Пять сказок о зверятах. Новелла-сказка
Меж тем Плут пришёл в себя от шока, да как вонзит сквозь решётку эти свои когти прямо в мягкое место охотнику. Отчего конечно, охотник взвыл, словно раненый носорог, и вмиг спрыгнув с клетки, выронил фонарик. Темнота вновь покрыла всё вокруг. Плут немедленно воспользовался этим обстоятельством и резким усилием сбросив с себя клетку, задал такого стрекоча, что аж пол на веранде затрясся.
Мгновенно выскочив из дома на деревянные мостки, бедняга тут же попал в беду. И это немудрено, ведь влажность на улице стояла высочайшая. А мостки покрыты краской, и на ней уже образовались капли воды. Вот на них-то, на эти мелкие капельки, и налетел Плут. Он покатился по ним, словно по масленой плёнке. Скольжение было ничуть не меньше, чем на ледяном поле, и Плут по мосткам мигом долетел аж до самой поленницы, да со всего маха как шмякнется об неё головой. Свалился бедняга, потерял сознание, и лежит не шевелиться, дух из него вон.
5
А тем временем охотник очухался, схватил фонарь и вдогонку бросился. Подбегает к Плуту схватил полено и на него замахнулся, по голове его вдарить намерился. Всё конец Плуту, добегался хвастливый воришка. Но не всё так просто. Собаки и коты вокруг, конечно же, знали об облаве, и даже, кто как мог, наблюдали за ней, но смерти Плуту никто не желал. Ну, пусть его в клетку посадят, пусть как-то накажут, с позором по деревне проведут или у всех на глазах отшлёпают, но не убивать же.
А потому все кошки с собаками, и не только они, но и многие лошади с коровами и козами, забыв про былые обиды, почуяв конец Плута, подняли такой шум, вой и визг, что охотник, аж оторопел. Руку-то с поленом занес, а ударить не может, не опускается у него рука от звериного ора. Ужас напал на охотника, не шевельнуться ему. Зато Плут от столь внезапной поддержки своих недругов мигом пришёл в себя. Опять на лапы вскочил, вылетел со двора и помчался по дороге долой из деревни. А домашние питомцы ему вслед кричат.
– Беги Плут!… Беги, спасайся!… Мы не хотим твоей смерти!… Прячься и людям больше не попадайся,… убьют ненароком!… – что есть сил, заголосили они. Разумеется, Плут всё слышал и не пропустил ни слова из их предупреждения. Примчался в лес, забился под куст, сидит, весь дрожит и думает.
– Вот ведь как всё обернулось,… я их обзывал, унижал, а они такой шум подняли лишь бы мне жизнь спасти,… и ведь спасли,… кабы не они, то лежал бы я сейчас там, на дворе, с разбитой головой!… Эх, а всё моя расхлябанность и беспечность,… совсем страх потерял,… прекратил осторожничать, наглым стал, распоясался, зазнался,… а был бы такой, как раньше, аккуратный и скромный, так ничего бы и не случилось!… Да уж,… зря я животных обижал и подставлял,… а ведь они неплохими друзьями оказались!… Надо будет как-нибудь сходить к ним да прощенья попросить,… но не раньше чем через неделю,… охотник теперь знает меня, и конечно расскажет всем сельчанам, кто истинный вор в их домах,… так что в деревню теперь мне путь закрыт!… Эх, я задавака,… вот сидел бы себе и не высовывался, а так попал в неприятности!… Ну, ничего, главное, жив остался,… исправлюсь, вновь стану скромным и со временем всё наладится… – рассудил он на сей раз и остался жить в лесу.
Но лес это не хлебосольная деревня, здесь чтобы быть сытым, надо прежде хорошенько потрудиться. Вот и Плут начал трудится целыми днями, почти сутками напролёт, чтоб хоть как-то выжить. Зато пищу теперь добывал честно, без воровства. Правда очень похудел и осунулся. Домашние животные его даже не сразу узнали, когда он к ним в деревню извиняться пришёл.
Однако никто из них; ни собаки, ни коты, ни коровы, ни козлы, зла на него не держали, и за прошлые грехи упрекать не пожелали. Наоборот, все посочувствовали ему и попытались убедить его вернуться. Мол, скоро зима и в лесу будет холодно да голодно, дескать, живи опять в старом заброшенном доме, туда из сельчан никто не суётся, а уж мы поделимся своими обедами, голодать не дадим.
Плут, разумеется, поблагодарил домашних питомцев за столь щедрое предложение, но возвращаться не стал. Вырыл себе в лесу, как и все звери, нору, обосновался там и рискнул, задержался на зимовку. Вот какая интересная и даже забавная история случилась этим летом в одной недалёкой деревушке. И в этой истории, как и во многих других, есть своя мораль, и она призывает нас к скромности, ибо иной раз скромность не только украшает, но спасает жизнь, вот так-то друзья мои…
Конец.
Сказка о милой собачонке Сашке и её неугомонных друзьях, ребятах с нашего двора
1
Поселилась как-то прошлым летом в нашем дворе одна небольшая и совсем непородистая собачонка. Таких, пожалуй, в любом дворе можно встретить. Бегает этакая пушистая бестия без роду, без племени средь детских песочниц, качелей, кустов сирени и лавочек, на которых вечно сидят местные бабуленьки, и пусть себе бегает, радуется. Её мало кто и замечает, подумаешь собачка, это же не слон или тигр, чтоб от удивления рот раскрывать да в экстренные службы с телевидением звонить. Простое, рядовое явление, носится дворняжка, ну и ладно, ведь никому не мешает.
Вот и эта собачонка была точно такая же. Никому не причиняла ни зла, ни хлопот. Кому-то она нравилась, кому-то нет, а кто-то и прикармливать её взялся. А вскоре все обитатели двора до того привыкли к ней, что и вовсе стали воспринимать её как неотъемлемый атрибут местной фауны, наравне с воронами, голубями да воробьями с кошками. Но вот что примечательно, никто даже не проявил интереса к её полу; то ли она девочка, то ли мальчик? Собачонка была настолько лохмата и пушиста, что внешних признаков никто не видел, а вот так нагло и бесцеремонно лезть к ней с выяснениями, желающих не нашлось.
Не то чтобы собачонка выглядела как-то сердито или не давалась в руки, вовсе нет. Просто в нашем дворе жили и живут в основном интеллигентные, культурные люди и считают выяснения данного вопроса делом нескромным, бесцеремонным, и даже аморальным. По их мнению, каждый имеет право быть тем, кем ему заблагорассудится, и других это не должно волновать.
А потому нашу собачонку стали кликать, в общем-то, нейтральным именем – Сашка, Сашенька, или просто Санька, кому как больше нравилось. Так вроде прилично и деликатно во всех отношениях, ведь Санькой может быть мальчик-пёсик, а Сашенькой девочка-собачка. Например, можно сказать – мой друг Санька отличный пёс, или же – моя собачка Сашенька сегодня была особенно забавна. И так, и эдак правильно. И оттого все жители двора быстро привык к этой кличке.
А меж тем сама Сашка удачно обживала наш двор. Первыми, конечно, кто начал с ней дружить оказались местные ребятишки; хлопотливые девчонки и вездесущие мальчишки. Но только дружба у тех и других отличалась. Девочки воспринимали Сашку, как свою подружку; завязывали ей бантики, благо лохматой шерсти было вдоволь, расчёсывали её и делали разные причёски, наряжали во всякие кукольные жилеточки и платьишки. В общем, считали её куклой. Тогда как мальчишки видели в Саньке своего соратника по боевым играм.
Тренировали Саньку, как пограничного пса, учили подавать лапу и голос, натаскивали на преодоление препятствий. Кроме того брали Саньку с собой в соседний парк и играли там в «шпионов». Правда, из Саньки плохо получался сторожевой пёс, да и охранять «шпионов» не очень-то выходило. Санька всё больше бегала и резвилась, иногда озорным лаем на весь парк, возвещая о своём присутствии. Одним словом ребятишки забавлялись, кто, как находил нужным. И пребывание Саньки в нашем дворе несло только радость и пользу. Однако всё это было до поры до времени.
2
Ближе к зиме в наш дом въехал новый жилец. До этого в его квартире проживал военный со своей семьёй. Но военного повысили и перевели в другое место, куда-то на юг, не то в Сочи, не то в Адлер, в общем ближе к морю. И в бывшей офицерской квартире поселился этот новый сосед. Разумеется, он сразу затеял ремонт, ведь военный в силу своей специфики жил скромно и неприхотливо. Зато этот новоявленный франт решил полностью преобразить интерьер квартиры.
– Я не желаю жить в каких-то там заурядных условиях!… Мне необходима большая ванна, удобный санузел, приличная кухня, комфортная спальня и просторная гостиная!… Эта квартира моя, а потому я буду делать в ней всё, что захочу!… – демонстративно дерзко отвечал он всем соседям возмущённым шумом начавшегося ремонта. А шум действительно был ужасающий. Порой казалось, что от работы перфоратора рухнет весь дом. Естественно люди стали нервничать и переживать. А в результате, объединившись, призвали правоохранительные органы вмешаться в происходящее безобразие.
Однако на удивление у нового соседа все разрешительные документы на ремонт квартиры оказались в порядке. Так что всё делалось официально и по закону. Вот только шуму от этого нисколько не убавилось. И как нестранно главным пострадавшим от него оказалась Сашка. Да-да, ни бабушки на лавочке у подъезда, ни дедушки, играющие в домино за столиком в кустах сирени, и даже ни родители, спешащие по утрам на работу, а именно Сашка.
Впрочем, тут нет никакого секрета, ведь прожив целое лето во дворе, Сашка уже воспринимала его жителей как своих друзей и не ждала от них подвоха. А тут на тебе, появился чужак, да ещё и с таким ужасным шумом. И ладно бы только шум, а ведь тут выяснились ещё и последствия этого шума. Из-за нескончаемой трескотни перфораторов народ во дворе стал более раздражительным и озлобленным. Ну а когда человек на что-либо зол, ему становится совершенно не до игр и окружающих его животных. Здесь бы свою нервную систему сберечь, и тут уже не до дворовой собаки.
А в результате Саньке всё меньше и меньше оказывалось внимания. Никто уже не подзывал её к себе свистом, и не подкидывал на угощенье сахарную косточку или ломтик колбасы. Теперь все жильцы дома просто-таки бежали со двора, когда начинали работать перфораторы. Кто-то быстрей собирался на службу, кто-то уходил на весь день к друзьям и приятелям в соседние дворы, а кто-то элементарно уезжал за город на дачу. Хорошо ещё, что пока погода стояла тёплая.
Но Санька-то не могла никуда уехать, она-то у себя дома, в родном дворе. Ребята ей на зиму даже будку возле детской горки уже соорудили. Так что куда ей бежать-то, просто некуда, и приходилось терпеть весь этот тарарам. К тому же добавилась ещё одна неприятность, мало того что все взрослые от неё отвернулись, так теперь ещё и ребята вдруг куда-то подевались. Они уже не играли с ней после школы во дворе, и не брали с собой в парк. Они вообще, будто пропали. Хотя на самом деле ребята сразу после занятий уходили делать домашние задание к своим одноклассникам, или же оставались в школе на «продлёнку» и возвращались только вечером, когда прекращались ремонтные работы в квартире нового соседа.
И вот как раз эту-то закономерность и подметила Сашка. Она как уже вполне опытная собака быстро поняла, что пока в доме есть шум с ней никто не будет играться и прежнего отношения к ней со стороны жителей дома не видать. А поняв это, Сашка проявила такие качества своего характера, которые присущи, пожалуй, только бойцовым псам. Она и повёла себя подобно им.
Санька теперь, уже в образе грозного пса, а не доброй собачонки, всей своей собачей душой возненавидела строителей чужаков, что каждое утро приходили в наш дом, после чего сразу начинался жуткий шум и треск. Теперь прежнюю милую Саньку было не узнать, по утрам она встречала тех чужаков сердитым лаем и злобным рыком. Она становилась у них на пути и не давала им зайти в подъезд, из-за чего постоянно возникали конфликты.
– А ну пошла прочь, бешеная собака!… Убирайся вон в свою конуру!… Вот я тебя сейчас огрею!… – не менее сердито и даже грозно кричали на Саньку строители. При этом пытаясь пнуть или оттолкнуть её палкой. Но Санька отважно стояла на защите нашего двора. И вполне понятно, что силы были не равны; одна небольшая собачонка, а ей противостояли трое здоровенных строителей. Саньке под их натиском всё же приходилось отступать, и тогда она терпеливо ждала вечера. По окончании трудового дня всё снова повторялось.
Уставшие строители покидали дом под оглушительный лай Саньки. Естественно они опять чертыхались и вновь пытались пнуть нашего стойкого защитника тишины, но уже как-то вяло, сказывалось их чрезмерное утомление. Зато Санька, за день хорошенько подготовившись, гнала строителей со двора, как своих самых злейших врагов. И это происходило изо дня в день. Конечно же, строителям надоело такое дело, и они пожаловались своему нанимателю, хозяину квартиры.
– Ты вот что, хозяин,… либо выгоняй эту собачонку со двора, либо плати нам надбавку за вредность!… Ну, так же нельзя,… идём мы на работу да только о том и думаем, укусит она нас, или нет!… Она хоть и небольшая собачонка, но вон какие у неё клыкищи,… цапнет, мало не покажется!… Будешь потом нам больничный оплачивать!… – чуть ли не хором высказали они свои претензии.
– Ну, ребята,… ну я вас умоляю,… ну какой ещё больничный!… Да это же мелкая, дворовая шавка,… брешет, лает, но это ещё не значит, что укусит!… Да и какие у неё там клыкищи,… так, зубки!… И вы трое таких молодцев этого шерстяного колобка испугались,… пинка ему под рёбра, и пусть себе катится со двора!… – в полукуражливой манере ответил им хозяин квартиры.
– Ну, это ты как хочешь, хозяин, думай по-своему,… но убирать собаку тебе всё равно придётся!… Мы уж старались её пнуть,… и даже палкой ткнуть пытались,… но всё напрасно!… Она как тренированный пёс на посту от всех наших замашек уворачивается, да только ещё упорней в наши штаны вцепиться норовит!… Так что мы к тебе на разборки с собакой не нанимались,… наше дело ремонт, а твоё создать нам безопасные условия работы!… – уже вполне серьёзно и даже где-то сердито, заявили ему строители.
А самый старший из них, бригадир, попросту кулаком хозяину квартиры пригрозил, мол, делай что хочешь, но наши требования выполняй. В общем-то, безапелляционное заявление, тут уж не поспоришь. И, разумеется, для хозяина квартиры ремонт важнее, чем споры о какой-то там дворовой собачонке, и он задумал избавиться от Сашки.
3
Обычно на ночь хозяин квартиры уходил спать куда-нибудь в другое место; может, к родственникам, а может в гостиницу, кто его знает. Ведь в недоотремонтированной квартире, где грязь и строительный мусор ночевать не будешь, это просто невозможно, дышать цементной пылью никому не хочется. Вот хозяин квартиры и уходил, однако сегодня задержался почти до полных сумерек. Осенью быстро темнеет, а потому, когда он вышел из дома, то его продвижение по двору никто не заметил.
Учуяла его лишь Санька. Она, как ей показалось, достойно выдворила вон со своей территории строителей, и теперь удовлетворённо возлежала у себя в конуре подле горки. Сашка уже было решила подремать, за день ей так нигде и не удалось перекусить, ведь все почти забыли про неё, у всех в голове шумел лишь ремонт. Так что Саньку сейчас мучил голод, в животе урчало, страстно хотелось погрызть косточку, вот она и решила заглушить все эти симптомы лёгкой дремотой.
И у неё вроде уже начало получаться; глаза закрылись сами собой, сознание стало погружаться в туман, и будто уже поплыли первые картинки сновидений, как вдруг нюх учуял резкий чужеродный запах. Да уж, обоняние у собак никогда не спит, как бы ни хотели недруги, но нюх всегда на стороже. Дремота у Саньки моментально исчезла и она вмиг насторожилась.
А тем временем злонамеренный хозяин квартиры подбирался к её конуре всё ближе и ближе. Он задумал очень коварное действо; в одной руке у него был кусок фанеры, им он собирался прикрыть выход из конуры. А во второй руке он нёс бутылку с уайт-растворителем, им он собирался облить конуру. А в кармане у него лежала зажигалка, которой он собирался поджечь тот уайт-растворитель.
Вот уж воистину вероломное преступление. Живьём сжечь маленькую собачонку в конуре, только из-за того, что она мешает ремонту квартиры – это верх злодейства. На такое циничное деяние может пойти лишь самый отпетый негодяй. Впрочем, хозяин квартиры таковым и являлся. Он был самым настоящим жуликом и пройдохой. Занимался сомнительными махинациями в сфере строительства и уже неоднократно для достижения собственных целей шёл на неблаговидные поступки. Ну а в этот раз он в изощрённости деяния превзошёл даже самого себя. Такой низкой подлости в списке его негодяйств ещё не было.
Но вот злодей уже вплотную приблизился к конуре. Он уже был готов под покровом темноты перекрыть фанеркой выход и осуществить свой жестокий план, как Сашка, учуяв резкий запах уайт-растворителя, выскочила из конуры и мигом оценила обстановку. Буквально мгновение, скользящий взгляд, и Сашка тут же всё поняла. Она хоть и собачонка, но неглупая, и сразу сообразила, что её хотели закрыть в конуре и поджечь. А дальше Сашка подняла такой лай, что хозяин квартиры выронил из рук бутылку с растворителем и попятился назад. О поджоге он уже не думал, его план полностью провалился.
А меж тем Сашка не унималась, и принялась атаковать обидчика всё настойчивей, и настойчивей. Она даже попыталась цапнуть его за штанину брюк. Однако у негодяя сработал защитный рефлекс и он, ища безопасного места, мгновенно, будто петух на насест, взобрался на детскую горку. Не надо забывать, что Санькина конура находилась как раз впритык к горке. А взобравшись на неё, хозяин квартиры, заверещал так, словно его собрались ощипать и бросить в суп. От испуга у него сомкнулись связки, и теперь он сипел вперемежку с громким хрипом, пытаясь выкрикнуть хоть какую-то членораздельную фразу. Такого кудахтанья наш двор ещё не слышал.
– По-мо-гите!… Спа-си-те!… Уйми-те собаку!… Она меня сейчас загрызёт!… – вцепившись руками в перила горки, надрывно хрипел он, моля о спасении. Боязнь высоты и паника охватили всё его подленькое существо. Сашка же свирепо лаяла внизу и на горку взбираться не собиралась. Во-первых, расстояние между ступеньками для неё было очень велико, а во-вторых, жёлоб горки был слишком раскатан и скользок. И вот именно по этим двум причинам Сашка никогда не залазила на горку; хоть с мальчишками, хоть с девчонками, горка была для неё недоступна. Но хозяин-то квартиры об этом не знал и, боясь, что его сейчас на горке загрызёт дворовая собачонка, сипел как старый паровозный гудок. Конечно же, его истошный хрип услышали жильцы дома. И почти моментально возле детской горки собралась толпа соседей.
– Что такое!?…. Что случилось!?… Чего вы так голосите!?… Уже вечер на дворе, а вы тут вой устроили!… Всех переполошили!… – не то возмущённо, не то удивлённо зашумели люди.
– Да я-то что,… это вон ваша дворовая шавка меня сюда загнала и пытается загрызть!… Я просто шёл, осматривал двор, а она налетела на меня и давай за ноги хватать!… Хорошо ещё, что я успел на горку взобраться, а так бы она давно уже сожрала меня!… – хрипло фырча, затараторил хозяин квартиры, указывая на Саньку. А та в этот момент тыкалась носом в бутылку с уайт-растворителем, мол, смотрите люди добрые, чего он тут принёс. И соседи, разумеется, обратили внимание на эту бутылку.
– А это что за дрянь такая здесь валяется!?… похоже, это ваша бутылка!… Вон как она вся заляпана строительной пылью,… а ремонт-то ведётся только у вас,… так что отпираться бесполезно,… вещь ваша! А ну отвечайте, зачем это вы, на ночь глядя, с бутылкой растворителя по двору ходили!?… – подобрав с земли бутылку сердито спросил хозяина квартиры пенсионер дядя Коля, он когда-то служил следователем прокуратуры и теперь сразу же определил состав преступления.
– Да я же вам говорил!… по двору ходил, смотрел вокруг,… искал, где тут мусорные баки,… как раз хотел эту бутылку выбросить!… Моим строителям-ремонтникам марка растворителя не подошла,… вот они и отказались от него,… ну я и хотел выкинуть его,… ведь он теперь не нужен… – весь затрясшись от испуга быть разоблачённым, попытался оправдаться хозяин квартиры.
– Ну ладно,… допусти, мы вам поверили,… но тогда, почему вы не в безопасной таре утилизируете горючие вещества?… ведь стеклянная бутылка может разбиться и произойти спонтанное возгорание,… а это уже преступная халатность!… И вам ли не знать о технике безопасности,… ведь, насколько мне известно, вы связаны со строительством и должны бы знать о таких вещах!… – всё так же сердито переспросил дядя Коля-пенсионер.
– Да я за целый день заработался, устал,… вот и допустил оплошность,… прости уж, я всё исправлю,… утилизирую бутылку, как положено,… вы только собаку уберите и дайте мне сойти с горки… – почуяв, что у него, получается, отвертеться, запросил освобождения хозяин квартиры.
– Хм,… да что же вы за человек-то такой, коли нашей Саньки испугались!… Да добрей её, нет собаки на свете!… да она с роду никого не кусала!… А то, что она лает на вас, так значит, вы ей не по нраву, только и всего!… А потому пока по двору ходите осторожно,… пусть она к вам привыкнет,… ну а как привыкнет, так и лаять перестанет!… Да вы не бойтесь, спускайтесь с горки-то,… и бутылку свою заберите,… нам-то она тоже без надобности!… – уже более добродушно отозвался дядя Коля-пенсионер, и протянул бутылку хозяину квартиры. Тот мигом спустился с горки, схватил протянутую ему бутылку, и льстиво поклонившись, моментально умчался со двора.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов