В книге предпринята попытка демифологизации одного из крупнейших мыслителей России, пожалуй, с самой трагической судьбой. Власть подарила ему 20 лет Сибири вдали не только от книг и литературной жизни, но вдали от просто развитых людей. Из реформатора и постепеновца, блистательного мыслителя, вернувшего России идеи христианства, в обличье современного ему позитивизма, что мало кем было увидено, литератора, вызвавшего к жизни в России идеологический роман, по мысли Бахтина, человека, ни разу не унизившегося до просьб о помиловании, с невероятным чувством личного достоинства (а это неприемлемо при любом автократическом режиме), – власть создала фантом революционера, что способствовало развитию тех сил, против которых выступал Чернышевский. Бесы заняли место реформатора (используя его нравственный капитал невинно загубленного человека). «В одной этой действительно замечательной биографии мы подошли к Древу Жизни, – писал Василий Розанов, – но – взяли да и срубили его». Слишком долго его имя окормляло его противников. Пора увидеть носителя этого имени в его подлинности, расколдовав фантом, который подарила ему злая судьба. По мере сил автор попытался это сделать.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

публицистическая литература

биографии и мемуары

культурология

гуманитарные и общественные науки

публицистика

русская культура

русские писатели

загадки истории

великие мыслители

гражданская позиция

культурологические исследования

философско-культурные размышления

«Срубленное древо жизни». Судьба Николая Чернышевского

Достоевский как ветхозаветный пророк

Русская классика, или Бытие России

Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте

Карта моей памяти. Путешествия во времени и пространстве. Книга эссе

Имперский либерализм, или Правда Михаила Каткова versus русское общество

Посреди времен, или Карта моей памяти

Шум времени, или Быль и небыль. Философическая проза и эссе

На краю небытия. Философические повести и эссе