Седьмая жизнь кота Мишки

Глава 2. Звериная шкура

Леха вошёл в гостиную бабы Дуси. Над круглым столом с кружевной скатертью висел шёлковый торшер. Вокруг стола стояли старые коричневые стулья. Лёха подумал, что недавно здесь кто-то сидел и вёл оживлённую беседу. Хотя баба Дуся обычно жила одна и её почти никто не навещал, ходили слухи, что у неё есть внуки. Чтобы проверить свои догадки, Леха приподнял скатерть и посмотрел под стул. Там он увидел свежий след мужского ботинка.

— Так, хорошо, — произнёс он вслух. — Мама, я что, у тебя такой воспитанный? Снимаю ботинки, даже когда грязно, — снова сказал Леха.

Он подошёл к старой тахте у стены и присел. Тахта заскрипела, пружины могли вот-вот вонзиться в тело. Но Леха устроился поудобнее и лёг. Ему показалось, будто он вернулся в дом бабушки и лежит на такой же старой кровати. Он закинул руки за голову и задумался, вспоминая молодость: как лежал в стогу сена и любовался летним небом.

Вдруг из шкафа за его головой послышались голоса:

— Ты что, больной? Я же просила всё аккуратно сделать! Нет, не дорого, ты обещал! Замолчи, я уже купила!

Леха обернулся к шкафу. Дверца заскрипела, и он увидел изящную ножку в плетёной босоножке. Он встал, подошёл к шкафу и распахнул дверцу.

— Добрый вечер! Что вы тут делаете? — спросил он.

— Сейчас перезвоню, зай, — ответила девушка. У неё были красивые голубые глаза и длинные белокурые локоны, спадающие до талии. Она была одета вызывающе: ярко-красные шорты плотно облегали бёдра, а светлая рубашка ненавязчиво спадала с плеча.

— Что ты сказал? Кто ты такой? Я позвоню зае, и он тебя раскатает в два счёта! — воскликнула девушка.

— Успокойтесь, — ответил Леха. — Вы разговариваете с бывшим сотрудником спецслужб, поэтому оставьте угрозы для лохов.

— Сорри, мужик. Откуда я могла знать? — сказала девушка с фальшивой улыбкой. — Дуся где?

Леха опешил от грубости.

— Всё, не грузись, сама найду, — сказала девушка и начала спускаться из шкафа. — Слушай, спец, подай стульчик, помоги девушке. Тут высоко, а я в таких туфлях могу упасть.

Леха подвинул стульчик, но сам уселся на него.

— Твоя Дуся подождёт. Как ты здесь оказалась? — спросил он.

— Че? Крутой, что ли? — ответила девушка.

— Давай по порядку, — сказал Леха. — Ты не покинешь комнату, пока не объяснишь, как сюда попала. Может, ты Раскольников в женском обличии?

Лёха на секунду завис, провалившись в личную прострацию, перебирая в голове разрозненные факты. Неделю назад из квартиры бабы Дуси выбегала похожая девушка — или они все теперь на одно лицо? По крайней мере, Лёхе в последнее время казалось, что молоденькие девушки будто из инкубатора: практически не отличались друг от друга. Лишь жена оставалась для него единственной и неповторимой.

Как-то, вернувшись с работы, он поднимался на свой этаж и поравнялся с дверью старушкиной квартиры — и тут из неё вылетела девушка с невероятно длинными ногами. Она что-то выкрикивала, хлопая дверью. Её макияж был чересчур вызывающим, а аромат духов — терпко-сладким, таким густым, что от него едва не перехватывало дыхание. При этом бабка всегда твердила, что живёт одна и никто её не навещает. Всё это выглядело подозрительно. А теперь вот эта девушка — похожая, но всё же другая...

— Ну так что? Колись, мадам! — уверенно выпалил Алексей.Из шкафа, следом за выходящей из него девушкой, на пол съехал кусок шкурки — точнее, горжетка. Алексей подался вперёд и заглянул поглубже в шкаф. Там лежало ещё несколько шкурок, совсем новых. Шкурки были непростые: за такие можно и срок схлопотать. Вылов голубого песца был не просто ограничен — он был строго запрещён.В детстве отец Лёши, работавший в областном лесничестве, часто брал сына с собой. Он подолгу рассказывал сыну о диких зверях и птицах, а любознательный мальчик впитывал каждое слово. Отец не раз предупреждал, что в лесу порой случаются и случайные отстрелы, и вполне себе умышленные, незаконные. Многие животные были внесены в Красную книгу — и Лёша знал её почти наизусть. Лес был для него почти родным домом. Да и по службе ему не раз приходилось выезжать туда — на места преступлений.Лёша оторвался от воспоминаний, поднял взгляд и пристально вгляделся к незнакомке.Девушка недовольно усмехнулась, толкнула упавший мех ногой, затем схватила его и небрежно закинула обратно в раскрытый шкаф.

— Молодец, — ухмыльнулся Алексей.

— Правильно: намусорила — убирай. Это чьи такие модные шкуры? Твои?— Чё? Да я ни при чём! Пусик сказал, Дуся самые модные достать может! — пробормотала она, чавкая жвачкой.