Точка выбора. Аз Фита Ижица. Часть I: Прогулка по висячему мостику. Книга 3

И тут вдруг! Да и кто? Тот, кто явно близок тебе. А это она нутром чует. Впрочем, и невооруженным глазом видно, что у вас особые отношения.

Она сама к нему ночью прибежала, ещё все толком и уснуть-то не успели. И сама под одеяло залезла.

Он над ней в лицо посмеялся и в лицо сказал всё, что думает, а она решила, что это – стиль его особого расположения.

Хотя, вас послушать, так было с чего решить. Тонкостей-то она не понимает.

А вела себя так, что мне и самому пристроиться захотелось, и не от вожделения, а чтоб поизмываться. Ей удалось вызвать непреодолимую жажду глумления. Ну, Евгений Вениаминович и поглумился.

А она… Знаешь, будто на престол всходила! Будто её на царство короновали! Такая мерзость! Еле удержался, чтоб ей пол задницы не оттяпать, когда она наверх вышагивала.

– А я, чтоб лицо не исцарапать и волосы не подрать, – вставил Лоренц.

– А вообще, надо было из неё зоофилку сделать, – добавил Зив.

– Неплохая идея, Зив! – Женечка усмехнулся. – Так что, Ирочка, не дави на собственную совесть, а расслабься и развлекайся.

* * *

Первой, как и ожидалось, к Ире и Женечке присоединилась Дашунька.

Ира умыла её, расчесала и разрешила, пока мама спит, поиграть с Зивом и Лоренцем во дворе.

Зверюги от Ириного разрешения особого восторга не испытывали, но послушно поплелись на улицу развлекать ребёнка. К тому же, к этому времени пришла Татьяна Николаевна, и поливидовые посиделки всё равно пришлось бы прервать.

С её приходом закипела работа по подготовке продолжения банкета. Вскоре присоединились Люся и Фёдор, затем Влад, немного погодя – Алиночка. Потом приехали Валентиныч и Галина Андреевна, а буквально следом за ними – Заур, Нодар, Рита и маленький Тенгиз.

И только когда общими усилиями уже почти накрыли на стол, наконец-то спустилась Наташа.

По её внешнему виду Ира поняла, что встала она давно, но заботу о своей неотразимости предпочла хозяйственным хлопотам. Женечка не преминул громогласно это заметить:

– Вау! Наташа! Вы потрясающе выглядите!

Зря он это сделал.

Наташе и в голову не пришло испытывать неловкость от произошедшего ночью. Она всем своим существом наслаждалась «победой» и всем своим существом усиленно это демонстрировала.

– Женечка, не думаю, что было бы иначе, даже если б ты сегодня повёл себя по-другому, – пользуясь суетой из-за смены блюд, тихонько шепнула ему Ира в качестве моральной поддержки.

– Спасибо. Успокоила, – с ядом в голосе буркнул Женечка.

– Евгений, я уже соскучилась! – Наташа выпрыгнула как из-под земли, свысока одаривая Иру победоносным взглядом.

– Женечка, ты слышал? Дама соскучилась, – еле сдерживая смех, манерно заметила ему Ира.

Люся, видимо, пыталась урезонить подругу, но та не вняла ей. Ира пришла к такому выводу, когда Люся, улучив момент, вытащила её для разговора на улицу и с искренним состраданием спросила:

– Ирочка, как ты?

– В смысле?

– Ну-у-у… Наташа… Она…

– Да всё в полном порядке, Люсь.

– А этот! Хоть бы тебя пожалел! Козлы они все, мужики-то.

– Люся, да всё в порядке. Не обращай внимания.

– Да как не обращать-то? Он же вроде как твой!

– Люсь, ну развлекаются люди. Им весело. Что трагедию-то из этого устраивать? Всё! Хватит! Пойдём в дом.

Ира решительно взяла Люсю за руку и увела обратно в гостиную.

Глядя на Женечку, не вызывало сомнений, что «развлекаться» он уже порядком устал. Тем более что само «развлечение» представлялось ему совершенно иным.

Он несколько раз порывался уединиться с Ирой хоть на пару слов, но Наташа зорко следила за ним.

Она заметно нервничала, так как ожидала от Иры другой реакции на свою «победу».

В конце концов, на помощь Женечке пришла Дашунька, чем-то озадачив мать.

Народ надрывно хохотал над анекдотом от Валентиныча, и Женечка, поймав Ирин ехидный взгляд, перегнулся через стол и прошептал:

– Ира, умоляю, найди Гену.

– Как? – почти беззвучно спросила Ира.

Женечка красноречиво скосил глаза в сторону прохода.

Ира встала из-за стола, вроде намереваясь посетить туалет, и незаметно проскользнула в цоколь, на ходу взглядом подозвав Зива и Лоренца.

– Женечка взмолился. Просит Гену найти, а я понятия не имею, как это сделать.

– Ира, не паникуй, – спокойно проурчал Зив. – Я понимаю, что от этой Наташи у кого хочешь крыша поедет.

– Да я и не паникую. И крыша, вроде как, на месте.

– Если б была на месте, – промурлыкал Лоренц, – ты бы сразу догадалась, что нужно всего лишь ему позвонить и выяснить, где он находится.

– Да уж, – изрекла Ира, усмехнувшись, и взялась за телефон.

– Ирчик! – радостно завопил Гена, не дав Ире поздороваться.

– Геночка, обстановка близка к чрезвычайной, так что не до разговоров, – перебила его Ира. – Где ты сейчас находишься?

– А что случилось?

– Ты срочно нужен Гарову. Говори, где ты, и я заберу тебя.

Ничего не понимая, но без дальнейших рассуждений Гена назвал Ире страну, город, улицу и номер дома, сказав, что как раз здесь сейчас остановился, и не будет продолжать движение до поступления её дальнейших указаний.

Ира повторила за Геной вслух описание его географического положения, чтобы слышали Лоренц и Зив, но ни ей, ни стражам проходов сия информация не смогла ничем помочь.

– Попроси его, внимательно и ни о чём не думая, посмотреть по сторонам, – посоветовал Зив.

– Геночка, посмотри внимательно по сторонам и ни о чём не думай.

– Ага. Понял.

Гена, видимо, занялся тем, чем сказали, но Ире это тоже не помогло, чего нельзя было сказать о Зиве и Лоренце.

– Иди, не ошибёшься, – промурлыкал Лоренц, а Зив легонько подтолкнул Иру к проходу.

В следующее мгновение она вышла из какого-то магазинчика на оживлённую улицу.

Фирмой-изготовителем Ириного мобильника, а, возможно, заодно и оператором сотовой связи, видимо, не предусматривалось столь стремительное перемещение абонента в пространстве. Телефон замолчал, лишив Иру возможности просить у Гены помощи в ориентации на незнакомой местности.

Она не стала пытаться вновь набирать номер, а принялась читать, написанное латиницей, название улицы. Эта улица называлась не совсем так, как требовалось, а точнее, совсем не так.

Где находится нужная, даже спрашивать не пришлось. Точнее, Ира уже восстанавливала запасы английского, чтобы спросить, но тут увидела буквально в двух шагах перекрёсток, а на угловом доме табличку с нужным названием.

Ира двинулась в путь, поглядывая на номера домов. Когда она подошла к Гене, он уже волновался, вглядываясь в противоположную сторону.

– Ген, я тут, – оповестила его Ира.

Он вздрогнул, прежде чем повернуться.

– Что там у вас стряслось?

– Не волнуйся. Ничего страшного. Кстати, я тебя не сильно от дел отрываю? А то пусть Женька сам расхлёбывает.

– От дел не отрываешь вовсе. Ты мне скажи, что стряслось-то?

– Помнишь Наташу, мою бывшую соседку? Ну, ту, которая ЦРУ, ФСБ и face control в одном лице?

– Ещё и СМИ местного значения. Конечно, помню.

– Так вот, мы тут Первомай отмечаем со вчерашнего дня, и Женечка разнообразия ради малость приударил за ней.

Больше ничего объяснять не пришлось. Едва дослушав Иру, Гена воскликнул:

– Женич как всегда в своём репертуаре! Идём.

Пока они шли до нужной двери, а потом немного постояли чуть поодаль, дожидаясь удобного момента, Гена расспрашивал Иру о подробностях, стараясь прояснить для себя конкретную обстановку.

Ира точно поймала мгновение, в которое дверь перестала интересовать прохожих, и, взяв за руку Гену, вышла в своём саду.

– Это, как я понимаю, твой новый дом? – спросил Гена, задирая вверх голову.

– Ага, – ответила Ира, подводя его к парадному входу. – Ген, я сейчас через цоколь поднимусь, а ты минут через десять вот здесь зайдёшь.

– Как скажешь, – коротко ответил Гена.

* * *

– Ну как? – спросил Иру Зив, стоило ей появиться.

– Всё нормально, – отчиталась она.

Ира незаметно присоединилась к гостям, а ровно через десять минут:

– Тук-тук-тук, к вам можно?

– Батюшки! Гена! – чуть переигрывая обрадовалась Ира и бросилась к нему навстречу. – Какими судьбами?

– Проездом, Ирчик. И, догадываюсь, как Чацкий с корабля на бал. Здравствуйте всем! – изображая радость сюрпризной встречи, Гена, обнимая, усиленно расцеловывал Иру.

– Геночка, что ж ты не позвонил? – не пытаясь вырваться из объятий и уклониться от поцелуев, продолжала играть заданную сцену Ира.

– Да вот, сюрприз решил к праздничку сделать, – оповестил он громко, а шёпотом добавил. – Ирчик, не напрягайся, они и так уже поверили.

Ира церемонно представила Гену, старательно перечислив все его артистические заслуги.

Гена кривлялся, да так, что все покатывались со смеху, явно сразу испытывая к нему высшую степень расположения.

Ира не удивлялась. Хорошо зная Гену, она ничего другого и не ожидала.

За столом началась суета по поводу усаживания нового гостя. Первой на правах хозяйки озаботилась Ира и организовала ему местечко как раз напротив Наташи.

Гена, пока его усаживали общими усилиями, сыпал шутками направо и налево, закрепляя титул «душа компании». Как только перед ним появились все необходимые столовые приборы, и тарелка с бокалом наполнились, он произнёс тост, стоя выпил, сел, продолжая крепко держать всеобщее внимание рассуждениями по поводу только что произнесённого тоста, и вдруг осёкся на полуслове.

– Батюшки! Кого я вижу! Наташенька! Ирчик, что ж ты мне сразу не сказала что Наташа у тебя нынче в гостях?

– Гена, если ты слепой, я не виновата, – смеясь, съязвила Ира.

– Воистину слепой. – Гена демонстративно поднялся и обошёл вокруг стола. – Прошу прощенья. – Он, перемахнул через диван, и оказался между Женечкой и Наташей. – Так, Евгений Вениаминович, а сгинь-ка ты отсюда. Сгинь, сгинь!

Наташа оказалась отнюдь не дурой и сразу сообразила, что артист, пусть даже и цирковой, куда круче какого-то там переводчика. Тем более что Гена сходу сделал её центром внимания.

– Господа, вы, вообще, знаете с кем за одним столом сидите? – начал он, передвинув к себе свою тарелку с бокалом.

Тем временем, Женечка, не привлекая к себе внимания, выскользнул из-за стола и глянул на Иру, предлагая последовать его примеру. А Гена начал, невероятно присочиняя для пущего понту, рассказывать о Наташином модельном прошлом.

– Откуда он знает? – вполголоса удивлённо спросила Ира. – Я ему точно ничего не говорила.

– Миссия у него такая, всё знать, – так же вполголоса ответил Женечка и добавил. – Идём ко мне.

Он увлёк Иру к проходу, и вскоре они уже сидели в его гостиной.

– Теперь часа два точно можно не появляться, – со вздохом облегчения сообщил Женечка.

Ошибся он ненамного. Через час сорок после их бегства в тишину и покой запел Женечкин мобильник. Женечка глянул на экранчик и, не отвечая, выключил.

– Ну что. По коням! Генка взад требует.

Гениными стараниями их отсутствия никто не заметил. К тому же, постарался он так, что явились они буквально за пять минут до начала бурного прощания, ненавязчиво тоже организованного Геной.

– Натулечка, я тебя покину на секундочку, – проворковал Гена, галантно помогая «Натулечке» встать из-за стола.

Глаза «Натулечки» кокетливо расширились легким жеманным недовольством.

– Видишь ли, Натулечка, артисты, как и все нормальные люди, периодически писают, а иногда ещё и какают, – радостно пояснил Гена причину минутного расставания.

«Натулечка» стала пунцовой и, как и ожидал Гена, скрылась вместе со своим смущением в толпе, придающей гостиной подобие порядка. Гена, тем временем, выудил из этой толпы Иру и Женечку.

– Ребят, может вы и подольше посидеть хотели, но я страсть как с вами пообщаться хочу, раз оказия такая вышла. Так что извиняйте, что так быстро всё свернул, – сказал он им, а потом со вздохом посмотрел на Женечку. – Женич, до дому я её провожу, но спать я с ней не буду, хоть убивай. Так что, будь другом, забери меня оттуда. На такси сюда тащиться нет ни малейшего желания.

– Хорошо, – Женечка, улыбнувшись, похлопал Гену по плечу. – Звякнешь, как управишься, и жди меня на остановке.

– Как скажешь.

Гена отошёл от них, заручившись поддержкой Татьяны Николаевны, технично вытолкал всех гостей на улицу и быстренько распихал по машинам, распределив Дашуньку к Владу, Алиночке, Люсе и Фёдору, а сам уселся вместе с Наташей на заднее сидение к Валентинычу.

Когда машина выехала за ворота, пред Ириным и Женечкиным взором предстала душещипательная сцена страстного поцелуя в неподражаемом исполнении, интенсивно подмигивающего свободным глазом, Геннадия Логинова.

* * *

– Ф-у-у-ух! – тяжело перевела дух Ира, как только машины скрылись из вида. – Отдохнули.

Женечка молчал. Они поднялись в гостиную и стали помогать Татьяне Николаевне ликвидировать последствия нашествия.

Гена позвонил, когда уже всё сияло чистотой, а Татьяна Николаевна ушла домой.

– Ир, будь другом, сходи за ним, а то он мне весь мозг выест.

Ира, ничего не сказав, отправилась за Геной.

– О! Ирчик! А Женич где? Боится, сволочь?

– Что-то вроде того. Сказал, что ты ему весь мозг выешь.

– И выем. Придурок! На приключения потянуло!

– Ген, да ладно тебе.

– Ирчик, знаешь, он, конечно, умный и мудрый, но периодами так дурковать начинает. У меня волосы во всех местах дыбом встают.

– Да успокойся ты, Ген. Ему просто эта Наташа давно уже оскомину набила.

– Ой, Ир, ну что я эту твою Наташу не знаю? Ну, дура! Ну что теперь? На нее раз шикнул, она и свалила. Прям уж так достала бедного, что и мочи никакой нет. Да плевать мне на эту Наташу!

– Да ему тоже плевать. Просто случай подвернулся, вот и поглумился малость.

– Ага! Самую малость! Что аж тебя за мной послал!

– Геночка, успокойся.

– Вот сейчас Гарову мозги выем, и успокоюсь.

– Ладно. Выешь. Идём.

Ира взяла его за руку, и они вошли к ней в дом.

* * *

Женечка сидел на диване в компании Зива и Лоренца. На столе стояли пять чашечек с кофе.

– Ну что, Женич, опять дуркуешь? – грозно спросил Гена, едва поднявшись в гостиную.

– Генка, отвянь, – небрежно бросил ему Женечка.

– Что значит, отвянь?

– Это значит, прекрати.

– Что значит, прекрати? Я ещё и не начинал.

– Вот и не надо. По крайней мере, при Ире.

– А-а! Так значит, при Ире не надо. А чудил ты, сволочь, не в её доме?

– Послушай, оставь в покое Иру и её дом. Она прекрасно всё понимает.

– Так значит, понимает. Женич, а тебе не кажется, что ты – банальный козёл?

– Генка, я уже перекрестился, так что больше не кажется.

– Не! Ирчик! Ну ты слышала?

– Слышала, Ген, и больше не имею ни малейшего желания слушать, как вы тут препираетесь.

– И мы, между прочим, тоже, – важно промурлыкал Лоренц и отпил немного кофе из чашечки.

Гена вытаращился на Лоренца.

– Ирчик, это ты так зверюгу выдрессировала?

– Спасибо за комплимент, – недовольно мяукнул Лоренц.

Гена на его реплику не обратил никакого внимания, а тем временем, из своей чашечки отхлебнул Зив.

– Батюшки! Ирчик! Да их на приём к английской королеве вести можно!

– Мы и сами сходить можем, если приспичит, – проурчал Зив.

– Ирчик, как живность-то кличут?

Гена пришёл в восторг и, хоть на время, забыл «выедать мозги» Женечке, который облегчённо вздохнул.

– Зив, – представился Зив.

– Лоренц, – последовал его примеру Лоренц.

– Ирчик, пёсика-то с котиком как звать? – повторил, слегка модифицировав, свой вопрос Гена, решив, что Ира о чём-то, видимо, задумавшись, не обратила на него внимания.

– Генка, ты что, не слышал? – сканируя его взглядом, спросил Женечка. – Ребятки тебе представились.

– Не понял. В смысле?

– Вы уверены, что он должен вас слышать? – спросил Женечка у Зива и Лоренца.

– Насчёт «должен» не знаем, но мы не ныкаемся от него, – промурлыкал Лоренц.

– Генка, я тебя поздравляю! Ты не только слепой. Ты ещё и глухой.

– Ирчик, о чём это он?

– Геночка, они, – Ира кивнула на Зива и Лоренца, – разговаривают с тобой. Вот минуту назад по твоей просьбе назвали свои имена.

– Что? Издеваетесь, да?

– О! У Генки крыша поехала! – Женечка немного повеселел.

– Женич, связавшись с тобой, я свою крышу суперклеем приклеил и гвоздиками намертво прибил.

– А я-то понять не могу, и чего это ты слепой и глухой? А у тебя, оказывается, крыша напрочь лишена подвижности, – съязвил Женечка, всё больше становясь самим собой.

– Ой! Развеселился! Думаешь, я забыл про всё, что хотел тебе сказать? Женич, я тебя сегодня всё равно порву! – снова впал в ярость Гена, но тут же резко сменил интонацию и с ноткой мистического трепета в голосе спросил Иру. – Ирчик, а они что, правда, разговаривают?

– Геночка, они не просто разговаривают. Им бы кандидатские с докторскими писать, – ответила Ира.

– Ира, а это мысль! – гавкнул Зив.

– Что, Зив? – спросила Ира.

– Неси-ка ручку и бумагу, – проурчал он.

– Зив, ты что, серьёзно писать будешь? – изумлённо спросила Ира.

– Неси, неси.

– Женечка, принеси, пожалуйста, ручку и бумагу. Я, конечно, и сама могу, но боюсь, что пока ходить буду, Гена тебя и вправду порвёт.

– Палладина, ты – ангел во плоти! – вставая с дивана, сказал Женечка, расплывшись в благодарной улыбке, чмокнул Иру в щёку, а потом скорчил рожу Гене и ушёл в Ирин кабинет.

За всё то время, которое понадобилось Женечке, чтобы принести канцелярские принадлежности, Гена не проронил ни слова, украдкой поглядывая то на Зива, то на Лоренца.

– Вот, – сказал Женечка, кладя на стол перед Зивом листок бумаги и ручку.

Зив взял ручку в зубы и немного крупновато, но вполне ровным, даже можно сказать красивым почерком вывел:

«Меня зовут Зив»

На следующей строчке:

«My name is Ziv».

Еще чуть ниже:

«Ich heiße Ziv».

А дальше:

«Benim ismim Ziv».

Было понятно, что он может продолжить, вот только места на листочке больше не осталось.

Зив отнёс ручку Лоренцу, а потом и листок.

Просмотрев письмена Зива, Лоренц перевернул листок на другую сторону. Он написал ту же фразу, лишь поменяв имя на своё и, помимо варианта на русском, вместо английского, немецкого и турецкого использовал финский, испанский, грузинский, арабский, тайский, иврит и санскрит. Почерк у него был мельче, а потому и поместилось больше.

Закончив, он взял листок в зубы, спрыгнул со своего места, размеренной поступью подошёл к Гене и, поставив передние лапы ему на колени, торжественно вручил.

– Ни фига себе! – воскликнул Гена, изучая послание с обеих сторон. – Ну что ж, со стыдом должен признать, что из всего этого, кроме русского, понимаю лишь английский и немецкий.

– А ну-ка, дай сюда, – с энтузиазмом попросил Женечка, протягивая руку. – Батюшки! Лоренц, в том, что иврит для тебя язык не чужой, я не сомневался, – Женечка усмехнулся с намёком, – но на кой, скажите мне, вам санскрит?

– Евгений Вениаминович, я думаю, Вы не будете спорить с тем, что Веды лучше читать в подлиннике, – с достоинством проурчал Зив.

– Слушай, псина, будь другом, напиши, что ты сейчас сказала, – тараща на Зива глаза, попросил Гена.

– Евгений Вениаминович, будьте так добры, принесите ещё листок бумаги, – проурчал Зив.

– Что? – как бы сам себя спросил Гена.

– Он попросил Женечку принести ещё листок бумаги, – «перевела» Ира.

– А-а-а, – с «пониманием» протянул Гена.

Женечка, заливаясь весёлым смехом и изображая страдающую излишней прыгучестью девочку лет восьми на школьной перемене, умчался за новым листком.

– Спасибо, – чинно поблагодарил его Зив, когда бумага легла перед ним на стол.

– Он сказал спасибо, – «перевела» Ира.

Зив взял в зубы ручку и аккуратно вывел: «Санскрит следует знать для того, чтобы читать Веды в подлиннике». Потом он скосил глаза на Женечку и написал, правда, уже менее старательно, ту же фразу на санскрите.

Гена взял листок и, прочитав, воскликнул:

– Потрясающе!

– Ну-ка дай! – попросил Женечка, забирая у Гены листок. – О-о-о! – протянул Женечка с издевкой. – Еще бы не потрясающе! Генка, для тебя это – настоящее откровение! Теперь ты точно знаешь, для чего нужно знать санскрит.

– Женечка, дай-ка мне, – попросила Ира.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.