Новозаветные писания. Библейские переводы Гелия Вишенчука-Вишеньки
Люди приводили к Иисусу детей, чтобы Он прикоснулся к ним, но ученики не давали им подойти.
Иисус заметил это и в сердцах сказал: «Не мешайте. Пусть дети идут ко Мне. Пустите их. С такими, как они — Божье Царство.
Поверьте Мне: кто Божье Царство не примет, как дети его принимают, — не войдет в него».
Он обнял детей, положил на них руки и благословил.
Иисус собрался идти дальше, но тут к Нему подбежал человек, бросился на колени и говорит: «Добрый Учитель! Что нужно сделать, чтобы мне открылась вечная жизнь?»
Иисус ответил: «Зачем ты называешь Меня добрым? Кто еще добр, кроме Бога!
Заповеди ты знаешь. Не убивай. Не изменяй в супружестве. Не кради. Не говори лжи. Не обманывай. Почитай отца и мать».
Тот ответил: «Учитель! Все это я соблюдаю смолоду».
Иисус посмотрел на него (он сразу полюбился Иисусу) и говорит: «Одного тебе не хватает: продай все, что у тебя есть, и отдай нищим — вот твое сокровище на небесах. А потом иди за Мной».
Но это был зажиточный человек, и ответ Иисуса огорчил его. Ему стало обидно за себя, и он отошел в сторону.
Иисус перевел взгляд на учеников и сказал: «Как трудно войти в Божье Царство человеку с грузом богатства!»
Учеников потрясли эти слова. Иисус опять говорит им: «Дети! Как трудно войти в Божье Царство!
Легче верблюду войти в игольное ушко, чем богатому в Божье Царство».
В полной растерянности они говорили друг другу: «Кто же тогда может спастись?»
Иисус обвел учеников долгим взглядом и сказал: «Невозможно человеку, но не Богу. Богу все возможно».
Петр как-то стал говорить: «Вот мы все бросили и пошли за Тобой…».
Иисус сказал: «Поверьте Мне: кто бы ни оставил и дом, и братьев, и сестер, и мать, и отца, и детей, и землю ради Меня и ради евангельской вести, получит сейчас, на своем веку, вопреки преследованиям, во сто крат больше и домов, и братьев, и сестер, и матерей, и детей, и земель, а в веке будущем — вечную жизнь.
Но многие первые будут последними и последние — первыми».
Шли в Иерусалим. Иисус шел впереди. Было удивительно и страшно идти за Иисусом. Своим Двенадцати Он опять говорил о том, что будет с Ним в скором времени: «Когда придем в Иерусалим, там против Сына человеческого совершится предательство. Архиерейские священники и смотрители Книги приговорят Его к смерти и отдадут в руки язычников.
Будут глумиться над Ним, плевать в Него, бить плетью. И убьют Его. А через три дня Он воскреснет».
Сыновья Зеведея Иаков и Иоанн подходят к Иисусу и говорят Ему: «Учитель! Мы хотим, чтобы Ты исполнил одну нашу просьбу».
Он спрашивает: «О чем вы хотите просить Меня? Что Мне сделать?»
Они говорят: «Дай нам одному по правую, другому по левую Твою руку сесть во всей Твоей славе».
Иисус ответил: «Не знаете, о чем просите. Выпить чашу, которую Я пью, и принять крещение, которое Я принимаю, сможете?»
Они говорят: «Сможем». Тогда Иисус сказал: «Пусть чашу, которую Я пью, выпьете и крещение, которое Я принимаю, примете.
Но кому сесть по правую и по левую Мою руку, не Я решаю. Сядут, кому предназначено».
Это слышали другие десять учеников и рассердились на Иакова и Иоанна.
Иисус зовет их всех и говорит: «У язычников, как вы знаете, заведен такой порядок: один высокий чин командует и распоряжается всеми. Над ними всегда есть сановное лицо.
Среди вас не должно быть так. Кто захочет среди вас возвыситься — пусть будет вам слугой.
Кто захочет быть среди вас первым — пусть будет каждому рабом.
Сын человеческий здесь не для того, чтобы Ему служили. Он пришел, чтобы служить и душу свою отдать выкупом за всех».
Шли по Иерихону. И когда Иисус в окружении большой толпы выходил с учениками из города, у дороги сидел слепой нищий Бар-Тимай (сын Тимая).
Услышав, что идет Иисус Назарянин, он начал громко кричать: «Иисус, Сын Давида! Сжалься надо мной!»
На слепого шикали со всех сторон, хотели его унять, но он еще громче закричал: «Сын Давида! Сжалься надо мной!»
Иисус остановился и говорит: «Позовите его». Слепому говорят: «Давай живей подымайся! Зовет тебя».
Бар-Тимай сбросил с себя рогожку, вскочил и подошел к Иисусу.
Иисус говорит: «Что Мне сделать для тебя? Чего ты хочешь?» Слепой ответил: «Раббуни! Мне бы видеть».
Иисус сказал: «Ступай! Тебя исцеляет твоя вера». Слепой тут же стал видеть и пошел по дороге за Иисусом.
11:1—33
К Иерусалиму подходили со стороны Вифагии и Вифании. У Масличной горы Иисус посылает вперед двух учеников и говорит им: «Как пойдете, в первых же дворах на околице увидите молодого осла на привязи, еще необъезженного. Отвяжите его и приведите ко Мне.
Если станут спрашивать: «Что вы делаете?» — отвечайте: «Это для Господа. Скоро вернет»».
Ученики пошли, увидели осленка, привязанного к воротам с улицы, и стали его отвязывать.
Люди останавливались и спрашивали: «Что вы делаете? Зачем отвязываете осленка?»
Ученики отвечали, как велел Иисус. Им не препятствовали.
На осленка бросают одежду и подводят к Иисусу. Иисус садится верхом и едет.
Собралась большая толпа. Люди устилали Ему путь своей одеждой, другие принесли зеленые ветви, срезанные в рощах.
Все, от передних до задних рядов шествия, кричали: «Осанна! Идет благословенный от Господа!
Благословение грядущему царству нашего отца Давида! Осанна в небесах!»
В Иерусалиме Иисус сразу пошел в Храм, все вокруг осмотрел и поздним вечером вернулся со своими Двенадцатью в Вифанию.
Когда на другой день выходили из Вифании, Иисус захотел есть.
И видит у дороги смоковницу, одетую листвой. Он подошел взглянуть, нет ли плодов, но, кроме листьев, ничего не нашел. Смоква еще не созрела.
Тогда Иисус сказал: «Так не есть же никому твоих плодов никогда!» Ученики слышали это.
Пришли в Иерусалим. Иисус выгнал из Храма продавцов и покупателей, опрокинул столы менял и лотки торговцев голубями.
И запретил хождение по Храму с товарами.
Иисус говорил: «По Писанию „Мой Дом назовут Домом молитвы для всех народов.“ А вы превратили его в разбойничий притон».
Это дошло до архиерейских священников и смотрителей Книги и они стали думать, как им погубить Иисуса. У них был страх перед Ним, потому что Его учение захватывало народ.
Вечером Иисус с учениками покинул город.
Утром опять проходили мимо смоковницы и видят, что она засохла снизу доверху.
Петр вспомнил, как все было, и говорит Иисусу: «Рабби! Гляди-ка: смоковница, которую Ты проклял, засохла».
Тогда Иисус говорит ученикам: «Нужно, чтобы у вас была Божья вера.
Говорю вам: если кто скажет этой горе: «Взлети и рухни в море!» — и не допустит сомнения, а поверит, что его слово действует — будет, как сказал.
Говорю вам: чего бы вы с молитвой ни попросили, верьте, что это уже ваше — и будет у вас.
В молитвах прощайте все обиды, какие у вас накопились, — тогда и вам простит вашу вину ваш Небесный Отец».
Вернулись в Иерусалим. Иисус прохаживался по Храму. К Нему подошли архиерейские священники, смотрители Книги и советники синагоги и спрашивают: «Какой властью Ты действуешь? Кто дал Тебе эту власть?»
Иисус ответил: «Спрошу и Я у вас одно слово. Если скажете Мне, то и Я вам скажу, какой властью действую.
Иоанново крещение откуда было: от Бога или от человека? Дайте ответ».
Тут они пустились рассуждать: «Если скажем: „От Бога,“ — Он спросит: „Почему же тогда вы ему не поверили?“» — а сказать: «От человека», — побоялись толпы, потому что Иоанн считался в народе пророком.
И отвечают: «Мы не знаем». Тогда Иисус говорит: «И Я вам не скажу, какой властью действую».
12:1—44
Иисус рассказал притчу: «Один человек насадил виноградник, обнес его оградой, выкопал давильню и поставил вышку. И уехал, сдал все артельщикам.
Подошло время, и он послал к артельщикам раба за плодами виноградной лозы.
Но артельщики набросились на раба, избили его и отослали ни с чем.
Он опять послал к ним другого раба, но и этому они разбили голову, расправились с ним самым подлым образом.
И еще одного он опять послал — этого убили. И всех других встречали побоями или убивали.
Еще оставался у него единственный любимый сын. Его послал он последним. Он думал: «Сына моего посовестятся.»
Но артельщики сговорились: «А вот и наследник. Давайте убьем его, и наследство будет наше,» — и напали на него, убили и выбросили за ограду.
Что сделает хозяин виноградника? Он придет, перебьет их и сдаст виноградник другим артельщикам.
Вы же знаете Писание: «Камень, который отвергли строители, стал краеугольным камнем.
На наших глазах диво совершает Господь»».
Они понимали, что притча Иисуса прямо указывала на них, и хотели было схватить Его, но побоялись народа, оставили Его и ушли.
И посылают к Нему фарисеев и иродиан с целью поймать Его на слове.
Те приходят и говорят: «Учитель! Мы знаем, что Ты справедлив, никому не угождаешь, судишь всех одинаково и учишь людей Божьей правде. Можно платить подать цезарю или нельзя? Платить нам или не платить?»
Иисус видит их лицемерие и говорит: «Зачем испытываете Меня? Принесите и покажите Мне динарий».
Принесли. Иисус спрашивает: «Чье это изображение и имя?» Они отвечают: «Цезарево».
Тогда Иисус говорит: «Отдавайте цезарю цезарево, а Богу Божье». Этот ответ их сразил.
Приходят к Нему саддукеи, — это те, у кого воскресение мертвых считается выдумкой, — и спрашивают: «Учитель! Моисей оставил нам предписание: «У кого умрет брат и оставит бездетной жену — тот пусть женится на вдове и продолжит потомство брата.»
Было семеро братьев. Первый женился и умер и не оставил детей.
Второй женился на вдове и умер и тоже не оставил детей. То же было и с третьим.
Из семерых никто не оставил детей. После всех умерла и вдова.
Которому из семерых братьев будет она женой, когда они воскреснут, если была каждому?»
Иисус сказал: «Что за путаница! Есть Писание, есть Божья сила. О них вы забыли.
Воскресшие из мертвых — что ангелы на небесах. Они ни женятся, ни замуж не выходят.
А что мертвые встанут — вы сами хорошо знаете то место из книги Моисея, где из горящего куста Бог сказал ему: «Я Есмь — Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова.»
Не мертвых Он Бог, а живых. Вы совсем запутались!»
Один смотритель Книги внимательно следил за дискуссией, и ему очень понравилось, как ответил Иисус. Он подошел к Нему и спрашивает: «Какая заповедь первейшая?»
Иисус сказал: «Первейшая заповедь такая: «Слушай, Израиль! Господь, Бог наш — Господь единственный.
Люби твоего Господа Бога всем сердцем, всей душой, всем разумом, всеми силами своими.»
А вот вторая: «Люби ближнего, как самого себя.» Нет заповеди равной этим двум».
Смотритель Книги сказал Иисусу: «Все так, Учитель. Как Ты сказал, так и есть: Бог один и никакого другого, кроме Него, нет.
Любить Его всем сердцем, всей душой, всем разумом, всеми силами своими и любить ближнего, как самого себя — это выше всех всесожжений и жертв».
Иисус увидел ум в словах смотрителя Книги и сказал: «Ты недалек от Божьего Царства». После этого никто больше не смел задавать Ему такие вопросы.
Иисус продолжал учить народ в Храме. Он говорил: «Как не перестанут смотрители Книги повторять, что Христос — сын Давида!
Вот слова Давида, когда-то подсказанные ему Святым Духом: «Сказал Господь моему Господу: „Сядь по правую Мою руку, а Я брошу Твоих врагов Тебе под ноги“.»
Давид сам называет Его Господом. Как же это Он сын Давиду?» Вся огромная толпа слушала Его затаив дыхание.
Иисус говорил: «Опасайтесь смотрителей Книги. Они любят рядиться в свои длиннополые одежды и расхаживать в них по площади под приветственные крики в свою честь.
А в синагоге и на званых обедах они видят себя только на лучших, почетных местах.
Они отбирают дома у вдов, а потом с показной набожностью читают длинные молитвы. Вот кого ждет самый страшный суд!»
Иисус сидел напротив храмовой кассы и наблюдал, как туда бросают монеты. Много бросали богатые.
Подошла бедная вдова и бросила две лепты — это один кодрант.
Иисус подозвал учеников и сказал: «Поверьте, эта бедная вдова больше всех бросила в кассу.
Все бросали от избытка. А она из скудных средств бросила все, что у нее было, что оставалось на жизнь».
13:1—37
Иисус выходил из Храма, и один из учеников говорит Ему: «Учитель! Ты только взгляни на эти камни, на эти здания!»
Иисус ответил ему: «Да, видишь, какие это громады? Камня на камне от них не останется. Все будет разрушено».
Он сидел на Масличной горе напротив Храма. С Ним были только Петр, Иаков, Иоанн и Андрей. И они спрашивают Его:
«Скажи, когда это будет? Что нам укажет на то, что это скоро произойдет?»
Он ответил: «Будет много обманщиков. Не верьте им.
Они придут под Моим именем, будут говорить: «Я Есмь» — и многих обманут.
Пойдут слухи о войнах, будет объявление войны. Но вы не поддавайтесь панике: так должно быть. Это еще не конец.
Поднимется народ на народ, царство на царство. Повсеместно будут землетрясения, будет голод. Все это лишь начало зарождающихся бед.
Готовьтесь! Будут тащить вас в синедрион, бить в синагогах. Из-за Меня поведут вас к правителям и царям, предстанете перед ними свидетелями.
Но сначала нужно, чтобы все народы услышали евангельскую весть.
Вас поведут в суд и заставят держать ответ. Не запасайтесь готовой речью. Придет время — и найдутся слова. Не вы будете говорить, а Святой Дух.
Брат примет смерть от брата и сын — от отца. Дети пойдут на родителей и будут их убивать.
Из-за Меня все будут вас ненавидеть. Но кто продержится до конца — спасется.
Вы увидите мерзость запустения там, где ей нельзя быть (кто знает Писание — поймет). И тогда лучше всем бежать из Иудеи в горы, лучше не сходить с кровли за пожитками в дом, лучше не возвращаться с поля за одеждой.
Горе беременным и кормящим грудью в те дни!
Молитесь, чтобы все это не пришлось на зиму.
Придет великое бедствие, какого еще не бывало с начала творения, Богом сотворенного, и не будет.
Продли Господь те дни до конца, не спасся бы никто, но ради избранных, которых Он избрал, Он сократил те дни.
Если тогда вам будут говорить: «Христос вот где, здесь» или: «Нет, вон там» — не верьте.
Придут лжехристы и лжепророки с чудесами и диковинной силой и попытаются обмануть даже избранных.
Предупреждаю вас, будьте настороже.
Вслед за бедствием в те дни померкнет солнце и иссякнет свет луны, звезды падут с неба и пошатнутся небесные опоры.
И тогда все увидят: идет на облаках Сын человеческий — идет с силой и славой несказанной.
Он пошлет ангелов, и они соберут Его избранных с четырех концов света, от края земли до края небес.
Возьмем, к примеру, смоковницу. Когда ее ветви наливаются соком и пускают листья, вы понимаете: скоро лето.
И вот так же, когда будете наблюдать приход этих событий, знайте: близок час, у дверей.
Поверьте Моему слову: все это сбудется еще до смены поколений.
У неба и земли есть свой срок, а у Моих слов срока нет.
Когда придет тот самый День и час, не знает никто: ни ангелы небесные, ни Сын. Знает только Отец.
Гоните от себя сон. Будьте наготове, потому что не знаете времени.
Это вот как такой случай. Собираясь в дальнюю дорогу, хозяин дома перед отъездом велит рабам соблюдать порядок, а привратнику не спать.
Будьте наготове, потому что не знаете, когда вернется домой хозяин: этим вечером, в полночь или поутру с петухами.
Хорошо, если он не застанет вас спящими, когда вдруг придет.
Что говорю Я вам, то говорю и всем: будьте наготове».
14:1—72
До Пасхи и праздника Опресноков оставалось два дня. Архиерейские священники и смотрители Книги задумали устроить так, чтобы Иисуса обманом взять и убить.
Но согласились, что «лучше не в праздник, а то как бы не поднялся народ».
В Вифании за обедом в доме Симона прокаженного к Иисусу подошла женщина с алебастровым кувшином миро из чистого, драгоценного нарда, разбила кувшин и умастила Ему голову.
Вокруг были недовольны и говорили: «К чему такое расточительство?
Можно было продать миро по меньшей мере за триста динариев и раздать нищим». И напустились на нее.
Иисус сказал: «Не надо так. Зачем вы ее обижаете? Она сделала для Меня доброе дело.
Нищие будут у вас всегда, и подать вы сможете когда захотите. А Я с вами не всегда.
Женщина сделала что могла. Она заранее пришла умастить Мое тело к погребению.
Поверьте Мне: где бы ни провозглашалась на земле евангельская весть, там в память о ней будет упомянут и этот случай».
Иуда Искариот, один из Двенадцати, пошел к архиерейским священникам. Он задумал выдать им Иисуса.
Там с большим интересом выслушали его, обещали дать денег. И он стал ждать удобного случая, чтобы выдать Иисуса.
В первый день Опресноков и праздничной пасхальной жертвы ученики говорят Иисусу: «Где нам приготовить Тебе на стол пасху?»
Иисус зовет двух учеников и говорит им: «Ступайте в город. Там повстречается вам человек с кувшином воды. Идите за ним.
И в какой дом он войдет, скажите хозяину дома: Учитель спрашивает: «Где у тебя Я буду есть пасху с Моими учениками?»
Он отведет вас наверх в просторную комнату, убранную к случаю. Там для нас и приготовьте».
Ученики отправились в город, пришли и отыскали все, как Он говорил, и приготовили пасху.
Вечером пришел Иисус с Двенадцатью.
За вечерей, когда все ели, Иисус сказал: «Поверьте Мне, один из вас, кто ест со Мной, предаст Меня».
Подавленные, они стали один за другим спрашивать Его: «Это не я, да?»
Иисус сказал: «Один из Двенадцати, кто макает со Мной в солило.
Сын человеческий уйдет, так говорит Писание. Но горе человеку, который предаст Сына человеческого! Лучше было бы ему не родиться».
Приступая к вечере, Иисус взял хлеб и благословил, разломил и подал ученикам со словами: «Берите. Это Мое Тело».
И взял чашу, произнес благодарение и чашу подал. И пил из нее каждый.
Иисус сказал: «Это Моя кровь, кровь договора, пролитая за всех.
Говорю вам: не пить Мне больше с урожая виноградной лозы до того дня, когда новое вино буду пить в Божьем Царстве».
Спели гимн и поднялись на Масличную гору.
Иисус говорит им: «Вы все Меня бросите, как сказано в Писании «Убью пастуха — и разбегутся овцы.»
Воскресну и встречу вас в Галилее».
Петр возразил: «Если даже все Тебя бросят, я — нет!»
Но Иисус сказал: «Поверь Мне: сегодня же ночью, прежде чем дважды пропоет петух, ты трижды от Меня откажешься».
Но Петр с еще большим жаром повторил: «Пусть даже придется мне с Тобой умереть, не откажусь от Тебя!» И каждый сказал о себе то же самое.
Приходят в урочище, называемое Гефсиманией. Иисус говорит: «Посидите здесь, пока Я молюсь».
И берет с собой Петра, Иакова и Иоанна. Ужас и тоска поднялись в Иисусе.
И Он говорит: «Душа Моя в смертных муках. Побудьте здесь. Не спите».
Пройдя немного вперед, Иисус бросился лицом в землю. Он просил, чтобы Ему, если можно, разминуться со своим часом.
Иисус говорил: «Абба! Отец! Ты все можешь. Пронеси эту чашу мимо Меня… Нет, лучше не что Я хочу, а что Ты».
Идет назад и видит, что все спят. И говорит Петру: «Симон! Ты спишь? Не в силах и одного часа не дремать?
Не спите и молитесь, чтобы на все находить в себе силу. Дух силен, а плоть слаба».
И опять Он ушел и опять все повторил в новой молитве.
Когда Он вернулся, они спали: их сморил тяжелый сон. Они не знали, какие слова нужно сказать.
В третий раз приходит Иисус и говорит: «Вы все еще спите-почиваете? Больше нельзя. Пришел час: Сын человеческий — в руках грешников.
Вставайте, идемте! Предатель уже здесь».
Он не успел договорить, как появляется Иуда, один из Двенадцати, и с ним толпа с мечами и дрекольями — люди от архиерейских священников, смотрителей Книги и советников синагоги.
У предателя был готов для них знак. Он сказал: «Кого поцелую, Тот и есть. Берите Его под стражу и ведите».
Иуда быстро подходит к Иисусу и говорит: «Рабби!» — и целует Его.
Иисуса тут же схватили и взяли под стражу.
Один из учеников выхватил меч, ударил и отсек ухо рабу архиерея.
Иисус сказал: «Разве Я разбойник, что вы пришли за Мной с мечами и дрекольями?
Целыми днями Я говорил у вас в Храме, и вы Меня не трогали. Но так своим чередом исполняются Писания».
Все бросили Его, разбежались.
Остался только один юноша. Он шел за Иисусом в одеяле, без одежды. Его хватают,
Но он выскользнул из одеяла и убежал нагишом.
Иисуса отвели к архиерею. Туда же пришли все другие архиерейские священники, советники синагоги и смотрители Книги.
Держась на расстоянии, Петр вошел за Иисусом во двор архиерея и там подсел к стражникам погреться у костра.
Архиерейские священники и весь синедрион искали показаний против Иисуса, чтобы осудить Его на смерть, и не находили.
Было много лжесвидетелей, но их показания противоречили друг другу.
Нашлись новые лжесвидетели. Они сказали:
«Мы слышали, как Он говорил: „Я разрушу этот рукотворный Храм и в три дня поставлю другой, нерукотворный“».
Но и это показание было противоречивым.
Тогда архиерей вышел вперед и спрашивает Иисуса: «Тебе что, нечего сказать в ответ на их показания против Тебя?»
Иисус молчал, не говорил ни слова. Архиерей снова стал спрашивать и говорит Ему: «Ты Кто? Христос? Сын Благословенного?»
Иисус сказал: «Я Есмь. Сами увидите: Сын человеческий сидит по правую руку Крепкого. Идет с небесными облаками».
Архиерей разодрал на себе одежды и говорит: «Каких свидетелей мы еще ждем!
Кощунство вы слышали. Как на это смотрите?» Все признали Иисуса виновным и осудили на смерть.
И начали плевать в Него. Завязали Ему глаза, били Его и приговаривали: «Скажи, пророк: кто?» Били Его у себя и стражники.
Петр был внизу, во дворе. Подходит служанка архиерея
И видит: у костра греется Петр. Пригляделась и говорит: «Ты тоже был с Иисусом Назарянином».
Но Петр не признался, сказал: «Не знаю и не возьму в толк, о чем ты говоришь» — и отошел поближе к воротам. Пропел петух.
Кругом стояли люди. Служанка опять видит его и говорит: «Этот — один из них».
Петр опять возразил. Люди постояли, постояли и говорят Петру: «Ясное дело, из них. Ты же галилеянин».
Он начал клясться и божиться: «Вы о ком говорите? Я этого человека не знаю».
Во второй раз пропел петух, и Петр вспомнил слова Иисуса: «Прежде чем дважды пропоет петух, ты трижды откажешься от Меня». Петр не выдержал и заплакал.
15:1—47
Наутро было совещание всего синедриона: архиерейских священников, советников синагоги и смотрителей Книги. Иисуса связали и привели к Пилату.
Пилат спрашивает Его: «Ты что, царь иудеев?» Иисус сказал: «Это ты так говоришь».
Архиерейские священники выдвинули против Иисуса целый ряд обвинений.
Пилат опять спрашивает Его: «Что же Ты не отвечаешь? Смотри, сколько показаний против Тебя».
Но Иисус ни на что не давал ответа. Пилат удивился.
Каждый раз на праздник он освобождал из тюрьмы одного человека, за которого просили.
И был там заключенный по имени Бар-Абба, арестованный за убийство вместе с другими мятежниками.