Фабрика

Глава 8: Граф Толстой и Афанасй Фет говорят

Это так клёво, это… это такая честь работать с такими людьми, решать такие задачи, отомстить этим гадам! Да я же… да я же про гвардии полковника Грачёва всё-всё прочитала, всё знала! Да он такой… такой симпатичный, нет, не в этом смысле! Нет, в этом конечно тоже, и даже очень… тпррр! Стоп! Мария, немедленно успокойся! Ты же оперативник! Уже даже не стажёр! Немедленно успокоилась! Дышим глубже! Улыбаемся… да не так! Абдулов аж поперхнулся! По-человечески улыбаемся. Вот, хорошо. Кхм, начали…

На Чапаев мы прибыли вчетвером: я, Малеев, Башкир и вечно хмурый-хмурый, молчаливый Саратов. Он из нас самый взрослый. Сколько ему? Двадцать три? Двадцать пять? На руках, лице, шрамы. Парни считали, что он из-за этого нос задирает, но я думала иначе. Мне он нравился. Не задирает, просто такой человек.

А у них тут на Чапаеве было здорово. Идешь по дорожке к бункеру, а автоматический турели сопровождают каждое движение (до мурашек). Есть свой собственный андроид нового поколения. Зовут Менделеев. Смешной-смешной, с бородой. И люди полковника такие большие и сильные. Грачёв выше чем на голографических снимках, а Потаскуев вообще гигант какой-то. Хотя этому я не сильно удивилась, в тяжёлые штурмовики раньше брали ростом от 195 сантиметров и важно было ещё физкультуру сдать. Носить столько веса на себе в бою очень сложно, а если пневмоусилители, сервомоторы придут в негодность, получат повреждение? Это же позвоночник переломиться может. И я не шучу. В ОЦП я «Гризли» как следует рассмотрела. Мне бы такой никогда не поднять. Хотя сейчас говорят придумали какой-то муштабель, который позволяет бойцам пониже комфортно чувствовать себя в тяжёлой броне. И до чего техника дошла. Однако сути это не меняет, в КТШ – попадали только очень крепкие ребята.

Софья Генриховна быстренько проинструктировала нас, пояснив, что пока мы останемся на Чапаеве. Кажется, они напали на след заказчика бойни на Котельников-2 и как только местонахождение его будет установлено мы начнём наблюдение за ним. Скорее бы уже.

От нечего делать я слонялась по бункеру. Удивительно, но все комнаты были раскрыты настежь. Никто ничего друг от друга не прятал. А я же с детства любопытная, мне жутко хотелось хоть одним глазком заглянуть к товарищам. Увидеть чужой внутренний мир. Я была уверена. Что в каждой комнате есть предмет характеризующий владельца. По тесту Шмакова у меня склонность к анализу и любопытство чуть больше 8 баллов. Для агента наружной слежки это много. Для оперативника мало. Вот такая я непутёвая.

У Софьи Генриховны в комнате было словно в детской. Заглядываешь и настроение сразу ползёт вверх. Наволочки для подушек, простынь, одеялко всё из одного набора со смешными котятами. И это при том, что я точно знала, что животных она не особо любила, а на кошачью шерсть у неё аллергия. И тем не менее наставница везде возила этот набор с собой. Так же как старую тряпичную куклу с оранжевыми косичками и пуговками вместо глаз. Её смешно звали - Пеппи. Страшно любопытно представить в каких мирах побывали эти вещички вместе с хозяйкой. Всё это было для неё талисманом неизменной, стабильной величиной. Опорой. Цвет глаз, цвет волос, голос, осанка, походка, манера речи могла меняться каждый день. Служба такая, но в комнате (где бы она не располагалась) её ждала уютная стабильность.

У Грачёва внутри было как на плацу – чисто и скучно. Кроватка заправлена по правилам, покрывало подогнуто на два пальца, армейский рюкзак в изголовье. Никаких фотографий или плакатов. Я хотела уже было уйти, когда неожиданно увидела на тумбочке маленькую (сантиметров десять, не более) пластиковую фигурку. Человек в чёрном балахоне с капюшоном, в лодке, гребёт веслом. Я знала, что это Харон. Мифический древнегреческий персонаж. Жу-у-уткий.

Дальше шли комнаты Семёнова, Абдулова, Потаскуева. То есть Бомбардира, Бухгалтера и Гильотины. У первого в комнате повсюду валялись какие-то детали от оружия, ржавые и совсем новые шестерни, болты, подшипники и шурупы (зачем ему это барахло я не понимала), над кроватью висело изображение маленького, смешного человечка-робота, собранного из деталей. «Самоделкин»- было написано под рисунком.

У Абдулова пачка настоящих бумажных книг и всё больше классика: Лермонтов, Достоевский. Серьёзное чтиво. Рядом с ним я всё время чувствовала себя школьницей. Он и правда был похож на одного моего учителя.

В комнате Потаскуева на стене висела голография его семьи. В рамочке. Супруга – шатенка с короткими волосами и трое детей. Хорошенькие. Из личного дела я знала, что после того как Николая осудили и отправили на Цветаеву. Елена расторгла брак и улетела с детьми к родителям на Луну. Вот же стерва! И как только таких земля носит!

Потом шли «апартаменты» Черкеса. Лично я бы никогда такого человека в команду не взяла. Не нравится он мне. Не знаю о чём Александр Валентинович думал. Неблагополучный. Судимый. Ушёл воевать по контракту потому что сидеть в тюрьме надоело. На передовой проявил себя, это да, не поспоришь. Получил прапорщика, подпоручика, поручика. Так в армии и остался. Склонен к жестокости (кто бы сомневался!). Здесь вёл себя тихо. Но я смотрела за ним в оба глаза. На всякий случай.

Потом шёл доктор. Все его звали Айболитом. Почему? Ведь позывной у него Дядюшка Бэн. Только что поняла, что Ай болит. Это «ай, болит». Какая я тупая бываю. Зверев мне очень нравился. Позитивный. Добродушный человек. Вот у него в комнате чего только не было: фотографии дочери, какой-то патлатый гитарист, раритетные диски с музыкой.

Аляска был чем-то похож на Саратов. Такая же бука. Ничем комнату не украсил. Только на тумбочке стоял армейский защитный шлем на затылке которого было отверстие. Надеюсь он бы не в нём когда эта дырка появилась. Видно о чём-то ему эта штука напоминала.

Башлыков приколол к стене ножом над кроватью страницу из «Имперского вестника», которая сообщала о свадьбе прапорщикка медицинской службы Натальи Островской и Вячеслава… фамилия и звание были неразборчивы так как страница оплавилась. На фото была милая фотография мужчины и женщины в военной форме. Они так крепко держались друг за друга будто боялись, что неведомая сила хочет их разлучить. Я проверила. Эти пара погибла на Котельникове-2. Наталья прямо во время нападения на госпиталь, а её жених при приземлении на планету. Противник ударил по его кораблю ракетами. Это значит штабс-капитан руководствуется местью. Кто-то бы сказал. Что это плохо. Но Софья Генриховна говорит: «Это лучше, чем ничего». Я с ней согласна.

У Солнышкина на столе стоял аквариум с настоящими живыми рыбками. Как он их сюда привёз не представляю. Рыбы же обычно в космосе дохнут. Хотя я тот ещё зоолог.

Кто у нас следующий? В комнате Вертера висела большая голография красивой-красивой девушки со светло-голубыми глазами. Наверное, невеста. Он сам тоже красавчик. Если что у меня нет предрассудков к людям с искусственными конечностями.

Вроде про всех рассказала? Нет? Точно забываха! Просто комната контрразведчика (называть его Лисёнком у меня язык не поворачивается) оказалась запертой. А ведь в начале сказала, что все комнаты раскрыты. Извиняюсь.

Очень мне не понравилось, что все питались консервантами. Ну что это такое? Вредно! И не вкусно! Тут же есть свежие продукты, овощи, фрукты. Засучив рукава, я решила это дело исправить. Готовить я любила. Обещала маме научиться готовить и выполнила обещание.

- А у вас тут кухня есть? – спросила я Семёнова. - Давайте я что-нибудь вкусненькое приготовлю! Яблочный пирог, шарлотку хотите?

Все сидевшие в столовой, даже полковник и Менделеев повернулись ко мне.

- Ты ещё и пикуха? – повернулся ко мне Абдулов (а всё из-за той дурацкой улыбки!) и засмеялся, да так заразительно, что все остальные подхватили. Я тоже не сдержалась…

* * *

Снайперская винтовка плюнула огнём, и голова манекена разлетелась на мелкие кусочки. Гул выстрела разнёсся по подземному тиру больно ударив по ушам.

- Как оно? - спросил я Аляску, который выполнял у нас роль снайпера.

Тренировки показали, что он и правда был одним из лучших стрелков в моей команде. Был ещё конечно Саратов, но этому детскому саду, который притащила с собой Софья (хотя агенты наружной слежки и обязаны выглядеть максимально несерьёзно) я пока полностью не доверял.

- Нормально, - кивнул Спицын. - Легче стала. Это сразу чувствуется. Затвор ходит легко. А отдачи я почти не почувствовал. Для крупнокалиберной винтовки - огонь. Если бы не знал, что она собрана из запчастей подумал бы что какая-то новая секретная разработка.

Стоявший позади Бомбардир светился от счастья хотя я был уверен, что данный эрзац штучный образец и допиливал он его вручную. Не первый год с ним воюем.

- Не развалится хоть в бою? – подмигнул товарищу я. – Чего ты там ей облегчил?

- Обижаешь, командир, - поспешил заверить меня Бомбардир что-то мысленно подсчитав. - Всё будет путём.

Поход в тир перед ужином стал у нас уже традицией. Взгляд мой упал на позолоченные рукояти пистолетов торчащие из-за спины Софьи.

- Покажешь? - спросил я указав подбородком на оружие и пистолеты тут же опустились на стойку с боеприпасами.

- Знакомьтесь, это граф Толстой и Афанасий Фет, - произнесла Мальвина с какой-то даже любовью коснувшись своего табельного оружия.

Из каменных гробов их голос вечно слышен,

Им внуков поучать навеки суждено,

Их слава так чиста, их жребий так возвышен,

Что им завидовать грешно…

Процитировал Фета донельзя начитанный Вертер.

Семёнов будто ребёнок к сладкому бросился к паре пистолетов И так и эдак их покрутил, разрядил, заглянул в патронник, снял затвор, пощёлкал курком, вернул его на место, только что на вкус языком не попробовал.

- «Щеглы». Но нестандартые. 20 патронов плюс один в стволе. Расширенная шахта магазина для удобной перезарядки, рукоять под руку владельца, щёчки с мембраной (потная, окровавленная рука скользить не будет), а ещё смотри ствол на пару сантиметров длиннее. Опять же ионное покрытие.

- Всё? – улыбнулась Бомбардиру Софья так что всем вокруг стало ясно, что он что-то забыл.

- Нет, не всё. Затворная рама из какого-то сплава. Мне незнакомого. Не исключаю, что инопланетного.

- А вы мастер, - одарила нашего оружейника улыбкой оперативница и непринуждённо, встав на цыпочки, поцеловала его в щёку.

Надо сказать, что Бомбардир был к этому готов иначе она бы до него просто не достала.

- Спорить не буду.

- Откуда такие? – в свою очередь рассмотрев пистолеты спросил Абдулов.

- Подарок.

- Царский подарок. – согласился я, мне даже показалось, что на мгновение щёки Софьи вспыхнули.

- А как они в деле? – нарушил тишину Аляска.

- Покажи им Мария, - повернулась к своей девчонке Мальвина.

Лично я до сих пор не верил, что такая соплячка сдала экзамен на оперативника. Знаю, у них там это ой как всё нелегко. И тем не менее сложив руки на груди я приготовился к шоу.

Всей компанией мы вышли из тира в зал боевых имитационных тренировок. Девчонка, забрав пистолеты зашла за бронеперегородку и встала посредине зала. Свет погас. Затем снова вспыхнул залив всё красным. Софья крутанула колесо настройки сразу на максимальную сложность. Вокруг девчонки появился настоящий лабиринт из голограмм, замигали силуэты стрелков. Раздался пронзительный гудок и искусственный голос произнёс:

«ИМИТАЦИЯ НАЧИНАЕТСЯ: ТРИ, ДВА, ОДИН! СТАРТ!»

Посмотреть и правда было на что. Ловко двигаясь и каким-то непонятным образом уклоняясь от попаданий девчонка с грациозностью балерины делала точные выстрелы. Она будто всегда знала куда ей нужно ступить, как присесть и когда наклониться. Я не верил своим глазам, но она промахнулась только дважды, поразив все мишени. Безусловно это талант.

- Молодец, Рассказчица! – похлопал в ладоши я девчонке со странным для оперативника позывным. - Не только шарлотки печь умеешь и в комнаты заглядывать.

Последние мои слова заставили девчонку покраснеть как помидор.

* * *

Планёрку проводили в два часа ночи внутри бороздившей гиперпространство автофуры.

- Летим на Экзюпери, - сказал я, глянув на экран электронного планшета (связь прервалась и высланный мне Бибиковым документ полностью не скачался). – Это совсем рядом. На Сценариста нам сразу выйти не удалось. Впрочем, мы о таком счастье и не мечтали. Но зато удалось засечь адрес с которого проводилась активация одного из устройств связи. Всё там было зашифровано, но комитетчики как-то сумели по секундной отсечке что-то запеленговать. Взглянув на Лисёнка, я передал ему слово.

- Наш объект Герберт Ли Шрефт, - произнёс контрразведчик, никуда не заглядывая (память у него была что надо). - Сорок лет. Не женат. Аналитик в консалтинговой компании. Между прочим, реальная компания. Не ширма. Что касается всего остального, то пока только слежка. Установим связи. Чем чёрт не шутит вдруг что-то интересное будет. Неделя у нас есть.

Ребятам на командирские планшеты по внутренней связи был выслан файл с данными Ли Штефта. Лисёнок же, наклонившись вперёд и убедившись что все его слушают закончил:

- И помните мы на враждебной территории это Лига Свободных миров.

* * *

Разглядывая через визор Рассказчицу, я думал, что девчонка явно брала пример со своей наставницы – поменяла цвет волос, глаз и будто стала ещё меньше, по крайней мере одежда висела на ней мешком.

- Зашёл в банк, - сообщила та по внутренней связи.

- Вижу, - кивнула Софья, находящаяся сейчас в фургоне с рекламой цветочного магазина «Brin de fleur»медленно летящем над улицей. - Возвращайся. Примелькалась. Сейчас тебя сменим.

Когда наш фургон под управлением Аляски приземлился девчонка исчезла внутри. Мы с Бухгалтером следовали за объектом по крышам.

- Может у него там встреча? – спросил Абдулов.

- Может и встреча, - сказал я. – Но в помещении банка глушилки стоят ничего не видно, не слышно.

- Пойду я. Посмотрю на него, - вдруг заявила Софья, и судя по звуку открыла дверь фургона.

Пару секунд и мы увидели её. Короткая рыжая кожаная курточка до талии, такого же цвета шортики и сапожки. На плече сумочка в виде улыбающегося солнца. Сегодня Мальвина была брюнеткой с карими глазами. Постукивая каблучками, она направилась по тротуару прямо к четырёхэтажному зданию банка. Какой-то щёголь в костюме, присвистов, придержал ей двери банка.

И всё бы было ладно и хорошо кабы в этот момент два чёрных фургона не спустились с неба прямо к главному входу «Тиос националь банк». Наружу на улицу посыпались вооружённые пистолетами-пулемётами люди в пластинчатых бронежилетах и полумасках. Не меньше дюжины.

Тра-та-та-та-та! – это молодчики расстреляли замерших у входа роботов-охранников вооружённых электрошоковыми тазерами и исчезли внутри.

- Что за фигня? Они что решили банк ограбить во время нашей операции? – ткнул меня локтем в бок Абдулов.

Черкес и Солнышкин выразились на непечатном матерном, но я с ними был полностью солидарен.

- Но Софья Генриховна… - раздался по внутренней связи голос Рассказчицы. - Она же там…

- Сиди уже! – видно схватил за руку готовую нестись на помощь наставнице девчонку Черкес. – Без тебя разберёмся.

Но что-то явно пошло не по плану потому что внутри банка совсем не по-товарищески, перебивая друг друга, заговорили граф Толстой и Афанасий Фет…

Глоссарий:

ОЦП – оперативный центр подготовки.

КТШ – корпус тяжёлых штурмовиков.

Brin de fleur – охапкацветов (фр.)

Глава

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.