Пять самых. Библейские переводы Гелия Вишенчука-Вишеньки

Теперь он владел стадами овец и коров и многочисленными рабами. Филистимляне стали завидовать ему.

Они засорили и забросали землей все колодцы, которые еще при Аврааме выкопали его рабы.

Авимелех сказал Исааку: «Уходи. Ты мозолишь глаза своим богатством».

Исаак ушел и раскинул свои шатры в Герарской долине.

Он оживил там колодцы, выкопанные еще при его отце Аврааме, а после заваленные филистимлянами, и вернул колодцам имена, которые дал им его отец.

Рабы Исаака отрыли в долине колодец с проточной водой.

Пастухи Герара заспорили с пастухами Исаака, стали говорить: «Это наша вода». По причине споров колодец назвали Эсек.

Откопали еще один колодец, и опять начались споры. Этот колодец назвали Ситна.

Исаак отступил на самый дальний край и там выкопал новый колодец. Споров уже не было, и он назвал этот колодец Реховот. Исаак сказал: «Господь дал нам широкий простор на этой земле. Здесь нас будет много».

Оттуда он вернулся в Беэр-Шеву.

В ту ночь ему явился Господь и сказал: «Я — Бог твоего отца Авраама. Не бойся. Я с тобой. Благословлю тебя. Дам тебе много потомков. Я сделаю это ради Моего раба Авраама».

Исаак соорудил там жертвенник и призвал имя Господа. Исаак решил там остаться, и рабы начали копать колодец.

Туда-то и пришел к нему из Герара Авимелех со своим советником Ахузатом и военачальником Пихолом.

Исаак говорит им: «Зачем вы пришли? Вы же сами прогнали меня, как врага».

Они отвечали: «До нас вдруг дошло, что с тобой Господь. И мы подумали: почему бы нам не дать совместную клятву? Давай договоримся, что ты не сделаешь нам зла. Мы, со своей стороны, тебя не трогали. От нас тебе было всегда только одно добро. Да и проводили мы тебя с миром. Все это Господне благословение».

В честь гостей Исаак устроил пир.

Наутро они первым делом обменялись клятвами. Исаак простился с гостями, и те с миром пошли обратно.

Как раз тогда рабы Исаака закончили копать колодец, пришли и говорят: «Мы нашли воду».

Исаак назвал этот колодец Шива. До сих это имя живет в названии города: Беэр-Шева.

Исаву было сорок лет, когда он взял себе в жены Иехудит, дочь Беэри-хетта, и Басемат, дочь Элона-хетта.

Исаак и Ревекка с его женами не ладили.

27:1—46

В старости Исаак ослеп и уже ничего не видел. Однажды он позвал своего старшего сына Исава: «Сынок!» Исав откликнулся: «Да!»

Исаак сказал: «Я совсем одряхлел. Со дня на день могу умереть.

Возьми свои ловушки, лук и колчан и ступай на охоту, принеси дичи.

Приготовь мое любимое. Я поем и благословлю тебя перед смертью».

Ревекка подслушала разговор отца с сыном. Когда Исав ушел на охоту,

она сказала Иакову: «Я слышала, как отец говорил Исаву: «Ступай за дичью и приготовь мое любимое. Я поем и благословлю тебя перед смертью Господним благословением.»

А теперь, сынок, слушай, что тебе надо сделать. Выбери из стада двух козлят. Я приготовлю отцу его любимое. Подашь ему, он поест и благословит тебя перед смертью».

Иаков возразил матери: «Нет, Исав волосатый, а у меня кожа гладкая.

Стоит отцу взять меня за руку, он сразу поймет, что я его обманываю. И тогда вместо благословения будет проклятие».

Ревекка говорит ему: «Пусть это проклятие падет на меня, сынок. Послушайся меня. Ступай и принеси».

Исаак принес что нужно, и Ревекка приготовила Исааку его любимое.

Потом она отобрала лучшее из имеющейся в доме одежды старшего сына Исава и нарядила в это младшего, Иакова.

Руки и шею Иакова она обернула шкурами козлят и дала ему блюдо с едой, которую приготовила, и хлеб.

Иаков пришел к Исааку и позвал его: «Отец!» Исаак ответил: «Да! Назовись, сынок».

Иаков говорит отцу: «Я Исав, твой первенец. Сделал, как ты велел. Садись, поешь дичи и благослови меня».

Исаак спросил: «Что так скоро ты управился, сынок?» Иаков ответил: «Господь, твой Бог, пособил».

Исаак сказал: «Подойди, сынок. Дай-ка потрогаю тебя за руку, ты ли Исав. А то будто и нет».

Иаков подошел к отцу. Исаак ощупал его и говорит: «Голос Иакова, а руки Исава».

Из-за волос на руках, как у Исава, он не узнал Иакова и благословил его.

Исаак сказал: «Стало быть, ты мой сын Исав, так?» Иаков отвечал: «Да».

Тогда Исаак сказал: «Подай мне дичи, сынок. Я поем и благословлю тебя». Иаков подал, и Исаак поел. Иаков принес ему вина, и он выпил.

Потом Исаак сказал: «Подойди поближе, сынок. Поцелуй меня».

Иаков подошел и поцеловал отца. Исаак уловил запах одежды и благословил сына. Он сказал: «Запах моего сына — как запах благословенных полей Господних. Будет тебе роса небесная, земля плодородная, хлеб и вино от Божьих щедрот. Народы и племена будут служить тебе и поклоняться тебе. Будешь господином своих братьев, сыновья твоей матери поклонятся тебе. Будут прокляты проклинающие тебя и благословенны благословляющие тебя».

С этим благословением он отпустил Иакова. Иаков ушел, и сразу вслед за этим вернулся с охоты Исав.

Он приготовил еду, принес и говорит отцу: «Сядь, отец. Поешь дичи и благослови меня».

Исаак спрашивает его: «Ты кто?» Исав отвечал: «Я Исав, твой сын, первенец».

Исаак весь затрясся и говорит: «Кто же тогда принес мне дичи? Я поел и благословил его. Теперь благословение на нем».

Услышав это, Исав застонал от отчаяния и стал слезно просить отца: «Отец! Благослови и меня!»

Но Исаак сказал ему: «Твое благословение теперь у твоего брата. Он пришел и обманом присвоил его себе».

Исав сказал: «Вот весь он тут! У него и имя такое — Иаков. Он уже дважды меня обманул. Сперва отнял у меня первородство, а теперь забрал и благословение. Неужели не осталось для меня никакого благословения?»

Исаак отвечал Исаву: «Иаков теперь твой господин. Всю родню я отдал ему в рабы, одарил его хлебом и вином. Что же после этого осталось у меня для тебя, сынок?»

Исав снова просит отца: «Неужели у тебя только одно благословение? Благослови и меня тоже!» Исав говорил это, роняя слезы.

Исаак отвечал: «Вдали от плодородной земли и от росы небесных высот будут твои селения. Будешь добывать себе на жизнь мечом и службой у брата. Но не стерпишь, сбросишь наконец его ярмо со своей шеи».

Исав не мог простить Иакову отцовского благословения и прямо сказал что думал: «В день скорби по отцу я убью моего брата Иакова».

Ревекке донесли об этой угрозе ее старшего сына Исава. Она послала за младшим, Иаковом, и говорит ему: «Твой брат Исав грозится убить тебя.

Слушай, что я скажу тебе, сынок. В Харране живет мой брат Лаван. Беги туда к нему.

Поживешь у него, пока не остынет гнев твоего брата.

Уймется твой брат, забудет, зачем злился на тебя, тогда пошлю за тобой и заберу тебя обратно. На что это мне — в один день потерять вас обоих!»

Ревекка сказала Исааку: «Из-за этих хеттеянок мне свет не мил. А если еще и Иаков приведет такую же хеттеянку, на что мне и жизнь?»

28:1—22

Исаак позвал Иакова, благословил его и дал такой наказ: «Не женись на ханаанеянке.

Ступай в Паддан-Арам к Бетуэлу, отцу твоей матери, и присмотри себе жену из дочерей Лавана, ее брата. Бог Крепкий благословит тебя, позволит твоему роду умножиться, разрастись, сделает его собранием народов. Авраамово благословение распространится на тебя и твоих потомков. Ты унаследуешь землю, где пока ты еще пришелец. Эту землю Бог обещал Аврааму».

Исаак простился с Иаковом, и тот отправился в Паддан-Арам к Лавану, сыну Бетуэла-арамея и брату Ревекки, матери Иакова и Исава.

Исав все это знал. Он знал, что после благословения Исаак отослал Иакова за женой в Паддан-Арам, потому что не хотел женить его на ханаанеянке. Он знал, что Исаак послушался отца и мать и уже ушел в Паддан-Арам. Исав понял, что его отец Исаак не хочет терпеть у себя новых ханаанеянок. Он пошел к Измаилу и взял себе вдобавок еще одну жену — Махалат, дочь Авраамова сына Измаила, сестру Невайота.

По дороге из Беэр-Шевы в Харран с наступлением сумерек Иаков нашел удобное место и устроился на ночь прямо на земле: нашел на этом месте себе под голову камень и на этом месте уснул.

Ему приснился сон: он видит лестницу от земли к небу и по ней спускаются и поднимаются Божьи ангелы. А на самом верху стоит Господь и говорит Иакову: «Я — Господь, Бог твоего деда Авраама и Бог Исаака. Землю, на которой ты лежишь, отдам тебе и твоим потомкам. Потомков у тебя будет — как пыли. Расселишься на запад и на восток, на север и на юг. Ты со своими потомками будешь благословением для всех народов земли. Я буду с тобой. Где бы ты ни был, нигде не дам тебе пропасть. Верну тебя на эту землю. Не оставлю тебя, пока не сделаю всего, что обещал».

Иаков проснулся и говорит: «Вот оно что! Я оказался в том месте, где бывает Господь. Кто бы мог подумать!»

На него нашел ужас, и он сказал: «Это место Страха. Тут дом Бога, ворота в небо».

Наутро Иаков взял камень, который был у него ночью под головой, поставил его стоймя, как памятник, и облил оливковым маслом.

Иаков назвал это место Бет-Эл. Прежде этот город назывался Луз.

Иаков поклялся: «Если Бог не оставит меня в пути, даст мне пищу и одежду и я доживу до возвращения в отчий дом, то Господь станет моим Богом.

Этот памятник, который я соорудил из камня, станет домом Бога. Из всего, что Ты дашь мне, буду отдавать Тебе десятую часть».

29:1—35

С легким сердцем Иаков отправился дальше и добрался наконец до земли народов Востока.

Там в поле он увидел родник. Вокруг родника разлеглись овцы, целых три стада. Здесь был водопой. Подход к воде закрывался камнем.

Камень отодвигали и начинали поить скот только после того, как собирались все стада. А потом родник снова закрывали этим камнем.

Иаков спросил пастухов: «Откуда вы, добрые люди?» Ему отвечали: «Из Харрана».

Он говорит: «А вы не знаете Лавана, Нахорова сына?» Отвечают: «Знаем».

Иаков спросил: «Как он там?» Они говорят: «Ничего. Да вон как раз его дочь Рахиль идет сюда с овцами».

Иаков сказал: «Долго держите скот. Давно пора поить — и обратно на пастбище».

Они говорят: «Нельзя. Нужно, чтобы собрались все стада. Тогда сдвинем камень и будем поить».

Пока они так разговаривали, подошла с отцовскими овцами пастушка Рахиль.

Когда Иаков увидел Рахиль со стадом Лавана, брата своей матери, он подошел к роднику, отодвинул камень и напоил овец Лавана, брата своей матери.

Он поцеловал Рахиль и в голос заплакал.

Иаков рассказал Рахили, что он племянник ее отца, сын Ревекки. Рахиль побежала с этим известием к отцу.

Когда Лаван услышал, что пришел сын Ревекки Иаков, он выбежал ему навстречу, обнял его, поцеловал и завел в дом. Иаков стал рассказывать ему о себе.

Лаван говорит: «Вижу, что ты кость моя и плоть моя». И Иаков поселился у Лавана. Минул месяц, и Лаван говорит ему: «Нехорошо племяннику работать на дядю даром. Скажи как — и я заплачу тебе».

А у Лавана было две дочери: старшая Лия и младшая Рахиль.

У Лии были одни тихие взоры, а у Рахили было все — и красота и тонкий стан.

И Иаков полюбил Рахиль. Он сказал Лавану: «Буду работать на тебя семь лет за твою младшую дочь Рахиль».

Лаван сказал: «Вот и хорошо. Пусть идет за тебя, ты не чужой. Оставайся».

Иаков отработал за Рахиль семь лет. Срок прошел у него как один день — так он любил ее.

И вот он говорит Лавану: «Обещал — давай! Время вышло. Где моя жена?»

Лаван созвал всех соседей и задал свадебный пир.

С наступлением сумерек он привел к Иакову Лию, и Иаков спал с ней.

Лия пришла со своей рабыней Зелфой, которую подарил ей Лаван.

Утром глядь — Лия! Иаков — к Лавану, и говорит: «Как же так? Разве не за Рахиль я на тебя работал? Зачем ты обманул меня?»

Лаван ответил: «В наших краях не принято дочерей выдавать замуж не по порядку.

Пока старшая. Пройдет свадебная неделя — отдадим тебе младшую. Отработаешь за нее еще семь лет».

Иакову пришлось согласиться. Минула свадебная неделя, и Лаван отдал за него свою младшую дочь Рахиль.

При этом он подарил Рахили свою рабыню Валлу.

Иаков стал спать с Рахилью. Ее он любил больше Лии. За нее он отработал у Лавана еще семь лет.

Лия была у Иакова нелюбимой женой. Господь увидел это и дал ей ребенка. А Рахили не дал.

Лия забеременела, родила сына и дала ему имя Рувим. Она сказала: «Господь увидел мое горе. Теперь муж полюбит меня».

Лия забеременела во второй раз и родила еще одного сына. Она сказала: «Господь пожалел меня за то, что я нелюбима, и вот у меня еще один сын». И она дала сыну имя Симеон.

Лия снова забеременела, родила сына и сказала: «Нет, теперь мой муж никуда от меня не денется. Я родила ему троих сыновей». И она дала новорожденному имя Левий.

И опять забеременела, родила сына и сказала: «Как не хвалить мне Господа!» И она дала сыну имя Иуда. После этого она перестала рожать.

30:1—43

Рахили было обидно, что она не может родить сына Иакову. Она позавидовала своей сестре и сказала Иакову: «Не дашь мне сыновей — умру!»

Иаков не сдержался, ответил: «Я что — Бог? Это Он не дает тебе детей».

Рахиль говорит ему: «Тогда пусть хоть Валла родит ребенка мне на колени. Спи с ней. Не от меня самой, так от моей рабыни, а будут у меня дети!»

И она отдала ему в наложницы свою рабыню Валлу. Иаков стал спать с Валлой.

Валла забеременела и родила Иакову сына.

Рахиль сказала: «Это мне от Бога оправдание. Он сжалился надо мной и подарил мне сына». И она дала ребенку имя Дан.

Валла опять забеременела и родила Иакову еще одного сына.

Рахиль сказала: «До последнего билась я со своей сестрой и одолела». И она дала этому сыну имя Неффалим.

Лия отдала Иакову в наложницы свою рабыню Зелфу. Сама она перестала рожать детей.

Зелфа родила Иакову сына.

Лия сказала: «Вот она, удача!» И дала ребенку имя Гад.

Зелфа родила Иакову второго сына.

Лия сказала: «Вот оно, счастье! Женщины будут думать обо мне: счастливица!» И дала ребенку имя Асир.

В поле, где убирали пшеницу, Рувим нашел мандрагоры и принес их матери. Рахиль попросила Лию: «Поделись со мной мандрагорами. Вон сколько их принес тебе сын!»

Лия ответила: «Мало тебе, что ты отняла у меня мужа. Теперь, когда сын принес мне мандрагоры, они тебе тоже понадобились». Рахиль сказала: «Хорошо, давай мандрагоры за ночь с Иаковом».

Вечером пришел с поля Иаков. Лия вышла ему навстречу и говорит: «Мой сын принес мандрагоры и я выменяла их на тебя. Эту ночь ты спишь со мной». И Иаков лег спать с Лией.

Бог пожалел Лию, она забеременела и родила Иакову пятого сына.

Лия сказала: «Это мне от Бога подарок за то, что я пускала к мужу свою рабыню». И дала ребенку имя Иссахар.

Лия забеременела снова, родила Иакову шестого сына и сказала: «Щедро одарил меня Бог. Теперь-то муж будет со мной считаться: я родила ему шестерых сыновей». И она дала ребенку имя Завулон.

Потом она родила дочь и дала ей имя Дина.

Бог не забыл и о Рахили. Он сжалился над ней и вернул ей способность рожать.

Рахиль забеременела, родила сына, и сказала: «Бог не допустил моего позора».

Она дала ребенку имя Иосиф и попросила: «Пусть Господь прибавит мне еще одного сына».

Когда Рахиль родила Иосифа, Иаков сказал Лавану: «Отпусти меня домой, на родину, вместе с моими женами и детьми, ради которых я работал на тебя. Да еще как работал! Сам знаешь».

Лаван ответил: «Я вот что думаю. Хозяйство быстро растет. С тобой пришло ко мне Господне благословение».

И говорит: «Проси у меня какую хочешь плату».

Иаков сказал: «Сам знаешь, как я работал на тебя. Вон как выросло твое стадо! Каким оно было, а каким стало! Разве не благословил тебя Господь с моим приходом? Но когда же наконец я займусь и своим хозяйством?»

Лаван говорит: «Какую же ты хочешь плату?» Иаков сказал: «Никакую не хочу. Давай договоримся. Я буду по-прежнему пасти и стеречь твоих овец, но скот мы поделим. Мы обойдем все стадо и ты отгонишь в сторону крапчатых, пятнистых и черных овец и крапчатых и пятнистых коз и впредь будешь расплачиваться со мной такими овцами и козами. С таким разделением ты всегда будешь знать, все ли честно. Если увидишь в моем стаде коз без крапин и без пятен или белых овец, знай — это краденое».

Лаван сказал: «Хорошо. Будь по-твоему».

В тот же день Лаван согнал в отдельное стадо пестрых и пятнистых козлов, крапчатых и пятнистых (с черной или белой примесью) коз и черных овец и отдал их своим сыновьям.

Эти стада они отогнали на три дневных перехода — подальше от Иакова. Иаков продолжал пасти остаток Лаванова стада.

Он наломал свежих веток с тополя, миндаля и платана и до белой древесины вразбежку содрал с них кору. Получились полосатые прутья.

Прутья он клал на дно корыта, из которого пил скот. Когда во время течки козы приходили к водопою, то у них перед глазами были пестрые прутья, и приплод получался пестрый, крапчатый и пятнистый.

Овец Иаков держал в стороне, мордами к пестрому и черному скоту Лавана. Он завел свое собственное стадо и уже не смешивал его со стадом Лавана.

Каждый раз, когда у крепких животных начиналась течка, Иаков клал в корыто прутья и случал скот у водопоя перед прутьями.

Но если животные были хилые, прутьев он не клал. Так хилый скот доставался Лавану, а крепкий — Иакову.

Иаков разбогател. Теперь ему принадлежали обширные стада, и у него было много рабынь и рабов, верблюдов и ослов.

31:1—55

Иаков знал, как отзывались о нем сыновья Лаванa. Они говорили: «Иаков подчистую обобрал нашего отца. По сути отцу принадлежит все, что есть у Иакова».

Иаков и сам стал замечать, что Лаван переменился к нему.

Господь сказал Иакову: «Отправляйся домой, к своим. Я буду с тобой».

Иаков вызвал Рахиль и Лию в поле, где паслось его стадо, и сказал: «Ваш отец заметно переменился ко мне. Прежде он не был таким. Но со мной Бог моего отца.

Сами знаете, я себя не жалел, работая на вашего отца. А он хитрил со мной, десять раз передумывал, менял плату. Но Бог не допустил ущерба с моей стороны.

Когда ваш отец говорил мне: «Заплачу тебе крапчатыми», — весь приплод получался крапчатым. А когда говорил: «Пестрыми», — весь приплод получался пестрым. Вот так Бог отнял скот у вашего отца и отдал мне.

Как-то в случную пору скота мне приснилось, что козлы покрывают стадо, и что ни козел — то пестрый, крапчатый или пятнистый.

Во сне ангел Бога позвал меня: «Иаков!» Я ответил: «Да!» Он сказал: «Видишь, какие козлы покрывают стадо? Пестрые, крапчатые, пятнистые. Все Лавановы козни против тебя Мне известны. Я — Бог, памятник которому ты облил оливковым маслом в Бет-Эле. Там ты дал Мне обет. А теперь собирайся. Уходи отсюда к себе на родину».

Рахиль и Лия говорят ему: «Нечего и думать, что нам достанется хоть малость из отцовского наследства. Мы нашему отцу чужие. Продал нас, да и присвоил себе всю выручку. Все, что Бог отнял у нашего отца, — это наше добро, добро наших сыновей. Так что поступай, как велит тебе Бог».

Тогда Иаков посадил на верблюдов детей и жен и погнал свои стада в Ханаан — к Исааку, своему отцу. Он взял с собой весь свой домашний скарб и весь скот, приобретенный им в Паддан-Араме.

И еще когда Лаван ушел стричь овец, Рахиль утащила у него из дому божков.

Иаков не сказал Лавану-арамею, что уходит. Обманул его.

Так со всем своим скарбом Иаков ушел от Лавана. Он переправился через Евфрат и двинулся в Гиладские горы.

На третий день Лавану сообщили, что Иаков ушел.

Лаван собрал своих родичей и пустился в погоню. Через семь дней он нагнал Иакова в Гиладских горах.

Ночью во сне Бог пришел к Лавану-арамею и сказал: «Не смей трогать Иакова!»

Лаван и Иаков встретились в Гиладских горах. Там, в Гиладских горах, где остановился Иаков, остановился со своими родичами и Лаван.

Лаван сказал Иакову: «Зачем ты это сделал? Зачем обманул меня и угнал моих дочерей, как пленниц, взятых силой оружия? Зачем ты слукавил, сбежал тайком, ничего не сказал? Задали бы пир, спели под бубен и цитру — и прощай. А ты не дал мне даже поцеловать моих внуков и дочерей, учинил не знаю что. Я легко мог бы тебе отомстить, но Бог твоего отца вчера сказал мне: „Не трогай Иакова!“ Ладно. Ты ушел, потому что затосковал по родному дому, но зачем было красть моих богов?»

Иаков отвечал Лавану: «Я боялся, что ты заберешь у меня своих дочерей. А насчет богов… у кого найдешь — убей. Ищи! Найдешь — забирай. Только пусть родичи подтвердят, что это твое». Иаков не догадывался, что божков утащила Рахиль.

Лаван обыскал шатер Иакова, шатер Лии, шатер обеих рабынь и ничего не нашел. Потом он отправился к Рахили.

Рахиль засунула божков под верблюжий чепрак и уселась сверху. Лаван обыскал шатер и ничего не нашел.

Рахиль говорит отцу: «Не сердись, господин мой, что не могу встать перед тобой: у меня началось женское». Лавановы божки так и не нашлись.

Иаков не выдержал и в сердцах говорит Лавану: «Что я тебе сделал? Зачем ты гнался за мной? Ты перещупал у меня все вещи. Которую из них ты признал своей? Покажи всем! Пусть родичи нас рассудят. За двадцать моих лет у тебя ни овцы, ни козы никогда не теряли приплода, и баранов из твоего стада я не ел. Что зверь задерет, я даже не показывал: весь убыток брал на себя. А ты ни дня, ни ночи не пропускал, все выискивал у меня пропажу. Днем я умирал от жары, ночью — от холода. Некогда было глаз сомкнуть.

Двадцать лет я отдал твоему дому: четырнадцать лет работал на тебя за твоих дочерей и шесть — за твой скот. А ты десять раз передумывал, как мне заплатить.

Не вступись за меня Бог моего отца — Бог Авраама, Страх Исаака, — ты бы выпроводил меня с пустыми руками. Бог увидел мое огорчение и труды моих рук и вчера вступился за меня».

Лаван ответил Иакову: «Чьи это дочери? Мои. А их сыновья? Тоже мои. Да и скот мой. Оглянись вокруг: все это мое. Зачем мне портить жизнь своим дочерям и внукам? Давай заключим с тобой договор. Свидетеля мы найдем».

Иаков поставил памятный камень и сказал своим родичам: «Собирайте камни». Те стали собирать и нанесли целый холм. Возле холма сели разделить пищу.

Лаван назвал этот холм Егар-Сахадута, а Иаков — Гал-Эд.

Лаван сказал: «Этот холм — свидетель нашего договора». Так за этим холмом закрепилось название Гал-Эд, а еще Мицпа — в память о том, что после этого Лаван сказал: «Это чтобы Господь не спускал с нас глаз, когда мы не видим друг друга. Будешь обижать моих дочерей или наберешь себе вдобавок новых жен — берегись, мы не одни: у нас есть свидетель — Бог».

Потом Лаван сказал: «Это наши с тобой холм и памятник. И холм, и памятник — свидетели нашего договора: я не переступлю к тебе за этот холм и ты не переступишь ко мне ни за этот холм, ни за этот памятник ни по какому злому умыслу. А нашими судьями будут наши боги: твой — Авраамов и мой — Нахоров».

И Иаков поклялся Страхом своего отца Исаака. Потом на высотах Иаков заколол жертву и пригласил родичей на пир. После угощения все там же и заночевали.

Рано утром Лаван поцеловал внуков и дочерей, благословил их и отбыл к себе домой.

32:1—32

А Иаков двинулся дальше. В пути ему повстречались Божьи ангелы.

Иаков сказал о месте этой встречи: «Это Божий стан». И назвал это место Маханаим.

Иаков послал вестников к своему брату Исаву в землю Сеир, что на равнинах Эдома.

Он сказал им: «Передайте господину моему, Исаву: это, мол, слова раба твоего Иакова: «Все эти долгие годы я жил у Лавана. Со мной мои быки, ослы и овцы, рабы и рабыни. Прими эту весть, господин мой. Прошу тебя о милостивом обхождении».