Мрачные сказочки Гренлока

- Чт-т-о-о… чт-то… что вы такое говорите? – я удивленно расширила глаза и оскорбленно сдвинула брови.

На самом деле я страшно испугалась внезапной прозорливости нума и тут же укорила себя в том, что недооценила его способностей. Нум же рассмеялся, снимая чайник с огня и заливая кипяток в стеклянный заварник.

- Я пошутил, Зелла. Но, должен признать, лучше бы вы сняли всю эту дрянь и носили настоящие бусы.

Он отправил мне медленный тягучий взгляд, от которого у меня по лопаткам разбежались мурашки. Никакие артефакты не смогли бы меня от них защитить. Но, в чем-то он был прав – такие безделушки всегда были тяжелыми и громоздкими, так что до изящества тут было далеко.

- У такой девушки, как вы, должны быть качественные и яркие украшения.

- Это потому что я не красивая?

- Напротив. Вы прекраснее утренней зари. И вы достойны лучшего.

- Вы мне льстите.

- А вы набиваете себе цену, – усмехнулся он, ставя на поднос две кружки на блюдцах, чайник и сахарницу с костяной ложечкой.

- Хм.

Я не нашла, что остроумного ответить, предпочтя молча последовать за красноречиво указующим взглядом нума обратно в гостиную. Там мы сели по разным сторонам столика и принялись сосредоточенно всматриваться друг другу в душу, для чего нум слегка сместил с центра стола вазу со свежесрезанными цветами. Я отпила чай под неотрывным его взглядом.

- Недурственно.

- Благодарю, Зелин. Ну, раз вы все еще живы, может быть, наконец, расскажете мне то, что хотели?

- Я… я… ну, я…

Вообще-то я не определилась с речью. Я разрывалась между одной хорошо сконструированной ложью и другой, чем и было вызвано мое нелепое заикание. Однако, ни с того, ни с сего, я вдруг решила сказать правду. Но не ту, которую должна была, разумеется. В этом-то то, как вы понимаете, и состоит мастерство лжи.

- Мне неловко об этом говорить… – я грустно опустила ресницы.

- Мне подлить виски в ваш чай? – с готовностью отозвался он.

Я манерно вздохнула.

- У меня возникли сложности с дипломным проектом.

Нум взглянул на меня с интересом.

- Какого же характера?

- Абсурдного, – поспешила ответить я.

- А если точнее?

- Совершенно абсурдного.

- И все же?

- Не совместимого с моим дальнейшим обучением.

- Угу… – нум кивнул, задумчиво откинув голову. – И вы решили обратиться ко мне, зная, что дипломная работа в корне исключает возможность чьей-либо помощи?

Я сделала печальное лицо. Почти не специально. Нум глядел на меня изучающе и с любопытством.

- Что ж, могу сказать вам по секрету, Зелин, что есть отдельная графа в бланке оценок, который раздается членам аттестационной комиссии.

- И что это за графа? – оживилась я.

- Это графа о том, на какие ухищрения идет студент, чтобы выполнить невыполнимое.

- Позволю себе заметить, что невыполнимое задание из всей нашей группы получила только я.

Нум смерил меня еще одним колючим взглядом, будто нарочно протискивающимся в мое подсознание.

- Видимо, вам сильно не повезло с наставником, – совершенно без иронии произнес он.

- Вы знаете, – тоже серьезно добавила я. – И что будет в моей графе?

- А этого мы никому не скажем, – он отпил чай из своей кружки, как заправский злодей. – Итак, чего вам не хватает?

- Вообще-то много чего… но, нет ли у вас случайно толченых крыльев полосаторогой блеклокрылой короедки?

- Зелин, как вы могли такое предположить, короедка занесена в красную книгу еще лет сто назад!

Моя чашка обиженно звякнула о блюдце.

- И я, конечно же, знала об этом! – чистосердечно соврала я. – Но что же мне делать?

- Вас втянули в какую-то опасную игру, Зелин. Сколько ингредиентов в вашем зелье?

Я мысленно воспроизвела список у себя в голове.

- Пятьдесят пять.

Нум Батист посмотрел на меня так, будто увидел призрак.

- Еще один секрет? – предположила я.

Он медленно кивнул и отвернулся, приняв вид философа-меланхолика.

- Это известно лишь тем, кто имеет степень нума выше третьей. Все зелья, включающие в себя пятьдесят пять ингредиентов, имеют необратимую силу. Отдавая что-то своему создателю, они забирают это у другого, – он взглянул мне в глаза. – Здоровье, красоту, молодость, жизнь…

- Но… но… но как же я могла получить такое задание?! – искренне ужаснулась я.

- Вы покажете мне список?

- Я не могу, вы же знаете.

- Потому что не доверяете мне?

- Первый закон ведьмы – не верь никому, потому что все врут. Ведь и вы помогаете мне не просто так…

- Верно, – согласился нум.

А я приготовилась к перечислению неприличных вещей, которые нум запросит взамен на свою помощь, одновременно прикидывая на что я могу пойти и до чего доведет меня эта скотская ситуация.

- Буду с вами откровенен. Я хочу, чтобы вы избрали меня своим альговеем. Но не подумайте, будто у меня есть в отношении вас какие-либо порочные планы, – тут же поспешил заверить меня нум. – Все просто. Я собираюсь открыть свою фабрику редких химикатов, и хочу, чтобы вы поработали в моей будущей лавке. Всего один год. Потом вы получите первую степень нума и будете свободны, как ветер.

- Почему я? И почему всего год?

Я не верила своему счастью и судорожно искала подвох.

- Год – потому, что больше с вами мучиться я не вынесу. А вы – потому, что вы внучка Зловещей Розамунды, вот почему. Во всем Гренлоке не сыщется более скомпрометированной ведьмы.

- Простите, вы сейчас про меня или про бабуленьку? – уточила я.

- Про Розамунду, естественно. О ваших подвигах я еще ничего не знаю, но, уверен, вы тоже достигнете успеха.

Я промолчала, обдумывая принять эту фразу за комплимент или за оскорбление.

- И ваше участие сделает отличную рекламу моему магазину, – продолжал нум. – Только и всего.

- Только и всего? – переспросила я. – Скажите, нум Батист, а вы и моя бабушка…

Он издевательски скривил бровь.

- Хотите спросить не являетесь ли вы моей родственницей и нет ли у вас случайно права звать меня дедушкой?

- Ну, вообще-то я хотела спросить были ли вы знакомы… – сконфуженно поправила я.

- Нет. Я приехал в Гренлок совсем недавно, и не имел чести быть знакомым с вашей бабушкой, хотя многое о ней слышал.

- Так вы мне поможете?

- А вы согласитесь у меня работать?

- А почему для этого вам обязательно нужно стать моим альговеем?

- Потому что это гарантия того, что вы будете работать именно у меня.

- Да… я слышала, что вы почти ни с кем здесь не ладите, почему…

- Почему я все еще здесь живу?

- Ну, и это тоже.

- Ах, Зелин….

Нум приготовился преподнести мне нравоучительную историю, как вдруг на улице послышался шорох. Мы синхронно повернули головы и разом вздрогнули, при этом я даже успела сипло взвизгнуть, а нум Батист – помянуть чрево Авесказары и болотных леших. Скажу честно – звук раздавался издалека, и виной ему совершенно точно был Луки, но нас напугал вовсе не он, а мерзавец Фуф, который почему-то решил прикрыть моего блохастого друга и со всей силы шлепнулся о стекло. Сползая вниз, он скрежетал по нему когтями, прижавшись к поверхности мордой и злобно на нас поглядывая.

- Эт-то… это мой фамильяр… – объяснила я, не отнимая руку от сердца.

- Да, я наслышан…

Макушка Фуфа скрылась за подоконником. Он прерывисто рявкнул и усиленно зашуршал кустами, воспроизводя драку двух, а то и более, котов.

- У вас случайно нет какой-нибудь особо опасной отравы? – шепотом спросила я.

Нум посмотрел на меня с сочувствием.

- Мне сказали его подарила вам бабушка.

- Да.

- Тогда нет, простите, Зелин. Но… я могу дать вам крылья короедки.

- Но вы сказали…

- Я не говорил, что у меня их нет. Однако…

- Я согласна. Я буду у вас работать!

Нум улыбнулся и протянул мне руку, помогая встать.

- Тогда я приглашаю вас в мой маленький реликварий.

***

Столько баночек и скляночек я видала только в фондах университетской лаборатории. Я, между прочим, забыла упомянуть, что нум Батист, хоть и был, судя по всему, достаточно древним, любил догонять и обгонять время, активно используя все новейшие достижения магии и техники. В ГУТСе он преподавал элементарную механику, в которой я никогда ничего не понимала. Именно поэтому его внимание ко мне еще в прошлом году показалось мне странным. Хотя, кого я обманываю – я ведь красивая. И рыжая. Среди брюнеток. Я всегда привлекаю взгляды, где бы ни была. По большей части они завистливые, поэтому у меня так много артефактов. Но я отвлеклась.

«Маленький реликварий» нума Батиста был маленьким только в длину и ширину, в высоту он был двухэтажным и плотно увешанным полочками и шкафчиками. Пока я разглядывала все это нагромождение вещиц, нум успел вытащить откуда-то бархатную коробочку и извлечь из нее одну колбу с серо-зеленым порошком. Он внимательно вчитался в надпись на колбе под тусклым светом свисающей с потолка на регулируемом проводе лампочки.

- Да, это точно оно… Да твою ж, гоблинова нога!!

Раздался страшный лязг. Я тоже подскочила. Баночка выскользнула из руки нума, но я успела ее поймать. Это был Фуф. Он вынырнул из темноты коридора и снова врезался в стекло, напугав нас до сердечного приступа. Зацепившись присосками на подушечках пальцев, он прилип к стеклянной двери и корчил нам рожи, противно высовывая язык. Нум Батист перевел на меня взгляд. Я пожала плечами.

- Вы ему не нравитесь.

- У меня два вопроса – как он сюда попал и неужели есть кто-то, кто ему нравится?

- Ну… я не знаю ответа на первый вопрос, а на второй… скажу вам по секрету, что Фуф питает подозрительную слабость к оборотням. Как минимуму к одному. Из чего я делаю вывод, что вы не оборотень.

- Спасибо и на том, – нум Батист перевел дыхание. – Что еще в вашем чудовищном списке?

- Кость плоскозубки?

- Нет, это вам лучше поискать в палеонтологическом музее.

- Яд крестолобика?

- Н-нет.

- Пыльца окали?

- Нет.

- Ну… я еще не выучила все наизусть.

- Сдается мне, ваш рецепт кого-нибудь убьет.

Нум посмотрел на меня с высоты в угрожающем свете одинокой лампочки. Вышло зловеще. Я вздохнула. И тут за узким окошком разлился красный мерцающий свет. Нум обернулся и бросился на улицу, позабыв про затаившегося Фуфа. Я поспешила за ним. Вдвоем мы выбежали на крыльцо, чтобы застать замечательную картину убегающего Луки с чем-то в руках. Мое сердце застыло – все кончено… а ведь я уже почти договорилась… Но на мое удивление нум Батист не стал доставать магический арбалет, чтобы прицелиться Луки в задницу, и даже не поминал всуе еще не упомянутые части гоблинских тел. Он расслабленно сложил руки в карманы своего старомодного полосатого халата и с укором взглянул на меня.

- Ах, Зелин…

- Только не говорите, что я ведьма…

- Ведьма, и еще какая. Чем он вам насолил?

- А что?

Вопрос застал меня врасплох.

- Вы ведь знали, что моя охранная система сработает независимо от того будет меня отвлекать красивая девушка или нет? Вы ведь были на моих лекциях. Хоть и ничего не поняли.

Я пожала плечами, скромно потупив глазки.

- Ну, в общем, да. А что с ним будет?

- Это животное, – нум нацелил на Луки указательный палец.

- Простите, но это уже слишком, – оборвала его я, – он хоть и оборотень, но…

- Да гоблин с вашим оборотнем, я про то, что он пытается украсть.

- А…

- Так вот, это пузатая хохлатка.

- И… и… – я силилась обосновать выбор Луки, но не могла.

- Она очень редкая.

- Ааа…

- Но это не просто хохлатка. Это боевая хохлатка.

Я посмотрела на Луки с курицей в руках и обратно на нума. Надо сказать – глядеть как Луки удирает, нелепо подпрыгивая над колючими кустами с жирной хохлаткой наперевес, у которой подергиваются крылья и лапы, а голова остается на одном месте, доставляло мне невероятное удовольствие. Я сдерживала смех изо всех сил.

- А чего же она так смиренна? – удивилась я. – Не вырывается даже…

- Она обучена не проявлять агрессию на домашней территории.

Я проследила путь моего парня и поняла, что он почти достиг цели. Забор у нума Батиста был невысокий. Луки перемахнет через него одним прыжком буквально через пол минуты.

- Я повторю свой вопрос – что он вам сделал?

- А с чего вы взяли, что он мне что-то сделал?

- С того, что я только что рассказал вам о том, что вашего друга ждет нелегкая встреча с боевой хохлаткой, а вы улыбаетесь так, что сейчас самое время писать с вас портрет для рекламы моего будущего магазина.

И все равно я не могла перестать улыбаться.

- Хорошо, нум Батист, если вы все еще хотите, чтобы я у вас работала, я буду вспоминать этот случай, когда вы будете писать с меня портрет для вашей рекламы.

Нум тоже улыбнулся.

- Он был к вам невнимателен?

- Вы читаете мысли? – изумилась я.

- Нет, предположил наугад. На что еще обижаются женщины?

- Да… это уже не важно.

- Жду не дождусь, когда вы приступите к работе.

- Это почему?

- Мне нравится ваш изящный ход мысли. Он даже не поймет, что вы ему отомстили.

- Ну… Ах! – я прикрыла ладонью рот, потому что Луки перепрыгнул через забор.

Крики, рычание, кудахтанье и много перьев – вот, чем закончился этот вечер.