Три Закона. Закон третий — Воспроизводство. Часть 1
Не слушая возражений газетчиков, он поднялся, направляясь к выходу. Я виновато, но очаровательно, улыбнулась визитёрам и проследовала в открытую им для меня дверь.
Храня напряжённое молчание всю обратную дорогу на рабочее место, в Мастерской он первым делом пнул ближайший стул.
- Ну давай, я тебя слушаю! – бросил мне через плечо довольно резким тоном.
- Не понимаю, почему должна перед вами оправдываться, - я тоже позволила себе раздражиться. – Да, этот Тоно меня нашёл, рассказал про свою идею, мне она понравилась, я его отправила обращаться сюда в установленном порядке. Но я даже не думала, что он доберётся так далеко!..
- Понравилась? – Мичлав обернулся и посмотрел на меня почти что презрительно. – Тебе понравилось то, что кто-то будет трясти нашими кишками перед камерой?! Будет следить за каждым плевком и записывать все ошибочки?! Что за бред, девочка? Вчера ползала по углам, выискивая жучки, а теперь душа нараспашку? Ты себе можешь представить, ЧТО эти мародёры могут там увидеть?
- Представляю, - выцедила я, постаралась вернуть лицу спокойное выражение и прошла к своему незаконченному излучателю. – Они увидят рабочий процесс охоты.
- Ты понимаешь, что права на ошибку у нас не остаётся вообще? Мы идём ва-банк по всё более и более полной программе.
- Какая разница, что я понимаю, а что нет? Решать всё равно Главе и вам, наставник.
- Что такое? Опять «наставник»? – мужчина влез в поле моего зрения. – А где «Гер, это же круто!»? Что ещё за штучки?
- Всё равно мне вас уговорить не удастся.
- А ты попробуй.
Повернувшись к нему, я посмотрела с вызовом. Уголок его рта пополз вверх, растягиваясь в слишком хорошо знакомый оскал.
- Я вижу, что именнотебе нравится в этой идее, - проговорил он негромко, - но, девочка… у твоего напарника адское терпение.
Я постаралась, чтобы ни одного мускула не дрогнуло на лице.
- Если кто-то полагает, - продолжил он уже громче, - что нас с тобой собьёт какая-то газетёнка – придётся доказать обратное.
- Вы намерены согласиться?
- Сейчас переговорим с Главой, - охотник покинул моё личное пространство, и голос его зазвучал совершенно буднично, - но, надо думать, выхода особого у нас нет. К тому же, если тебе, малышка, это всё так нравится, разве я буду сильно сопротивляться?
И ухмыльнувшись, он покинул Мастерскую, оставляя меня в неприятном недоумении.
На следующий день произошла вторая встреча – состав тот же, а целью являлось согласование условий. Впрочем, скорее постановка, а не согласование. Причём, в одностороннем порядке.
Репортёры выполняют абсолютно все требования специалистов по охоте. Также они прекрасно осознают свои риски и не имеют к специалистам никаких претензий, если при невыполнении этих требований происходит некоторое дерьмо. Они не лезут туда, куда им лезть запрещают. Они не публикуют технические данные. В Ассоциации они передвигаются только в сопровождении одного из двух указанных специалистов. Ни с кем больше они не имеют права общаться. Они проходят психологическую экспертизу в Вехемском филиале Мирового Центра Медицинских наук, где наблюдаются все охотники – надо же убедиться, что у этих двоих мозги на месте, потому что со стороны так не кажется. Также официально повторяют обучение медицинским основам. Они не имеют права даже пальцем касаться какой-либо техники, документации или личных вещей специалистов. Специалисты же имеют право не отвечать на вопросы, которые покажутся им лишними. Все материалы проходят одобрение специалистов.
- Но подождите, свободой печати это вряд ли назовёшь, - господин Леонор Тоно, получив согласие при поддержке самого Главы, теперь чувствовал себя гораздо увереннее. - И о чём же я должен писать?
Ему дали понять, что торговаться не стоит, а как что называть – это его личное журналистское дело.
- Хорошо, если техническая сторона будет большей частью прикрыта, - не сдавался он, - тогда мы должны будем сделать упор на личностях охотников. В таком случае мы просим начать общение уже сейчас, пока есть возможность застать вас в обычных условиях. Если на подготовку к рейду нас не пускают, если мы не можем спрашивать лишнее во время рейда, то тогда что остаётся? Специалисты должны быть готовы к личным вопросам и фотографиям – кажется, подобная тема не может быть запрещена правилами Ассоциации?
Кстати, о фотосъёмке! Всё. Только. С одобрения. Специалистов.
- То же самое! Оборудование, документация и подобные вещи! Но, если мы заключаем договор о репортаже, то обычная жизненная хроника не может заключать в себе ничего запретного! Мы всё же должны найти компромисс между свободой слова и неприкосновенностью!
Перетягивание каната длилось довольно долго. Журналист проявил себя с лучшей стороны. Он явно не намеревался класть шанс своей жизни под железную стопу Гера Мичлава. Тот в свою очередь чужое волеизъявление на своей территории допускать не собирался. Впрочем, его волновала защита именно интеллектуальной собственности. Остальное человек с характером бронебойного танка проблемой не считал.
О чём в этот момент думала я? О том, что надо бы подружиться с персоной, которая на вторые сутки уже научилась отстаивать свои права перед моим наставником. У меня проснулся и простой человеческий интерес к происходящему – шутка ли, репортёры будут жить рядом несколько недель и ваять о тебе чуть ли не книгу! – и желание влиять на ход мыслей людей, которые опубликуют кусок моей жизни, тоже появилось.
После того, как юристы составили необходимый перечень взаимных претензий, и стороны его подписали, господин Тоно поймал меня перед уходом и искренне поблагодарил за помощь.
- Вы – остров спокойствия в этом урагане, Леокади! – сказал он, признательно пожимая мне руку. – Я очень рад, что буду работать именно с вами!
- Не только со мной, - пожав плечом, улыбнулась я.
- Да, но с таким единомышленником, как вы, можно сотворить выпуск десятилетия!
- Журналисты любят громкие фразы. А вот охотники, как Мичлав, и инженеры, как я, не любят. Всего хорошего, господин Тоно, меня ждёт работа и напарник.
- Прошу вас, называйте меня просто Лео! Мы на какое-то время тоже становимся напарниками!
Однако с какого именно момента начнутся наши взаимоотношения условиться не удалось. Запрос на визит на последующей неделе был отклонён. И возражения не принимались. Мичлав мотивировал отказ своей занятостью, а более того, чрезвычайной загруженностью своего помощника. И ещё – отсутствием результатов официальной психологической экспертизы, без которой за адекватных людей никого считать не будет. Расставание прошло напряжённо.
В Мастерской охотник одним только вздохом выразил всё, что полагал о новых участниках рейда.
- Ну что, маленькая моя, счастлива таким соседям? – проговорил он, закрыв глаза и запрокинув голову на спинку стула.
- Они делают свою работу, - хмыкнула я в ответ, тут же садясь за излучатель. – А мы просто будем делать свою.
- Просто будем делать… Тебя не должны отвлекать, пока не доделаешь все аппараты. Они сюда не войдут, пока ты не закончишь.
- Вы меня сохраните в целости, я знаю.
- Кстати, о сохранности – со следующей недели начинаем переходить на смеси. И постепенно увеличиваем физнагрузки. Ч-чёрт, этим придуркам тоже надо питание корректировать… Ладно, напишу в клинику – пусть сами там разбираются. Мы с тобой поедем туда в понедельник. Тяжеловатая будет неделя. Слушай, малыш, поедем-ка отдохнём душой?
Я недоумённо оглянулась.
- Выпьем напоследок, - пояснил охотник, - до рейда нельзя будет и капли в рот взять. Отпразднуем заодно что-нибудь. Хотя бы нашу с тобой популярность. Мы пашем целыми сутками, а ты, моя девочка, отсюда вообще не выходишь. Постоянно молчишь, а если говоришь, то только умные вещи. Расслабимся, а?
Он подмигнул, кивая в сторону выхода.
Воспоминания об уютном баре, бешеных танцах и ночных поездках с музыкальным сопровождением поманили меня из далёкого, свободного прошлого.
- А расслабимся, - ответила с улыбкой, вытирая руки от железной копоти.
Глава 3
Уже в машине Мичлав продолжил вести себя странновато. Кажется, мой руководитель решил прояснить содержимое моей головы. У меня не было настроя болтать, и я включила музыку погромче, чтобы насладиться поездкой и видом из окна. Но он, дав мне некоторое время, внезапно поинтересовался:
- Как ты, малышка?
- В каком смысле? – не поняла я.
- Вообще, последнее время, - он пожал плечом и покосился на меня. – Со всем этим бардаком мы оба… мальца рехнулись, мне кажется. Нет?
Надо подумать прежде, чем отвечать. Что именно он имеет в виду?
- Возможно… Но это такой период. Ничего не поделать…
- Период такой… В жизни полно случается таких периодов, а? Ну так как ты себя чувствуешь – в этот самый период?
Внутри зашевелились нехорошие подозрения. Чувствовала плоховато, меня одолевали гордость и сомнения, но ему об этом необязательно знать. Да и вообще, с чего он вдруг это спрашивает?! Заподозрил что-то после случившегося с журналистами?
- Плоховато, нет разве? – не дождавшись ответа, подсказал он, вызывая пущее моё изумление. – Что ты так удивляешься, славная моя? Думаешь, я не вижу?
Стало совсем не по себе.
- Да это нормально… Побило тебя немного за последние полгода. Ну так крепче будешь, м? Меня-то всё это только поджигает, а ты натура более тонкая. Не молчи, девочка, ты только и делаешь, что молчишь, последнее время.
- Я даже не знаю, что вам сказать, - призналась честно.
Внезапно акула последних трёх недель вспомнила о своей предыдущей линии поведения. Наверное, почуяла, что я выхожу у неё из-под контроля.
- Да, время непростое, но я его переживу.
- МЫ переживём, ты хотела сказать.
- Ну вы-то переживёте точно. И меня в том числе.
Охотник расхохотался.
- Как там твой Гелло поживает?
- Понятия не имею…
- За помощью ты к нему не обращалась. Принципиальная! Хотя мне только лучше. Но не многовато ли мы с тобой на себя навесили? В таком масштабном деле обходимся без помощников… За себя я особо не волнуюсь, потому что делаю не сильно больше, чем раньше. А вот ты, малышка? Не надрываешься?
- Нет, всё в порядке…
- Подумай не только о себе, ещё и о качестве работы.
- Нет, я со всем справляюсь. Совершенно точно, - слегка нажала я.
Мужчина посмотрел на меня с улыбкой, будто иного тона и не ждал.
- Гордая, - протянул он негромко, - по крайней мере, со мной. Ну, девочка! Скоро наша компания разбавится, может, ты и повеселеешь. По какой-нибудь причине.
И он ободряюще похлопал меня по колену.
Остальной путь прошёл в молчании. Но почему-то я почувствовала себя уютнее. Музыка снова сгладила обстановку, снова можно было ничего не говорить, причём на этот раз вполне комфортно. Бесконечные пространства вокруг Артерии заворожили и отодвинули куда-то в сторону те три недели, минувшие со времени последней такой поездки.
По прибытии на место это наваждение отошло на второй план. Едва машина плавно вписалась в парковочное место, я дёрнула дверь, чтобы выйти самостоятельно. Но она оказалась закрыта. Посмотрела на Мичлава – тот отрицательно покачал головой. Пришлось сходить как обычно с его помощью.
Бармен встретил нас как старых знакомых, препроводил на обычное место в конце стойки. Пожал мне руку, спросил о планах на этот вечер в своём заведении, пообещал какой-то новый коктейль. И тут же переключился на Мичлава. Тот с уставшим видом стаскивал с себя куртку, но, когда бармен что-то тихо ему сказал и указал глазами в сторону полупустого зала, накинул куртку обратно и повернулся в том же направлении.
- Что случилось? – спросила я.
- Твои журналюги тут, - усмехнулся мужчина и вдруг резко произнёс, заставляя абсолютно всех присутствующих вздрогнуть: - Эй, господа! Плохое начало, вы так не считаете?
Люди непонимающе оглядывались, кроме двоих, незаметно пристроившихся в глубине зала.
- Ну мы вас ждём! Остальных прошу простить – увидел знакомых, рад невероятно…
С ума сойти! В изумлении я смотрела, как те двое поднимаются из-за своего столика и плетутся к нам под недоумёнными взглядами прочих посетителей. Да, это были наши будущие сопровождающие! Они нас выследили?! Боже, никто себе такого не позволял, даже во время ажиотажа по нашим личностям после рейда и моего отказа работать в охоте! Поджидать рядом с местом учёбы или работы – ещё куда ни шло – но преследовать до другого конца города?! Какой грязный трюк!
Фотограф, кажется, готов был сквозь землю провалиться, а журналист имел вид непосредственный и приятно удивлённый. Лишь наткнувшись на мой полный искреннего изумления взгляд, он слегка стушевался.
- Господа, право, мы вовсе не ожидали!..
- Да ладно, - сразу оборвал Мичлав, по-хозяйски облокачиваясь на стойку. – Грязный трюк, однако.
Они оба стояли перед ним, как два школьника, и было чётко видно, кому принадлежит идея нас выследить.
Поспешно обернувшись к бармену, незаинтересованно отошедшему подальше, я за широкой спиной Мичлава сделала ему отчаянный знак скорее разлить спиртное по бокалам.
- Н-да, как-то не похоже, что вы у Нерия учились, - разочарованно цыкнул уголком рта мой напарник, продолжая держать незадачливую парочку под невидимым прессом.
Надо действовать, иначе он с позором вышвырнет их из рейда!
- Гер, подожди! – я схватила его за мощный локоть.
Охотник резко повернулся ко мне, не скрывая что поражён услышанному – это написалось и в его взгляде, и на всём подвижном лице.
- Может быть, господа здесь оказались случайно, - предположила я, вкладывая в его руку блестящий бокал. – Всё-таки тут общественное место.
- «Гер, подожди»! - передразнил он меня. – Что за штучки? На них прямо написано, как случайно они тут… Слушай, это что вообще такое?
Не слушая его, я быстренько перехватила у бармена наполненные бокалы и распределила их среди присутствующих.
- Мне кажется, прекрасный шанс познакомиться поближе! – защебетала, чувствуя, как меланхолия отступает прочь. – Ведь нам предстоит совместная работа!
- Совершенно с вами согласен! – сразу высказался Тоно, плечом подталкивая совестливого фотографа вперёд, ближе к «объектам слежки».
- Выпьем за встречу! – я отсалютовала и показала всем пример, как быстро и эффективно пить.
Мичлав продолжал внимательно на меня смотреть.
- А ещё я очень рада, что не придётся сегодня танцевать одной, - невинно пожала я плечом. – Вот Леонор точно пойдёт со мной, верно?
- Э-э, конечно! – запнувшись лишь на полсекунды, с готовностью отозвался парень, скидывая пиджак. – Всё, что захотите!
- А вы, Рем?
- Нет уж, спасибо… - несчастный фотограф чуть не подавился. – Простите, но…
- Ай, да не оправдывайтесь! – энергия била ключом, нежданно даже для меня самой. – Составите компанию Мичлаву, будете восседать тут вместе.
Кажется, эта перспектива не обрадовала обоих. Охотник явно хотел мне что-то сказать, но в присутствии посторонних делать этого не желал. Тем более я очень старалась не дать ему открыть рта.
- Маэстро, врубите нам чего-нибудь! – прошипела бармену, тот понимающе кивнул и мигом сотворил родную мне обстановку из полутьмы, цветомузыки и электроники. – Дорогу молодым!
Схватив журналиста за руку и показав Мичлаву зубы, я выкатилась под неоновые огни. Тоно выглядел немного шокировано, но происходящее ему явно нравилось. К нам сразу подскочила пара человек, готовых оттянуться в пятничный вечер.
- Ну вы и дали! – сказала я, перекрикивая музыку. – Вы меня в какое положение ставите? Я вроде как за вас заступаюсь!
- Простите, Леокади, но ваш напарник нас вынуждает! – отвечал он в той же манере. – Репортаж одобрен, а над чем мы должны работать?
- Не знаю, но это не профессионально!
- Мы вовсе не собирались вас снимать, мы хотели понаблюдать за вами, как за героями того, о чём придётся писать! Нам нужно иметь хоть какое-то представление о вас!
- Ну тогда считайте, что вам повезло! Наблюдайте из первого ряда! – я рассмеялась. – Но Мичлав может вас за такое одним только пальцем!..
- Вы же нам поможете, Леокади? – парень обаятельно улыбнулся. – А я готов жечь тут хоть всю ночь!
- Посмотрим, выдержите ли!
Танцевал он очень даже неплохо. На интригующей волне я с лёгкостью отбросила проблемы предыдущих дней и позволила себе выпустить пар. Мне стало очень интересно, что же ждёт впереди. Стопроцентно, не будет скучно!
Иногда я бросала взгляд на стойку – кажется, тамошняя компания действительно о чём-то беседовала. Бармен пришёл Ксандрию на помощь, и обстановка там не выглядела напряжённой. Мичлав пил, тоже что-то иногда говорил с видом владельца ситуации, и не выпускал меня из виду.
- Это же ваша песня! – вернул меня на место голос Тоно.
- А? Да! Мирои Стёппи и моя, - улыбнулась скромно.
- Жаль, что вы выпустили только три! Будет ли продолжение?
- Не имею понятия! А вам нравится? Только честно!
- Конечно! Они очень популярные до сих пор! Боже, я и не мог представить, что когда-нибудь буду танцевать с вами вот так, под ваши же песни!
- Ну ловите момент!
И я абсолютно отдалась на волю музыки. Наверное, это было единственное, что давало мне подобную разрядку. В который раз дурные мысли уходили полностью прочь, в груди будто освобождалось пространство, заполнялось лёгким светом, а с усталостью тела опускалось спокойствие ума. Мичлав опять был прав, что привёз меня сюда.
Ощущение времени опять куда-то пропало. Остановиться я смогла только при виде окончательно выдохшегося партнёра.
- Боже, давайте хоть чего-нибудь глотнём! – взмолился он, и мы начали выбираться из уже порядочной толпы танцующих.
- Полегчало? – осведомился Мичлав, когда мы вернулись и напали на напитки.
Я ответила улыбочкой и продолжила обмахиваться ладонями.
- Приятно видеть, что люди довольны, - кивнув на меня и журналиста, поделился бармен с фотографом, видимо продолжая их разговор. – А госпожа Алисар каждый раз заряжает толпу пошевелиться. Леокади, я хочу повесить на стену вашу фотографию с автографом – вот прямо сюда! Вы вроде от славы не скрываетесь, я ваш с Гером поклонник, вы любите тут бывать!
Идея мне понравилась. А почему бы и нет?
- Так давайте узаконим наши отношения! – воскликнула я. – Тут и профессиональный фотограф есть. Техника у вас с собой?
Ксандрий попал в двоякую ситуацию – признаться в том, что камера у него действительно в наличии или нет? Это тут же отразилось на его горестном лице. Притворяться он совершенно не умеет.
- Рем, ладно тебе! – разрешил Лео, вытирая пот со лба и пытаясь отдышаться, и фотограф нехотя вытащил из кармана плоскую камеру предпоследнего поколения.
- Мичлав, но только на пару с вами, - я вскочила на приступку соседнего стула, чтобы оказаться на одном уровне со своим наставником.
- Ты не слишком разошлась, малышка? – тихо сказал он мне, не меняя расслабленной позы.
- Я расслабляюсь, как вы и хотели, - так же тихо отвечала я и позвала бармена: - А вы тоже давайте!
Он перегнулся через стойку и хлопнул Мичлава по плечу. Я облокотилась на другое плечо охотника и лихо оскалилась навстречу примеряющему ракурс фотографу.
- А меня здесь уже вообще никто не спрашивает? – лениво протянул окружённый со всех сторон Мичлав.
- Доставьте удовольствие своим друзьям! Мне и ему! – кивнула на бармена.
- Это увеличит посещаемость, - как бы между прочим вставил тот.
- Валяй, - цокнул языком охотник и ухмыльнулся в камеру.
Потом явно сошедшиеся Ксандрий и бармен сели обсуждать формат печати знаменательного фото, а журналист занял позицию рядом со мной (я, немного устав, налегла на предложенные закуски).
- Вы меня почти убили! – сообщил он, смеясь и расстёгивая ворот рубашки.
- Мы просто более тренированы физически, - с набитым ртом я кивнула на мощное чёрное плечо рядом с собой.
- Кажется, вы и ваш наставник ладите прекрасно, - негромко, пользуясь заслоном музыки, заметил парень. – Это результат работы вместе или вы просто изначально сошлись характерами?
Жуя, я серьёзно задумалась. На самом-то деле, мы не ладим. Просто со стороны так кажется. Но…
- Вашему партнёрству можно позавидовать, - подбодрил Тоно комплиментом, - вы часто переговариваетесь одними только взглядами.
- А! Ну это охотничья привычка, - нашлась я и попыталась превратить назревающий допрос в обычную беседу: - А вы и Рем давно напарники?
- О, да, несколько лет! Вам здесь нравится? Мы часто куда-то выбираемся, но тут оказались впервые. Часто вы тут бываете с господином Мичлавом? – тема была сразу водворена на прежнее направление.
- Я здесь всего третий раз, - пришлось его немного разочаровать. – И с господином Мичлавом мы не такие приятели.
- Но вы минуту назад произнесли слово “друзья”, - напомнил он.
Ай-яй-яй, какая неприятность.
- А вы час назад произнесли, что не ожидали нас тут встретить, - пригвоздила я его насмешкой.
- Ха-ха, понимаю вас! – парень примирительно сделал ладошкой и сместил фокус интервью: - У вас очень интересные знакомые – госпожа Стёппи, господин Мичлав – у вас много друзей?
- Нет. И предваряя следующий вопрос, о его личном фронте я ничего не знаю, - опять кивнула на громаду справа. – Пожалуйста, мы не на работе, дайте мне отдохнуть. Вы сказали, что будете исполнять всё, что я захочу, так вот развлекайте меня, а не доставайте вопросами.
Окликнув бармена, я попросила повторить предыдущий заказ – мигом новый стакан с безумно-розовым содержимым прибыл на место.
- Не многовато ли набралось тех, кто исполняет то, что ты захочешь? - не желая быть немым слушателем, проговорил Мичлав.
- Ну вы-то к ним не относитесь, - парировала я.
Он глянул на меня сверху вниз.
- А у тебя и ко мне найдётся претензия?
- Конечно.
- За умеренную плату я её выполню, - он вновь отвернулся и запил сказанное.
- Даже не поинтересуетесь, что это?
Журналист делал вид, будто не слушает.
- Есть что-то такое, чего я сделать не смогу? – охотник усмехнулся.
- Так-так, а какова же плата?
- Собираем манатки и сваливаем отсюда.
Я задумалась. Конечно, он ожидал от вечера иного и хочет уехать. Но мне слишком тут сейчас нравится, чтобы вот так обломать кайф. Однако и взять его «на слабо», раз уж зашла речь, тоже хочется.
- Вы сейчас в очень опасном положении, ведь я могу попросить неизвестно что.
- Ты в восемнадцать лет таким же был? – внезапно спросил он журналиста.
Тот не ожидал, что небожитель до него снизойдёт, но не растерялся:
- Я и сейчас такой, что бы вы не имели в виду.
- Оно и видно, - скривился охотник. – Так что, девочка? По рукам?
- Даже не знаю, наставник. Не продешевить бы!
- Ты определись – “Гер, подожди” или “не знаю, наставник”. А то пресса не знает, как за тобой записывать.
Тоно кашлянул себе в бокал.
- Нет, всё-таки вынуждена отказаться от такого невыгодного предложения, - в сомнении я покачала головой. – Здесь у меня три человека, которые исполняют желания, против одного человека, который теоретически может всё. Лучше синица в руке. Как вы считаете, Лео?
- Если журавль с неба меня не заклюёт, тогда я голосую за себя, за синицу.
- Ты там не нарывайся, тебе со мной ещё в джунглях торчать, - предупредил Мичлав.
- А вы действительно можете всё? – поинтересовался Тоно.
- Спроси у неё.
Я молчала. Сама себе наступила на больную мозоль.
- Что скажете, Леокади?
- До свидания, мне пора “пошевелить толпу”.
- А я с вами! – журналист залпом допил свой стакан и храбро ринулся за мной.
Глава 4
Разошлись мы на вполне спокойной волне. Кажется, мне удалось обратить всё в шутку, задобрить напарника и отвести беду от своих протеже. И зачем я это делаю?.. Чем они мне могут помочь против всеобъемлющего влияния Мичлава? Разве что просто своим присутствием.
Когда Мичлав подсаживал меня в машину, я обернулась и увидела, что эта парочка смотрит на нас со своих мест у стойки. Тоно успел помахать на прощание.
- Ну? Что думаешь? – спросил охотник, вырулив со стоянки и включив автопилот.
- Забавные ребята, - неопределённо ответила я.
Он хмыкнул несколько мрачновато. Но в целом выглядел довольно философски.
- Мы с ними огребём дерьма, поверь мне… Зато поржём, это верно.
Впрочем, если задуматься о впечатлениях, то господин Тоно нравится мне меньше, чем я пытаюсь показать. Кто он такой – понять сложновато. Разговаривает какими-то странными речевыми оборотами… Может, он не очень умён? Или притворяется? Знаем мы теперь, что люди могут оказаться вовсе не такими, какими себя показывают… А Рем Ксандрий – просто несчастная жертва обстоятельств, постоянно болтающаяся на поводу у неформального лидера Леонора Тоно. Интересно, что в итоге будет?