Ворон

– Что молчишь? – тихо поинтересовался Михалыч. – Устроил ночью карнавал, а сегодня театр молчаливых миниатюр, актер? А может, тебе в Щуку стоит поступить? Еще не поздно. Ты же талант! Зачем ты его в землю зарываешь? Я тебе помогу полностью раскрыться как творческой личности.

Так, а вот это уже серьезно. Надо срочно отмазываться.

– Мне показалось, что у одного из посетителей клуба в руке был нож, – начал я. – И он находится в опасной близости от Жанны Кирилловны. Кроме того, судя по его одежде, манере поведения и так далее, мужчина являлся членом криминальной группировки. Мало того, первичный анализ обстановки, проведенный мной, указывал на наличие у него сообщников, которые при возникновении опасности для моей подопечной могли бы…

– Замолчи, Роман, – попросил меня Михалыч и откинулся на спинку кресла. – Горбатого ты лепишь хорошо. Придется принимать меры. Сейчас ты напишешь мне правдивый отчет, а только потом отправишься домой.

– Шеф, а может, завтра? Я с мыслями соберусь.

– Не обсуждается, – отрезал Михалыч. – Иди и пиши отчет о проделанной работе в эту смену. Кстати, Валерий Георгиевич по моей просьбе любезно предоставил мне запись твоего выступления. Час назад я ее просмотрел. Иди.

Вздохнув, я встал и покинул кабинет шефа. Вот вляпался. Осторожно закрыл дверь и посмотрел на Настю. Нет, сейчас я к ней подходить не буду. Я лучезарно улыбнулся девушке, зачем мне ее так откровенно подставлять? Зуб даю, что Михалыч сейчас смотрит на монитор контроля обстановки в приемном предбаннике. Хотя я камеры наблюдения не вижу, но она наверняка есть. Я вышел из приемной в коридор. Сам попытаюсь разобраться с течью в днище своей посудины и только в крайнем случае попрошу секретаршу шефа мне помочь. Настена не откажет и поможет, конечно, если сможет; я направился в дежурку. Полтора года назад у нас был роман с вполне серьезными намерениями с ее стороны. Я не отбивался, зачем? Девчонка хорошая, умная, а мне опостылело возвращаться в пустую квартиру.

Кивнув охраннику, я провел карточкой по идентификатору входной двери на этаж руководства. Мы даже собрались подать заявление, а пока шум да дело, пожить гражданским браком. Жили долго, целых два месяца Настена скрашивала мои вечера и ночи. Да и питаться я стал гораздо лучше. А мелкие неурядицы только вносили свежую струю в наше общение. Самая маленькая из них состояла в том, что у нас были диаметрально противоположные взгляды на то, кто должен быть главой будущей ячейки общества. Для Насти и моей потенциальной тещи, надевающей на работу китель с погонами майора, этот вопрос был предельно ясен. Мне же не совсем, и я изредка показывал Настене фотографию своего прадеда, где он сидит на стуле, а моя прабабушка стоит сбоку с дедом на руках. В общем, одним прекрасным вечером мы спокойно поговорили, решили не портить друг другу жизнь и расстаться друзьями. Отметили это дело шампанским и ударным сексом напоследок.

– Всем привет, – я зашел в дежурку и стал здороваться с парнями, – старшой у себя?

– У себя, – подтвердил громила, облаченный в бронежилет и до самых бровей увешанный подсумками и прочей хренью. – Что-то ты решил часто с нами общаться, никак снова хочешь стать гонорейщиком?

– Не дождетесь, гоблины, у меня слишком тонкая и ранимая натура.

Поздоровавшись с последним бронетранспортером на двух ногах, я зашел в отдельный закуток и закрыл за собой дверь.

– Привет, Андрей, сводку вызовов за сутки ты уже сдал?

– И тебе не болеть, сдал, есть вопросы по твоей заявке?

– Есть, – подтвердил я, – Михалыч подробностей не запрашивал?

– А зачем ему это делать? – удивился Андрей. – Вызов как вызов. Вчера их три штуки было. Один вообще был ложный. Кому-то что-то показалось, и все. Все вы перестраховщики, а мои парни только зря километры наматывают. Твой вызов – рутина. А последний так вообще. Ты слышал, что умудрился вчера учудить Егор Андреевич?

– Нет, – заинтересовался я и сграбастал кофейник и чашку со стола Андрея.

– Дело было так. Твой бывший подопечный решил продемонстрировать химичке свои познания в области изготовления отравляющих газов, хотя задание у него было другое. Но это не остановило нашего героя. Когда учительница отвлеклась, он достал заранее запасенные ингредиенты и приступил к произведению впечатления на одноклассников и одноклассниц. Зрителей Егор впечатлил. К счастью, зарин он не смог получить, но «Черемуха» у него вышла знатная. Кабинет потом час проветривали!

Я усмехнулся, Егор в своем репертуаре. Вот шило в заднице у парня. Никто не знает, куда деть его неуемную энергию и направить бурную фантазию в мирное русло.

– А что он хотел на самом деле получить? – поинтересовался я.

– Ничего особенного, из пробирки должно было выйти немного красного тумана с ароматом персика. Оригинальные духи он хотел произвести в лабораторных условиях. Когда Олег и остальные вломились в класс, то видимость там была практически нулевая, да и подъехавшие по экстренному вызову скучающие гээнэровцы веселья добавили. Андрею Федоровичу опять придется жертвовать деньги на нужды школы. Ремонт кабинета, замена входных дверей, и там еще по мелочи неплохо набегает.

– Ладно, – я допил кофе, – не буду тебе мешать. – Какой уровень стрелялки прошел? – Я кивнул на темный монитор.

– Только третий, – улыбнулся Андрей. – Бывай, Ром, слух у тебя слишком хороший.

Я вышел из закутка дежурного. Ничего другого я и не ожидал, но проверить стоит все версии. Корнет или Пчела? Да, с Корнетом я в ближайшее время работать не буду. Парню дадут другой объект, но выяснить подробности надо. Не хочу при встрече с ним и рукопожатии мысленно называть его стукачом. Коллектив охраны ВИП-персон у нас слаженный. Да, я знаю парочку ребят, которые изредка задают лишние вопросы.

Я зашел в комнату отдыха службы безопасности, поздоровался с ребятами и сел за свободный стол. Но там дело касается серьезных вопросов, чужие подводки, выпивка на рабочем месте без серьезного повода и так далее. Но ведь Корнет знает, почему я так поступил. Для Жанны же не было никакой опасности, а Пчела бы запалилась, и не по моему приказу, как Корнет, да и не по требуемой ее вмешательства обстановке, и возник бы вопрос о ее квалификации. У Михалыча возник бы. В этом деле он скидок не сделает даже своей дочери. Тени должны работать в первую очередь головой, а только потом всем остальным. Мне же можно и нужно изредка применять физическое воздействие. В своем отчете по инциденту в клубе я бы описал произошедшее как приставание пьяной компании к моей подопечной. В таких ситуациях я могу устраивать хулиганства. По головке не погладят, но и ругать сильно не будут. А теперь я вынужден написать правду, и у Пчелы есть отличный шанс загреметь на переподготовку. Начинать свою работу с этого я бы не советовал никому.

Все, я поднялся из-за стола, отчет закончен. Пора, мой друг, пора. Я сгладил некоторые углы, но внаглую вешать лапшу на уши Михалыча не стоит. Все равно он знает правду. Идиотская была ночь, да и утро не лучше. Эх, Жанка, Жанка, из-за твоих закидонов за одну ночь я могу лишиться своей команды. Я бы и так расстался с ними в течение некоторого времени, но хоть чему-нибудь научил бы ребят. Ладно, проехали. А если это Пчела радостно пересказала отцу свой первый рабочий день и полученные от него впечатления? Тут есть два варианта. Первый – она дура. Второй – чересчур инфантильна. Какой мне выбрать? Я ее слишком плохо знаю. Что-то я сегодня туплю. Есть еще третий вариант – она специально это сделала. Зачем ей это? У Михалыча должны возникнуть сомнения в моей профессиональной пригодности? Все, я пришел.

– Подколи к отчету Корнета по поводу ночного инцидента, – попросил я у Насти.

– Подкалывать не к чему, – улыбнулась мне девушка. – Что-то случилось в твою смену, если требуются отчеты всех участников?

– Да ничего особенного, обычные дела. Я тебе уже говорил, что ты сегодня невероятно красива?

– Еще нет. Говори, я приготовилась слушать. От тебя так редко дождешься комплимента.

– Тогда не буду, – усмехнулся я. – Ты постоянно очень красива и обаятельна. Бывай. – Я поцеловал в щечку девушку и направился к выходу.

– Анастасия, – прозвучал из динамика голос шефа, – Роман еще не отдал тебе отчет? Как только он придет, пусть появится у меня!

Вот ты и прокололся, Михалыч. В который раз убеждаюсь в твоей маниакальной паранойе. Тебе не жаль своего рабочего времени на мониторинг окружающего пространства? Настя закончила убеждать шефа в моем ежесекундном появлении у него в кабинете и махнула рукой в сторону двери. Я вздохнул и забрал у Насти отчет, а отдых-то когда? Михалыч, что-то часто за последнее время мы стали видеться.

– Садись. – Шеф взял в руки мое сочинение на свободную тему и стал внимательно его изучать.

Значит, не Корнет. Он хоть и племянник босса, но троюродный. Стучать о произошедшем Андрею Федоровичу ему по должности не положено, а тем более утром. Арифмометр в таких делах строг. Субординация, не сметь прыгать через голову начальника без серьезной на то причины и так далее. А если Корнет позвонил Михалычу? Маловероятно, сливание ближнего своего в унитаз так не делается. Стучать не по делу нужно рапортами, отчетами или в крайнем случае анонимками. Такая у нас страна и воспитание.

– Я ошибся, – Михалыч отложил мой отчет в сторону, – ты у нас не только актер, но еще и писатель. Какой талантливый и разносторонний у меня сотрудник. А этот перл сейчас заставит меня расплакаться. Цитирую: «В результате недвусмысленно выраженной угрозы взглядом и жестом в отношении сотрудницы службы безопасности концерна «Мираж» (Пчелы) мною было принято решение о проведении превентивной акции в отношении угрожающего ей лица мужского пола, Жанна Кирилловна в этот момент была под надежной защитой сотрудника службы безопасности концерна «Мираж» (Корнета) и находилась в полной безопасности». Дальше я читать не буду, – вздохнул Михалыч. – Если бы я не знал твое досье почти наизусть, то принял бы тебя за бывшего прапорщика, который заведовал складом армейского снаряжения. Только на этой должности можно научиться так отписываться. Я тут посчитал, что слово «безопасность» на этом листке написано раз двадцать пять. А что касается остального… Чем он Галине угрожал, каким именно жестом, а может, еще частью тела, которая у него между ног болтается?

– В зале темно было, точно я не рассмотрел, но наверняка и этим тоже, – ответил я. – На эту мысль меня натолкнуло последующее поведение угрожавшего Пчеле объекта, и в связи с этим я был несказанно рад, что заранее вызвал группу немедленного реагирования. В отчете отражено, что объект склонял ее к сожительству прямо на улице, и только присутствие группы немедленного реагирования удержало его от насильственных действий, угрожающих чести, а скорее всего и жизни Пчелы. Учитывая, что стажер Пчела находилась в моей груп…

– Заткнись! – взревел Михалыч.

Я мгновенно исполнил просьбу шефа. Какое счастье иметь такого умного, доброго и вежливого начальника. А если серьезно, то хорошо, что Михалыч с утра пар на меня спустил вместе с собаками. Еще лучше, что он понимает разницу между юмором и издевательством. А втройне хорошо, что шеф знает, как я отношусь к мелкому доносительству, которое он приказал мне сделать. Все, Пчела, поезд ушел, официальная бумага от начальника смены у Михалыча есть, и не дать ей ход он не может. Вернее, не захочет не дать. Принципиальный он слишком.

– Зачем ты это делаешь? – спросил меня шеф через пару минут. – Из-за того, что она моя дочь, Виски?

Так, разговор стал неформальным, уже лучше. Плохо, что у шефа появились странные мысли по отношению ко мне. И вообще, он сегодня какой-то странный. Так слить мне информацию о наличии стукача в моей команде!

– Михалыч, я никогда не буду примазываться через Галину к тебе и зятем твоим не мечтаю стать. Что касается остального, то сколько времени я опыта набирался, прежде чем занялся серьезным делом? Что можно требовать от неоперившейся птички? Пчелу и Корнета еще учить и учить нужно, а только потом оценивать их действия по суровым законам военного времени. Я это понимаю, и ты должен понимать. Если ты хочешь уволить свою дочь с этой работы, так прямо мне и скажи! Я пойму и напишу другой отчет. Галина мигом и со свистом с работы вылетит.

– А вот это удар ниже пояса, Роман, – пробурчал Михалыч. – Я ко всем отношусь одинаково и предъявляю ко всем одинаковые требования.

– Только к некоторым более одинаковые, чем к остальным. – Я выразительно посмотрел на свой отчет. – Михалыч, я еще тебе нужен? Спать хочу.

– Свободен, глаза б мои тебя не видели.

Вот и славненько, я направился к двери. Зайти к Ольге? Нет, нужно взять паузу, а не наладится у нас, так не очень было и нужно.

Кому не спится в ночь глухую? Я посмотрел на часы. Только пять часов вечера! Пошатываясь, я встал с кровати и начал надевать на себя спортивный костюм. Опять звонят в дверь. Да сколько можно? Я кого-то из соседей затопил? Отдохнуть не дадут, ироды. Вроде бы одет, а теперь посмотрим на гостей. Я открыл дверь и малость удивился. Вышел в коридор и осмотрелся по сторонам. Камер передачи «Розыгрыш» нигде не наблюдалось.

– Настя, а ты дверью не ошиблась? – поинтересовался я. – А, я понял, ты заблудилась.

– Может, пустишь меня в свою квартиру? – усмехнулась девушка. – Или предпочитаешь заняться этим прямо здесь?

– Проходи, – я пригласил даму в свои апартаменты, – в квартире наверняка будет удобнее. А что ты понимаешь под словом «этим»? Приготовление ужина, уборка моей берлоги или стирка? Другие варианты мне что-то в голову не приходят.

– Какая же у тебя ограниченная фантазия, Ром, – Настя села на диван. – И женщины дома у тебя нет. Может, обратно меня возьмешь?

– Возьму, – согласился я, – готовить мне некому, или ты рассчитываешь на большее?

– А не получится тебе меня вернуть, – скорчила рожицу Настя, – через месяц я замуж выхожу.

– Поздравляю, – я действительно обрадовался за подругу и заранее посочувствовал ее несчастному мужу, – это дело нужно обмыть. Что будешь: шампанское или что-то покрепче?

– Ничего, у меня ревнивый жених, мы живем с ним вместе, и я не хочу его обижать.

– Поэтому ты отпросилась с работы, – глубокомысленно заметил я, – пришла ко мне на часок-другой, а потом вернешься к жениху вовремя и без перегара, как честная и порядочная невеста. Хорошо придумала, Настюх. Надо было тебе родиться мужиком, мы часто используем такой способ развеяться помимо всяких срочных совещаний после работы, внезапных командировок на пару дней, рыбалки, походов с друзьями в баню, машины, в пробке долго стоящей, и так далее. А то стандартным приемом: «Дорогая, я сегодня заночую у друга, нам поболтать нужно», – жен обманывать сложно. Как думаешь, почему?

– Балаболка, – отмахнулась Настя, – а теперь давай серьезно. Поговорить нам нужно, Ром. Ты спрашивал меня об отчете Корнета, потому что информацию о твоей выходке в ночном клубе слили Михалычу? Я правильно поняла твой неуклюжий подход ко мне? Можешь не копать землю, это был не он.

– Вот, я всегда говорил, что хорошая секретарша должна быть в курсе всех дел своего шефа. Ты пришла мне сообщить имя доносчика? Зачем такая срочность? Я бы и сам попросил тебя помочь мне через пару дней, если бы не определился со стукачом. Зачем тебе так рисковать, а вдруг твой жених следит за тобой? Что он может подумать, когда узнает о твоем посещении квартиры одинокого холостяка?

– Ром, я же просила серьезно, – укоризненно сказала Настя. – Тебя сдала Пчела.

– Великолепно, – улыбнулся я, – она написала рапорт или просто позвонила папе? Ведь все звонки к нему проходят через тебя, а на работе Михалыч свой мобильный отключает и разбирает. Шеф у нас самый главный параноик из всех параноиков на свете.

– Нет, Галина мне сама об этом сказала. Мы с ней старые подруги, – улыбнулась девушка.

Дела все страннее и страннее. Не тот у Насти характер, чтобы сдавать свою подругу. Я посмотрел на девушку, которая решительно стала собирать мою неприбранную постель. Чувствую, что это не все сюрпризы за сегодняшний вечер. Настена специально затягивает разговор, он ей чем-то неприятен или сложен. Ладно, пойду лучше я на кухню, хоть чаем подругу напою. Так, где у меня всякая фигня вроде заварки? Я включил чайник. Что это сегодня с Настюхой?

– Ром, – Настя зашла на кухню, – ты оскорбил ее. Галина пришла домой после смены, разревелась, и Михалыч вытянул из нее подробности ее первого рабочего дня. Приказал ей выпить валерьянки и лечь спать. Пару часов назад Галина проснулась, позвонила мне, и мы немного поболтали. Она сожалеет о том, что сделала, и попросила меня извиниться вместо нее перед тобой.