Жуткий секретарь для жениха

Эта черноволосая леди из старинного рода с первой минуты нашего появления не сводила влюблённого взгляда с герцога и уничижительного с меня. Усугубило всё то, что подав знак официантам, Кайна усадили рядом со мной. Сдвинув весь ряд в разные стороны.

Ваер же спокойно уселся напротив меня, в середине длинного белоснежного стола и уже соседствующие с ним люди самолично и молча отодвинулись подальше.

«Чернокнижник отравитель», так назвал его герцог недавно? Повезло с выбором увлечения. Сидит теперь, кушает без посторонних взглядов. Ибо каждый, в ряду напротив, глаза боится от собственных тарелок и бокалов отвести.

А на меня только ленивый или запуганный не взглянул, испепеляя и разбирая на тысячи мелких Элизочек, которым должно быть неуютно. Наивные. Они вообще свекровь мою будущую помнят?

Судя по тому, как быстро начались нападки с разных сторон, нет. А я нет. Мы с этой страшной женщиной долгими вечерами упражнялись в словесности, спорили и не позволяли себе прогнуться ни разу. Да наш повар по три элексира для восстановления голосовых связок заказывал и под дверью каждые несколько часов оставлял! Что мне эти изнеженные придворные после самой леди Данкель!

Поначалу герцог с императором пытались вставать на мою защиту, а поняв что необходимости в этом нет, лишь удивлённо слушали мои спокойные ответы.

– А правда что в Ваших землях до сих пор не работают индивидуальные порталы? Может причина не в старом проклятии, а в том, что смотреть на такой окраине страны не на что? – сделав глоток из своего бокала с красным вином протянула блондинка с большой родинкой над губой.

– Отнюдь, леди Сопули, – ответила той, чью знатную фамилию в последний момент шёпотом подсказал Кайн, – мы считаем это своеобразным фильтром, отсеивающим недостойных наших прекрасных, чистых земель. Ваше Величество, Вы бывали на юге?

– Да, Элли, – с улыбкой отозвался император и добавил, – мы с Кайном и Ваером обожаем Ваши винодельни. Вкус, качество и прекрасные, ухоженные виды на самих виноградниках выше всяких похвал, – поднял свой полный бокал и с удовольствием сделал глоток. Так это наше? Приятно.

От постоянных вопросов как обычных, так и уничижительных не успевала покушать, хоть герцог и пытался дать мне эту возможность. А потому, выпившая лишь несколько глотков фруктового сока и опробовавшая ложку сливочного грибного супа, вышла из-за стола вместе со своим сопровождением.

– Малышка, а ты молодец, – похвалил Ларт и даже по голове по-отечески погладил. – Ваер, получилось?

– Ага, можно выносить, – довольно протянул чернокнижник медленно шагая по прекрасной галерее, с портретами императорской семьи, впереди нас.

– Я всё ещё не понимаю почему мне нельзя, а ему можно, – недовольно отозвался мой жених.

– Потому что твоя месть всех прибьёт насмерть, а моя просто покалечит.

В это время за двустворчатыми дверями обеденного зала прозвучали звуки падений, чьи-то крики и звон разбитой посуды. Обернулась чтобы увидеть как расторопные, одарённые в мантиях, заходят в двустворчатые двери столовой.

Переполох, выбегающие из зала придворные и лежащие на полу люди с зеленеющей кожей. Мелкие бородавки на лицах и глубоких декольте моих обидчиков распространялись по всей коже. Бессознательные попытки почесаться, поправить одежду и мычание вырывающиеся из приоткрытых ртов, выдавали крайнюю степень дискомфорта.

– Лекаря звать? – отвернувшись от открывшейся картины уточнил император.

– Не поможет. Через месяц-другой сойдёт само, – скучающим тоном ответил Ваер и ускорился, – увидимся утром. Меня не звать и не отвлекать, буду занят.

– И я пойду. А то советник волосы до лысины ободрал, мне ж его жена за это выскажет. А она из степных, – последнюю информацию император доверительно прошептал мне на ушко, и я улыбнулась. Улыбнулся в ответ и тоже ускорился, покидая нашу поредевшую компанию.

– Элли, мне удалось разгрести дела и освободить вечер специально для Вас, – начал герцог, но я жёстко уточнила:

– Ужин с матушкой ещё в силе?

– Да, она уже направляется в наш родовой замок, – замешкавшись ответил Кайн.

– Прошу прощения, Ваша Светлость, но последние дни были утомительными. Хочу прогуляться в одиночестве и отдохнуть перед дорогой, – присела в реверансе перед расстроенным мужчиной.

В груди что-то кольнуло, на мгновение захотелось отойти от собственного плана и наблюдать за закатом вместе с красивым мужчиной в самом прекрасном парке столицы. Но выпрямившись, гордо ушла к дверям, которые отметила из окон в коридоре.

Один поворот налево, прямо по белоснежному коридору, поворот направо и тупик. Постояла, не понимая куда делся нужный выход и снова заподозрила вмешательство надсмотрщиков. Обернулась.

Двое в мантиях переглянулись и молча указали на коридор, из которого только что пришла. Вздохнула и последовала куда послали. Толком не отдыхавшая, не евшая, не спавшая в последние дни, допускаю что могла ошибиться в одном повороте незнакомого места.

Шли долго. Петляя по заполненным любопытными придворными и склоняющимися в книксенах горничными, коридорам, вышли наконец к помпезным двустворчатым дверям с вырезанными, прямо в дереве, ветвями с распустившимися бутонами. Стоило им распахнуться, как я почти забыла, что пришла в это волшебное место с определённой целью.

Оранжевое закатное небо с ещё тёплыми солнечными лучиками опускалось за горизонт, смешиваясь с густыми зарослями деревьев. Широкие дорожки, выложенные разноцветными камнями, белоснежные лавочки в углублении цветущих кустарников и мелкие фонарики вместо точечного освещения, развешенные на веточках растений.

Почти не дыша, медленно последовала по дорожке. Редкие прохожие не сразу обращали внимание, так же, поражённые здешней красотой.

Птицы, которых по слухам, привезли как с разных уголков нашей империи, так и из соседних стран, с весёлым щебетанием пролетали над головой. Яркие, разноцветные, большие и маленькие, своим пением создавая волшебную атмосферу.

Краем зрения заметила, что завороженные маленькой животинкой пробежавшей в кустах, охранники отвлеклись. Достала из пространственного кармана свёрнутый в трубочку план побега и спрятала в складках собственного платья, аккуратно поместив под небольшой поясок.

Белочки без клыков безбоязненно пробегали по небольшим полянкам, серые кролики шуршали в кустах, даже грациозные олени всей семьёй прогуливались до искусственного пруда. Здесь же обнаружились уединённые беседки, обвитые густым кустарником с лёгким цветочным запахом, позволяющие любоваться природой и наслаждаться спокойствием.

В одной из них я и обнаружила своих подельников. Не теряя времени, делая вид что безмерно рада их видеть, подскочила к тихо разговаривающим мужчинам.

Первым меня увидел бледный и непроизвольно вздрогнул. За ним тощий нервно икнув и толстый, подавившийся собственным рассказом, надсадно кашляя.

– Серость, ты так не пугай, нам не по восемнадцать, знаешь ли. Сердце не выдержит, – действительно сжимая ткань тёмно-красной рубашки попросил бледный.

Проигнорировала и его слова, и обидную мужскую реакцию на моё появление. Схватила испуганно сжавшиеся на ткани ладони главного наёмника и с трудом просунула между пальцев записку. Одарённая охрана надзирателей отставали лишь на несколько шагов и если не передать её сейчас, без внимания меня уже не оставят.

– Там такие милые оленята! Вы видели? А птички? Кажется, даже красные попугайчики с бо-ольшими пёрышками есть! – отпустила окаменевшего бледного и принялась играть роль воодушевлённой туристки, объясняя собственную несдержанность восторгом.

– Совсем мать поехала, – гулко сглотнув резюмировал тощий. – Бельн, ты дыши, а то лекарь по страховке нам уже не светит, деньги экономить надо.

И бледный действительно сделал рваный выдох. Рыжая макушка толстого неодобрительно покачалась. Выразительно посмотрела вбок, где уже стояли мои сопровождающие.

– Только незаметно, – прошептав одними губами. Троица переглянулась, озадаченно кивнула и проигнорировав мою просьбу, резко уклонились всем корпусом в разные стороны.

Три пары внимательных глаз напрямую уставились на одарённых. А моя рука непроизвольно поднялась и громким хлопком встретилась с моим же лбом. Они как вообще в наёмники пошли? Какие задания выполняли? Как дожили до своих лет?

– Слышь, мышь, а смотреть- то куда? – довольно громко спросил, усугубил абсурдность ситуации тощий.

– Мне кажется во-он за тем деревом кто-то пробежал, – задумчиво отозвался бледный.

– Не, это белка, в кустах олень, в пруду рыбки. Нет здесь людей кроме нас. Мышь, ты кажись всё-таки того, – усмехнулся толстый, – чуток упала, сильно ударилась и конкретно чокнулась.

– Издеваетесь?! – не выдержала и сама повернулась назад. Двое в мантиях: тёмный в чёрной и стихийник в зелёной всё также стояли возле пруда глядя на нас. Даже улыбались едва заметно. – Так вот же они! – неприлично ткнула пальцем в мужчин, повторно вызвав отклонение трёх корпусов своих подельников.

– У императора лекарь хороший, ты бы на приём сходила, а? – отозвался бледный.

– Не, Бельн, её тогда замуж не возьмут. Можно с нашим договориться, проверит по-тихому и капельки выпишет. Ты, Мышка, только не переживай. Вылечим, – раздражающе мягко, как с умалишённой заговорил толстый.

– Да ладно, ей замуж не хочется, так что как раз к местному врачевателю и надо бежать. – устало растёр лицо тощий и откинувшись на спинку лавочки уставился на пруд за моей спиной.

– Да не сумасшедшая я! – рявкнула и обернулась к двоим, сильно плечами трясущим. – Ну скажите что вы здесь!

Переглянулись и покорно в один голос выдали:

– Кхы кхесь!

– Вот! Слышали?! А так странно прозвучали потому, что им со мной разговаривать запрещено! – даже палец вверх подняла от переполняющих эмоций.

Троица снова переглянулась и даже Камиль на меня с жалостью посмотрел.

– Жак, прикопай болезную чтоб не мучилась, а то мне даже смотреть на неё больно.

– А чойта я? – даже подпрыгнул от возмущения тощий.

– Я и без того в минусе и двигаться не собираюсь, а Бельн женщин не трогает. – бледный с гордостью кивнул, как бы подтверждая, что таки да, таки высоких моральных правил мужчина.

– Я вообще-то тоже женщин не трогаю! – возмутился тощий, на что получил мгновенное, словно этого и ожидали, от толстого:

– А пора бы, не мальчик уже!

Мужики заржали. Даже моё сопровождение. Все кроме нас с тощим.

Не выдержала и развернулась, гордо уходя от развлекающейся компании уже бывших наёмников. За мной беззвучно последовали предатели из одарённого сопровождения. Не выдержала и обернулась, глядя в невозмутимые лица тихо уточнила:

– Окружающие вас не видят? – получила утвердительные кивки, – и не слышат?

– Кха, – от тёмного.

– А сказать об этом раньше не могли?! – голос сорвался на рык.

– Кхе кхоложено, – выдал всё тот же тёмный спокойно глядя на меня. Бесят! Как они все меня бесят! Я всё дяде расскажу! Он этих двоих не просто увидит и услышит, он их к себе под личное крыло возьмёт! И тогда посмеюсь я.

Утешив себя мыслями о предстоящей мести, успокоилась мгновенно. Даже плечи чуть расслабила и уже медленней, прогуливаясь по волшебному парку, побрела обратно. Голова слегка кружилась от голода, но я привычная. А потому, игнорируя крики не получающего энергию организма, с удвоенным усердием вглядывалась в засверкавшее ярче в наступающей темноте, окружение.

В комнаты с указывающим направление сопровождением вернулась уже в ночи. Не стала уточнять что с первого раза запомнила расположение, пусть погуляют свободно пока есть такая возможность.

Войдя в открытые стражниками, перед моим появлением, двери остановилась в гостиной. По всем комнатам распространялся одуряющий запах мяса и запечённого картофеля в южных специях. Я наше традиционное блюдо среди тысячи узнаю.

– Что там такое? – не делая и шага вперёд спросила у Франса, всё ещё держащего дверь открытой.

– Ужин. Его Светлость лорд Данкель распорядился, – отчитался мужчина и зачем-то добавил, – мы же понимаем, что в столовой кусок в горло не пролезет. Там одна нечисть агрессивная в людском обличии восседает. Так что Вы постарайтесь всё скушать, а то тонюсенькая совсем.

От неожиданных эмоций, захлестнувших с головой чуть не расплакалась перед мужчиной. Скомкано поблагодарила и прошла в спальню, где на небольшом столике в углу, накрытый магическим куполом стоял поднос с четырьмя тарелочками: сметано-чесночный соус, пряное мясо, жаренное на костре, запечённый картофель с зеленью и кусочек тортика.

Самый лучший ужин в моей жизни не испортил даже привкус собственных слёз, не желающих останавливаться. Мне всё ещё страшно, хочется сбежать и выиграть для себя побольше времени. Но вместе с этим, неожиданно, обнять одного поразительно заботливого тёмного.

Под опустевшими тарелками обнаружилась записка: «Моя леди продолжает поражать собственными талантами.» – значит нашёл собственный портрет и оценил по достоинству. Если продолжит в том же духе, я его даже в щёчку поцеловать смогу. Улыбнувшись, продолжила читать послание от своего замечательного тёмного мага, – «Только не могу понять, где именно Вы могли повстречать мутировавших бешеных крыс из туманности. Но тем не менее, изображение поразительно реалистичное!»

Перечитала письмо два раза, сжала в руке белый листок. Немного подумала и разорвала на мелкие кусочки. Напоследок бросила на пол и попинала.

Никаких объятий! Никаких лобызаний! И крыс я ему ещё вспомню! Они всей тёмной стороной будут умолять вернуть меня откуда взяли!

– И пупсиков! Пупсиков привозите! Я знаете как пеленать умею? Меня отец научил, вы только не стесняйтесь если не получится, я книжечки пришлю, лекаря пришлю, сам советы дам! Вы сыновей моих видели?! Да у меня талант, знания, опыт! – распалялся император, то разминая плечи напряжённого герцога, то поглаживающего меня по собранным в высокий пучок волосам.

– Пожалуйста, активируйте скорее, – взмолилась, растерявшая весь пыл я. В сопровождении своих невидимых охранников меня привели в круглую башню, где на самой вершине и ожидали Кайн с радостной Мартой. За аркой в центре нарисованной на каменном полу пентаграммы стоял высокий мужчина и очень старался слиться с тёмными стенами.

– Гинар, мы спешим, – обернулся к нему уже тёмный, зло поглядывая на счастливого Ларта.

– Но лорд, где Ваш секретарь? – тихо прошелестел тот самый мужчина, которому подарили нашу вторую лошадь с телегой.

– У него важная встреча и очередной прорыв в маг науке, – ответил герцог.

– А где мои работники? – не выдержала и уточнила уже я.

– В замке, обустраиваются. Нам ещё нужно обсудить их обязанности и взять клятвы верности.

– В перерывах между… – начал император, но к нашему с тёмным счастью, портальный стражник наконец активировал переход.

***

Чёрный шипастый ящер слишком ярко реагировал на невинно хлопающую своими длинными ресницами, коричневую лошадку леди Элизы. Потому, Марту увели перед самым приходом заинтригованного чернокнижника.

Зелёные глаза поблёскивали жаждой знаний, исследований и возможностью похвастаться перед некровным старшим братом в том, что и у него появился личный девиантный раванг. Только вместо привязанности к белому кролику, у него панический страх перед обычной лошадью.

Выгнав весь персонал из огромного здания императорской конюшни, поставил добротный стул перед магическим вольером травмированной нечисти и достал свой блокнот из пространственного кармана. Вдохнул полной грудью запах земли, сена, кожи и дерева, участливо посмотрел на притихшего ящера.

– Я могу вам помочь? – поставленный лучшими учителями ораторского искусства голос достиг ушных провалов опаснейшего существа туманной стороны империи и глаза ящера залились алым.

Острые, жёсткие шипы встали дыбом на толстой, непробиваемой коже. Чешуя заблестела в свете магических фонарей, когда сильные лапы с острыми когтями начали движение в сторону сидящего мужчины.

– Угу, и что вы почувствовали в этот момент? – продолжал спокойно задавать свои вопросы, пытаясь сдержать ликование чернокнижник.

Вот уже тридцать минут нервных порыкиваний, срывающихся на визг, раванг, лёжа спиной на искорёженном дереве делился своей болью. Измученное чудовище желало оставаться не целованным до свадьбы, И под светом тысячи звёзд, они с возлюбленной церемонно откушали бы, лично им, убитого баканга.

– Что поможет вам пережить этот травмирующий инцидент, разрушивший ожидания? Что придаст вам силы? – продолжил с важным лицом записывать одну и ту же фразу в свой рабочий блокнот Ваер: «ЭТО ОЧЕШУИТЕЛЬНО! ЭТО ОЧЕШУИТЕЛЬНО! ЭТО ОЧЕШУИТЕЛЬНО!»

Но стоило ящеру ответить, как ручка дрогнула в руках мужчины, оставив на последней букве «О» рваную линию. Зелёные глаза встретились со ставшими вновь янтарными и в голове чернокнижника промелькнула шальная мысль вернуть бедолагу в расщелину к туманной-матери. Но желание понаблюдать что будет дальше пересилило и с дежурной улыбкой Ваер уточнил:

– Вы хотите чтобы о вашей истории любви написали книгу? – ящер медленно кивнул своей шипастой головой, – И обязательно оценили её зажигая звёзды для вашей будущей брачной церемонии?

Внутри герцогского секретаря бушевал восторг, сдерживать который удавалось с огромным трудом. Таким, что при каждом выдохе приходилось сжимать челюсть заглушая неистовый хохот. Это не раванг – это его будущая диссертация!

А ничего не подозревающий ящер немного подумал и добавил:

– Р-р-рыу.

– И отзывы хотите? Отзывы на книгу о вашей любви? – уточнил чернокнижник и услышав очередное «р-ры-у-а» кивнул, – рецензии, отзывы, которые вы вставите в рамочку и будете читать на ночь своей кареглазой возлюбленной, восхваляя её силу и красоту. Понял. Простите, уважаемый, но можно я приглашу своего коллегу, и мы ещё раз послушаем вашу историю вместе? Можно? Ах, благодарю сердечно! Один момент!

Стараясь двигаться степенно, когда внутри всё разрывалось от желания переместиться в технический мир, схватить брата и за шиворот притащить к этому невероятному созданию, Ваер вышел из конюшни.

– Рик, бегом сюда! Ты не поверишь! Я не верю! Да никто не поверит! Тут лошадь шипастого раванга сломала! Ты не поверишь чем!

Глава четвертая

Тёмные земли, которые я завоюю

Когда глаза привыкли к полумраку очередного портального зала, прозвучал хор радостных голосов:

– С возвращением Ваша Светлость! Добро пожаловать, леди Миладо!

Искренне улыбающиеся люди в тёмно-синей или чёрной форме заполонили весь просторный зал, выстроившись вдоль стены. Из толпы выступил дворецкий. Высокий, сероглазый, с вьющимися седыми волосами, уложенными аккуратными волнами. В чёрном костюме с идеальной осанкой и взглядом «одна ошибка и ты регламент собственной кровью перепишешь».

– Мой лорд, – поклон герцогу, – леди Миладо, – поклон уже неосознанно выпрямившейся мне, – добро пожаловать домой. Комнаты для леди уже…

– Благодарю, Ларгон, новые поручения я озвучу тебе позже, – неожиданно быстро перебил Кайн и искренне, пусть и «на бегу» поприветствовал собравшийся персонал. – Нам с леди необходимо отдохнуть. Подготовьте гостевую спальню в южном крыле, ужин не нужен.

С этими словами меня бодро подхватили под локоток и провели мимо изумлённо притихшего персонала. Большие двустворчатые двери открылись самостоятельно стоило нашей молчаливой паре подойти достаточно близко.

Мягкий свет настенных магических светильников осветил широкий коридор из тёмного камня, ведущий вверх. Вдоль узких, под потолок окон, деревянных дверей для персонала и редких картин местных пейзажей. Тёмный длинный ковёр, устилающий весь пол сделал шаги достаточно беззвучными чтобы насладиться шелестом листьев за окнами. Свежий ночной воздух окутал прохладой, а исходящий от герцога аромат леса, домом.

– Временно для Вас подготовят гостевые покои, пока идёт ремонт в постоянных, – начал герцог, стоило подойти к следующей двустворчатой двери. – Предлагаю за завтраком обсудить план на ближайшее будущее.

Хотелось уточнить на чьё конкретно, ибо то что я собираюсь провернуть с будущим этой тёмной стороны во имя страшной мести, ему точно не понравится. Но собираясь ответить неожиданно зевнула. Да так, что в уголках глаз образовались слёзы. А силы мне ещё понадобятся.

– Обсудим всё завтра, – покорно согласилась и мы наконец вышли в парадный зал.

Я слышала, что родовое гнездо семейства Данкель потрясающее древнее строение, уступающее по величию лишь императорскому дворцу. Но глядя на отшлифованный временем и историей место, в которое меня привели, кажется что грандиозней замка не существует.

Высокий потолок, огромные готические окна, горящие пентаграммы магической защиты на потолке и тёмно-зелёные ковры с длинным ворсом на полу. Широкая, старинная лестница с балюстрадами в форме волн тёмной магии.

Абсолютно всё, даже воздух указывал на величие, силу и гордость, которые несут по жизни члены семьи древнейшего рода нашей империи.

– Нравится? – тихий вопрос лорда Данкеля.

– Да, – продолжая любоваться искусно вырезанными на арках силуэтами животных в окружении могущих деревьев.

– Уже хотите стать здесь хозяйкой? – едва слышное прорвалось сквозь мой восторг и сильную усталость.

– Да, – искренне выдохнула и ощутила между пальцами гладкий стержень тяжёлой ручки. Затуманенный взгляд опустила.

На герцогской ладони, подставленной под мои сжимающие тёмную ручку пальцы, лежит папка со свидетельством о заключении брака. Возмущённо уставилась на тёмного. Он невинно на меня, и даже глазками так выразительно на бумажку показывает. Мол «во-о-от тут закорючку поставь и всё-всё твоё, до последнего камушка».

Закрывая дверь в гостевую спальню перед лицом опечаленного тёмного, сжимающего потоптанную папку, злорадно предвкушаю завтрак.

Но стоило проснуться от любимого запаха, как все обиды за подлую попытку окольцовывания были забыты. Цветы бабочки, аккуратно высаженные в широкий белоснежный горшок, красовались в самом углу небольшой комнаты.

Богатство окружающего пространства сильно померкло в сравнении с нежными раскрытыми, под первыми солнечными лучами, лепестками. Я так и просидела на кровати, прижимая к груди одеяло и вдыхая аромат весны, своего дома и благодарности.

В дверь тихо постучали. Вытерла выступившие слёзы рукавом длинной ночнушки и хрипло уточнила:

– Кто?

– Горничная, леди. Позвольте помочь Вам подготовиться к завтраку, – отозвался спокойный молодой голос за дверью.

– Войдите.

Беззвучными шагами девушка вспорхнула в комнату и остановилась, сжимая небольшой чемоданчик в руке и учтиво улыбаясь.

– Ты фантом? – вырвалось неосознанно. Было нечто общее между ней и теми двумя, из императорского замка.

– Да, леди. Пока Вы с Его Светлостью не нашли подходящую личную горничную, прислуживать буду я. Могу приступать?

Кивнула, не без угрызения совести. Кайн оказался гораздо внимательней, чем я полагала. И если не считать нескольких неприятных, но незначительных моментов, то даже не заслужил запланированного уничтожения своих земель. Лёгкой мести, да, глобальной катастрофы нет.

Пожалуй, прощение тёмного мага станет моим подарком перед побегом. Решила и выпорхнула из ленивых рассуждений и взглянула на себя в зеркало.

Золотистые локоны прекрасным водопадом струились по плечам, лишь малая их часть была собрана на затылке элегантной заколкой жемчужного цвета. Платье того же оттенка, нежно обнимало хрупкую фигуру: длинные рукава, струящийся подол от широкого пояса на талии до пола, широкие лямки на плечах и декольте, слегка глубже привычного. Не успела, как возмутиться несоответствием выбранного туалета утренней трапезе, ловкие пальцы горничной застегнули на шее тонкую цепочку с золотым кулоном.

Волны не чёрного, как на гербе рода Данкель, а жемчужного цвета с аккуратной, я бы даже сказала милой, косой.

– Вас всё устраивает, могу приступать к лёгкому макияжу? – тихо уточнила, продолжая дежурно улыбаться фантом.

– Приступайте, – кивнула и села на пуфик у кровати, повернувшись лицом к окну. Будуара в гостевой спальне не предусматривалось, поэтому разложить небольшой свёрток с кисточками и баночками, горничной пришлось поверх покрывала.

Последние минуты спокойствия. Словно и не было никакого побега, семейного скандала и моих издевательств над собственной внешностью. Запах цветов бабочек заполняет светлую, в нежно жёлтых цветах, спальню, украшенную маминой вышивкой. Свадьба ещё далеко впереди, а к завтраку меня готовит Лола, немолодая горничная, увлекающаяся макияжем.

– Герцог ожидает, леди. – болезненно резко вырвал из воспоминаний спокойный голос фантома и я не сдержавшись тихо всхлипнула.

– Всё хорошо? У вас аллергия на косметику Эрдема?

– Нет, просто сидела не удобно. Благодарю, – сухо ответила горничной и поднялась раньше, чем в дверь постучали.