Дилара Эсхетова
Невенчанная


– Суть не в том, чтобы стать Драконом, а в том, чтобы потом снова стать человеком. В прошлый раз ты чуть не умер. Еще секунда – и я бы не смог вернуть тебя обратно. Потерпи. Скоро.

– Давно ли ты стал дорожить моей жизнью, – проворчал Ромул. Ровно год назад темному волшебнику удалось ровно на две секунды поместить его в тело Дракона из башни напротив. Он помнил, как слился с камнем и дал ему жизнь. Как его сердце стало сердцем змея и дало удар. Он помнил, как сквозь пелену посмотрел на этот мир, серый, бесцветный. Мир был маленьким и беспомощным, он мог одним выдохом спалить половину Королевства. Он помнил, как хотел пошевелить огромные крылья, уставшие от бездействия. Он хотел снова эту силу. Десять поколений назад драконы жили. Но в смертельном противостоянии королевств маг Неведомых земель наложил заклятие и драконы навсегда остались камнем. Никому не удавалось разбудить их, даже Кириакру. Но Агний… Темный маг с каждым годом все глубже и глубже погружался во Тьму, становился сильнее. «Темная магия никогда не проходит бесследно, у всего есть цена», – говорил Кириакр. И Граний Восьмой, его слабовольный отец, приблизил к себе и сделал своим помощником Светлого Мага. Да, очень сильного, и с его помощью отец добился процветания их Королевства. Но не стал драконом. А он станет. Он и дальше будет прикрывать Агния и закрывать глаза на темные дела.

– Съезди на охоту один, я немного подумаю про возвращение из другого тела. Так дело пойдет быстрее.

Ромул кивнул и вышел.

После совещания Магов, которое прошло шумно и бестолково, Граний и Кириакр остались вдвоем. Король приказал слугам принести вина, – подарок Королевы Темных ветров – они делали вид с соседним королевством, что дружат, на данный момент их интересы не сталкивались. А пока взаимная торговля шла неплохо и давала весомую прибыль в казну. Так что все хорошо.

– Что думаешь, Тончайший? – правитель Королевства Черных Драконов расслабленно отхлебнул напиток.

– Окажи гостеприимство Велору, пригласи его. А здесь уж пусть он сам скажет, что делать с изменниками. Если что-то и пойдет не так – вина будет на нем, а не на тебе. Кровь Ростифора Четвертого будет на его руках.

– Да, именно так и поступим, – Граний довольно потер руки. С утра надо будет написать письмо и готовиться к приему высокопоставленных гостей.

– И еще… – Кириакр Тончайший будто в душу глянул; иногда у Грания шел озноб от взгляда мага, – не говори Миллину о наших планах. Мой брат хоть и стар, не стоит недооценивать силу Светлых Магов.

– А ведь когда-то и ты был один из них, я даже не помню, когда ты перешел на сторону Тьмы. И Миллин… Он верит тебе.

– Что было, то прошло, – жестко перебил Кириакр, – никому не нужно знать, какую магию я применяю. В глазах других я был и остаюсь добрым волшебником.

Моментально поменявшись, Кириакр широко улыбнулся; лучистые морщинки побежали от глаз к вискам и щекам, и озорные огоньки в темно-серых зрачках озарили светом смуглое обветренное лицо. «Братопредательство столь естественно в твоем Королевстве, Граний – Тончайший не стал проговаривать последние мысли вслух, – еще не оперились Ромул и Ераст. Главное, чтобы дело не дошло до братоубийства.»

За три дня беглецы полностью освоились в Вязких топях. Ясмине даже стали нравиться эти небольшие улицы, дома, приземистые, крепкие, с широкими дверями, но на столько низкими, что приходилось нагибаться, чтобы в них пройти.

– Все здесь уходит в землю, – объяснил ей плечистый дровосек из соседнего дома – Когда дом наполовину проседает – мы его бросаем и строим новый.

Люди здесь жили такие же, коренастые, плотные, неразговорчивые. Что женщины, что мужчины.

Королевская семья жила, не скрываясь. Понимали, что единственная возможность выжить – это не прятаться. Им не хотят давать ореол мучеников. По крайней мере, сейчас. И в открытую их не тронут.

Павира готовила пресную, но сытную еду, Ростифор выздоравливал. Он уже мог сидеть на кровати, но быстро утомлялся. Сказывалась потеря крови. Нужно было что-то делать. Денег почти не осталось. А нужно было идти дальше, нанимать людей, сшить хотя бы несколько платьев… А то внешний вид королевских особ уже ничем не отличался от вида простолюдин, одежда была хоть и богатая, но сильно поношенная.

– Принцессы, – Королева стремительно вошла в комнату, в руках у нее было письмо, – нас сегодня вечером приглашает к себе на ужин правительница Топи Ее Высочество Руфита. Нам оказали честь и, надеюсь, окажут помощь. Главное, чтобы не выгнали с болотных земель, поэтому будем учтивы.

– Мама, Вязкие Топи – это даже не Королевство, так что здешняя правительница – не высочество. Да и как мы пойдем? Так? – пробурчала Рокхана, – Пешком? Да мы утонем в болотах по дороге к ее дому!

– За нами придут ее слуги, как указано, – Королева помахала у нее перед носом желтоватой бумагой, – они нас и проводят. Ну же девочки, собираемся! – стараясь приободрить дочерей с деланным весельем прикрикнула королева.

– Я уже собрана, – тихо сказала Ясмина. Она встала с кровати и подошла к окну, посмотрев на просторный двор постоялого дома. Павира куцой метлой вычищала мусор. Часто останавливалась, вытирала пот со лба. Она хотела крикнуть, чтобы та позвала Нурлату и они к вечеру соорудили прическу. Нурлата была искусной мастерицей. Ее верная служанка. За все это время ни разу не выказала недовольства их положением, не спала ночами – стыдно сказать! – латая ее платье. Но усталость и равнодушие сковали ее. Только сейчас как –то четко Ясмина поняла, что они нищие, и пешком никуда не выйдут из Болотных земель. Им нужно только дождаться смерти. И ей без разницы, как будут в этот момент уложены ее волосы.

Чтобы скрыть свое состояние от сестры, Ясмина вышла сама из комнаты в поисках Нурлаты. Когда проходила мимо конюшни, кто-то схватил ее за руку. Ясмина опешила от такой наглости и обернулась. Незнакомец среднего роста крепко держал ее за локоть. Погода была теплая, но незнакомец был в перчатках. Нижнюю часть лица скрывала повязка, широкий капюшон длинного плаща закрывал все остальное. Он обнажил руку от локтя до кисти. Это была кость, перетянутая кожей. «Сегодня в полночь,» – было выжжено неровными буквами.

– Хозяин Мертвого замка тебя зовет, -плохо выговаривая слова глухо проговорил незнакомец. Ясмина подняла на него глаза. Из-под капюшона смотрели недвижимые выцветшие зрачки и выбивались редкие нечёсаные волосы. «Он мертв,» – пронеслось в голове девушки. Тошнота подкатила к горлу, ноги ослабли, тело отказалось слушаться, парализованное страхом. Тяжело ступая, мертвец подтащил Ясмину к иссиня –черному коню. Конь рвался, мотал головой и шумно дышал. Странный незнакомец вложил поводья в руку принцессы и развернувшись, пошел странной походкой на негнущихся ногах.

Только теперь Ясмина пришла в себя. Конь немного успокоился, иногда прял ушами и топал задним копытом, косил глазами на новую хозяйку.

Ясмина присела и сжала виски руками. Она не хочет ехать в Замок, не хочет встречаться с его обитателями! Но…ведь можно и не ехать. Забыть про эту встречу и незнакомца. И никто ее не заставит. Они скоро уедут из деревни подальше и никогда больше не вспомнят про Замок. «Если нужна будет помощь – даю слово чести – не подведу…» – всплыло в голове. «Я сдержу свое слово. Честь – все, что у меня есть. Надо предупредить, чтобы не начали искать раньше времени,» – Ясмина, приподняв подол платья, побежала к отцу, на ходу придумывая план.

– Отец, – она чинно присела, переводя дыхание, – у меня для вас отличная новость. Мне нужно тайно встреться с Ромулом, наедине, он все же испытывает ко мне чувство и заинтересован в браке. О, нет, не надо провожать, это вспугнет его! Он и так рискует и идет против воли отца, который сейчас на стороне Велора. Но я намерена съездить на эту встречу и провести переговоры. За это время вы добьетесь помощи от Королевы Болотных земель, и мы будем на шаг ближе к победе. Нам же нужны друзья! – Ясмина понимала, что несет ересь несусветную, но отец похоже поверил. – И, Ваше Высочество, – не говорите королеве, и никому. Понимаете, это касается моей репутации. Не хочу сплетен, – она заговорщицки улыбнулась.

Ростифор был готов верить уже всему и цеплялся за любую возможность. Было видно, что эта новость приободрила его.

– Да, так будет лучше. Постарайся склонить его на нашу сторону, и … береги себя! – он поцеловал в лоб свою дочь, и Ясмина решительно вышла из комнаты. Пока воля не ушла от нее, она запрыгнула на спину коня и пришпорила.

Стало смеркаться, когда Ясмина добралась до замка. Она прислонилась к дереву, и смотрела, какие причудливые очертания образуют тени деревьев. Вот как будто злой паук плетет свою паутину и стережет добычу. Вон торчащий сук изогнулся, как посох древнего волшебника. «А ведь я раньше смотрела на небо, а не в землю, будто пряча взгляд и стыдясь себя. Я помню, как облака радостными белыми овечками мчались по небу, и ветер-пастух гнал их вперед. Я тогда радовалась, что у жителей неба такие большие стада и живут они значит богато,» – усмехнулась Ясмина своим детским воспоминаниям. Нет смысла больше тянуть, Ясмина пошла к замку, готовая ко всему.

Ее встретил тот же незнакомец, который вручил записку. Ясмина сглотнула. Нельзя показывать весь свой ужас, нельзя! Мертвец молча развернулся и зашагал внутрь замка. После первой залы он повернул направо в узкий проход, и Ясмина пошла за своим провожатым в полутьме. Шагов через двадцать они стали спускаться вниз по узкой винтовой лестнице. Ступени были высокие, и Ясмине пришлось поднять платье повыше, чтобы не оступиться. Неожиданно ее путник посторонился и прижался спиной к стенам подземелья. Ясмина поняла, что дальше ей придется идти одной. Еще крепче вцепившись в юбку, она не сбавила шаг. Сердце стучало громко, страх обострил слух и она слышала, как капли воды срываются со стен и падают на каменную лестницу. Через пару минут стало светлее, открылась большая комната. «Дать пищу невинным и спасти их от мучений. Нет чувства сильнее, чем голод.» Огромный буквы горели на стене. В центре комнаты корчилось какое-то тело. Ясмина медленно подошла. Опухшее от слез лицо молодой девушки посмотрело на нее со страхом и мольбой. Руки и ноги были и крепко связаны, а кляп во рту позволял разве что издавать стоны. Но судя по всему, на них уже не оставалось сил.

«Убей!» – властный голос приказывал и звенел у нее в голове. Голос шел от стен, отражался и возвращался обратно в самое ее существо. «Убей!» – все сильнее и громче. Принцесса подняла нож у ног жертвы. Острый клинок кинжала сверкнул в ее глазах и погас, когда она занесла его над телом. Девушка из последних сил замычала и постаралась увернуться. «Прости меня, сестра. Возможно, я буду следующая,» – мысленно попросила Ясмина и одним уверенным движением вогнала кинжал в грудь ровно между ребер, чувствуя, как рвутся мышцы под ее напором. Кровь брызнула низким фонтаном и стала растекаться по рубашке девушки. Глаза закрылись.

Легкое шуршание по углам комнаты заставило принцессу обернуться. Маленькие дети от полутора до трех лет шли к ней. Некоторые не умели еще ходить и ползли, хныкая и протягивая руки. Ясмина уже видела эти неестественные повороты головок и замершие лица. Все они были мертвы. Ясмина отступала на край комнаты. Она наткнулась на скамейку и забралась на нее. Тихо завыла, глядя, как дети подбираются к девушке, в которой только недавно билась жизнь и как щенята облизывают кровь. Уже через час от девушки осталась половина. Судя по всему, они наелись и теперь ползали бесцельно от стены к стене.

Ясмина видела девочку, она была совсем как живая. На ней даже сохранились густые белокурые волосы. Эти припухшие губки и ямочки делали ее похожей на ангела. Если бы не трупные пятна, которые уже пошли расползаться – она была бы самой чудесной малышкой на свете. Не осознавая, что делает, Ясмина подошла к ней, взяла на руки и вышла из комнаты. Крепко прижимая к себе девочку, она вышла из подземелья и дошла до комнаты, где ночевала в первый раз. Положила ребенка на кровать и отсела на подоконник. В голове не было мыслей. Она просто смотрела, как играет сейчас маленькая девочка, которую воскресила сила темной магии и заставила быть на земле. Найдет ли теперь душа ее покой, или она так и будет страдать? «Зачем ты сделал это?» – мысленно задала вопрос она хозяину замка. Ответа не было. Уставшая от пережитого и увиденного, Ясмина уснула, упершись головой в створку окна.

Всхлипывания заставили ее подскочить. Девочка, которую она вчера привела с собой, запуталась пальчиками в простыне и пыталась выбраться, дергая рукой. Аккуратно подойдя к ней, Ясмина стала высвобождать пленницу. Девочка подняла на нее свои ничего не выражающие глаза, улыбнулась в оскале и попыталась укусить. Принцесса подвинула ее голову подальше от своей руки и стала придерживать за волосы, избегая острых зубиков. Освободив, опустила на пол. Девочка поползла, забившись в угол комнаты.

Только сейчас Ясмина увидела у зеркала на стуле платье. Черное, с кружевами у ворота и у запястий; восхитительное платье блистало, отделанное драгоценными камнями. Как давно у Ясмины не было таких…она и забыла, что такое расточительство в одежде. На туалетном столике еще лежал комплект, под стать платью. Черный агат, отделанный серебром. Серьги, бусы в несколько рядов и браслет. Дорого и красиво. Ясмина вздохнула. Взять ли новые подарки от хозяина замка? Но что она должна будет за них? Развязав добротно сшитый кожаный мешок, который стоял тут же, она обнаружила золотые монеты. А ее семья так нуждалась в них. Этого золота хватит, чтобы оделась ее семья, они наняли новых слуг, заплатили лекарю за лечение отца, купили хоть немного провизии. Если нужно будет, чтобы она расплатилась своей жизнью за это – она готова. Все равно в ее жизни ничего хорошего, кроме этих скитаний.

Переодевшись, она заткнула за пояс мешок, погладила по голове своего мертвого найденыша и, плотно закрыв за собой дверь, стала спускаться. Во второй зале она увидела у стула фигуру женщины. «Я уже видела ее. В зеркале,» – промелькнуло в голове. Женщина согнулась в поклоне и отступила несколько шагов назад. Ясмина присела за накрытый стол. Выбрала в этот раз рыбу и белое вино. Женщина ни разу не пошевелилась за время трапезы, а Ясмина старалась в ее сторону не смотреть.

– Передайте мою благодарность Хозяину этого Замка за дары, – она собрала волю, чтобы голос не дрожал. Женщина не пошевелилась и ничего не ответила.

–Зачем нужна была моя рука для убийства девушки? – набравшись смелости, спросила Ясмина.

–То, что мы убиваем, мы съедаем сами. Нужно оживить детей. Нужен человек, – синюшные губы с багровыми прожилками едва шевелились, но принцесса разбирала слова. – Нужно еще, дети голодны…

Ясмина не дослушала, ей нужен был воздух. Она вышла во двор, где вчерашний незнакомец держал за поводья ее коня.

– Как тебя зовут? – Ясмина вскочила в седло, сдерживая беснующегося под ней коня.

– Как вам угодно. У меня нет имени.

Молодая девушка развернулась и поскакала. Смерть смотрела на нее пустыми глазами Замка, но отпускала из своих цепких когтей.


>