Восставший из прошлого. Приключенческий роман

Глава 6. Путь-дорога

— Флоу, — сказал я, подумав, — есть еще одна причина, почему дети рождаются мертвыми. Тебе это трудно понять, но на моем языке это называется кровосмешением. Это когда дети делают туку своим матерям, а отцы — своим дочерям. Или просто сказать, все это племя — родственники. Ему нужна свежая кровь.

— Тогда сделай туку любой, или даже нескольким, — просто сказала она.

— Нет, дело не во мне. Посмотри, в племени всего пять женщин способных рожать, из детей есть только две девочки. Дальше будет хуже, им все будут делать туку, и они рано умрут.

— Шон, и что ты предлагаешь? — посмотрела на меня она.

— Я чувствую вину перед племенем Кутов. Наверное, там остались одни женщины и дети, мужчины не вернулись, и им нечего есть. Я предлагаю сходить к ним и привести сюда много молодых и здоровых женщин. С новым оружием мяса станет больше, хватит всем. Зато в племени будет много женщин, и обновится кровь, это очень хорошо для этого племени.

— А детей тоже забирать? — спросила она.

— Только маленьких, которые еще ничего не понимают. Подростки потом могут мстить за своих отцов. Но они уже умеют ловить рыбу, правда немного. Мы оставим это племя, только уменьшим его наполовину.

— Шон, мне кажется, что надо спросить у всего племени. К тому же, надо сказать и о своем уходе, и назначить нового вождя.

— Да, я знаю. Сегодня мы так и сделаем.

Охотники вернулись рано, и еле тянули добычу, я оказался прав, с новым оружием им стало легче и проще. Когда все собрались, я рассказал то же, что и Флоу, и спросил мнение всех присутствующих. Мужчины были только За, да и женщины вздохнули с облегчением. Мы договорились, что завтра пойдем в то племя с Даном и Флоу.

Потом я рассказал о нашем уходе, и все заволновались. Почти все племя было против, но они знали, что Куку сделает по своему. Племя просто согласилось. А вот насчет нового Куку Дана, большинство было За, и мы объявили его новым Куку племени. Спать мы легли поздно, и только сейчас я заметил, что Флоу что-то немного пожевала и выплюнула. Наше туку было прекрасным, каждому казалось, что впереди нас ждет что-то новое и красивое.

Назавтра Дан и я на всякий случай вооружились, вся наша тройка взяла шкуры и три кокосовых ореха, и мы тронулись в путь. Перед нами лежала савана, вдалеке виднелись стада антилоп, по пути встречались одинокие пальмы и деревья, под которыми мы иногда делали привалы. Обожженная солнцем трава простиралась до границ видимости, ничего похожего на наш оазис не было. Солнце поднималось к зениту и становилось невыносимо жарко. Нас вела Флоу, она как-то ориентировалась по солнцу, но я предполагал, что океан должен быть недалеко, ведь на берегу его я и очутился. Только сейчас мы шли как бы наискосок, и я задумался, вспоминая географию. По солнцу и выжженной траве было похоже, что мы находились недалеко от экватора, и недалеко от океана, шли мы к океану на северо-запад, значит, он был Атлантическим, мне оставалось только вспомнить школьную карту, которую я всегда знал на отлично, и я вспомнил. Да, наверняка мы находились где-то или в Нигерии, или в Камеруне, хотя сейчас еще таких государств не было. Раз Флоу спустилась с гор, это точно должен был быть Камерун, только в какую она сторону пошла? — А какая мне разница? — подумал я. — Идешь и иди, раз выжил, так радуйся, а то бы тебя убило бы первое встречное племя, а может бы даже и съело.

Так мы прошли весь день и выпили почти весь ореховый сок. На ночь мы просто бросили шкуры под ветвистым деревом, и быстро уснули.

Проснулись мы рано, и я сразу же ощутил какой-то далекий морской воздух. Я даже подскочил от радости, видимо ветер дул именно с океана. Но сам океан мы увидели лишь в полдень. Не раздеваясь, мы с Флоу бросились вниз, и пробежав по горячему песку, нырнули в теплую воду. Она не умела плавать, но смело барахталась неподалеку от берега, я же заплыл подальше. Дан просто присел и наблюдал за нами, и вообще, смотрел куда-то вдаль, мне показалось, что он никогда не видел ни морей, ни океанов, кроме своего прозрачного ручья, и сейчас просто боялся такого количества воды.

Берег был обрывистым, и накупавшись, мы втроем пли по мокрому песку прямо по кромке воды. Местами обрывистый берег становился ниже или выше, но вот он резко пошел на подъем, и мы увидели первую пещеру, выкопанную в песке обрыва, здесь, наверняка и жили Куты. Дальше пещер появлялось все больше, и они зияли черными дырами даже в два этажа, сделать их было просто, копать песок, это не рыть землю. Но никого мы не увидели, и в растерянности остановились.

— Флоу! — вдруг услышали мы мужской голос, и из одной пещеры показался какой-то мужчина, он был похож внешне больше на Дана, чем на двухметровых чернокожих.

— Лик! — Флоу пошла быстрым шагом к его пещере, а он спрыгнул вниз прямо перед ней.

Она познакомила меня с мужчиной, а Лик с Даном просто похлопали друг друга по плечу, было видно, что они уже были знакомы.

— Флоу, Дан, что случилось? Неужели вы победили Кутов, ведь их мужчины не вернулись. Я единственный взрослый мужчина, который остался, я не хотел воевать против своих.

— Лик жил в нашем племени, а потом ушел, — пояснила мне Флоу.

— Мы победили и убили всех, благодаря Шону, он настоящий Куку.

— Не может быть, — Лик сделал от меня шаг назад. — И что мне теперь одному здесь делать?

— Ты останешься Куку Кутов, мы заберем лишь часть женщин и детей. Кстати, их у вас много?

— С женщинами проблема, — прищурился тот, — на пятьдесят мужчин — меньше тридцати женщин.

— А дети и подростки?

— Мальчиков больше. Но раз вы победители, я вам отдам самых лучших женщин и девушек. Только оставьте мне детей и подростков, сейчас нам не будет хватать мужчин, часть девочек тоже забирайте. Только у меня одно в голове не укладывается, я же знаю ваше племя, как оно могло победить всех Кутов?

— Это все Шон, — усмехнулся Дан, — но дело сделано, собирай народ, да мы пойдем назад.

Лик прошелся вдоль всего высокого берега и что-то кричал в темные входы. Постепенно, оттуда начали вылезать люди, в основном женщины и дети, и немного подростков. Лик отобрал двадцать девушек и женщин, оставив себе лишь восемь. К ним он добавил еще пять девочек от грудного возраста до пятилетнего.

— Это все, что я могу вам дать, — развел он руками.

— А нам больше и не надо, — улыбнулся Дан. — Как бы я хотел прямо сейчас сделать туку самой молоденькой.

— Пошли, Дан, — сказал я, и мы тронулись гуськом, женщины шли за нами следом, они были только в тазобедренном наряде из листьев. Лик смотрел нам вслед, а потом вообще пропал.

— Видишь Шон, — сказала мне Флоу, — мы сделали правильно. Мы оставили два племени, когда-нибудь Куты возродятся, да и наше племя резко пойдет вверх по численности. Теперь не мужчина будет искать женщину, чтобы сделать ей туку, а наоборот, это хорошо, будет много детей.

— Только они будут темнее и выше чем раньше, — усмехнулся я. — Но это не имеет значения, племя обновится. Кстати, я вот иду и думаю, а зачем мы возвращаемся с ними? У нас есть все, оружие, топор, нож и шкуры, нам надо было остаться на берегу океана, и продолжить путь вдоль него, пока мы не встретим горы. Ведь мы же этого хотели?

— Ты прав, — неожиданно остановилась Флоу и позвала Дана. Она все ему объяснила, мы обнялись, и пошли в разные стороны.

— Флоу, — сказал я, — наверное, на сегодня нам стоит остановиться у Лика, в одной из их пещер. Надо поесть, отдохнуть, а завтра утром мы можем двинуться дальше.

— Я только что хотела сама это предложить. И еще, мне очень нравится купаться в большой воде.

— Она называется океан, — потихоньку, я называл ей слова, не достающие в ее словарном запасе. И вообще, я часто сбивался и переходил на свой родной язык, только потом объяснял, что это значит. Мне показалось, что у нее не меньшие способности к языкам, чем у меня.

За два часа мы вернулись назад, и Лика удивился. Но узнав, что мы остаемся лишь переночевать, он обрадовался, место Куку в этом племени ему очень понравилось, наверное, ему такое никогда даже не снилось. От племени остались лишь остатки, все повылазили из своих пещер, и мирно сидели на берегу, а подростки с копьями заходили в воду и ловили рыбу, пронзая ее копьем. Я довольно оглядел все и понял, что племя возродится. Лика сделает туку оставшимся женщинам, а потом и подрастающим девочкам, как и пацаны-подростки. Рыбу били копьями очень умело, прямо-таки профессионально. Она не была очень большой, но ее было много. И еще, в племени был огонь, и это возвышало его. Правда Флоу долго показывала Лика как его добывать, ведь раньше этим занимался только Куку племени. К вечеру рыбу пожарили, и усевшись на берегу большим кругом, все ели досыта. Нам оставили две средние рыбехи, и завернули их в листья.

— А где вы берете эти большие листья и лианы, чтобы привязывать к копям зубы акул? — спросил я.

— Недалеко отсюда есть маленький зеленый островок, как ваш лес, только совсем миниатюрный, — сказал Лика, — там совсем рядом растут пальмы, их немного, но между ними из земли сочится пресная вода, оттуда мы ее приносим, и там же растут лианы, правда и их немного. Шон, а что это у тебя такое? — показал он пальцем на лук.

— Это то, чем мы победили это племя, — улыбнулся я. — Флоу, — повернулся я к ней, — давай я оставлю этому племени лук и стрелы, они научатся делать такие же, и смогут охотиться, здесь очень много антилоп, ведь рыба им уже совсем надоела.

Та кивнула, и мы с Лика забрались наверх на землю. Я показал, как делать лук и стрелы, ведь в племени были острые ножи, а потом стрельнул несколько раз в сторону моря, и мы побежали за стрелами.

— Ну вот, — вернулся я к костру, — теперь я спокоен, что это племя выживет, ведь именно я виноват, что почти все его мужчины погибли, хотя…

— Не вини себя, ты сделал доброе дело, погибли бы все, и мы с тобой тоже. Ты — великий Куку, и я рада быть с тобой вместе, и когда-нибудь родить тебе много детей.

Мы попрощались и направились в ближайшую пещеру, прихватив из костра лишь одну горящую ветку. Пещера была невелика, меньше роста человека, в ней можно было передвигаться только на карачках, но она была глубокой, и песчаное дно было устлано высохшей травой, а в конце мы нашли большую раковину, не было сомнений, что она служила сосудом для воды, но пока мы пить не хотели, и примостившись, сразу же улеглись, и быстро уснули.

Проснулись мы рано и в полной темноте, это было необычно. Прихватив с собой раковину, мы поползли к выходу, оказывается, большая часть племени уже не спала, а подростки заходили в воду и протыкали копьями разную рыбу.

— Нам пора, — сказал я подошедшему Лика, — мы заберем раковину с собой. Покажи нам рукой, где тот кусочек зелени где можно набрать воды.

— Я отправлю с вами одного пацана, чтобы вы не заблудились, — казалось, что он был рад нашему быстрому уходу. — И не забудьте про рыбу, иначе, она может испортиться.

Мы еще раз попрощались, и в сопровождении одного из ребят, пошли дальше. К оазису мы добрались за час, вода била из земли, но невысоко и не сильно, раковина нам очень пригодилась. Отпустив пацана, Флоу взяла на себя маршрут нашего пути. Вернее, мы двигались на север параллельно океану.

После полудня, мы уселись под одиноким деревом, съели рыбу и напились. Я понял, что ночевать придется на голодный желудок, ведь кроме пустой саванны ничего не было видно.

— Флоу, — предложил я, — солнце скоро пойдет на спад, у меня не такая кожа, как у тебя, смотри, я весь красный. Давай пойдем прямо вдоль океана, высокий берег будет отбрасывать хоть какую-то тень.

— Шон, я должна была об этом подумать сама, — ответила та, — мы так и сделаем.

За час мы вернулись к океану и с удовольствием искупались. Берег был пустынным, и я понятия не имел, что нас ждет впереди, и когда мы доберемся хотя бы до деревьев или гор, где можно было остановиться хоть на пару дней, и где была бы вода, или кокосовые пальмы.

— Флоу, — спросил я, — ты знаешь, куда мы идем? Скоро будет тень и вода?

— Я не знаю куда мы идем, но это лучше, чем сидеть под деревом, — резонно заметила она. — Отец говорил, что где-то на берегу большой воды, то есть окена, живет очень большое племя, и оно выше, чем наше, откуда мы идем.

— Океана, — поправил я ее. — То есть, мы можем идти даже несколько дней? Но без воды мы долго не выдержим.

— Я шла с той стороны, куда мы идем, и была молодая, и все выдержала, — твердо сказала она, и мне стало немного стыдно.

К ночи мы никуда не дошли, а просто легли на шкуры под одним из деревьев и обнялись, а утром нас разбудило яркое солнце, оно било лучами под углом прямо в глаза.

Собрав быстренько вещи, мы спустились к океану, и пошли быстрым шагом вперед, благо, что высокий берег откидывал тень, да и от воды веяло прохладой. К полудню мы были еле живыми, очень хотелось пить, но поднявшись наверх, я увидел вдалеке высокую кокосовую пальму, одиноко стоящую в саванне. Мы бросились к ней, но как я не пытался, залезть, хотя бы немного я так и не смог.

— Шон — великий Куку, а не может залезть на обычную пальму, — рассмеялась Флоу. — Смотри на меня. — Она подошла к дереву, подпрыгнула, и ловко полезла наверх, обхватив ствол и руками, и ногами. Наконец, я увидел ее на верхушке, она протягивала руку с зажатым каменным ножом и срезала кокосы, а я их ловил внизу. Наконец, когда у моих ног лежало целых восемь кокосов, та слезла, и подошла. Тем же ножом она сделала в двух небольшие дырочки, и мы просто с блаженством напились до отвала. Наверное, мы оба сразу же почувствовали прилив сил, и я завязал оставшиеся кокосы в шкуру, сделал узел, и повесил все на копье, мы тронулись дальше опять же вдоль океана. Иногда волны выбрасывали на берег мелкую рыбешку, и я подбирал ее. К темноте мы выбрали место под очередным деревом, наломали веток, и Флоу с трудом, но сделала костер. У меня набралась куча мелкой рыбы, мы пожарили ее и вмиг все съели, запив кокосовым молоком. Меня разморило, я просто прилег, и сразу же вырубился.

Однако утром я проснулся первым и сразу же вскочил. Я оглядел горизонт, и неожиданно увидел очень далеко вдоль океана, что то темное и безграничное. Это что-то возвышалось над землей, и уходя дальше от океана становилось все выше. — Лес или горы, — сразу же пришла мне в голову эта мысль, и я бросился будить Флоу. Та быстро вскочила, долго вглядывалась, и наконец, повернулась ко мне, ее лицо светилось радостью.

— Шон, мы дошли, вернее скоро дойдем. Вон то, — она показало рукой, — настоящий лес, а там вдалеке он переходит в невысокие горы. Разве ты не видишь?

— Я вижу, только откуда вдруг в саванне лес и горы? — пожал я плечами и улыбнулся. — Просто сказка какая-то.

Как по сигналу, мы собрали вещи и поспешили вперед прямо по саванне, солнце мне не мешало, я хотел скорее добраться до леса, и просто распластаться в тени деревьев. Но на дорогу у нас ушло часа два, зато мы четко видели настоящий большой лес, как джунгли, с высокими деревьями и пальмами. Наконец, сделал последний бросок, я действительно распластался в тени деревьев, которые мы достигли, и не переставая смеялся от удовольствия. Я даже повалил Флоу, и мы вместе катались по мягкой зеленой траве.

Но когда я наконец поднялся и протянул Флоу руку, я почувствовал, как мне в спину уперлось что-то острое, и услышал воинственный голос. Я онемел.

Глава 7. Донгу

Я даже протер глаза, и вдруг увидел целую кучу карликовых людей, которые взяли нас в кольцо, и их копья упирались в наши тела, даже подвинуться было невозможно.

— Шон, не бойся их, это знаменитые Донгу. — Прошептала мне Флоу.

— То есть племя? — понял я. — И чем же они так знамениты? Посмотри, самый высокий из них ниже тебя, а мне они вообще будут по пояс. Они как карлики.

— Этим они и знамениты, — почему-то улыбнулась она. — Ниже чем они, нет племен, да, они низкие, но их очень много, Донгу самое большое племя, и я знаю их язык, он был главным, которое мне преподавал мой отец. Сам он был у них, значит, мои горы не так уж далеко.

— Тогда поговори с ними, иначе кто-нибудь проткнёт нас острым копьем. — С опаской сказал я.

Флоу начала говорить медленно и плавно, видимо язык этих Донгу был очень тягучим, она что-то им рассказывала, а те с интересом слушали, их лица менялись на глазах, то есть, они становились добрее. У уже через несколько минут карлики опустили свои копья, и вступили в разговор.

— Это их воины, — наконец, повернулась ко мне Флоу, — это племя огромное, оно дружелюбное, но в меру. У них большая территория, они хорошо развиты, но на их землю не раз претендовали и другие племена, так что они знают, что такое война. Сейчас они просят пройти нас к вождю, он решит, что с нами делать.

— Да? Может он решит убить нас? — Я странно на нее посмотрел.

— До этого не дойдет, — улыбнулась Флоу, — уже то, что я дочь шамана не менее известного горного племени Аукало, многое значит, я думаю, что вождь, или их шаман, был знаком с моим отцом.

— Ладно, пошли, — решился я, — только я им ничего своего не отдам.

— А им и не надо, у них есть такое же, я так думаю.

Один самый высокий карлик тронулся по едва видимой тропинке вглубь леса, следом шли мы с Флоу, а нас окружали и замыкали процессию остальные карлики, только никто уже не тыкал нам копьями в спину.

Мы шли час, не меньше, лес поражал меня своим величием и обилием разной растительности, от высоких деревьев, до мелких кустов. Наконец, я увидел впереди много света, значит, мы направлялись в сторону какой-то поляны, и действительно, уже скоро мы на нее вышли. Поляна была очень широкая и овальная, по всему ее периметру стояли хижины, а не простые шалаши, и это меня удивило. Мужчин я не видел, но женщины, многие с детьми, сидели у входа в свою хижину и с любопытством наблюдали за нами, они были еще ниже мужчин. Но одна хижина выделялась, и это был уже настоящий дом, похожий на жилище Флоу, но больше и с крышей под углом, она была соломенная, и даже наружу выступал ее козырек, так что у входа всегда была тень. В центре поляны я заметил две воткнутые в землю палки, а между ними было кострище, значит огонь был им не в новость.

— Это лишь один поселок, таких полян много, — сказала Флоу, — отец говорил, что их так много, что надо долго показывать пальцы на руках и на ногах, чтобы их сосчитать.