Просто 1

Мама рассказывает Вале про Италию, про моё детство, про мою недавнюю болезнь. Они сидят на сидении вместе, а мы сзади с Леной. Она с осторожностью и непониманием поглядывает на меня, ведь, оно и понятно, наши с Валей разговоры для неё из области фантастики. Она слушает нас и абсолютно ничего не понимает. Её одно радует, что не нужно идти в школу и что мы едем в гости. Мама и Валя уже нашли контакт, и Валя маме что-то смешное рассказывает, а Лена заразительно смеётся. Я же смотрю в окно и разглядываю город, такой знакомый, но, вместе с тем, сильно изменённый.

Подъехали. Гриша с Оксаной встречает на улице, их любопытство переполняет. Когда мы вышли, Валя им задала вопрос – кто, по их мнению, перед ними стоит? Саша, конечно, был со мной, Алла с Алессией и только отец Саши Николай и Гена обхаживают всех и заглядывая в лица. Интересно быть духом, ты и есть, но, тебя, как будто и нет. Моё сходство с юным дедом, конечно, неоспоримо. О маме Григорий сразу сказал, что это баба Алла. Все весело смеются, шутят, и никто даже не догадывается о том, кто мы на самом деле. Поднялись в квартиру, конечно, опять чай, с вареньем и бутербродами. Гриша с Оксаной ночью поздно легли и только недавно встали. Это у них завтрак.

Отец Саши Николай как-то тревожно ведёт себя. Я спросил – что его беспокоит? На что он сказал, что сам не поймёт и что он чувствует себя некомфортно и тревожно. Я стал расспрашивать о Даниле, Яне и Стефании. Все уже создали свои семьи и живут отдельно, у всех дети. Рассказывают, что сегодня ночевал у них Ян, плохо себя чувствовал и они провозились с ним допоздна. Вызывали скорую, та ничего не определила, сказали, что невроз, вкололи успокоительное и уехали. Ян, оказывается, спал в соседней комнате. Мы все стали говорить в пол голоса, но, он вышел. Сказал, что уже не спал, пора в душ, хватит хандрить.

Я посмотрел на отца Саши и обратил на него внимание мамы. Отец попросил меня сводить его в душевую комнату, не мог же он сам это сделать. Все бы удивились – кто же это включил там душ? Отец просто обильно смочил лицо водой, говорит, что у него, как будто, началась температура и нужно немного остыть. Я подумал, что, возможно, нам лучше всего на время трансформироваться в Карелию в их реальность. Я не знал, как длительная трансформация влияет на наши физические тела. Мы вышли. Сказал маме свои мысли и решили одним махом разбить все сомнения у Вали, Гриши и Оксаны с Яном. Предложил всем взяться с нами за руки для закрепления нашей встречи. Отец Саши с Геной взялись за меня, и мы одним махом перенеслись в Карелию.

Конечно, это было не честно в отношении к нашим новым родным, но, при объяснениях возникло бы много вопросов и сомнений, а так, они все уже здесь и, хочешь – не хочешь, вынуждены нас выслушать. Только, при трансформации нас уже на два человека больше. Мы все это не сразу поняли. Пока Валя, Лена, Гриша, Оксана и Ян непонимающе оглядываются, мы с мамой с удивлением смотрим на новых появившихся двух людей. Один из них мой отец, который исчез почти два года назад при неизвестных обстоятельствах. Второй – тот дед, который реинкарнировался в меня и был физическим отцом Вали и Григория, я его узнал. Я просто интуитивно понял, что это он. Вот так поворот. Мама бросилась в объятия отцу, плачет, целует. В общем, всё так, как после длительного расставания у любящих людей. Дед подошёл к Григорию и Вале, они обнялись. И тоже всё как после длительного расставания. Ведь, он ушёл на самом деле со всеми ритуалами и действами.

Первой пришла в себя мама Саши Алла. Она предложила всем найти себе место, где сесть, попросила Николая с мальчишками установить раздвижной стол, а Лену и Алессию помочь ей с ужином. Ведь, по закону трансформации мы вернулись в Карелию в то же время, из которого ушли. А это воскресенье, вечер. Мы только что вернулись из поездки на природу, где ночевали на турбазе на берегу залива Ладоги. Мама Аля приготовила ужин, и я позвал Гену обедать. Потом попросил всех взяться за руки и с этого начались наши трансформации и путешествие уже на самолёте в Алматы, встреча с нашими близкими.

На середину комнаты вышел дед. Это даже неожиданно. Конечно, всё начал именно он и всё началось с него. Он рассказал с самого начала, с моей комы, с нашей поездки на турбазу, с трансформации в Италию, с поездки в Алматы. Стал рассказывать про эксперимент моего отца, как он пошёл не в ту сторону из-за незнания законов распределения реальностей в пространстве Земли. Как его физическое тело изменило направление, а душа, энергетическая составляющая тела, просто заскочила в ближайшую энергетически подходящую физическую оболочку, которой оказалось тело Яна. Физическая оболочка Яна, в свою очередь, не поставила блокировку новой сущности, которую приняла, но и не дала права к действиям.

Конечно, энергетическая составляющая моего отца пыталась вырваться, она пыталась добиться возможности дать о себе знать, только, энергетика Яна везде ставила заслоны. Вот поэтому ему и было плохо. Боролась энергетическая сущность моего отца и физическая оболочка Яна. Наблюдалось и повышение температуры, и тошнота, и судороги. Тем более, энергетическая сущность моего отца чувствовала наше приближение и искала возможность дать о себе знать. Но, к счастью, всё разрешилось благополучно. Также, и отец Саши – Николай. Их энергетические сущности близки по энергетике, поэтому, и он тоже плохо себя чувствовал, и нервозность, и чувство страха.

Но, сказал в конце он, у Николо сейчас нет физической оболочки, тела, его нужно искать. И где, и как её искать? Он знает где. Только, всему своё время. А теперь всем ужинать и спать. Тем более, мы своими трансформациями нарушили равновесие реальностей, и нужно дождаться их стабилизации. Для этого нам нужно пробыть в этой реальности два дня. Но, нет добра без худа, общайтесь, узнавайте друг друга поближе, отдыхайте.

Застолье шикарное! У мамы Аллы уничтожаются запасы с неимоверной скоростью. Рыба, ягода и мясо дичи, особенно в ходу. Также, женщины на скорую руку быстро сварили картошку, а потом её слегка запекли на противне в фольге в духовке. И, само ощущение тайны, загадки и фантастики придаёт особую пикантность. Освободившихся от физической оболочки не тревожат болячки, они забыли о лекарствах. Мама с отцом сидят рядом, я давно не видел её такой. Она подкладывает ему в тарелку снова и снова, как будто с Яном его никто не кормил. Мама сидит между Яном и отцом, и ухаживает за обоими. Отец благодарен Яну за его терпение, за стойкость, за то, что он, фактически, спас его. Ян, в свою очередь, наслаждается спокойствием. Валя с Григорием и родителями Саши что-то рассказывают друг другу и весело смеются, мальчишки занимают Лену. Я сижу с дедом, и он мне рассказывает свой план поиска физической оболочки моего отца и что нужно спешить. Я смотрю на него и думаю о сущности человеческой души и что мы о себе так мало знаем. В одной комнате сейчас находятся две части одной энергетической сущности, разговаривают друг с другом. А ведь, и в жизни каждый человек часто спорит сам с собой, убеждает себя, уговаривает на что-то, ругает, критикует.

В Карелии у родителей Саши жилплощадь по советским меркам прекрасная. Но, всё равно, кое-кому пришлось спать на полу. Лёжа, долго разговаривали, но, вскоре сон взял своё.

Утро. Отцу, да и маме нужно на работу, но, он позвонил секретарю и, сославшись на семейные обстоятельства, сказал, что сегодня и завтра будет занят личными делами. Он директор и ему необходимо просто выдержать формальности. Женщины на кухне уже занимаются завтраком, а мы делаем утреннюю уборку в квартире. Я допытываюсь до деда о его плане. Мне интересно смотреть на него. Когда смотрю на Сашу, я вижу себя. А дед, да я думаю, что и у Саши такие-же мысли, никто не говорил с ним о его прошлой жизни, даже его дети. Казалось, что неприлично задавать вопросы не старому, но, довольно-таки, пожившему человеку. Он пережил смерть, а его физическая оболочка – это моё тело. И я благодарен ему за то, что он мне дал, а он отдал мне, да и Саше тоже, весь свой опыт, знания и умения. У нас с Сашей в 15 лет уже высшее советское авиационное образование, мы профессионально знаем обслуживание всех советских самолётов Ту и Ил, прекрасно знаем электронику и механику, мы просто уже грамотные инженеры. Только, есть что-то, что он нам не передал, это я понял ещё вчера вечером.

Позвали за стол. Это прекрасное ощущение, что у тебя весь день свободен и тебя ждёт куча прекрасных моментов. Думаю, и у всех такое-же настроение. Мама ухаживает за отцом, она опять между ним и Яном. Обсуждаем вчерашний день, думаем, как провести сегодняшний. Из нас, и из итальянцев, да и из алмаатинцев, никто в Карелии не был. Алмаатинцы хоть что-то слышали о ней от деда, а вот отец и мама даже не знают о ней ничего.

Я задал деду вопрос – какие у него мысли о возможности найти физическую оболочку моего отца? Да – ответил он, есть одно место, из которого можно видеть всё и всех живых биологических и энергетических сущностей. Из этого места сознание наблюдателя как бы сканирует всю поверхность Земли, всех без исключения биологических и энергетических существ с целью передачи информации на другой уровень анализа и управления. Это входит в замысел Создателя для более эффективного реагирования. Каждая энергетическая сущность не должна потеряться, быть повреждённой, или погибнуть. Весь замысел Создателя охватить невозможно, но, ему ценна и дорога каждая сущность, ему очень важна информация о том, как они изменяются, как растут и развиваются, что с ними происходит, и как они трансформируются в своём развитии. Вот из этого места производится наблюдение, сортировка и передача информации на более высший уровень контроля и управления нашей планетой. Конечно, методы и способы такого контроля неподвластны осмыслению сознанием человечества, или, даже некоторыми его индивидуумами. Это замысел Создателя, и он доступен только ему.

Я задал вопрос – откуда он знаком о существовании такого места и почему в моей памяти это не сохранилось? Ведь, память при слиянии копируется в память физической сущности, которой является наше, моё тело. Да, правильно, ответил он. Копируется у всех, но, только не у таких, как он. Его энергетическая сущность отличается от остальных. Не будет вдаваться в подробности, но, такие энергетические сущности, как его, используются Создателем на более высшем уровне, чем уровень человека. Даже, можно сказать, для управления и ведения своего замысла. Человеческим современным языком – это управленцы, исполнители. Древним языком – ангелы. Вот так.

Все сидят и молчат. Как реагировать на сказанное? В обычной человеческой среде деда бы сразу назвали сумасшедшим. А в нашей среде, в нашей квартире, где некоторые – просто духи, и мы это вполне осознаём, такие выводы делать излишне. Я вижу, что разгадка где-то рядом, и задал деду второй вопрос, а он как будто его ждал и хитро смотрит на меня и окружающих. Я спросил деда – а как же он стал человеком, простым смертным, имел семью, детей?

Да, ответил дед. Очень давно, около сорока пяти с половиной тысяч лет назад он родился в семье ангелов. Было это ещё до начала времён. Рос, учился, мужал, всё как положено. Да, у ангелов есть семьи, у них рождаются дети. Потом в пятнадцать лет его назначили Смотрителем. Это очень важный и ответственный пост ангельской иерархии. В их задачи входят наблюдения по всем реальностям за всеми энергетическими сущностями планеты, за их развитием, за их ростом для передачи получаемой информации на более высший уровень контроля и управления. А энергетическая сущность человека – это его душа, если говорить простым человеческим языком. Ведь, нашему Создателю особенно важна вся информация, как они растут и развиваются, как растёт и приумножаются их сознания. И ни одна сущность не должна погибнуть, или быть утерянной. Каждая является величайшей ценностью.

И, в их эволюции так заведено, что каждый ангел, независимо от ранга, должен проходить своё Возрождение в человеческом теле. Это помогает лучше понять цели ангелов, осознать на себе слово Жизнь, прочувствовать его и осмыслить. Это очень сложный вопрос. Огромнейшие коллективы ангелов его решают, спорят, испытывают на себе спорные вопросы. Вот, он в последний раз ушёл на своё очередное Возрождение и в 1019 году от Рождества Христова родился в человеческой семье на русском севере. Обычным человеческим мальчиком. Только, когда Смотритель уходит на своё Возрождение, в человеческое тело уходит только часть его, у ангелов такое возможно. Не оставлять же планету без присмотра! Он рождался, рос, создавал семьи, вёл обычный образ жизни для среды и народа. И каждый раз рождался с абсолютно чистой памятью о своих предыдущих воплощениях. Только, в последних четырёх он частично помнит свои предыдущие. И так, тринадцать воплощений, вот в Алматы закончилось последнее, тринадцатое. Он опять Смотритель.

И дед улыбнулся, как только делает один он, едва губами и глазами.

Этот короткий рассказ произвёл на нас впечатление. Все сидят молча. За последнее время мы узнали очень много нового, но, этот короткий рассказ просто раздавила каждого из нас своим периодом времени и масштабом вероятных воплощений сидевшего перед нами человека, но, как оказалось, даже не человека. Сорок пять с половиной тысяч лет! Это уже не укладывается в человеческие рамки. Человек меряет все события размерами только одной человеческой жизни.

А теперь, в поездку – сказал дед! Он должен ещё раз хлебнуть волшебного карельского воздуха. Ему посчастливилось прожить здесь прекрасные годы его последнего человеческого воплощения, и он благодарен Создателю за нашу встречу. Он думает, что это занимает не последнее место в Его Замысле! И ему нам нужно много что ещё сказать. Поехали!

Поехали на двух машинах. На первой, Волге ГАЗ-21, едет за рулём отец. На второй, Москвиче, за рулём мама Алла. Я, не подумав, сболтнул, как мама Алла один раз на Волге совершила аварию, на повороте при съезде с трассы к турбазе не успела вовремя вывернуть руль и врезалась в дерево, чуть не влетев в речку. А это событие ещё не произошло, оно впереди. Но, мама Алла расстроились и не села за руль Волги. Я тогда сказал, что это первая проблема путешественников во времени. На что дед ответил, что здесь пока нет путешественников во времени и мы только совершаем трансформации из реальности в реальность. А мне он должен ещё много рассказать о времени.

Приехали. Дед с Сашей сразу стали опекать гостей, повели их на берег и всё время что-то рассказывают. Все весело хохочут. Оксана мимоходом мне сказала, что давно не видала Яна таким живым и весёлым. Обычно, он молчалив и задумчив. Родители мои и Саши хлопочут в доме и на кухне. Гена чистит шлюпку и вытаскивает вёсла из лодочного гаража. Нужно показать Карелию во всей красе. Шлюпки отцу подарили моряки, они шестивёсельные, с рулём. Можно на борту сидеть, и они почти даже не наклоняются. Надёжные и устойчивые. Достали самовар. Мы самовар и стол ставим в шлюпку, получается прекрасный водный развлекательный комплекс. Всё загрузили и тронулись. Погода прекрасная, хотя, в камышах вдоль берегов и островов стоит лёд. Солнце, небольшой ветерок, но, у всех плотные куртки, самосвязанные шапки. Северные люди умеют беречь тепло. Сашина мама прекрасно вяжет. Свитеров и шапок хватало всем.

Мужчины сели на вёсла, женщины накрывают на стол. Вначале попросили моего папу рассказать про свой эксперимент, что у него случилось, как он попал в Яна, и каково им было вдвоём. Рассказывал он, конечно, смешно, но, смешного, по всей видимости, было мало. Он мог остаться с Яном навсегда. Дед рассказывает о своих былых охотничьих приключениях. О Вышнем Волочке, о своей свадьбе, о том, как родился Григорий, и как его привезли в Вышний Волочёк. Рассказывает про институт, про Ленинград, как они с его женой Леной там жили, про тётю Валю. Рассказывает о первом приезде в Алма-Ату. Да, этот город раньше так назывался. Рассказывает о рождении Вали. Лена слушает его с таким удивлением, что на неё очень смешно смотреть. Рассказывает, как купал Валю в первый раз и как боялся что-то сделать не так. Рассказывает про своих тестя и тёщу, про их дачу. Я слушаю и понимаю, что в его устах все эти рассказы приобретают совсем другой оттенок, чем мои воспоминания. Это он тогда их пережил и, рассказывая, переживает их сейчас.

Рассказывали все, и Валя, и Гриша, и мой отец, и Ян. И всем интересно. Выпили чая уже не один самовар. Самовар топим шишками, воду для самовара набираем сразу из озера. Вода – чистейшая! Надоело заниматься обжорством, и женщины попросили покатать их по заливу. Турбаза стоит в устье небольшой речки. Почти на самом слиянии реки с заливом поставлена рубленая баня. Сразу после парилки можно бросить своё разгорячённое тело в речку. Она довольно глубокая, плавая, дна невозможно достать.

Дед со смехом рассказал, как они с отцом ловили здесь у бани озёрную форель, как первый раз за одну ночь взяли штук пять по семь килограмм. После такого рассказа Сашин отец чуть не побежал в сарай за сеткой. Потом дед ему сказал, что это только поздней осенью, а сейчас идёт щука у берега вдоль камыша.

Рассказал также, как его отец в азарте вытаскивал щук из сетки и сам нырнул по пояс. И как ему потом врачи хотели отрезать одно из двух семенных органов. Мама Алла после такого рассказа сказала, что рыбачить он теперь будет только под одеялом. От смеха шлюпку чуть не опрокинуло, Гена еле удержал самовар. Смеялась даже Лена, которая, ничего не поняла, но, реакция всех очень смешная. Дед рассказывал про охоту в Карелии на зайцев, как он убил глухаря под Новый Год. Потом рассказывал про охоту в Вышнем Волочке. На кабанов, на лосей и волков. Закончил тем, что не советует родителям уезжать из Карелии. Сказал, что и отец, и мать в то время сильно жалели о переезде.

Мы гребём сильно, ход у шлюпки хороший. Когда сидишь на берегу и смотришь на залив, впечатления одни, но, когда обходишь залив и заглядываешь за каждый островок, впечатления трёхмерные. Есть острова, на которые только палатку поставить можно, очень маленькие. А вокруг каждого острова пояс из камыша. Это любимые места для уток. Они даже не боятся нас, знают, что уже не сезон охоты. Все в восторге. Выходим на острова, берег скалистый, деревья, как будто, из камня растут, ни алмаатинцы, ни итальянцы такой северной дикой красоты никогда не видели.

Высаживаемся почти на каждом острове, где хороший подход на шлюпке. На одном острове мальчишки зажгли даже костёр, жарили хлеб и колбасу. Лена в восторге! Я подумал – как жаль, что мы не взяли остальных алмаатинцев, но, мы собрались так стихийно, без планов, без сборов. Просто взялись за руки – и уже в Карелии. Ладно, это только пробная поездка. Я смотрю на деда, он весел, балагурит, что-то рассказывает и все смеются.

Пора собираться на турбазу, начинается холодный ветерок. Шлюпка лихо рассекает волны, Гена сидит за рулём. Папа обнял маму. Я показал на них Вале. Мама, как будто уснула в объятиях отца. Лицо её спокойное. Отец смотрит на воду впереди лодки, видно, что он устал и о чём-то думает. И только сейчас я вспомнил, что у меня день рождения! И у меня, и у Саши, и у деда. Саша даже подскочил от такой новости. Наверное, это первый раз в нашей с Сашей жизни, и мы сами, и все забыли о наших днях рождениях. Правда, дед сказал, что после пятидесяти земных лет о них лучше не вспоминать.

Высадились на базе, мальчишки начали готовить баню, женщины – готовить комнаты ко сну. Попарились, напились чаю из самовара с шишками, и тихо заснули. Здесь уже кроватей много. Только дед ещё сидит с Валей у самовара. Она ему что-то рассказывает, он смотрит на неё и молча кивает. Я не стал подходить, ведь, это уже его личная жизнь, которая пошла в своём направлении. Правда, при трансформации наши памяти опять сольются, и моя, и его, и Сашина. Но, как оказалось, у него есть ещё более глубинная память, в которой хранятся его воспоминания. Моё сознание уже не укладывается в этот временной отрезок, я даже мысленно не могу его охватить. Пора спать.

Утром проснулись все почти синхронно. Обычная утренняя суета, уборка и дорога. Дед попросил заехать в одно знаменательное для него место, да и всем нам оно должно быть очень интересным. Это на Петрозаводском шоссе. Визуально он его помнит. Конечно, мы все очень удивились. Он такое помнит? Конечно, пришлось немного попетлять. Дед сказал, что в его время это место они называли Медвежьей горкой. Его никто не знает, только он, родители и его брат Гена. Когда мы подъехали, он сказал, где можно поставить машины, и чтобы никто не волновался, их будет охранять легендарная медведица. Конечно, все посмеялись этой шутке, но, когда из ниоткуда на самом деле появилась огромнейшая медведица, да ещё и с двумя медвежатами, нам уже стало не до шуток. Но, она просто стоит и смотрит на нас, а мы испуганные смотрим на неё.