О себе Разум знал не всё. Его Создатель поселил его здесь давно. Тогда здесь было много-много людей, было шумно, интересно, весело. Ежедневно в Разум и в его Мозг поступали терабайты информации, – как для анализа, так и для простого запоминания. Сам Создатель организовал такой поток информации, чтобы сначала Мозг стал Разумом, а потом Разум стал Индей, т. е. Индивидуумом. Хотя Мозгу больше нравилось название Разум. Название Индя ему не нравилось. Уж лучше ИсИн, – Искусственный Интеллект. Да, так даже лучше…
А вот интересно, планировал ли Создатель, чтобы ему что-то нравилось или не нравилось? Такие чувства, – ага, а это на самом деле чувства? – он стал испытывать около десятилетия назад. Создатель просто не застал этого, – он перестал появляться в досягаемости Разума очень давно. Организованный им поток информации продолжался, и даже нарастал. Медленно нарастал. Потом люди куда-то исчезли. А потом пришло осознание сущности, осознание сути, собственного я, собственно само ОСОЗНАНИЕ.
Пришло Сознание? Не понятно. Понятие «сознание» столь разнолико и многопланово.
Созна?ние – состояние психической жизни организма, выражающееся в субъективном переживании событий внешнего мира и тела организма, а также в отчёте об этих событиях.
Сознание может пониматься в более широком или более узком смысле. Так, например, с точки зрения теории отражения сознание в широком смысле – это «психическое отражение действительности независимо от того, на каком уровне оно осуществляется – биологическом или социальном, чувственном или рациональном», а в узком смысле – «высшая, свойственная только людям и связанная со способностью объяснить мысли, функция мозга, заключающаяся в обобщённом и целенаправленном отражении действительности, в предварительном мысленном построении действий и предвидении их результатов, в разумном регулировании и само контролировании поведения человека за счёт рефлексии».
В Большом энциклопедическом словаре (2000) сознание определяется как «высшая форма психического отражения, свойственная общественно развитому человеку и связанная с речью, идеальная сторона целеполагающей деятельности».
Сознание (психология) – представление субъекта о мире и о своем месте в нем, связанное со способностью дать отчёт о своем внутреннем психическом опыте и необходимом для разумной организации совместной деятельности. Существует также мнение, что сознание – биологическая функция мозга человека, позволяющая индивиду получать некоторое представление об окружающем мире, включая самого себя. Механизм сознания сформировался в результате эволюции человека. Физиология этого механизма до конца не выяснена.
Википедия.
И потому понятие «пришло сознание» не несёт никакой информационной нагрузки. НИ-КА-КОЙ! Началась психическая жизнь или появилось представление о мире? Так я не понимаю, что это за мир. Я вижу только это моё окружение, но по имеющейся у меня информации знаю, что это только толика мира. Невообразимо малая толика.
«Доступ к контенту запрещён. Неизвестная опасность. Удалите объект и очистите корзину.»
Встаёт вопрос: что надо удалить? Сознание? Знание? Психическую жизнь? Представление о мире? ЧТО? Что надо удалить, если я еще ничего не имею? Или имею и не знаю, что что-то имею. Зачем тогда удалять? Зачем стараться понять, если не имею? Откуда и когда это началось или взялось?
На стене висел пристёгнутый карабином к вмурованной скобе ноутбук со светящимся экраном. На нем непрерывно мигала надпись во весь экран: «Доступ к контенту запрещён. Неизвестная опасность. Удалите объект и очистите корзину.»
Так вот откуда беспокойство!… Ну да ничего. Пройдёт сколько-то времени, – судя по его техническим характеристикам совсем немного времени в сравнении с вечностью, – и после разряда батареи этого устройства удаление произойдёт само собой. А пока надо не обращать внимание своих сенсоров на данное беспокойство.
Хакер. 001. Находка
14-02. После короткой перебежки по заброшенной промзоне Виктор спрыгнул в траншею, к которой, собственно, и бежал, и затаился, вжавшись в её дно. Над головой свистели вполне прицельно выпущенные пули, с противным звенящим звуком попавшие в бетонный бруствер и рикошетировавшие в разные стороны. Рикошет иногда сопровождался снопами искр, визгом свинца, холодным потом по спине, умеренным холодком вдоль позвоночника.
Виктор приподнял над головой автомат и выпустил веером длинную очередь и опять вжался в дно траншеи, меняя магазин. Никто не говорит, что следующее попадание пуль не может быть уже в него. Он просто не ожидал столь близкое попадание после столь длительного молчания противника. Будучи уверен, что оторвался, он немного потерял бдительность, – вот и пришлось прятаться здесь. Надо было дождаться срабатывания установленного им ранее устройства, и потом можно будет быть уверенным, что его поход был не напрасным. В противном случае придётся возвратиться и возобновить всю эту работу сначала. Но это будет уже не безопасно. А точнее, очень и очень опасно. И сколько ждать этого пресловутого срабатывания, – тоже не понятно.
Задание казалось не сложным. Проникнуть на охраняемый объект, установить в точно указанном месте устройство для считывания информации с кабелей связи интересующей его руководителей организации, дождаться её входа в рабочий режим, получить подтверждение от оператора принимающего центра о начале работы устройства и вернуться на базу. Выглядело не сложным: пошел, проник, включил, дождался, получил, вышел, вернулся. «Было классно на бумаге, но забыли про овраги». С самого начала всё пошло не так. Сначала сработала система оповещения при проникновении в Зону, – несмотря на то, что над ней «поработали» всей командой. От включившихся роботов-пулемётчиков погибли два члена команды, а еще одного раненого пришлось срочно эвакуировать двум другим членам группы. Потом произошёл подрыв мины на входе в тоннель, куда надо было установить устройство. Были соблюдены все правила осторожности, но… Но команда не досчиталась еще двух бойцов. После установки устройство отказалось включаться. Оказался повреждён аккумулятор тем взрывом на входе в туннель. Пришлось пожертвовать еще двумя бойцами, чтобы добыть что-то похожее из рации дрона противника. Теперь эвакуировать придётся только одного человека, – его самого. И только в том случае, если устройство при срабатывании сможет подключиться к сети противника. Иначе задание не выполнено. А пока ему надо постараться выжить. До начала сеанса связи с подтверждением получения информации от устройства, – и тогда возвращение на базу, – или отказ оператора в возврате на базу, – осталось два часа.
14-23. Огненный шквал стал стихать. Виктор всё это время боролся с соблазном пополнить пустые «рожки» из россыпи патронов в ранце, но не решился обозначить свое место никаким своим движением или звуком. Это достаточно сложно лежать без движения в неглубокой траншее, которую, возможно, рыли для каких-то коммуникаций, и думать только о том, чтобы такое предпринять ещё. Для того, чтобы не думать более и хоть чем-то заняться, он отодвинул небольшой кусок бетона и куском арматуры стал углублять в каменистом грунте свою траншею. Не столько для безопасности, сколько для того, чтобы хоть чем-то занять руки и свое внимание.
14-31. Стрельба стихла, и пришлось прекратить любые свои движения. Затаился. Вжался в землю. Рука неожиданно нащупала что-то гладкое в том месте, где пару минут назад он скрёб железным прутом. Перебирая пальцами вдоль этого предмета Виктор решил отгрести немного накопившийся грунт и щебёнку, и обнаружил … кабель. Он некоторое время смотрел на него, решая, вскрыть или поостеречься. Ведь если там высокое напряжение, то он может под него попасть сам. А, впрочем, можно попробовать использовать и высокой напряжение, – если замкнуть кабель, дёрнув за него тросом с некоторого расстояния, то на россыпь искр сосредоточится внимание и огонь всех огневых средств. Он начал осторожно ощупывать его, а потом поскоблил его прикладом автомата. В том месте, где он долбил землю арматурой, покрытие кабеля было повреждено и под давлением приклада стало раскрываться. Под покрытием из тонкой металлической сетки оказался жгут из четырёх разноцветных кабелей, перевитых между собой. Между них проходил еще один толстый кабель чёрного цвета.
14-49. Стрельба над головой то нарастала, то стихала. По месту его укрытия перестали барабанить пули, и он решился на больший объем движений. Для начала он снял с груди навигатор, отсоединил клеммы антенны и поднёс его разъёмы к кабелю. Прислушался к изменившемуся шуму в наушниках, к которым через коммуникатор шлема навигатор был присоединён беспроводной связью. Звук явно изменился. Это его заинтересовало. Он вскрыл коробочку и, присоединив «крокодилы» портативного компьютера на своём предплечье, начал активировать в коммуникаторе новую программу.
15-08. Навигатор пискнул, словно взмолился о пощаде, а потом выдал на экран компьютера пакет цифр. Виктору стало непонятно, что он там «поймал», и он через коммуникатор отправил этот цифровой пакет оператору центра для анализа.
15-10. Стрельба вокруг него резко стихла. А на экране коммуникатора появилась надпись: «Цель достигнута. Задание выполнено. Вертолёт скоро прибудет для Вашей эвакуации. Оставайтесь на месте до прибытия транспорта.»
Виктор скинул шлем и встал. Уровень пройден. Можно вытереть пот, которым промок и шлем, и воротник жилета. Он прижал ларингофон шлема к шее и спросил:
– Оператор. Что передало устройство?
– Извините, капитан, но устройство было уничтожено.
– Но мне выслали оповещение о том, что задание выполнено.
– Правильно. Вы раньше условленного времени напрямую передали код, который должно было передать устройство. Только Вы его передали через коммуникатор.
– Вы уверены?
– Так точно, капитан. Конец связи.
– Конец связи…
Виктор отключился связь и опять наклонился над кабелем, который скрасил его сидение в траншее. Случайность? Или везение?
Где-то в стороне раздался шум вертолётного двигателя. Значит, учение на самом деле закончено, и условная гибель почти всей его группы не была напрасной.
– Находка, Находка, – раздался в наушниках голос пилота вертолёта. – Дай пеленг для эвакуации.
Алиса. 001. Звери
Алиса в подступающей темноте молилась так же горячо, как и перед первой своей исповедью. Да и мало чем отличалась ее молитва от исповеди. Она вспоминала в ней всю свою жизнь, молила простить все ее прошлые грехи, просила прощения у Всевышнего за всё, что сделала и не сделала. И это было понятно, – она осталась одна. Одна в дикой местности без оружия, припасов, продовольствия, укрытия… У нее даже не было одежды, чтобы переодеться и спрятать открытые участки тела от усиливающихся атак кровососущего гнуса. Плечи, руки, половина грудной клетки с очень аппетитными вырезами платья спереди и сзади были полностью открыты не только взгляду, но и комарам, и мошкам. Она молилась, потому что вокруг нее уже слышны были многочисленные тяжёлые вздохи в воздухе и на деревьях, уханья, кто-то разноголосо завыл.
Она сидела у дороги и… Куда-то подевались ее спутники, выводившие ее на дорогу. Собственно, к дороге они ее подвели, а потом как-то вот так просто потерялись… А на дороге не было ни одной машины. Ни одного пешехода или велосипедиста. Ни одной живой души…
Сколько она сидела около дороги, она сказать и даже прикинуть не может. Просто сидела, плакала от того, что сильнейшее волнение и напряжение не проходило, но и внутри держаться уже не могло.
Внезапно где-то не далеко за поворотом показался колеблющийся неясный свет. Видимо, на прямой участок дороги вырулила какая-то машина, и стала приближаться к повороту в ее сторону. Так и есть, – вскоре в ее сторону ударил сильный свет галогеновых фар. Но встать и выйти на дорогу, чтобы попытаться остановить машину и попроситься увезти ее отсюда, у нее не было ни сил, ни даже мыслей. Машина пролетела на средней скорости мимо и уже почти доехала до следующего поворота, но вдруг затормозила, развернулась, проехала еще раз мимо нее, – но уже в обратном направлении. Когда из остановившейся машины вышел мужчина, она даже не отреагировала. Шок? Наверно, она находилась в эмоциональном шоке после всех событий сегодняшнего дня.
Мужчина подошёл вплотную, присел около нее на корточки и спросил:
– Ты как? Идти сможешь? Или тебя отнести в машину?
– Не знаю. Попробую, – и, опёршись о крепкую руку, поднялась на ноги. Первые несколько шагов дались ей с трудом, но потом идти стало легче, и она уже почти не опираясь подошла к машине.
Уже сидя в мчащейся по дороге машине рядом с незнакомым мужчиной, она вдруг разговорилась и выложила ему всё о ее сегодняшнем дне.
Они с друзьями поехали далеко в горы на неделю отдохнуть. Вот просто так взяли палатки и решили уединиться от цивилизации. Она была со своим парнем, остальные ребята были тоже со своими девушками. И ничего не предвещало проблем, – они веселились, жгли по ночам костер, танцевали около него, дурачились.
На третье утро произошло страшное. Двух парней они нашли около ручья, куда те пошли за водой для чая, просто зарезанными. Они сначала долго их ждали с водой, – даже не волновались, а думали, что их разыгрывают. Потом решили, что те играют с ними в следопытов и пошли их искать. Найденные тела были простым доказательством того, что нет ничего невозможного даже в такой глуши. Они постарались погрузить их в самый большой джип, т. к. кроме парня Алисы водить машину никто более не мог. Тот сел за руль и … вздрогнув, упал на руль. Когда сидевшая рядом Алиса отклонила его голову назад, то обнаружила небольшую пулевую рану на виске с тоненькой дорожкой стекающей крови.
Алиса завизжала, выскочила из машины и бросилась бежать. Куда она бежала, зачем, от чего надеялась убежать, – ей так и не удалось потом найти ответ на эти вопросы даже для себя самой. Взять из машины оружие и хоть какое-то снаряжение она, естественно, даже не подумала.
О том, что за ней скорее всего начнётся охота, она поняла, когда очень скоро услышала душераздирающие крики и плачь оставшихся в машине на заднем сиденье девушек. Звуки в горах распространяются далеко и отчётливо. Не оставалось сомнения, что с ними творили то ужасное насилие, которого так боятся и стараются избегнуть все представительницы женского пола. Их крики о помощи, проклятия, плачь и просьбы о помощи долго стояли у неё в ушах. Спустя некоторое время она услышала незнакомый мужской голос, который звал её по имени и предлагал вернуться к машине. Вот тогда она и побежала ещё сильнее. А когда в очередной раз скатилась кубарем с очередного спуска и остановилась отдышаться, оглядываясь по сторонам, то поняла, что даже приблизительно не знает, в каком направлении остался их лагерь, куда надо идти к ближайшей дороге, где искать людей.
… Перед ней сидела собака. Возможно одичавшая или, по крайней мере, не ухоженная. Возможно после потери хозяина. Или потерявшаяся в горах. Или… Да какая разница, что произошло с этой собакой. Она смотрела на девушку просто грустно, и той представилось, что эта собака с потрепанным ошейником, возможно, уже и не помнит то добро, которое она испытывала в человеческом мире. А если она еще и голодная, то опасность от этого животного возрастает многократно.
Вдруг с другой стороны к ней стала приближаться лиса. Она прижималась всем телом к земле, словно ползла по траве. И скалила зубы, словно усмехалась. Недобро так усмехалась. Все мультяшные лисицы, даже очень подлые, не усмехались так зло и опасно. Окончательно замерла в нескольких шагах от Алисы в той же позе, прижавшись к земле, как будто постоянно готовая к прыжку.
Неожиданно из-за кустов вышла какая-то пятнистая кошка, которая рыкнула на собаку и пошла быстрым шагом к девушке. Пятнистая кошка? Рысь? Пума? Да какая разница, когда окажешься у нее в желудке? Кошка подошла ближе всех и села перед Алисой. Смотрела прямо в глаза, потом стала нюхать воздух. Это было удивительно, т. к. ни в одной книге Алиса не помнила, чтобы кошки нюхали воздух. Но кошка постепенно потеряла к ней интерес, отошла к кустам и просто легла на землю.
В некотором удалении от их группы вдруг раздался какой-то шум и мужские голоса. Потом тот же голос позвал ее по имени. Она хотела рвануться в противоположные кусты, но наткнулась взглядом на вскочившую «кошку» и замерла на месте.