– А тогда почему тебя так колбасило? – подозрительно уточнила Натка.
Непроизвольно вздрогнув, я с трудом подавила рвотный рефлекс и глубоко задышала, стараясь восстановить сбившееся дыхание.
Тогда на паре, крутя в руках колбочку, полную непонятной мутной жидкости с капельками жира, я никак не могла понять, что это такое. Интуиция молчала и не подавала признаков жизни, поэтому, глянув в голубые глаза эльфа, я задержала дыхание и залпом выпила.
А потом…
Наточка права: «колбасило» меня и впрямь знатно. Хорошо хоть Юлий предусмотрительно тазик в руки всучил.
Со стыдом вспомнив прилюдное прощание желудка с пищей, я созналась:
– Потому что это был не яд…
– А что?
– Мясной бульон! – зло рыкнула я.
Темные молчали, недоверчиво уставившись на своего куратора, и одна только Натка понимающе похлопала меня по руке.
– Ты не ешь мясо? – выразил общее удивление словами Кимми.
«Погодите! – вмешалась логика. – Значит, тот факт, что мы убивали других людей, волнует Темных меньше, чем наши гастрономические предпочтения?»
«Выходит, так», – неуверенно отозвался мозг.
«Сумасшедшие люди», – покачал головой здравый смысл и ушел успокаивать бурлящий негодованием желудок.
Я глянула на Темных, тоже покачала головой, отрицая в себе мясоеда, и постаралась сдержать рвущийся наружу смех.
– Знаете, когда лежишь на алтаре, ожидая, пока тебя прирежут, невольно начинаешь симпатизировать коровкам и козочкам, – разоткровенничалась я.
– Но все равно, преподаватель Ратан поступил некорректно, – продолжала полыхать праведным гневом Роззи. – По отношению к тебе это…
Но мне эта затянувшаяся беседа уже порядком поднадоела, поэтому я оборвала девушку.
– Это был такой нетрадиционный способ сказать: «Даже несмотря на то, что ты неблагодарная засранка, я все равно люблю тебя», – усмехнулась я, глядя на барабанящие по столу пальцы Хорста.
Пальцы, заметив мое пристальное внимание, замерли и спрятались под стол. Я с удивлением посмотрела в каменное лицо, встретилась с тяжелым взглядом и успокоилась.
– Какой-то странный способ сказать «я тебя люблю», – заметил Шарги, непроизвольно обнимая Эми за плечи.
– Может быть, – не стала я спорить с парнем. – Но по мне, так каждое «я тебя люблю» имеет какое-то небольшое пояснение. Я тебя люблю… мучить на тренировках. Я тебя люблю… использовать в своих целях. Я тебя люблю… учить. Я тебя…
– Да мы поняли, – протестующе замахала руками Ната. – Не порть нам романтику и веру в прекрасное.
А я что? Не хотите слушать умные вещи – не надо!
Как-то незаметно закончился обед, и все встали со своих мест.
Следующей по расписанию шла практика по «Темным основам» у профессора Деймана. Занятия проходили совместно с боевиками на специально оборудованном полигоне, куда еще следовало дойти за оставшиеся десять минут.
Распрощавшись с девочками, у которых была приятная лекция по эстетическому развитию, я подхватила сумку и двинулась к выходу, напрочь позабыв, что день еще не закончился, а значит, с ним не закончились и мои неприятности.
Широкая горячая мужская ладонь перехватила меня в небольшом скверике по пути к полигону.
– Надо поговорить, – безапелляционно шепнул Крысеныш и потянул меня под прикрытие ближайших кустов.
«А по-моему, это уже было», – шепнула всем печенка, чувствуя подвох.
«Только в этот раз маньяк посимпатичнее», – возликовало разборчивое либидо.
Я экстренно заткнула все голоса в голове и рыкнула:
– Доставала, какого…
Крысеныш прижал меня спиной к себе, накрывая рот ладонью, обернулся, заметил вдалеке спешащих на занятия студентов и, легко подхватив, понес в кусты.
Не обращая внимания на мои жалкие попытки выбраться из захвата, Хорст уверенно зашел в самую гущу активно опадающих кустов, поставил меня у ближайшего дерева, развернул и прижал спиной к стволу.
Так как в процессе этих нехитрых манипуляций Темный освободил рот, то первое, что я поспешила сделать, – это начать возмущаться.
– Ты рехнулся? – зашипела запрокидывая голову назад, чтобы видеть серые глаза. – Более цивилизованных способов общения не вспомнил?
Рука Хорста тяжело опустилась на мое плечо, запуская рефлексы наемника. Эх, с каким бы удовольствием я сейчас всадила ему нож, но Темный был не только большим и сильным, но и нереально быстрым.
Мою правую ладонь с зажатым клинком легко перехватили и отобрали оружие.
– Я думал, этот этап отношений мы уже прошли, – усмехнулся парень, приближаясь и нависая сверху.
– Так, – возвращая тяжелый взгляд, рыкнула я, – быстрее говори, что хотел, а то шея уже затекает.
Темный нахмурился, видимо, не понимая, о чем я, окинул задумчивым взглядом и неожиданно опустился на землю.
– Так лучше? – ехидно уточнил парень и, дождавшись моего растерянного кивка, хрипло попросил:
– Позови ее.
Я удивленно моргнула.
– Позови… – не то тихий стон, не то шепот.
Серые глаза впервые не прожигали во мне дыру – они чего-то ждали. Всегда недовольное хмурое лицо приобрело выражение затаенной надежды.
– Позови… – одними губами попросил он и замер.
Немного смутившись, я набрала побольше воздуха в легкие и пискнула:
– Эй, светимость, выходи!