Черные Клены

Глава 4. Разум должен править миром

Каждый день, за исключением воскресенья, Снежа сидела на уроках и внимательно слушала учителей. Эдемская школа разительно отличалась от её старой – московской. Детей в ней не грузили бесполезными предметами вроде физкультуры и литературы, каждому из учеников уделяли особое внимание и преподавали те знания, которые соответствовали их талантам. Оказалось, что Снеже наиболее подходит биология. Она с удовольствием читала учебники о живых организмах, долгими часами сидела за микроскопом и наблюдала, как крохотные бактерии двигаются, делятся и общаются друг с другом.

И вот однажды, доктор Комарова – молодая и добродушная учёная объявила, что все ученики отправляются на экскурсию по Эдему. Снежа долго не могла поверить, что увидит настоящий лес, пусть и под огромным стеклянным колпаком, но всё же самый настоящий лес.

– Ну что, все собрались, тогда начнём, – сказала доктор Комарова. – Это жилой комплекс, но вы это и без меня хорошо знаете. В нём 425 комнат одинаковой площади, все они предназначены для постоянного проживания учёных и удовлетворения их бытовых потребностей. Само здание было построено одним из первых, также как и административный корпус – брат близнец жилого. Здания построены с использованием новых технологий, более продвинутых, чем те, что применялись при массовой застройке старых городов. Так вот, стёкла в наших зданиях пропускают гораздо больше света, а выпускают меньше. Вы, наверное, заметили, что на солнце наши дома не бликуют, а остаются матовыми.

Дети закивали.

– Так вот, такие стёкла нужны ещё для того, чтобы скрыть наше местоположение. Вы только представьте, что через маскирующий купол будут пробиваться лучи солнца, – доктор Комарова улыбнулась. – Тогда сюда слетятся все кому не лень, как мухи на лампочку. Идёмте дальше.

Экскурсанты поднялись на седьмой этаж на большом стеклянном лифте. Перед ними показался мост, перекинутый между двумя корпусами.

– Вот, ребята, посмотрите, – указала рукой доктор Комарова на рельсы внизу. – Это станция железной дороги. Конечно, это название старое, и рельсы сделаны вовсе не из железа. Так вот, линия тянется от посёлка рабочих в долине, проходит через хребет, мимо нас к Куполу и электростанции. Сегодня мы на ней прокатимся, – она улыбнулась, увидев сияющие лица учеников, и пошла по мосту дальше в административный корпус. Пройдя по незамысловатым светлым коридорам, доктор Комарова открыла дверь своего кабинета и впустила учеников. У стены стоял небольшой чёрный стол, очень похожий на те, что находятся в жилых комнатах, но этот был раздвижной, его высота также регулировалась: надоело сидеть на стуле – подними и стой.

– Это мой кабинет, – сказала она, затем подошла к панорамному окну, в котором виднелся хребет, и подозвала ребят.

– Вот, смотрите. Это хребет, снаружи он похож на продолговатую гору, но внутри он практически весь полый. Слева расположен центр проведения операций – главная база наших агентов. По середине и справа – завод, на котором производятся стройматериалы для наших зданий. Вон, видите, трубы торчат из хребта, как думаете, зачем они? – Комарова внимательно посмотрела на учеников.

– Для того чтобы дым по ним шёл, – ответил задумчиво Игорь.

– А вот и нет, – подловила Комарова, Игорь вытаращился на учителя: он оказался неправ – этого не могло произойти. – Только представьте, как из труб пойдёт чёрный дым, так нас по нему сразу и обнаружат. Нет. Трубы нужны, чтобы втягивать прохладный воздух над хребтом и доставлять его в печи для выплавки риардения.

– Риардения? – переспросила Снежа.

– Да, – это высокопрочный металл, гораздо крепче стали. Большинство зданий в Центре построено из него. Этот металл один из четырёх основных строительных материалов. Есть ещё супербетон, С–реакционное стекло, как в окнах, и волокнистый пластик, из которого сделан этот стол, – она похлопала ладонью по столу. Затем, поняв, что отошла от темы, доктор Комарова продолжила разговор о заводе. – Так вот, через трубы втягивается воздух, попадает в печи для изготовления риардения, а все выхлопы сжимаются до твёрдого состояния и перерабатываются.

Учитель дала ещё немного времени насладиться видом и повела группу на станцию.

Через минуту ожидания к высокой платформе подъехали три маленьких серых вагончика с сиденьями. Дети и доктор Комарова сели, и поезд плавно, но быстро разогнался. До Купола ехать было совсем ничего – всего три минуты, но и за столь короткий срок Снежа успела насладиться поездкой. Слева и справа лёгкий ветер беспокоил жёлтый песок, сзади уменьшались стеклянные прямоугольники корпусов, а впереди рос огромный зеленеющий купол. Поезд остановился внутри здания Купола. Округлый свод станции перерастал в просторный светлый потолок холла. По зданию не спеша передвигались учёные, не обращая внимания на то великолепие, что их окружало. Подождав, пока ученики насмотрятся на убранство вестибюля, доктор Комарова направилась к небольшой комнате в другом конце зала.

– Вот, пришли, – сказала она. – За этой дверью будет коридорчик для дезинфекции. Заходите по три человека, затем выходите в переднюю дверь и ждите меня там. Не разбегайтесь.

Первым в коридор залетел Игорь, за ним не спеша зашла Алиса – девочка из Англии, и третьим вошёл американец Роберт. За ними в коридор прошли Снежа, Чен Ясинь и бразилец Габриель – новенький в их классе.

Плотный молочно–белый туман заполнил тесное помещение, через десять секунд загудела вытяжка, и комнатушка вновь стала прозрачной. Дверь впереди отползла в сторону. Осторожно, будто вступая в шкаф, ведущий в волшебную страну, Снежа вышла и замерла. Под стеклянным небом высилась огромная пирамида. Её гигантские заросшие лесом ступени тянулись вверх. Гора была настолько высока, что её вершина терялась где-то в тумане под стеклянным сводом купола. Снеже казалось, что Эдему удалось найти легендарные сады Семирамиды, привезти их сюда и накрыть сверху стеклом гигантской витрины.

Все ученики стояли, открыв рот, и разглядывали это зелёное чудо.

– Удивлены? – улыбнулась доктор Комарова. – Гора искусственная, сделана из риардения и супербетона, ну а лес на ней – нет. Это целое собрание различных сортов деревьев, кустарников, трав и цветов. Все растения привезены сюда из разных климатических зон. Одни любят тепло и влагу, другим нравится прохлада и сухой воздух. Поэтому они и расположены на горе, чем выше – тем прохладнее, потому что тёплый воздух при подъёме постепенно остывает. Здесь, даже, постоянно идёт дождь – вода испаряется, поднимается на вершину купола, где расположен охладитель, и опускается в виде дождя. Давайте немного походим у основания горы и поднимемся на вершину, – предложила учитель.

Снежа двинулась вслед за группой, она не могла оторвать глаз от этого чуда света – единственного зелёного уголка на целой планете, да и не просто какой-то грядке, а целому лесу, лесу на горе.

Доктор Комарова остановилась и сказала, чтобы дети прислушались. Вдалеке едва слышно кто-то надрывисто пел.

– Не может быть, птицы? – прошептала Снежа.

– Да, птицы. Но не только они живут здесь, под нашими ногами ползают черви, а на деревьях сидят жучки. Лес – это не только деревья, лес – это целая экосистема, – сказала доктор Комарова.

Группа ещё немного погуляла у основания горы и двинулась вслед за Комаровой в небольшую пещеру. Свод пещеры был невысоким, как раз под рост человека, но внутри она превратилась в длиннющий бетонный коридор, уходящий вглубь горы. Казалось, он никогда не закончится: стены всё ползли и ползли вперёд. Наконец, в конце показались двери лифта.

– Проходите, – сказала доктор Комарова, затем нажала на самую верхнюю кнопку. Лифт дрогнул и полетел вверх. Он поднимался около минуты, сначала за его стеклом ползли скучные серые стены, но потом, в какой-то миг, они исчезли, и открылся вид на лежащую внизу гору. Могучие зелёные склоны тонули в густом тумане. Лифт всё летел и летел, казалось, что он вот-вот окажется в космосе, но через мгновение кабина вновь влетела в бетонную шахту и через пару секунд остановилась в небольшом светлом помещении на вершине Купола.

– Так, очень хорошо, все вышли? – спросила доктор Комарова, заглядывая в лифт. – Вот, ребята, смотрите, мы на самой вершине Купола. Отсюда виден почти весь Центр.

Она подошла к панорамному окну круговой обзорной площадки. Дети медленно приблизились к стеклу.

– Вдалеке вы можете увидеть солнечную электростанцию, – доктор Комарова указала рукой на широченные чёрные квадраты полей, которые раскинулись посреди пустыни. – Благодаря станции, мы удовлетворяем почти все потребности в электроэнергии. В отличие от обычных солнечных панелей, что использовались раньше, наши изготовлены из гитема – синтетического материала, позволяющего улавливать больше солнечного света, а значит – вырабатывать больше электричества.

Ученики прислонились к окну и стали вглядываться вдаль.

– А вон там, – Комарова указала на небольшую вышку на самом горизонте, – мы добываем нефть для изготовления пластика. Таримское месторождение – одно из самых больших в мире.

Учитель дала немного времени, чтобы ученики побегали по обзорной площадке и поглазели на красоту и величие Эдема, затем подозвала всех и задала вопрос:

– Как вы думаете, что потом будет с лесом внизу?

Дети задумались, первой ответила Алиса:

– Он станет ещё больше и разнообразнее.

Доктор Комарова похвалила её, сказала, что так и будет, но ответ другой.

– Мы построим ещё купола для других растений, а этот будет примером всем остальным – уверенно заявил Игорь.

– Игорь почти прав, – заметила учитель. – Когда мы усовершенствуем формулу препарата от бактерий, мы вновь засадим планету растениями, а первые деревья возьмём отсюда.

Дети не могли свести с учителя глаз, их переполняла энергия: неужели они тоже станут частью этого грандиозного события!

– Наверняка, вы знаете, что сейчас, не только здесь, а вообще везде, сплошная пустыня.

Ученики закивали.

– Так вот, пески под воздействием ветра перемещаются, они скапливаются в огромные горы и блуждают по планете. Они поглощают всё: дома, постройки, дороги, и, в отличие от снега, никогда не тают. Поэтому в скором времени мы начнём озеленять нашу планету… и вы примете в этом участие, – видя огонь в глазах учеников, добавила учитель.

– Ой, что там? – Комарова посмотрела в окно. – Смотрите, вот, о чём я вам и говорила.

Все прильнули к окну: на горизонте колебалась тонкая жёлтая полоса.

– Пылевая буря? – подумала вслух Снежа.

– Верно, – ответила доктор Комарова. – Но нам нечего беспокоиться, Купол прочный, выдержит.

Полоска становилась всё шире. На громадной скорости она врезалась в Купол, но внутри было слышно лишь, будто великан ударил пальцем по пустой бутылке. Тонны песка проносились мимо посетителей обзорной площадки. Ветер завывал и царапал стекло, но страшно не было – все знали, что это здание построено на века и никакой ветер ему не грозит. Через десять минут буря стихла, песок осел, а воздух снова стал прозрачным. На горизонте чёрные квадраты электростанции были наполовину засыпаны песком. К ним уже мчался поезд с бригадой работников.

Браслет доктора Комаровой запиликал. Она отвернулась и поднесла его ко рту. Снежа услышала лишь, как кто-то на другом конце быстро лепетал. Потом стало тихо. Привычная улыбка доктора Комаровой исчезла, и учитель подошла к Снеже. Она взглянула на девочку, глубоко вздохнула и сказала:

– Нам с тобой нужно идти.

«Что? Куда? Что случилось? – подумала Снежа. – Почему я?» Девочка поволокла немеющие ноги вслед за летящей к лифту Комаровой.

Как только солнце выкатилось из-за гор, посёлок рабочих зашевелился. Женя уже был собран. Он поцеловал спящую Алёну, накинул на одно плечо рюкзак и вышел на залитую светом улицу. Повсюду двери белоснежных домов открывались, из них бодро выходили рабочие, они направлялись на станцию железной дороги.

– Женя, уже бегу! – послышался захлёбный голос сзади.

– Яков? – повернулся Женя.

– Фу, – выдохнул молодой человек чуть выше Жени. – Недолго ждал?

– Только вышел.

Яков ещё постоял чуть–чуть, отдышался, и они с Женей направились вслед за остальными рабочими на поезд.

– Ты чего бежал-то? – спросил Женя.

– Ступил потому что. Время перепутал. Думал, на час опоздал, а оказалось всё норм, – махнул рукой Яков.

– Бывает, – сказал Женя. – Куда нас сегодня распределили?

– На электростанцию. Несколько панелей вышли из строя, надо заменить.

– Хорошо, вроде, работа непыльная, до обеда управимся.

Поезд приехал необычно длинный – шесть вагонов. Рабочие спокойно без давки зашли внутрь, кто успел – тот сел, кто не успел – стоял молча.

– Опять битком набитый, – проворчал Яков. – Вроде и ресурсы есть и люди, а поезда нормального нет.

На парня покосились несколько пассажиров, и он стал говорить тише.

– Да ладно тебе, – сказал Женя, – ехать-то пять минут. Все ресурсы и силы на стену уходят.

– Да, вот будет громадина… – протянул Яков. – Говорят, будет похожа на большую плотину, только сдерживать придётся не воду, а правительственные войска.

Поезд остановился внутри хребта, вышло несколько человек, остальные ехали до завода.

– Поговаривают, что агенты разработали план обороны, ну, это, если всё же нападут. Ты не знаешь, нас тоже к ружьям приставят? – Яков уставился на приятеля.

– Не знаю. Да и вообще, будешь много слушать, уши как у чебурашки станут, – Женя брямкнул пальцем по уху Якова.

– Да иди ты, – усмехнулся тот.

Поезд двигался в недрах горы по длиннющему тоннелю. Постепенно он стал притормаживать. Справа и слева потянулась платформа. Пассажиры зашевелились и спокойно друг за другом вышли в двери с обеих сторон.

– Видишь, культурно всё как, – заметил Женя. – Не то, что раньше: полезут в одну щель все разом, да ещё с матершиной.

Поезд тронулся, через две минуты он остановился на конечной станции «Склад». Женя и Яков вышли из вагона, обогнули тупики и остановились с другой стороны на грузовой платформе. Там их уже поджидали дрезина и маленький открытый вагончик с солнечными панелями.

– Уже всё готово! – улыбнулся Женя. – Как же здесь всё отлично организовано. Раньше бы мы час прождали, пока найдётся грузчик, потом окажется, что он накануне забухал и надо вызывать другого, а тот дома ещё спит, потом впопыхах прибежит на станцию, поковыряет кран, спросонья разобьёт что-нибудь, и где-то через час панели окажутся в вагоне, криво, конечно, но зато дело сделано, а остальное не его проблема.

– Ты чего всё про прошлое-то? – спросил Яков, усаживаясь в дрезину.

– Да так, повезло нам с тобой, что сюда попали. Так бы сидели в какой-нибудь дыре снаружи, шарились бы в поисках припасов по развалинам городов, и, в конце концов, стали бы кормом для одичалых собак. А здесь хорошо и люди понимающие, – заключил Женя и нажал на рычаг. Дрезина поехала вперёд.

Пролетев станцию «Завод», поезд выехал из тоннеля к сверкающему в лучах солнца озеру, он проехал над водной гладью несколько сот метров и притормозил у корпусов учёных, затем снова разогнался и помчался в пустыню.

– Ты давно видел сестру? – неожиданно спросил Яков.

– Несколько дней назад, когда в Эдем приехали.

– Угу… – протянул Яков и добавил: – а я свою уже год не видел. Боюсь, что больше и не свидимся.

– Чего? Откуда ты только берёшь всё это? – проворчал Женя.

– Я слышал, что учёные держатся отдельно от работников и агентов, занимаются своими цветочками и стараются не общаться с остальными… – продолжил Яков.

– Ты преувеличиваешь, – отрезал Женя. – Просто у всех много работы, времени на посиделки нет. Вот до Катастрофы, ты как часто виделся с родными?

– Ну… может раз в полгода, – протянул Яков.

– Вот видишь, мир поменялся, а люди нет. Только работы стало больше.

– Может ты и прав, – согласился Яков.

Поезд остановился на небольшом полустанке рядом с входом в одноэтажную бетонную коробку. Внутри что-то гудело. Женя вылез из дрезины, помотал головой по сторонам, увидел грузовичок и побежал к нему.

– Яков, цепляй панели! – крикнул парень.

– Готов!

Женя подъехал, опустил кран к вагонетке, Яков зацепил панели за крюк. Через минуту они уже лежали в кузове грузовика.

– Садись, – крикнул Женя. Яков подбежал и сел в кабину.

Женя осторожно, как бы не съехать с бетонной дороги в вязкий песок, направился к повреждённым панелям.