– Врунишка. – Темный аккуратно кусает меня за нос. – А еще считаешь себя Светлой. Та-а-ак… – мужчина неожиданно напрягся. – А это еще что?
Повернув голову, замечаю, как Доставала с задумчивым видом крутит белый прямоугольник между пальцев.
– Сувенир на память, – улыбаюсь и, отстранившись, забираю у Темного бирку. – Крестный велел поворошить осиное гнездо, поэтому я, Ветер и Машка сегодня ходили грабить управление. Войти на своих двоих возможности не было, поэтому мы притворились тремя трупами не первой свежести…
Доставала внезапно побледнел, хрипло втянул воздух и крепко стиснул меня в своих руках.
– Эй, громила, ты чего расчувствовался? – потрясенно прошептала я.
Пару секунд Доставала напряженно молчал, уткнувшись носом мне в макушку, и только потом тихо ответил:
– Внезапно осознал, что могу потерять тебя в любую секунду.
Хорошо, что никто не видел моей отвисшей челюсти и вытаращенных от удивления глаз. Ради веселья каждый из нас троих написал даты своей смерти, и я, естественно, нацарапала черной ручкой день, когда едва не умерла. День, когда Машка открыла Скол и Тринадцатая Тень весьма гостеприимно сломал мне позвоночник.
– Не переживай, – попыталась отшутиться, – пока Тринадцатого не мочкану, тот свет меня не заграбастает.
Но Доставала шутку не оценил. Сжав еще крепче, он осторожно погладил мою спину и уточнил:
– Не болит?
Вместо ответа мотаю головой и закрываю глаза.
Спину вылечили под четким руководством Юлика еще в первый день, когда я получила от Хорста Светимость. Едва поулеглись страсти, Доставала практически силой заставил меня восстановить пострадавшие отделы позвоночника, а затем еще несколько дней подряд дергал, надоедая расспросами.
Постояв под защитой крепких рук Темного еще какое-то время, я решительно оборвала коридорно-романтичное безобразие и отстранилась.
– С тобой, конечно, хорошо, но я потопала на пару, пока Натка не высунула свой любопытный нос и не застукала нас.
Но попытка свалить успехом не увенчалась. Темный с противоестественной быстротой поймал меня и прижал к своему горячему телу.
– Сегодня ночуешь у меня, – сообщил он и, как-то чересчур подозрительно улыбнувшись, добавил:
– Я приготовил подарок.
Картинно приподнимаю правую бровь.
– Неужели нарисовал еще один плакат?
Всего на мгновение на некрасивом лице блондинчика мелькает неясный отголосок удивления.
– Плакат? – мне дарят снисходительный взгляд сверху вниз. – Зазнайка, полагаешь, что, пока тебя не было, я вступил в кружок любителей всяких глупостей?
– А кто тебя знает, – фыркаю я и снова отстраняюсь. – Все, отпускай, а то я поспать не успею.
Темный наклоняется, немного грубовато стискивает огромными лапищами и целует. И это совершенно непередаваемый контраст: нежные, но настойчивые движения губ и невероятная мощь удерживающих меня рук.
«А может, не будем ждать вечера и пойдем смотреть сюрприз сейчас?» – молитвенно складывает ручки неудовлетворенное либидо.
«А че ходить? – оживляется желание. – Вон какой удобный подоконник».
«Фу-фу-фу! – кривится дракончик. – Только через мой труп».
«Ну, это можно легко устроить», – как бы невзначай роняет пессимизм.
И пока я пребывала в разладе между телом и духом, Темный резко отстранился, шепнул напоследок «жду тебя вечером», развернулся и стремительно пошел прочь по коридору.
Из-за поворота послышался шум открывающихся дверей и разноголосый гвалт нагрянувших в полигон боевиков.
– Линка! – заметил немного потерянную меня Конни и, прихватив своего старого приятеля Ролли, быстрым шагом направился ко мне. – А мы как раз о тебе вспоминали…
Мысленно застонав, я отчаянно помахала головой. Только бы снова не пришлось помогать им с вызовом Цербера!
Глава 2
Любовь – это безумие, которое чаще всего оканчивается свадьбой…
– Ты только подумай, – продолжал сманивать меня на сторону безрассудного безумства Конни. – Если все получится, мы станем известны на все Светлые земли.
– Если все получится, мы станем знамениты посмертно, – сердито шепчу в ответ.
Профессор на мгновение замолкает, кидает укоризненный взгляд на нашу тройку, спрятавшуюся на последней парте, и вновь возвращается к лекции.
Пару секунд боевики, сидящие по обе стороны от меня, делают вид, что внимательно слушают рассказ профессора Дарона об основоположниках кардинально нового использования магии на Темных землях, а затем возвращаются к своей агитационной кампании.
– Мы уже даже прикинули, как переделать формулу, чтобы вместо Цербера вызвать в наш мир лаэрда, – возбужденно шепчет Конни. – Все, что требуется от тебя, это проверить формулы. Сама видишь, риски минимальны!
Я качаю головой, всерьез обдумывая, как потактичнее высказать мысль «парни, проверьте головы». Ну кто в здравом уме будет так рисковать и вызывать из нижних миров лаэрда?
– Ребят, я еще не до конца смирилась с неожиданным подарочком по кличке Рокки, а вы хотите подсунуть мне на домашнее содержание еще и кровожадного демона?
– Но ты ведь читала дневники, – влезает сидящий слева Ролли. – Лаэрды закрыли нижние миры только ради безопасности всех остальных. Если бы они хотели кровавой жатвы, то…
– «Кровавой жатвы», – ехидно передразниваю боевика. – Ты исторических романов перечитал, что ли?
Громкое и насмешливое «кхе-кхе» заставляет нас троих разом заткнуться, поднять головы и изобразить на лицах студенческое рвение.
– Простите, профессор, – виновато просит Конни, отводя глаза в сторону.
– Да ничего страшного, – великодушно улыбается Темный. – Но впредь лучше пользуйтесь эпистолярным средством общения.
– Эпи… чем? – толкает меня в бок Ролли.
– Он советует нам вести переписку, – кратко поясняю я.
– А-а-а… – понимающе тянут разом оба парня, после чего Конни безжалостно вырывает листок из новой тетрадки.
Пару секунд он быстро и размашисто пишет что-то на листке, затем энергично зачеркивает весь абзац и с задумчивым видом кусает карандаш. Краем глаза замечаю, что Ролли тоже вырывает листок из тетрадки и начинает что-то писать.