Мир, где нет тебя
У меня возникло сильное желание взглянуть на этот браслет.
— Вы случайно не захватили с собой это украшение? Мне очень хотелось бы взглянуть на него! — спросил я, поддавшись вперед и игнорируя его вопрос.
Я мысленно усмехнулся.
Я то думал, что придется искать артефакты по всему миру, а он сам пришел ко мне. Вот это удача!
— Вот он, — произнёс Валентин Борисович, извлекая из кейса продолговатую бархатную коробочку.
Он поставил её на стол с такой осторожностью, будто держал в руках не украшение, а самую величайшую ценность в мире.
Медленно открыв крышку, он продемонстрировал браслет.
Кажется, любопытство взяло верх над осторожностью. Коллекционер так хотел узнать побольше от меня, что не мог сдержать себя и даже не заметил, как сам выдаёт всё больше сведений.
«Это мне только на руку», — подумал я и наклонился над столом, разглядывая удивительную вещь.
Это было массивное золотое изделие с несколькими крупными драгоценными камнями: изумрудами, рубинами и топазами. На середине браслета был выгравирован символ нашего рода. Витиеватые иероглифы, инициалы фамильного рода. Разнообразие оттенков и форм придавало украшению не только красоту, но и невероятную силу, способную управлять стихиями природы.
И да, я был знаком с этим артефактом.
Его изображение хранилось в реестре наших списков, и для него было отведено специальное место в сокровищнице — которое пустовало уже много веков. «Кажется, у меня появилась возможность вернуть его домой», — мелькнула мысль.
Однако сейчас не время. Позже я обязательно вернусь к нему и к своему кольцу, чтобы призвать их, если, конечно, ко мне вернутся силы. А пока я планирую продать кольцо, чтобы улучшить своё материальное положение в этом мире.
Сняв с пальца кольцо, аккуратно положил его на подложку, принесенную ценителем дорогих безделушек. И приступил к обсуждению деталей сделки с человеком, который, возможно, приходится мне дальним родственником.
Я мысленно поморщился. Кажется, я поторопился с выводами и недооценил этого коллекционера.
Его кажущиеся промахи на самом деле были частью тщательно продуманного плана. Я с изумлением наблюдал, как он выстраивает передо мной стратегию, стараясь поймать меня в ловушку.
«Ну что ж, сыграем», — хмыкнул я про себя.
— Валентин Борисович, — я чуть наклонил голову, но взгляд не смягчил ни на градус, — я убеждён, что при вас есть всё необходимое оборудование, чтобы подтвердить подлинность кольца. Начните осмотр как можно скорее. Иначе сделка не состоится. У меня через час важная встреча, и я не намерен её пропускать. Прошу вас не тратить моё время зря, — к концу речи я добавил в голос холодного металла.
Валентин Борисович едва заметно поёжился. Он уловил все мои скрытые послания: «не тяни», «не играй со мной», «я не в том настроении». И решил больше не провоцировать.
В его глазах мелькнуло что-то ещё... лёгкое торжество. Он понял: мне крайне нужны деньги. Иначе я бы не стоял здесь, не предлагал бы семейную реликвию, не сжимал бы пальцы так, что костяшки побелели. Для него это было преимущество. Как козырь, который он пока не выкладывал на стол, но уже поглаживал краешек карты.
«Ничего, — подумал я, глядя ему прямо в глаза, не моргая. — Мы справимся и с этим. Я не упущу своего. Ни за что».
— Безусловно, Мир, — наконец произнёс коллекционер, и в его голосе теперь звучала не дерзость, а осторожное уважение. — Я понимаю, что вы человек занятой. Но и вы должны понять меня: я не могу приобрести кота в мешке. Это не безделушка с лотка, это артефакт, который может стоить целое состояние — или обернуться позором, если окажется подделкой.
Он сделал паузу.
— К тому же вы так и не ответили мне, к какому роду вы принадлежите. — В его голосе вдруг проскользнуло не любопытство торговца, а трепет исследователя. — Я искал по всему миру, перечитал множество старинных летописей, но так и не нашёл ничего, что хотя бы отдалённо напоминало этот знак. Я даже не мог себе представить, что мне выпадет удача встретиться с кемто из вас…
Он замолчал, и на мгновение в комнате повисла тишина, в которой слышалось только наше ровное дыхание.
«Вот же заноза в заднице», — раздражённо подумал я, но сохранил внешнее спокойствие.
Я не спешил отвечать. Пусть повисит в этом предвкушении. Пусть почувствует вес того, что держит в руках. Кольцо лежало на бархатной подложке, тускло мерцая, храня в себе сотни невысказанных историй. И я был единственным, кто знал их все.
— К сожалению, я не могу предоставить вам никакой информации, поскольку сам не обладаю ей. Это кольцо передавалось в нашей семье по наследству, и это всё, что мне известно, — попытался я навешать ему лапши на уши.
Валентин Борисович в гневе вскочил и ударил ладонью по столу, но быстро взял себя в руки.
Я же сохранял хладнокровие, молча наблюдая за ним.
— Очень жаль, — медленно произнёс он, делая вид, что поверил мне.
В течение последующих двадцати минут коллекционер скрупулёзно исследовал кольцо, которое лежало на столе. Осмотрев украшение, он выразил удовлетворение, и мы приступили к процессу торговли. Однако хитрец и тут пытался сбить меня с толку, постоянно занижая цену.
В конце концов мне это надоело.
Я встал с места и протянул руку, чтобы забрать перстень. Уже почти надел его на палец, когда услышал, как коллекционер с паникой в голосе воскликнул:
— Я согласен! Я заплачу вам столько, сколько мы изначально договаривались! — Он попытался схватить меня за руку и забрать перстень обратно.
Я усмехнулся и отдал ему артефакт, мысленно пообещав себе вернуть его. Иначе бабушка с меня три шкуры сдерёт!
Получив банковский чек на предъявителя с внушительной суммой, я попрощался с коллекционером.
Его взгляд был таким, будто он хотел схватить меня и допросить с пристрастием. Не задерживаясь более в ресторане, я вышел на улицу. Меня не покидало чувство, что Валентин Борисович не отпустит меня так просто.
Я плюхнулся на заднее сиденье такси и только тут до меня дошло: адреса-то я не знаю.
— Куда едем? — спросил водитель.
Я почесал затылок, лихорадочно пытаясь выудить из памяти хоть что-то.
В голове крутились обрывки разговора Элианы с службой по вызову такси по телефону.
— Эм… район такой… уютный, — начал я, чувствуя себя максимально убедительно. — Там ещё дом с граффити кота на стене.
Водитель покосился на меня в зеркало так, будто я загадал загадку из квеста «Выживи в чужом городе».
— Это всё? — уточнил он с лёгкой иронией.
— Ну… и пекарня рядом, — добавил я вспомнив про магазин.
Он хмыкнул, но не стал выгонять. Вместо этого тронулся с места, и мы поехали, честно говоря, почти наугад.
Я смотрел в окно, напряжённо вглядываясь в каждый фасад.
И вот, когда мы свернули на очередном перекрестке, я узнал места, по которым мы несколько часов назад проезжали.
— Тут! — выпалил я, подавшись вперёд. — Вот здесь въезд во двор.
Через пять минут я уже стоял у двери Элианы.
Глава 14
Элиана
Вернувшись домой, я почувствовала сильное беспокойство. Оно висело в воздухе, тяжёлое и гнетущее, проникая под кожу. Я бродила по квартире, переходя из комнаты в комнату, в надежде найти объяснение своему состоянию и успокоиться. Но тревога только усиливалась, сжимая грудь невидимыми тисками.
Внезапно зазвонил телефон. Резкий звук заставил меня вздрогнуть. Я схватила мобильный, взглянула на дисплей и разачарованно вздохнула: на экране светилось «Мама».
— Алло, мам, привет! — произнесла я с наигранной жизнерадостностью, стараясь скрыть волнение. — Как твои дела? Как папа?
— Изволь объясниться, — строго начала она, не утруждая себя светскими любезностями. — Что за мужчина был с тобой в торговом центре? Ты опять оказываешь помощь всяким сомнительным личностям? Когда же ты наконец возьмёшься за ум?
Я хранила молчание. По опыту знала, что любые попытки вступить в разговор будут тщетны, пока она не выскажет всё до конца.
— Почему ты молчишь? Тебе нечего сказать? — спросила мама, когда поток её упрёков иссяк.
— Мама, ты зря волнуешься, — ответила я как можно спокойнее. — Ничего не произошло из ряда вон выходящего.
— Как это не произошло? О тебе в городе ходят самые невероятные слухи, — не унималась она.
Я снова вздохнула, понимая, что придётся объясняться:
— Мама, я просто помогла незнакомому человеку приобрести несколько вещей. Не стоит верить всему, что говорят. Ты же знаешь, как сплетницы любят преувеличивать!
— Это правда? — спросила она уже более спокойным тоном.
— Конечно, правда, — ответила я, невольно скрестив пальцы за спиной, как делала в детстве.
Эта привычка осталась со мной, хотя я давно выросла. Я ещё ребенком выяснила что говорить маме всю правду может выйти мне большим боком. Знаем, знаем, проходили через это.
— Хорошо, раз ты так говоришь, — наконец произнесла она, но в голосе всё ещё слышались нотки беспокойства. — Но в следующий раз будь осторожнее. Не стоит заводить сомнительные знакомства. Ты слишком добрая, — добавила она с тяжёлым вздохом.
— Я тоже люблю тебя, мама, — сказала я и попрощалась.
Отключив вызов, положила телефон на стол.
Мысли тут же вернулись к иномирцу. «Где же он может быть так долго?» — думала я, не в силах совладать с тревогой. «Я начинаю сходить с ума от волнения…»
Нервно расхаживая по гостиной, я вдруг застыла на месте.
В голову пришла тревожная мысль: а что, если Мир не вернётся?
Если Мир не сможет вернуться, придётся самой его искать… Размышляла я, меряя шагами комнату. А вдруг...?
Я бросилась к ноутбуку, открыла его и, запустив Skype, начала просматривать сообщения. Мне хотелось узнать, есть ли возможность снова связаться с тем коллекционером.
В этот момент раздался звонок в дверь. Сердце подскочило к горлу. Я отложила ноутбук на диван и поспешила к выходу.
Открыв замок, я увидела на пороге Мира. Он выглядел довольным и невредимым, на губах играла лёгкая улыбка.
Не сдержавшись, я от радости бросилась к нему на шею. Он крепко обнял меня в ответ. Мы стояли так несколько минут, не произнося ни слова, и я наконец почувствовала, как напряжение покидает тело.
— Неужели ты так сильно скучала по мне? — донесся до меня насмешливо-самоуверенный голос этого пришельца из другого мира.
Я тут же отстранилась:
— Ах, какие фантазии, — ответила я в той же манере. — Проходи скорее, не задерживайся на пороге, — добавила, жестом приглашая его в дом.
Он вошёл и закрыл за собой дверь.
— Что ты так долго? Я вся извелась от волнения! Ну, рассказывай скорее, как всё прошло? — засыпала я его вопросами, даже не дав разуться.
Не обращая внимания на моё нетерпение, Мир спокойно снял обувь и направился в гостиную. Я шла за ним, словно привязанная невидимой нитью. Усевшись на диван, он похлопал рукой, предлагая мне сесть. Не раздумывая, я пристроилась рядом, едва сдерживая нетерпение.
Мир, не говоря ни слова, достал из кармана пиджака сложенный лист бумаги и протянул его мне. Я выхватила листок из его рук и стала внимательно изучать. Взгляд скользнул к нижней части чека и тут я увидела сумму. Глаза невольно расширились, а дыхание на мгновение перехватило.
—Ого! — вырвалось у меня, и я с восхищением посмотрела на него. — Это же огромная сумма… У тебя получилось!
— А ты разве сомневалась? — спросил он, и на его лице засияла самодовольная улыбка, от которой в груди вспыхнуло раздражение пополам с восхищением.
— Самодовольный индюк, — прошептала я тихо, не удержавшись от колкости.
Его лицо выражало слишком большое удовлетворение, и это бесило, но в то же время почемуто вызывало улыбку.
— Что? Я всё слышал, ах ты… — он нагнулся в мою сторону с угрожающим видом.
Не теряя времени, я бросилась вон из комнаты, смеясь на ходу. Но не успела добежать до спальни и спрятаться, как он настиг меня в два шага. Схватив за плечи, развернул к себе и мягко, но уверенно прижал к стене.
— Это кто индюк? — потребовал он ответа, но в глазах плясали смешинки.
— Да пошутила я, пошутила, — закричала я, сдавая позиции и пытаясь не рассмеяться. — Признаю свою вину, каюсь!
— Тото же, — произнёс он, заглянув мне в глаза.
И вдруг всё изменилось.
Его взгляд стал серьёзнее, глубже, будто в эту секунду между нами прорвалась какаято невидимая связь. Я вновь ощутила, как погружаюсь в бездну его удивительных глаз. Тёмных, глубоких, завораживающих.
Мир медленно наклонился ближе. Моё сердце на мгновение остановилось, а потом заколотилось с невероятной силой. Я замерла, не в силах произнести ни слова. Его губы коснулись моих, сначала едва ощутимо, почти невесомо, а затем с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание.
Поцелуй вызвал вихрь чувств: тепло разливалось по телу, кончики пальцев покалывало, а в груди расцветало чтото новое, неизведанное. Закрыв глаза, я позволила себе раствориться в этом мгновении, где время будто замерло. Его руки мягко обвили мою талию, притягивая ближе, и я почувствовала, как всё внутри меня сначала замирает, а затем вспыхивает ярким пламенем.
Он слегка отстранился, и в его глазах я увидела смятение и вопрос, которые отражали мои собственные чувства. Дыхание сбилось, но он не отвёл взгляда. Его пальцы нежно коснулись моего лица, осторожно, почти благоговейно, словно он боялся, что я могу исчезнуть, как сон.
— Какие сильные эмоции… Как такое возможно? — прошептал он.
В тот момент я ясно осознала: моё место рядом с ним.
Всё остальное... Слухи, тревоги, предостережения мамы... Вдруг стало далёким и неважным.
Мои губы сами потянулись к нему, и мир вокруг растворился в воздухе.
Я больше не могла сопротивляться тому, что происходило между нами.
Он стал моим небом, моим воздухом, моей вечностью. И я отдалась этому чувству целиком. Без страха, без оглядки, понимая, что возврата к прошлому уже не будет.
Глава 15
— Элиана, ты сводишь меня с ума. Я не могу ясно мыслить, когда ты рядом, — прошептал он, и от этого тихого голоса по коже побежали мурашки, будто кто-то провёл по спине ледяной иглой, а следом тут же поднёс тёплое пламя.
Я замерла, растворяясь в этих словах, в его дыхании, в том, как мир вокруг на секунду перестал существовать… и тут он буднично добавил:
— Нам нужно обналичить чек, а то мало ли что может случиться.
Фраза ворвалась в момент, как ведро ледяной воды в разгар романтической сцены.
Я моргнула, пытаясь переключить фокус: из «мы на краю вселенной» в «нам нужны наличные».
— Что? Какой чек? — переспросила я, будто он заговорил на незнакомом диалекте.
Мозг упрямо отказывался переключаться с «ты мой космос» на «давай зайдём в банк».
Постепенно смысл пробился сквозь пелену эмоций.
— Прямо сейчас? — спросила я, и голос предательски дрогнул, то ли от остатков волнения, то ли от абсурдности ситуации.
Я глубоко вздохнула, пытаясь собрать себя по кусочкам.
Тело всё ещё помнило его прикосновения. Каждая клеточка будто продолжала вибрировать, не желая расставаться с этим ощущением. Пульс стучал в висках, кончики пальцев покалывало, а разум тем временем отчаянно пытался надеть на себя деловой костюм поверх только что сброшенной эйфории.
«Ну вот, — подумала я с горькой усмешкой, — романтика и бюрократия снова столкнулись лбами. И, кажется, бюрократия побеждает».
Он, будто почувствовав мой внутренний конфликт, чуть склонил голову и тихо усмехнулся:
— Знаю, звучит не очень романтично.
Протянув руки, я обняла Мира, притягивая его к себе ещё ближе. Ткань его рубашки под моими пальцами казалась такой реальной... В отличие от всего остального мира, который для меня растворился вокруг.
— Что ж, если это необходимо… — прошептала я, и сама себе не поверила.
Голос вышел хрипловатым, будто я только что пробежала марафон, а не стояла в двух шагах от катастрофы под названием «потерять голову».
Губы сами собой чуть вытянулись вперёд, словно жили отдельной жизнью и точно знали, чего хотят.
Сознание, разомлевшее от момента, упиралось изо всех сил:
«Ну ещё двадцать секунд! Ну хотя бы десять!»
И я его не винила.
Его губы коснулись моих нежно, но с такой уверенностью, что у меня внутри всё сладко оборвалось.
А потом поцелуй стал глубже, смелее, и реальность начала расплываться.
Невольный стон сорвался с губ, и по телу прокатилась волна жара, такая мощная, что я на мгновение забыла, как меня зовут, не то что какой сегодня день недели.
Он чуть отстранился. Ровно настолько, чтобы провести пальцами по моим волосам, нащупать заколку и одним лёгким движением щёлкнуть замком.
Локоны рассыпались по плечам, как шёлковый водопад, и он замер на секунду, будто увидел что-то по-настоящему редкое и ценное.
Его пальцы запутались в прядях, медленно скользя, перебирая их, вдыхая мой запах.
— Если мы хотим обналичить чек сегодня, нужно ехать немедленно, — прошептала я нехотя, наступая самой себе на горло. — Банк скоро закроется.
Слова прозвучали нелепо, почти комично на фоне всего этого накала страстей, но я не дала себе шанса передумать.
Каждая клеточка моего тела протестовала, буквально кричала:
«Да гори он огнём, этот чек! Пусть лежит до следующего века!» Но я стиснула зубы и смотрела на него, стараясь не моргать.
Мир медленно выпустил меня из объятий, и я, чувствуя себя лунатиком на узкой дорожке, побрела в ванную.
Дверь захлопнулась за мной с тихим, но очень выразительным щелчком. Я прижалась к ней спиной, пытаясь поймать ускользающее дыхание. Сердце колотилось в груди в бешеном ритме.
Прижав руку к груди, я сделала три глубоких вдоха. Потом ещё три. И ещё. Постепенно мир перестал кружиться, краски стали чуть менее яркими, а мысль о банке чуть менее абсурдной.
«Так, — сказала я себе, глядя в зеркало на раскрасневшиеся щёки и глаза, в которых всё ещё плясали искры. — Чек. Банк. Реальность. Держи себя в руках, Элиана».
Ополоснув лицо ледяной водой, я вышла из ванной и поспешила в спальню. Там надела строгий кремовый костюм, вновь собрала волосы в тугой хвост и критически оглядела себя в зеркале. Глаза лихорадочно блестели, на щеках играл предательский румянец. Но в целом я осталась довольна своим отражением. Воплощение деловой сдержанности, скрывающей бушующий океан страстей.
В дверь тихо постучали.
— Элиана, ты готова? — спросил Мир, распахивая её.
Его облик ошеломлял. В тёмнокоричневых брюках и светлом свитере он казался воплощением безупречности. Увидев его, я вновь ощутила, как предательски перехватывает дыхание, а сердце снова забилось в бешеном ритме.
Его взгляд, полный восхищения и нежности, обволакивал меня теплом, но в глубине глаз читалась тревога.
— Да, мы можем идти, — пробормотала я, спешно направляясь к выходу. На ходу вызывая такси через приложение.
Мир вдруг рванулся к окну.
Так резко, что воздух колыхнулся от скорости.
Его тело застыло, напряжённое, как у хищника перед прыжком. Он вглядывался в просторный двор, сканируя каждый сантиметр: припаркованные машины, тёмные провалы между кустами, двери подъездов. Ничто не ускользало от его взгляда.
Минуты тянулись. Тишина давила на уши. Наконец он резко повернулся ко мне, и в голосе его не осталось ничего, кроме холодной, отточенной стали:
— Элиана, без паники. Быстро собирай вещи. Только самое необходимое. Документы в первую очередь.
Я стояла столбом. Мысли путались, а в груди разрасталась тревога.
— Элиана! — рявкнул Мир, и этот короткий окрик ударил по нервам, как щелчок хлыста.
Меня будто током прошибло. Ступор рассыпался. Не задавая вопросов, я метнулась к шкафу и начала лихорадочно набивать спортивную сумку, ту самую, с которой обычно ходила на фитнес. Смена одежды, зубная щётка, косметика, зарядка… Руки действовали сами собой.
Мир не терял ни секунды: схватил свои немногочисленные вещи и швырнул их поверх моих, даже не пытаясь аккуратно сложить.И тут телефон взорвался трелью. Звук прозвучал неожиданно громко, как сигнал тревоги.
Приехало такси.
Мир тут же подхватил сумку. Мы выскользнули из квартиры, стараясь не шуметь, но шаги всё равно отдавались в тишине подъезда слишком громко.
На лестничной площадке Мир замер и прошептал.
— Элиана, прошу, ничего не бойся. Веди себя естественно. Не дай им понять, что мы знаем про слежку.
Я дрожащими руками пыталась попасть ключом в замочную скважину. Пальцы не слушались.
— Кто они? — прошептала я, чувствуя, как по спине ползёт холод.
Иномирец забрал у меня ключи и сам закрыл квартиру.
— Старый лис всё-таки прислал своих псов, — тихо ответил Мир. — Он готов преступить любые законы, лишь бы затащить нас в свои сети. Ему нужны ответы, которых я никогда не дам. Нам нужно залечь на дно.
Пока мы спускались по пролету в четыре ступеньки и шли на выход, в голове сама собой вспыхнула нелепая киношная картинка: мы бежим по тёмным улицам, ветер свистит в ушах, асфальт мелькает под ногами, а за спиной... топот преследователей.
Мы прячемся в старом доме на окраине или в густом лесу, где никто не сможет нас найти.
И там, среди тишины, остаёмся только мы вдвоём, а весь остальной мир растворяется во мраке.
С моих губ сорвался тихий, нервный смешок. Почти беззвучный, но Мир его услышал.
Он удивлённо вскинул брови, склонил голову, вглядываясь в мое лицо, пытался понять, не сошла ли я с ума от страха.
А я и сама не знала.
Я ведь осознавала опасность, отчётливо понимала, что в этом мало романтики: никаких красивых замедленных сцен, никакого героического пафоса. Только страх, адреналин и неизвестность. Но попробуй объяснить это своему неразумному сердцу, которое, к тому же, насмотрелось всякого в фильмах и теперь мечтало о захватывающем приключении.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов