустя несколько минут Еве все же удалось пробиться к той самой воронке, где предстояло простоять как минимум четверть часа, чтобы оказаться на широкополосной трассе.

В зеркалах Ева заметила, как кто-то самый ушлый попытался объехать всех по краю дороги, но отбойники и другое ограждение ему помешали.

— Твою мать! Я так и знала!

— Ма-а-а-а, нас что, ударили?

— Да, зацепил этот идиот, который так усердно пытался пролезть!

Ева выбралась из машины, обошла ее и посмотрела на правое крыло. Молодой парень, оказавшийся виновником, тоже подошел и стал раскачиваться из стороны в сторону. Потом сел на корточки и схватился за голову. Стало все ясно: он был в наркотическом опьянении или вроде того. Послышался звук сирены, Ева обернулась и увидела приближающийся экипаж ДПС, который рассчитывал, что сейчас ему все участники движения расчистят дорогу, но встретился с преградой в виде двух столкнувшихся автомобилей.

Ева, облокотившись на капот, стала наблюдать, как к ней приближаются двое мужчин в форме. Один из них, представившись ей, поинтересовался:

— Что произошло?

— Странно, что вы ко мне решили обратиться, а не к тому, кто на земле сидит.

Инспектор посмотрел вниз и все понял. Достав сначала рацию, а после телефон, задал вопрос Еве:

— У вас страховка есть?

— Что вы имеете в виду?

— Ну, у вас такой автомобиль…

— А-а-а, то есть вот так это работает? А если я скажу, что нет, только обычная?

— У вас такой автомобиль — и только обычная?

Тут к нему на помощь поспешил напарник, подошел к Еве и посмотрел ей прямо в глаза:

— Вас как зовут?

— Ева.

— Давайте ваши документы, сейчас все посмотрим и разберемся. Ничего страшного не произошло, царапина.

— Ну конечно, просто царапина и потерянный день.

— Сейчас все быстро сделаем, сегодня такой коллапс на дорогах. Не переживайте. Вам повезло, что мы тут рядом, тоже на вызов едем, но там покрупнее будет. Так бы и мы вам не понадобились, все через европротокол оформить можно, но, видимо, товарищ совсем неадекватен, будем вызывать за ним другой экипаж.

Ева предоставила документы «доброму» инспектору и немного огрызнулась на «злого». Через час у Евы на руках было все необходимое.

— Чтобы в дальнейшем не возникало таких ситуаций спорных, вы мне звоните сразу же, хорошо? Тем более вы проживаете в районе, который наш батальон курирует.

Мужчина улыбнулся и продиктовал Еве свой номер телефона. Записав его, она тут же тронулась с места, торопясь вернуться на свой маршрут.

Уже на подъезде к коттеджному поселку позвонил Андрей.

— Алло, — ответила она.

— Вы где? Арина тоже не отвечает, пишу вам.

— Арина уснула. Мы почти на месте, буквально через пять минут будем. Я звонки сбрасываю всю дорогу, а сообщения не читаю, задержалась и так, хорошо хоть вообще доехали.

Заехав во двор дома, Ева откинула голову на подголовник сиденья и выдохнула. Болело все тело, ломило кости, до невыносимости болели глаза, даже уши и, казалось, волосы.

Навстречу вышел Андрей и выбежал пес, сметая всех с ног. Купер звонко лаял и пытался запрыгнуть то на одну, то на другую прибывшую хозяйку.

— Купер, быстро в дом! — распорядился Андрей и тут же обратился к Еве: — Что-то по дороге случилось? Ты какая-то вымотанная.

— Да, небольшое fender-bender.

— Что?

За спиной у Андрея послышался смех Арины:

— Это незначительное дорожно-транспортное происшествие. Fender — это крыло, а bender, то есть bend, означает «сгибать».

— Ты погнула крыло? — обратился Андрей с вопросом к Еве.

— Нет, я его не гнула, просто один обдолбанный придурок решил, что самый умный.

— Ладно, посмотрю сейчас, сами живы-здоровы, добрались — уже хорошо. Голодные?

— Там ничего серьезного; приятного, конечно, мало, но давай уже это на следующий год перенесем, хотя так хотелось все дела разрешить в этом и закрыть! И да, мы голодные!

В общем холле стояла свежая ель, украшенная одной только гирляндой, а рядом — огромный короб с игрушками. Ева любила сама наряжать елку, а не нанимать специализированную команду. Новый год у Евы был единственным любимым праздником. Даже свой день рождения она так не любила, как ночь с 31 декабря на 1 января.

За столом собралась вся их семья, если ее можно было так назвать. На диване посапывал кот, а рядом с ним дремал пес. За окном шел тихий снег, снежинки падали большими хлопьями на освещенную часть дорожки, которая вела в лес. Ева вглядывалась в дальнюю темноту и думала о чем-то своем. Арина и Андрей спорили об очередном выборе фильма на вечер.

Спустя время Арина вскочила с дивана и закричала:

— Я так и знала, как всегда! Один не может, уезжает с родителями к бабушке, другая — с родителями на лыжах кататься, а третья — про третью вообще молчу! Почему ты не родила меня летом?

— Летом бы все поехали на море и ты бы спрашивала меня, почему я не родила тебя зимой.

Арина расплакалась и убежала.

— Я сам с ней сейчас поговорю. — Опьяневший Андрей подошел к Еве, поцеловал ее в макушку, отчего она скривилась, и отправился на второй этаж.

Ева огляделась в поисках бутылки шампанского. Поднялась, прошлась по комнате, раздумывая, какая же она стала раздражительная в последние дни. Открыв календарь в телефоне, Ева пробормотала: «А, понятно, критические дни на носу — у кого-то гости разбежались, а у меня вот, наоборот, приезжают». После чего Ева села в кресло у камина и еще раз взглянула на календарь: «Когда у меня был секс последний раз? Вот черт, в октябре…»

— Все нормально: всего двое не смогут быть, остальные вроде как приедут. А ты чего такая грустная? — Андрей подошел к Еве и посмотрел на нее, допивая остатки виски.

— Ничего, спать пойду. Устала очень.

— А, ну ладно, спокойной ночи.

Ева, уже поднимаясь по ступеням, не оборачиваясь, произнесла:

— Ага, и тебе.

Лежа в кровати, Ева задумалась: а зачем ей это все, когда нет простого, элементарного женского счастья? Почему так происходит? Ухоженная, обеспеченная женщина, которая нравится мужчинам, оказывается совершенно одинокой. К горлу подступил ком, и на глазах навернулись слезы. Чтобы не расплакаться, Ева просто набрала ртом воздух и удерживала, сколько было возможно.

Немного успокоившись, взяла в руки телефон и увидела сообщение от дневного инспектора: Ну как вы? Добрались? Время было позднее, и Ева не стала ничего отвечать, а просто убрала телефон на тумбу и положила голову на подушку. Сон не шел, она ворочалась с боку на бок, а потом вырубилась.

Глава 9

— Что ты будешь? Кисель или молоко?

Всхлипывание.

— Чай…

— Какой чай! Время спать — еще не хватало, чтобы ты обмочилась среди ночи! Чай — утром. Значит, сейчас ничего.

— Можно воды…

— Нет. Иди спать.

От долгих слез сильно разболелся живот. Он болел невыносимо. Но сказать об этом бабушке маленькая Ева не могла, боялась разозлить. Терпеть не было сил, Ева сползла на пол с дивана на колени — перемещаться можно было только на четвереньках. Тошнило, и кружилась голова.

Входная дверь изнутри была закрыта на большой засов. Маленькие худенькие ручки Евы были не способны справиться с замком. Она села на порог, сдавливая руками живот. Когда терпеть стало просто уже невозможно, Ева выпустила эту боль и сходила прямо в трусики, отчего сильно разрыдалась, разбудив бабушку.

— Я так и знала, я же говорила!!! Вот теперь еще и воду тебе греть! Бери кружку и подмывайся так!

Уже снова лежа в постели, без трусиков, Ева не могла уснуть и плакала тихо в подушку, она молилась, не зная, как это делается по-настоящему. Она просила помощи, чтобы поскорее настал следующий день и за ней приехал папа на мотоцикле. Она знала, что при прощании бабушка будет называть ее котеночком и целовать в макушку, но никто не узнает про то, что случилось на самом деле ночью. Бабушка обвинит Еву, расскажет отцу, как та обмочилась, какой был жуткий понос, как бабушке пришлось замачивать трусики, мыть попу внучке, а потом всю ночь, не сомкнув глаз, сидеть рядом с ней.

— А под утро учудила! Еще и проблевалась мне тут! — скажет бабушка папе.

Ева проснулась, это уже был не сон. И что навеяло эти детские воспоминания? Встав с кровати, она посмотрела на спящего Андрея и вздохнула. Хотелось его запинать, хотелось закричать, высказать, как она его ненавидит за его тупое присутствие. Но она молча вышла из комнаты и спустилась вниз.

Открыв Куперу дверь на улицу, Ева решила позавтракать и заняться своими делами. Повар обещал быть к четырем, до этого времени можно будет украсить ель, сервировать стол и устроить себе банные процедуры.

Ближе к вечеру посыпались поздравления с наступающим. В основном от мужчин. Понятное дело: женщины режут салаты, мужчины потягивают алкоголь, рассылая гифки и музыкальные открытки. Ева на них не отвлекалась — только время терять.

К девяти вечера все было готово, и домочадцы сели за праздничный стол. По традиции был видеозвонок родителям Евы. Близких Андрея Ева никогда ни с чем не поздравляла. Как-то с самого начала не было это заведено. Она понимала, что у родных Андрея были немного другие ожидания касательно его личной жизни: женится на молодой девушке, купит квартиру в ипотеку, родит своих детишек. А что сделал Андрей? Нашел какую-то Еву с прицепом и, бедный, работал день и ночь, чтобы оплачивать съемную — тогда еще — квартиру. Это сейчас все иначе — но был ли смысл Еве кому-то что-то доказывать? Она давно стала независимой и состоявшейся, и вообще, Андрея давно никто не держал. Об этом Ева сама ему неоднократно напоминала, но он будто не слышал и молча терпел редкие вспышки гнева своей женщины.

Купленное еще в сентябре платье отлично пригодилось в качестве обновки за праздничным столом — Ева была в нем неотразима. Андрей был в своем репертуаре: рубашка с закатанными рукавами и свободные льняные брюки. Арина надела свои новые вещи, недавно приобретенные, включая бижутерию.

Все разместились за столом в ожидании ответа на видеовызов. Увидев на экране маму с папой, Ева произнесла восторженные слова, и больше говорить не хотелось. К диалогу подключились Андрей и Арина. Ева сделала вид, что ей нужно что-то принести на стол, встала и вышла.

Не то чтобы Ева не любила своих родителей, просто ей было все равно — ей не хватило в свое время элементарного внимания от них в детстве, а спустя годы — не хватало от мужчин, с которыми она жила. И вообще, с каждым днем становилось все сложнее скрывать свое недовольство и строить иллюзию идеальной семьи. Недостаток внимания со стороны Андрея компенсировался интересом других мужчин, но она никогда не рассматривала их в качестве претендентов в любовники, чтобы просто закрыть дыру, которая образовалась за долгие годы.

«А может, я придумала, что он мне нравится, может, я просто страдаю ерундой?» — спросила сама себя Ева, имея в виду Того Самого. Посмотрела сообщения — от него не было. Зато было множество от других. Ева собиралась дождаться боя курантов, а после тупо отправить всем скопированную фразу, шаблонно звучащую: «С Новым годом!»

— Ма, ты где?

— Иду… — ответила Ева дочери и решила все же вернуться.

Стрелки часов приближались к полуночи. В телевизоре по всем каналам транслировалась одна картинка.

Бой курантов.

Звон бокалов и поздравления. За окном раздались первые залпы салютов, которые Ева не любила, зная, как пугают эти звуки лесных жителей.

— С новым, две тысячи двадцать первым годом! — закричал Андрей, улыбаясь до ушей.

После чего обнял Еву и Арину и тут же побежал под елку. За ним припустил пес. И лишь кот, не понимая, что происходит, продолжал бить пушистым хвостом, лежа на диване, злясь, что потревожили его сон.

Распаковка подарков была самым любимым делом у Арины и Андрея. Для дочери Ева подготовила дизайнерские меховые кроссовки и бомбер, а для Андрея — паспорт на горный велосипед, о котором он давно думал, но все никак не доходили руки, чтобы купить.

— О! Телефон! Ну ладно, я знала, чего уж там. А вообще, спасибо, вы мне уже столько всего купили, это очень круто.

Арина, собрав в кучу свои коробки и пакеты, посмотрела на мать.

— Что? — поинтересовалась Ева.

— Как что? Смотри давай, что тебе подарили, нам же интересно.

— Очень смешно, будто вы не знаете.

Андрей и Арина наблюдали, как Ева достает свои подарки. Это был всеми разрекламированный стайлер и дорогой браслет от известного бренда.

Через час все разбрелись по своим углам. Андрей ушел поздравлять по видеосвязи своих друзей, Арина — своих, а Ева сидела на диване и отправляла скопированное ответное сообщение «С Новым годом!», как и планировала.

Она открывала следующее сообщение, когда пришло новое — от Того Самого:

С наступившим!

Ева посмотрела на экран и улыбнулась. Тут же поспешила ответить:

И тебя!

«Печатает…» Ева в нетерпеливом ожидании прикусила нижнюю губу.

Как встретили?

Как обычно, традиционно, за столом. Сейчас каждый по-своему, отправляем поздравления. Я вот тоже, сидя на диване с шампанским. А ты?

Да тоже ничего. Уехали с друзьями в загородный дом

Понятно…

Ладно, отмечайте, еще раз с наступившим! Отдохни за праздники от работы

Спасибо, и тебе отличного отдыха!

Ева поняла, что на сегодня все.

Глава 10

В канун Рождества дом постепенно наполнялся людьми. Это уже была традиция — встречать Рождество, которое плавно переходило в день рождения Арины.

Погода была на удивление в точности схожей с описанием из практически всем известного стихотворения А. С. Пушкина:

Мороз и солнце; день чудесный! <…> Прозрачный лес один чернеет, И ель сквозь иней зеленеет, И речка подо льдом блестит. Вся комната янтарным блеском Озарена. Веселым треском Трещит затопленная печь.

Ева где-то читала, что Пушкину нравилось жить в деревне, вдали от шумной городской суеты. Он описывает незатейливые будничные радости. Человеку для счастья нужно немного: уютный домик с жарко натопленной печью и присутствие любимой женщины. Вот так иногда и Еве хотелось — оказаться в домике с камином, вдали от городской суеты и рядом с любимым человеком.

И ведь, обустраивая большой дом, Ева постоянно грезила о том, что, может, все еще в ее жизни наладится и в этом доме она построит счастье с Андреем. Но нет, это для чужих глаз они создавали впечатление идеальной пары, которая ни в чем не нуждается, никогда не ругается, не выясняет отношений на людях, да и вообще на что эти люди могут жаловаться, когда дом полная чаша. И лишь Ева знала, что все совсем не так, да и Андрей это понимал, но никогда не поднимал тему. Будто ничего не происходило и всех все устраивает.

Да и о каких скандалах могла идти речь, если Ева брала все в свои руки, так было проще. По ее мнению, Андрей вечно тупил, тормозил, во многих вопросах был некомпетентен, и она давно привыкла все делать за двоих. Так было всегда, еще до Андрея. И везде: даже когда сидела в офисе, работая на чужого дядю, Ева тащила весь отдел, хоть и не была руководителем.

В холле послышался заразительный смех Альбины. Ее ни с кем нельзя было спутать. Ева улыбнулась, вытерла руки и выбежала встречать дорогую подругу.

— Ой, еле доперлась, пить хочу, есть и пи-пи.

Все находящиеся рядом обернулись на Альбину, но той была безразлична реакция людей — она поспешила вершить только что озвученные дела.

Поднимаясь по лестнице за подругой, Ева еле сдерживала смех.

— Опять эта твоя вся королевская рать в полном составе!

— Альбин, ну ты как всегда. Кстати, где твой молодой?

— Ой, мы поругались, позавчера, что ли, и я его выгнала. Но вчера… м-м-м… вчера я была на свидании с шикарным парнишей!

— За тобой не угонишься!

— Кто тебе не дает? Пошла да дала бы уже кому-нибудь. Вот что мы сегодня будем делать с твоими придурковатыми друзьями? Аленушка эта, наивная, с мужем «Иванушкой», как же они бесят. «Это презервативы друга, любимая, поверь», — кривляясь, передразнила Альбина.

— Ладно, забей. А насчет пойти и дать — я еще не настолько в себе разочаровалась, чтобы давать первому встречному-поперечному.

— Как скажешь. Смотрю, тут и соседка твоя, обвешанная золотом. Прямо как мы с тобой десять лет назад, когда только приехали Москву покорять.

— Было дело, помню, как мне все эти кольца в пальцы впивались, а когда обнаружила натертые мозоли от поручней в метро, так сразу сняла и забыла про них. Тогда это считалось статусным.

— Ну, соседке твоей, видимо, вообще неизвестно про метро. Сидит там вся сияет, а муженек ее где?

— Игорь Павлович позже присоединится, давление у него, сейчас оклемается и подойдет.