Планета Перл

Наконец отец оторвался от бумаг и задал вопрос, который Родион ждал: – Всё это хорошо, красиво придумано, но кто разрешит строительство такого парка, где взять нужные механизмы и роботов, кто будет финансировать? – Он опять сел и, наклонив голову, стал вопросительно поглядывать то на Марину, то на Родиона.

– Пап, вот с этим вопросом мы и хотели обратиться к тебе за помощью.

У Михалыча брови от удивления поползли вверх, а Родион продолжил: «Вернее, хотелось бы, чтобы ты посодействовал в этом вопросе. Мы же знаем, что у тебя друг – мэр города, и вообще, тебя везде знают. А мы тут и смету расходов составили. Марин, покажи».

Марина протянула отцу листы с расчётами: – Папа, смотри, большую часть насаждений нам обещал предоставить бесплатно дедушка Риты, а механические составляющие можно попросить с отстойника испытательного полигона.

– Ага, значит, хотите бросить меня под танки. Нет, я на это не учился, я тренер, а не менеджер.

Родион подошёл к окну, нажал кнопку, и прозрачная стена медленно отъехала в сторону. В кухню ворвались звуки города, вперемешку со щебетанием птиц и гулом самолёта, прогревающего двигатели перед стартом на взлётном поле.

– Посмотри туда, пап, – Родион указал на зону «А». – Ты когда-нибудь видел, чтобы в этот отстойник привозили какой-то агрегат, а потом увозили отсюда? – и тут же ответил на свой вопрос: – Нет, такого никогда не было. Всё, что попадает туда, остаётся на вечной стоянке. Взрослым нет никакого дела до этих несчастных железяк. Вон там стоит Пауптик – разработка Евгения Семёновича. Он один раз всего поднялся в воздух, шедевр изобретательности. Его мы, кстати, хотели поставить в центре парка, а он сейчас стоит ненужный и заброшенный. А вон там, – Родион показал куда-то вниз, – сидят детвора, бездельничают, им нечем заняться, и до них тоже взрослым нет дела. Их родители сейчас в научных лабораториях, на полигоне, на заводе. А почему бы и детей не ознакомить с профессией родителей, дать прикоснуться к науке, к познаниям, заинтересовать, увлечь?

Родион говорил о Пауптике, о друзьях и о чём-то ещё, но отец его уже не слышал. Он думал о том, как быстро выросли его дети, стали такими умными, рассудительными и целеустремлёнными. Иван Михайлович с восхищением смотрел на сына и дочь, и со стороны могло показаться, что он внимательно слушает, но на самом деле он был погружён в свои мысли, нахлынувшие, как ливень в летний день.

– Папа, ты слушаешь? – Марина снова подсела к нему и обняла обеими руками. – Ты же можешь нам помочь, ты у нас сильный. Папуль, ну пожалуйста, – нежно чмокнула она его в щеку.

– Нет, ну так нечестно, пользоваться запрещёнными приёмами, миссис, с вашей стороны коварно и… – попытался возразить Иван, но Марина не дала ему договорить, положив голову ему на плечо. – Ты же у нас хороший, мы все тебя любим, – продолжала она, поглаживая его по груди и делая акцент на каждом слове.

– Всё, всё, – поднял руки вверх Иван. – Сдаюсь, чистый иппон.

Марина вскочила, потрясая сжатыми кулаками. – Ура, спасибо, папа, – и снова поцеловала его в щёку.

Отец расплылся в улыбке. Все засмеялись, зная его слабость к ласкам дочери (чем она иногда и пользовалась).

– Хорошо, я попытаюсь что-то сделать, но гарантии давать не буду, – уже серьёзным тоном заверил отец.

В семье знали, что если отец даёт слово, то всегда его держит, это знали и все окружающие Михалыча люди. Иван никогда не давал обещание, если знал, что не сможет его выполнить. Такое же требование он предъявлял и к другим, считая, что слово сильнее любого вида оружия, сильнее любого единоборства. Словом можно убить, можно вернуть к жизни, можно утешить или, наоборот, – оскорбить. По этой причине он никогда не сквернословил, не говорил оскорбительных и бранных слов. За это его уважали воспитанники и все, кто так или иначе контактировал с ним.

Ещё одно хорошее качество Ивана состояло в том, что он не любил откладывать на потом всё то, что можно сделать сейчас. Это качество передалось и его детям. Видимо, того требовал и вид спорта, которым все увлекались, где нужно было мгновенно реагировать на изменяющуюся ситуацию или действия соперника и быстро принимать нужные, наиболее верные решения.

Вот и теперь Иван достал из кармана телефон и набрал номер. – Алло, Петрович, здравствуй, дружище… И я тебя рад слышать… Слушай, надо бы увидеться… Да хоть сейчас… Понял. Буду через десять минут. Уже еду, – и, выключив трубку, посмотрел на часы. – Так, у вас две минуты собраться. Жду внизу в машине, – обратился он к детям. – И захватите проект.

Кабинет мэра располагался на втором этаже административного здания. На лакированных дверях красовалась табличка: «Глава администрации города Опытный – Новиков Григорий Петрович». Вежливая девушка-секретарь, приветствовав вошедших, указала им путь: «Проходите, вас ждут».

– Подождите здесь, – обратился отец к детям и скрылся за дверью.

Михалыч и мэр были давними друзьями детства и одноклассниками. Именно Григорий, или Гриня, как его звали в школьные годы, стал инициатором переезда семьи Ивана в город. Зная характер Михалыча – его целеустремлённость, любовь к детям и спорту, увлечённость своей профессией тренера – Григорий Петрович понимал, что именно это ему нужно было тогда, когда он только начинал свой путь на должности главы города. Искренне желая улучшить жизнь горожан во всех сферах, включая спорт, Григорий Петрович долго уговаривал друга переехать в Опытный, обещая поддержку и должность директора спортивной школы. В конце концов, Иван согласился, предварительно посоветовавшись с семьёй. Однако от руководящей должности он отказался, заявив, что его призвание – быть тренером. На том и сошлись.

Михалыч действительно поднял спортивную жизнь в городе на новый уровень, воспитав множество чемпионов по дзюдо, самбо, вольной борьбе, боксу и рукопашному бою. А если кто-то из его воспитанников и не достигал больших высот в единоборствах, то всё равно навсегда впитывал в себя дух спорта, походов, сборов, соревнований, коллективизма и товарищества. Когда он всё успевал, одному Богу известно, но, по словам жены, «дома почти не жил». Григорий Петрович действительно поддерживал Ивана, когда речь шла о приобретении спортивного инвентаря, поездках на соревнования или благоустройстве спортсооружений. Михалыч никогда не просил помощи для себя или своей семьи, считая это неуместным, хотя Петрович не раз предлагал, но всякий раз Иван отказывался.

– Иван! Рад тебя видеть, – Григорий двинулся навстречу, крепко пожав руку и обняв друга. – Какими судьбами, давненько я тебя не видел. Постоянно слышу об успехах твоих подопечных. Зазнался, забыл друга.

– Ладно, Гринь, дела, суета, сам же знаешь.

– Да шучу, Вань. Я сам виноват, давно к тебе не заглядывал. Кстати, как там Лиза, дети?

– Елизавета цветёт, привет тебе передавала, а вот насчёт детей… Как раз по этому поводу я и приехал. Понимаешь, Григорий, они тут такую инициативу проявили, что голова кругом идёт. Не знаю, с чего и начать.

– Иван, ты меня не пугай, давай выкладывай по порядку.

– Они с друзьями хотят создать какой-то суперпарк на восточном пустыре.

– Фу ты, я думал, что-то серьёзное случилось. А восточный пустырь мне давно покоя не даёт. Хорошо бы там землю облагородить, деревца посадить. Инициатива – это хорошо, но сначала, понимаешь, нужно как-то распланировать, дать задание отделу архитектуры и градостроительства, а на это нужно время и…

– Да погоди ты, Григорий, – не дал договорить Иван. – Всё уже готово. Марина, дочка, вместе с сыном и друзьями уже подготовили всё, о чём ты говорил. Сейчас сам убедишься. – Михалыч открыл дверь и позвал детей.

В кабинет вошла Марина, держа в руках папку. За ней Родион с остальными бумагами.

– Здравствуйте, дядя Гриша, – поздоровались брат с сестрой.

– Боже мой, как выросли! Неужели это те самые Марина и Родион, – искренне удивился Григорий. – Здравствуйте мои дорогие. Вот время идёт. Последний раз, когда вас видел, были вот такие, – Петрович показал рукой на уровне груди. – А сейчас, о-го-го! Да, Михалыч, стареем. Ну, ладно, что там у вас, выкладывайте.

Марина с Родионом разложили на большом столе всё, что принесли с собой. Марина принялась точно и без лишних эмоций объяснять значение всех изображений и рисунков. Родион подключился к разговору в том месте, что касалось коммуникаций и сметы расходов. И если в начале Григорий Петрович всё воспринимал с улыбкой и сарказмом, то чем больше ребята говорили, тем серьёзнее он становился. В конце концов, он прервал их: – Ну-ка, погодите, – нажал кнопку на столе. – Леночка, пригласите, пожалуйста, начальника архитектурного отдела, Марию Ивановну.

Наступила небольшая пауза. Молодые люди внимательно смотрели на Григория, который сосредоточенно изучал расчерченный ватман и постукивал по столу ручкой. Михалыч стоял в стороне и казался безучастным, рассматривая живописный пейзаж на стене, но в душе он улыбался и радовался за своих детей.

В этот момент вошла женщина средних лет и спросила:

– Вызывали, Григорий Петрович?

– Да, Мария Ивановна, мы давно хотели облагородить восточный пустырь. Пожалуйста, ознакомьтесь с проектом. Что вы можете о нём сказать?

Архитектор подошла к столу, надела очки и начала внимательно рассматривать план, а затем элементы парка в виде иллюстраций. Сняв очки, она заключила:

– Думаю, здесь поработал грамотный архитектор-дизайнер. Оригинально и необычно. Это не из наших, у нас таких нет. Вы заказывали в Москве, Григорий Петрович?

Вместо ответа мэр поблагодарил женщину:

– Спасибо, это пока всё, что мне нужно было услышать. Вы свободны, Мария Ивановна.

– «У нас таких нет», – недовольно пробурчал Петрович, когда дверь за ушедшей закрылась. Затем, преобразившись, он указал на брата с сестрой:

– Да вот же они! Да, ребята, вы меня поразили. В общем, так – будем строить и незамедлительно. Сейчас же созову всех начальников на совещание. Говорите, значит, тысячу саженцев вам предоставят из питомника? Это хорошо, грех не воспользоваться такой возможностью, но надо срочно приступать, ведь по календарю время высадки деревьев практически закончилось. Но ничего, успеем, тем более, как вы говорите, корневая система придёт с грунтом. С нашей стороны будут организованы коммуникационные и земельные работы. Единственное, не могу обещать всё, что касается запретной зоны, сами понимаете, многие разработки там под грифом «Секретно».

И тут в разговор включился Михалыч, до сих пор казавшийся безразличным:

– Григорий, от кого секретно? Каждый желающий может обозреть «секретные» железяки с любого высотного здания, а если и с хорошей оптикой… Да у нас практически все родители города, так или иначе, имеют доступ к этим секретам. К тому же, какая разница, с той стороны забора они будут стоять или с этой – всё равно будут находиться в изолированном городе. Но при этом не валяться на металлической свалке, а реально работать на благо общества, в частности – подрастающего поколения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.