Создание песни. Как начать писать тексты и музыку, стать себе продюсером и найти своих людей с помощью творчества

Чтобы сделать песню увлекательной, попробуйте немного (немного и контролируемо!) усложнить структуру куплета, сделать его составным, сменить четверостишия, как из стихов в учебнике, другими сочетаниями строк – и соорудить из этого систему.

Куплет – событие формы, которое может состоять не только из одной строфы или двух одинаковых, но и из двух разных частей. Если вы чувствуете, что ритм и динамика должны вести песню вперед, можно сделать вот так:

Аромат мандаринов на каждом шагу

И снежинки мерцают так ярко,

Наступает финальный день в этом году –

Обновленье желанней подарков.

Мы с надеждой несëм память прожитых дней

В новогоднюю сказку любви и огней,

Чтобы эту главу завершить поскорей.

Можно было бы сделать очень статичный и квадратный куплет, но как бы он отразил предновогоднее стремление? Такой вариант строфы из трех зарифмованных строк нового ритмического рисунка (относительно первой строфы) придает нашей песне энергии и тянет куплет к припеву. Хочется слушать дальше.

Вы можете зарифмовать между собой три строчки, а вместо четвертой оставить паузу. Самое главное – чтобы в структурных частях была внутренняя система и чтобы во втором куплете она повторилась (точно или с микроизменением). Но эта схема – необязательна, квадратные куплеты из четверостиший бывают очень хороши. Иногда простое решение – самое лучшее: усложнения вносят разнообразие, но если стремиться к усложнениям постоянно, можно потерять фундамент. А он очень важен.

Рекомендую послушать дуэт Фредди Меркьюри и Монтсеррат Кабалье «Барселона». Куплет развивается весьма интересно!

Послушайте свои любимые песни в качестве референсов, чтобы отметить, как они организованы.

5. Озвучьте тексты мелодиями

Каждому новому типу ритма понадобится своя мелодия. Мелодия второй строки в строфе может быть продолжением предыдущей или ответом на нее, а третья и четвертая могут повторяться. Либо четвертая повторяет первую, а третья – вторую.

Используйте диктофон в заметках на телефоне, чтобы рядом с текстом у вас были образцы возможных мелодий для него. Это очень удобно и помогает собрать идеи в одном месте, прежде чем вы приступите к сборке песни и записи демо.

Повторы мелодии очень важны для песни, и они могут опираться на то, как устроен ваш текст. Пусть ритм и рифма подсказывают вам, как расположить структуру и как распределить повторения!

6. Определите функции написанных участков

Теперь найдите получившейся конструкции место в структуре песни. Раздайте роли: эта часть хороша как куплет или может быть припевом? Или, возможно, больше подойдет для пред-припевов или бриджа? Следуйте драматургии – она поможет.

Если вы решили, что это куплет, то второй вы пишете по тому же образцу, что сформировали в первом. И все последующие тоже – в современной поп-музыке чаще всего два куплета, это продиктовано сложившимися паттернами, но это не значит, что запрещено писать больше. Всë зависит от ваших задач. Леонард Коэн написал для Hallelujah 80 куплетов! В финальную версию вошли, конечно, далеко не все, зато он создал себе выбор!

7. Допишите недостающие части формы и дополнения к основе

Опираясь на возможные варианты структуры, следуйте за энергией песни и достройте структуру. Сначала допишите или обозначьте куплеты, чтобы определиться с их объëмом и составом. Определитесь с припевом – он должен быть самой яркой частью песни, выплеском энергии, к которому ведут припевы, а пред-припевы создают особый накал перед ним. В последнюю очередь можно создать бридж и пред-припевы, если вы почувствуете в них необходимость. Пост-припев может и вовсе появиться уже на этапе аранжировки.

8. Определите, где ритм нуждается в целенаправленных сбивках

А теперь сюрприз: слог в слог повторять размер важно, но не всегда обязательно. Когда слушатель привыкнет и начнет узнавать мелодию, в ней должен появиться элемент непредсказуемости. В строке, которая является парой к той, что выше (взятой за эталон), вы сможете недостающие слоги заменить паузами. Иногда придется начать из затакта и перед основным рисунком добавить еще один безударный слог (например, местоимение).

Это может придать грува… тут-то и пригодится топлайновый подход. Но к этим отклонениям от основы лучше прибегнуть чуть позже: сначала слушателю надо дать привыкнуть к чëткому повторяющемуся ритму. Да и автору – тоже.

Вернемся к нашей песне. Здесь я использую микроизменения в припеве, чтобы выделить его последнюю строку – я сокращаю слоги в пользу пауз. Так как это уже четвертое повторение ритмического рисунка, самое время для небольшого эффекта новизны:

Мы ждëм чудес

В карнавальном костюме и с вывеской «новая жизнь»,

Мы ждëм чудес —

Кто-то руку протянет и скажет нам: «хочешь – держись!»,

Я жду чудес

И что люди начнут мирно жить, никого не виня,

Ты ждëшь чудес,

А кто-то в заснеженном городе мëрзнет и ждëт тебя.

Помимо жëстко зарифмованных квадратов в некоторых песнях можно услышать и другие варианты со своей структурой и системой повторов, например, как в припеве песни Анне Вески «Радоваться жизни». Возможно, вам захочется добавить и таких деталей! Песенный текст не обязан быть слишком упакованным в простые геометрические рамки – это энергия, которой вы делитесь с людьми. Лишь позаботьтесь о том, чтобы всë это складывалось в систему.

9. Добавьте вишенку (или найдите: возможно, она уже там)

Определите, где во всей этой истории может быть хук. Если хук не выявляется, его можно придумать и добавить – сейчас или при глубоком редактировании.

10. Если очень хочется красиво усложнить себе задачу…

Когда вы внимательно слушаете много отличной музыки, вы замечаете, что песни далеко не всегда построены на кратных четырем и очевидно рифмованных конструкциях, чëтко состоящих из ритмических рисунков, повторяющихся, как кирпичи. Иногда это больше напоминает искусную вышивку, и всë же звучит упорядоченно, не проваливаясь в хаос.

Можно ли написать структурную часть песни, не прибегая к рифмам и повторам ритмических рисунков строчек? Можно! Правда, для этого вам понадобятся:

–

Длинная текстовая фраза, способная стать основой для красивого события формы

–

Внутренняя система, в которой организованы если не повторы паттернов строк или созвучных окончаний, то повторы слов, рифмы в других частях строк (необязательно на концах), повторы мотивов внутри большой мелодической линии, но без набора повторяющихся равных мелодических линий, образующих квадратную строфу. В качестве иллюстрации послушайте, к примеру, песню Михаила Бычкова «Улыбаешься» – еë припев организован именно по такому принципу. Чаще этот подход можно встретить в зарубежной музыке. Это красиво, сложно, требует определенной степени внутренней свободы и при этом – внимания к деталям, чтобы система получилась не хаотичной и нескладной, а индивидуальной и художественной. Двигаться в сторону таких усложнений лучше всего после освоения базовых методов и форм, иначе есть риск провалиться в хаотичность и не заметить этого.

При таком подходе вы создаëте сложноорганизованную систему из одной длинной словесно-музыкальной фразы, прибегая к внутренним рифмам и повторам и не складывая строфу из последовательности строк, составленных по схожим принципам.

При этом вам нужно вписать эту систему как одно событие в целом упорядоченной понятной формы, сочетать ее с более простыми и понятными конструкциями. Как будто вы собираете дом из кирпичей, а в роли кирпичей в определенном порядке используете аквариумы, в которых свободно плавают экзотические рыбы. Это задачка по звездочкой, и лучше прибегать к ней, если вы действительно слушаете и любите музыку, написанную таким образом.

Мы написали текст, что делаем дальше?

Ваш текст уже готов? У каждой строчки есть своя предполагаемая мелодия? И тексты, и мелодии выстраиваются в структуру, в которой считываются повторения и закономерности? Поздравляю, у вас на руках черновик вашего топлайна! Можно переходить к проработке деталей, чтобы сделать его еще лучше.

Но давайте на минутку притормозим и поговорим о том, как при доведении песни до готовности не стать заложниками улучшайзинга и рефлексии.

Пара слов о качестве, «хорошести» и правильных решениях

При оценке материала люди часто мыслят категориями «хорошо» и «плохо», если не сказать грубее. Это вопрос субъективного восприятия, дело вкуса, хоть и не только его.

Если мы развиваем навыки работы над материалом, нам придëтся самостоятельно оценивать качество. И лучше для нас, если мы не будем оценивать его эмоционально, излишне субъективно, прибегая к самоедству и чрезмерной критике. Не стоит и ударяться в принцип «это прекрасно уже лишь потому, что это создал я». Стоит отделять контроль качества творения от самооценки творца.

Здесь мы будем рассматривать много разных методов, систем и правил. Некоторые из них захочется взять в свой арсенал, другие захочется нещадно игнорировать и нарушать. Некоторые мозг будет отвергать и оставлять в зоне слепых пятен. Это самый коварный вариант, когда мы отказываемся замечать недоработки, предпочитаем легализовать их, отмахиваясь и находя железные оправдания. Эти уловки мозга нормальны, они нас защищают, но в интересах развития эти защиты придется уметь частично отключать.

А ещë, когда ваша музыка начнет распространяться, вам неизбежно будут прилетать мнения. И большая часть их будет о том, что и как вам следует делать, от людей, которые сами никогда этого не делали.

Не давайте мнениям влиять на свою собственную самооценку – ни в минус, ни в плюс. Стабильная здоровая самооценка очень пригодится, чтобы выдерживать реальность и двигаться дальше, развивая свое мастерство. И состоит она не в том, чтобы воспринимать всë своë стабильно в плюсе или в минусе, а в том, чтобы спокойно относиться к временным трудностям и взлетам, не переопределяя через них отношение к себе. Хорошие авторы могут писать ерундовые черновики. Их отличие – в том, что они строги при отборе и редактировании материала. Важно не то, что на входе, а то, что на выходе!

Трезво оценивая свои песни как продукт или полуфабрикат (хоть и творческий, интеллектуальный, эмоциональный, но всë-таки), вы сможете и критику воспринимать спокойнее, и от ненужных эмоций отстраиваться, и продолжать развиваться как автор. И самовыражаться! Не дайте чужим мнениям, вкусам других людей, чужим представлениям о том, как должно быть, заставить вас лгать в своих песнях. Ведь в первую очередь это – именно ваш взгляд на мир, а потом уже – продукт, который оценивают и потребляют другие люди; продукт, который хорошо или плохо продаëтся, который несет в себе нечто ценное для многих или только для вас. Один человек – важен. Песня, важная для одного человека – важна.

Зная всë это, предлагаю соблюдать один принцип:

В творчестве нет плохих и хороших решений. Есть задача, которую мы перед собой ставим, и есть шаги, которые либо приближают нас к решению этой задачи, либо отдаляют от него.

Поэтому: принимать стандартные решения – ок. Ломать правила и делать наперекор им – ок. Знать, что ты делаешь – ок. Это искусство! В нем можно всë, другой вопрос – чего мы хотим этим добиться и каковы шансы, что наши действия нам в этом помогут.

Мысля в этих категориях, мы сможем глубже изучить структуру написания песен, не отвлекаясь на самокопание.

Глава 2. Работа над текстом

Читать, чтобы обогатить свой авторский инструментарий и открыть доступ к бездонному источнику идей

В прошлой главе мы уже попробовали написать топлайн, пройдясь по структурным особенностям песни. Такой методики может быть достаточно для того, чтобы запустить или расшевелить ваш творческий процесс, достроить песню до рабочей формы и считать топлайн написанным, а дальше – выступать с ним под гитару или передавать в аранжировку. Если вам на сто процентов нравится то, что получилось, если песня решает поставленные вами перед ней задачи, если вы чувствуете, что топлайн готов и его не надо больше трогать, значит – так и есть!

Эта глава – для тех случаев, когда вы хотите углубиться в проработку текста и ищете способы это сделать. Мне бы очень не хотелось, чтобы вы восприняли ее как обязательный этап, чтобы сделать, «как надо», и жестоко прожарить то важное и сокровенное, что шло от души.

Кто-то пишет всë с первого раза, кто-то тщательно работает над деталями, используя первую версию топлайна как черновик. Оба подхода вполне жизнеспособны: у меня нет цели научить «правильно» писать песни. Цель скорее в том, чтобы дать варианты развития в тех случаях, когда вам эти варианты хочется увидеть!

И прежде чем давать советы, как работать над песенным текстом, расскажу одну историю.

В девятом классе я начала писать песни под гитару и почти сразу стала выступать с ними в школе. Учителя рассказывали обо мне коллегам, какие-то люди из-за пределов школы начали приглашать меня участвовать в мероприятиях и петь там свои песни. Мероприятия в основном были связаны со сферой образования и работы с молодежью. Были среди них концерты, где я просто выступала и получала свою порцию признания. Были и конкурсы, в которых предстояло выполнять условия и стремиться к призовым местам.

И вот на таких конкурсах всегда были люди, сидящие в жюри. Обладали они талантом, опытом или умением работать с формирующейся психикой, неважно. Важно то, что они обладали властью. Властью оценивать, выдвигать условия, «жюрить» и давать советы.

Каждый, кто хоть раз писал стихи или песни, знает, насколько трепетным может быть отношение к родившимся внутри тебя строкам. То чувство, когда хочется выразить то свое, индивидуальное, возможно – то, что ты познал и испытал впервые, а затем описал на бумаге, решившись поделиться с другими…

И когда твои строки попадают в руки таких журистов, которые просто пришли судить, потому что их назначили чиновники от образования… подозреваете, что там происходило, да?

Худшее, что могут сделать судьи на творческом конкурсе, это начать вносить правки в детские стихи и выдвигать условие, что в следующий этап ты пройдешь, если перепишешь и споëшь вот так, а не эдак.

И дело даже не в цензуре. Дело в том, что люди, имея власть давать советы, распоряжались ею очень субъективно. Иронизировали, цеплялись к образам и к рассказам подростков о своем творческом видении… в общем, наверное, проявляли то, что у них там было вместо харизмы.

Само путешествие по одному из конкурсов было максимально странным. Разновозрастных детей гоняли по зданию какого-то учреждения. В разных комнатах сидели взрослые дядьки в свитерах – такие себе стереотипные барды с Грушинского фестиваля – и дети и подростки по очереди вываливали перед ними свое юное творчество, а взрослые барды ухмылялись в усы и давали Советы.

Какие советы они давали? Я запомнила один: заменить слова «мгновенья и сны» на «мгновенья весны». Не знаю, как вам, а мне взрослой, если бы рассказали такую историю, захотелось бы просто орать.

Какова цель таких правок? Автор вложил то, что считал нужным. Тот же размер, та же рифма – ошибок в тексте не было. Было несоответствие ожиданиям жюри. Несоответствие тем клише, что жили в их головах. Эта правка ничего не изменила бы в качестве текста – разве что сделала бы его более ожидаемым и шаблонным, отдалив материал от того, что имел в виду автор.

И чтобы пройти в финал, на следующем этапе надо было спеть песню не так, как я сочинила, не так, как чувствовала, а так, как захотелось дядьке в свитере.

Наступил день выступления, я сидела в зале и ждала своей очереди, и свое самочувствие в тот момент я помню до сих пор – возможно, потому, что боязнь сцены впервые проявилась физически. Оно стало эталонным в описании моего волнения. То чувство, когда ум не волнуется, а колени и руки трясутся, как сумасшедшие.

Я дождалась своей очереди. Вышла на сцену с трясущимися коленями. И спела эту песню, чëрт возьми, так, как я ее написала. Без единой правки. С важными для меня моментами реальности и снов, а не моментами весны по чьей-то глупой версии.

Конкурс проходил в несколько этапов, шëл несколько дней, и позже мне позвонили, чтобы я явилась на награждение – то ли за грамотой об участии, то ли за каким-то из призовых мест. Я не явилась: даже не стала вникать, какое там место мне нарисовали. Исполнение своей песни так, как она мне дорога, была для меня точкой в этом конкурсе.

К чему я рассказала эту историю? Когда вы начнëте публиковать свое творчество или исполнять его публично, если еще не начали, вокруг вас найдется множество желающих давать вам советы.

Ваш выбор, принимать во внимание чужое видение или нет. Ваш выбор, отвечать им дипломатично, грубо или игнорировать. Это ваше творчество.

Я ненавижу непрошенные советы. Но так как здесь будут рекомендации… давайте договоримся – читайте их тогда, когда чувствуете, что совет вам действительно нужен. Когда захочется поговорить с кем-то, кто может поделиться своим видением, показать структуру явления и дать наводку на раскрытие того, что в вас и так уже есть. Не используйте эту главу как свод правил, который если вы не выполните – то все, голову с плеч. А оценивать свой материал и решать, применять ли приемы из этой главы, вы будете сами.

И не давайте самодовольным идиотам, поставленным в позицию оценщика, внушать вам комплекс неполноценности. Договорились?

Как сделать текст, написанный от души, ещë более крутым?

Когда в нас зреет песня, впереди идут эмоции и смыслы. И когда мы ее выпускаем на бумагу или в диктофон, этот смысловой потенциал обретает форму топлайна.

То, что важно для вас, может быть важно и для других людей. Они могут чувствовать то же самое. Они могут хотеть сказать кому-то то же самое – или услышать.

Поэтому то, что в творчестве называют душой, невероятно важно. И хорошая новость в том, что этот базовый ингредиент не нужно вырабатывать и нарабатывать искусственно. Это то, что в вас уже есть. А вот над остальным, возможно, вы захотите еще поработать. Хорошая новость в том, что растущее мастерство тоже становится частью вашей души!

Каждая песня – это творческий эксперимент, у которого есть шанс стать новаторским и легендарным. Культовые песни становятся такими не только потому что они чертовски хороши, но и потому, что в них есть что-то кроме конвенционального качества.

Как мы помним, Леонард Коэн написал для своего шедевра Hallelujah невероятное количество куплетов – и нам повезло, что он выбрал из них финальные и обнародовал. Склонные к непрерывному улучшайзингу авторы могут писать всë в стол и годами не решаются показывать людям то, что сотворили. Это ловушка.

Лидер культовой группы Morphine приносил на репетицию пачки текстов и напевал их под импровизацию группы. Если текст не подходил, он выкидывал его и пробовал следующий. Это похоже на причуду, элемент шоу, но это была часть творческого вайба группы. Надо сказать, их фишка была в первую очередь в инструментале – у группы не было гитариста, зато был саксофонист, игравший сразу на двух саксофонах, и лидер-басист, тоже нашедший своему инструменту нестандартный путь применения. Но если послушать песню You Speak My Language, становится понятно: несмотря на самобытность саунда во главе угла и бесцеремонное обращение с заготовленной лирикой, слабыми их тексты не были.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.