Гробница Крокодила
Гилас взял пращу и стал стрелять из нее по камням.
Ни злобного лая, ни толпы разъяренных полулюдей-полусобак.
Велев Пирре подождать в стороне, Гилас подобрался ко входу в пещеру и метнул внутрь несколько камней: если тут кто-нибудь прячется, то сразу выскочит. Из темноты вылетела пара летучих мышей, но похоже, больше там никто не скрывается.
– Чисто, – объявил Гилас.
Оставив вещи у входа, мальчик заполз внутрь. Духота, но главное, что здесь можно укрыться от жгучего Солнца.
Пирра тоже забралась за ним и сразу растянулась на боку. Песок облепил блестящее от пота лицо, а когда девочка стянула сандалии, на ногах остались красные полоски от ремешков.
До Моря недалеко, но путники слишком измучились, чтобы лезть вниз и умываться. «Надо беречь силы», – рассудил Гилас. Ему еще ловушки ставить.
Мальчик вышел из пещеры. Сверху он увидел неподалеку низкий каменный гребень, а за ним раскинулась необозримая красная пустыня. Казалось, она простирается до самого края света.
Ветер донес до Гиласа странное тявканье. Может, это и есть те самые шакалы? Наверное, днем пустынные жители прячутся от Солнца, а выходят только по ночам. Вот и Разбойница, чувствуя приближение сумерек, отправилась на охоту. Только бы у нее хватило ума не замахиваться на дичь посерьезнее ящериц и зайцев – если они водятся в этих краях. Ну и конечно, пусть держится подальше от павианов.
А в пещере Пирра закашлялась и попыталась хоть как-то пригладить облепленные пылью волосы.
– Сколько у нас воды осталось?
Гилас взвесил в руках бурдюк, потом снова поставил его у входа в пещеру.
– На день хватит. Может, растянем на два.
Пирра не ответила, лишь облизнула потрескавшиеся губы.
– Отдохнем немного, – объявил Гилас. – Но до утра спать нельзя.
– Почему?
– Из-за Солнца, Пирра. Мы с тобой неправильно сделали: днем тут далеко не уйдешь. Теперь будем идти только по ночам, а то сгорим.
– И куда же мы пойдем? – проворчала Пирра. – Опять на запад? Попробуем прошмыгнуть мимо павианов? Или и дальше будем идти на восток и молиться, чтобы Река оказалась там?
Гилас промолчал. Один план хуже другого.
Достав из мешочка на поясе все, что осталось от змеи, мальчик бросил мясо Пирре:
– Пойду соберу колючек и разбужу огонь.
Пирра глянула на истерзанную тушку:
– Я не голодна.
– Нам нужны силы. Пожарим – будет съедобнее.
Кроваво-красный огненный шар Солнца катился к горизонту, но зной царил все такой же невыносимый. Когда Гилас спускался по склону, каменный гребень у него перед глазами будто танцевал в жарком воздухе, а длинная тень за спиной приобрела странную, непривычную форму.
– А если мы не доберемся до Реки? – прокричала Пирра вслед Гиласу. – Так и будем тащиться по бескрайней пустыне?
– Не знаю, – ответил Гилас.
Тут уголком глаза мальчик заметил, что его тень вдруг пришла в движение и зажила своей жизнью.
Гилас не сразу сообразил, что видит перед собой не тень, а мальчика, темного, будто тень.
Но не успел Гилас опомниться, как тот схватил бурдюк и бросился наутек.
3
Воришка закинул бурдюк на плечо и со всех ног понесся к каменному гребню. Если затеряется среди камней, там его нипочем не отыскать!
Гилас поспешил вдогонку, вращая над головой пращу. Мальчишка вскрикнул, упал и схватился за голень. Гилас прыгнул на нежданного гостя и попытался прижать к земле, но противник оказался силен, вдобавок изворачивался как угорь и чуть не ударил Гиласа коленом в пах. Тот вовремя уклонился и надавил локтем на шею мальчишки. Воришка закашлялся, захрипел и все равно вывернулся. Гилас схватил его за волосы, но они оказались короткие, как у стриженого барана, – толком удержать не за что. Беглец вскочил и выхватил из ножен на предплечье нож из кремня. Размахивая своим оружием, мальчишка попятился к валунам. Бурдюк по-прежнему висел у него на плече.
– Брось бурдюк! – пропыхтел Гилас, доставая собственный нож и показывая противнику его смертоносный бронзовый клинок. – Не хочу тебя убивать, но если придется…
Вор прорычал что-то на незнакомом Гиласу наречии. Он подбирался все ближе к валунам.
Тут прибежала Пирра и встала у воришки на пути. Сбив ее с ног одним ударом, тот понесся к камням. Гилас следом.
Вдруг Гилас заметил на гребне какое-то движение. Разбойница! Она глядела прямо на воришку. Тот взвыл от страха и метнулся в сторону. Львица настигла вора легко, всего в два прыжка.
– Брось нож! – рявкнул Гилас.
– Попробую сказать на египетском! – И Пирра прокричала какие-то непонятные слова.
А Разбойница нависла над «добычей», игриво постукивая воришку по голове передними лапами. Тот беспомощно махал руками и ногами, будто опрокинутый жук – лапками. К счастью для него, львица не выпускала когти: она всего лишь забавлялась.
– Брось нож, или прикажу своей львице тебя разорвать! – пригрозил Гилас.
Вор зашипел, точно змея, и отшвырнул нож. Гилас оттолкнул оружие ногой, чтобы воришка до него не дотянулся, потом схватил бурдюк и бросил его Пирре.
– Видно, по-акийски он все-таки понимает.
– Как тебя зовут? – спросила Пирра на акийском.
Но мальчишка лишь глядел на нее исподлобья.
Потом Пирра сказала еще что-то – наверное, на египетском. Но ответа не дождалась. Девочка только руками развела.
– Почему он не отвечает?
– Помалкивать надежнее, – ответил Гилас. – Я бы на его месте тоже держал язык за зубами.
Пирра сбегала за веревкой, Гилас связал мальчишке руки, и они притащили пленника в свою пещеру. Ночь наступила на удивление внезапно. Гилас и Пирра сложили из колючих веток костер и разбудили огонь. Воришка, съежившись у дальней стены пещеры, все поглядывал на Разбойницу. Львица сидела у входа, втягивая носом его запах. Мальчишка оставался настороже, но испуганным больше не выглядел, а значит, он или храбрец, или дурак. Что-то в его поведении подсказывало Гиласу, что парень отнюдь не глуп.
На вид воришка примерно одних лет с Гиласом, а кожа у него не черная, как сначала показалось акийцу, а насыщенного темно-коричневого оттенка – точь-в-точь отполированное ореховое дерево. Гилас ни разу не встречал таких людей. Жесткие курчавые черные волосы пострижены очень коротко, а прямые бугристые шрамы на высоких скулах, похоже, нанесены нарочно. Мозолистые ноги босые, а из одежды на парне только потрепанная набедренная повязка. Зубчатый кремневый нож напомнил Гиласу его собственный: он много лет носил при себе такой же. Но за поясом у мальчишки обнаружился кусок согнутого дерева, смахивающий на двусторонний треугольник. Такого оружия Гилас еще не видел.
Пирра отошла в сторону и жестом подозвала Гиласа.
– Вдруг поблизости его дружки бродят? – произнесла она.
– Будем надеяться, что нет, – вполголоса ответил Гилас. – Нам и без того неприятностей хватает. Кто он такой? Явно не египтянин, это даже я вижу. Ты когда-нибудь встречала людей с такой темной кожей?
Пирра кивнула.
– Они иногда приплывают на Кефтиу торговать. Это люди пустыни, их земля рядом с египетской. Только про них говорят, что храбрости им не занимать, – прибавила Пирра – громко, чтобы мальчишка слышал. – А бурдюки у путников одни трусы воруют.
Как девочка и рассчитывала, ее слова задели мальчишку. Тот едва не испепелил ее взглядом.
Подойдя вплотную к Гиласу, Пирра понизила голос до шепота:
– Что будем с ним делать? Не можем же мы бросить его связанным! Но отпускать его тоже нельзя…
Гилас приблизился к мальчишке и поглядел на него сверху вниз.
– Ты один? – строго спросил он.
Воришка отвернулся, стиснул кулаки, и на руках заиграли мышцы.
Спину мальчишки крест-накрест пересекают шрамы, только они совсем не похожи на ровные бугристые линии на его щеках. Подобные отметины остаются только от побоев. Уж Гиласу ли не знать? У него самого такие есть.
Тут Гиласа осенило. Присев на корточки, он посмотрел мальчишке в глаза.
– Тебя захватили в рабство, – произнес Гилас.
На угрюмом коричневом лице не дрогнул ни один мускул.
– Я тоже когда-то был рабом, – продолжил Гилас. Вытянув руку, он показал мальчишке татуировку-зигзаг на предплечье. – Вот знак моих врагов. Далеко на севере есть земля Акия, и в тех краях они могущественный клан. Люди прозвали их Вороны.
Веки мальчишки дрогнули. Неужели это слово ему знакомо? Или он узнал татуировку?
– Да, Вороны, – повторил Гилас. – Два лета назад я пас коз на пике Ликас. Это в Акии. Вороны напали на нашу стоянку и убили мою собаку. Моя сестра пропала. Мне тогда было двенадцать, а ей девять. А потом оказалось, что мой лучший друг Теламон – Ворон.
Гилас сглотнул ком в горле. Он сам не ожидал, что так разоткровенничается.
– Вороны поймали меня и заставили им служить, – продолжил Гилас. – Отправили работать в свои шахты. Но я спасся. – Мальчик помолчал, давая пленнику время обдумать его слова. – Ты, наверное, тоже сбежал.
Пленник упрямо не показывал своих чувств, но Гилас видел: он слушает.
– Как тебя зовут? – спросил Гилас.
Повисло долгое молчание.
– Кем, – почти прорычал мальчишка. – Это имя дали мне они. – Его тон был исполнен глубокого презрения. – Оно значит «черный». И я не трус!
Парень говорил на ломаном акийском.
– А как тебя зовут по-настоящему? – спросила Пирра.
Кем поглядел на нее с удивлением, будто говоря: «Нашли дурака, так я вам и сказал!»
– Значит, будешь Кемом, – произнес Гилас. – Куда ты идешь?
Мальчишка снова медлил с ответом.
– В мою страну. Вы ее называете Уауат, а египтяне – Краем Черных Чужеземцев.
– А твои люди как ее зовут? – спросил Гилас.
Кем выпалил что-то неразборчивое.
– Давно ты в бегах? – спросил Гилас.
Кем пожал плечами:
– Дней пять-шесть.
– Далеко твоя страна? – спросила Пирра.
– Она к югу от Египта, – ответил Кем. – Надо долго-долго идти вверх по Реке.
Гилас и Пирра переглянулись.
– По Великой Реке? – уточнила девочка. – Той, которую египтяне зовут Итеру-аа?
Кем уставился на нее как на дурочку.
– По какой же еще? В мире только одна Река!
Пирра оскорбилась, но тут вмешался Гилас:
– Значит, нам по пути. Мы тоже идем к Реке.
– И что с того? – буркнул Кем.
– Мы ищем друга, – продолжил Гилас. – Египтянина по имени Усерреф. Нам очень нужна одна вещь, и она у него.
– Но мы понятия не имеем, где Усерреф, – прибавила Пирра. – Знаем только, что место, откуда он родом, называется Па-Собек, а еще у него есть брат Небетку, он писарь.
Кем недоверчиво фыркнул:
– И больше ничего не знаете? Хорошие же вы друзья!
Пирра сердито зыркнула на него:
– В детстве Усеррефа продали в рабство, он очень сильно тосковал по родным, и ему тяжело было о них говорить! А вообще-то, тебя наши дела не касаются!
– Спокойно, Пирра, – предостерег Гилас и снова обратился к Кему: – Приведешь нас в Па-Собек?
– Очень надо мне с вами возиться! – бросил Кем.
– Откажешься – бросим тебя здесь связанным. От жажды помрешь, – пригрозил Гилас.
Темные глаза Кема уставились на Гиласа оценивающе: мальчишка пытался понять, серьезно акиец говорит или просто пугает его.
– Я знаю пустыню, а вы нет. Без меня вам далеко не уйти.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов