Сомниум. Сатирическая фантастика

Так вот зачем меня выпустили!..

– А что для этого потребуется? – осторожно спросил я, стараясь сохранять самообладание.

– В обмен на то, что мы постоянно будем анализировать твое психофизическое состояние, ты получишь свободу. И у тебя не будет программы. Эрон, ты сможешь делать все, что захочешь, конечно же, в рамках законов Государства. А мы будем просто наблюдать.

О таком предложении я и не мечтал.

– Вы не боитесь, что я снова попытаюсь атаковать Систему? – не удержался я от вопроса, который засел в мою голову еще в середине разговора.

Он начал смеяться.

– Это было бы очень самонадеянно. Как можно посягать на то, что обеспечивает тебя всем, что необходимо в жизни? В любом случае, нет, мы не боимся. Система прекрасно защищена, а ты будешь постоянно находиться под наблюдением, – ответил ученый.

Какое-то время мы просидели в молчании, и я пытался справиться с накатившим волнением.

– Согласен! – наконец ответил я.

Свобода! Неужели это она?!

***

Так началась моя новая жизнь…

Первое время я считал себя счастливчиком. Никому еще не удавалось вырваться из Эль-Пасо. Я с удовольствием пользовался всеми «примочками» для комфорта собственной задницы и заново учился жить в цивилизованном обществе. Мне больше не приходилось вставать с рассветом, уходить на охоту и работать до изнеможения. В моем распоряжении теперь была еда (много халявной еды!) и мягкая постель, чистые удобные вещи и бодрящий душ. От меня не пахло потом, морской солью и рыбой. Новая стрижка и отсутствие щетины делали меня похожим на слюнтяя Эрроу. Мои мысли не сводились к насущным вопросам – поужинаю ли я сегодня, грозит ли нам ураган, успею ли вернуться до темноты, как защитить запасы еды от ливня? Хотя минуточку, а к чему они теперь сводились?

Меня постоянно наблюдали, анализировали, проверяли, тестировали. Примерно семьдесят процентов моего дня занимали всевозможные «психофизиологические сеансы» и «испытания в реальном времени». Но несмотря на все попытки ученых, загадка спящего гена так и оставалась нераскрытой. Сомниум не желал пробуждаться во мне, и все попросту теряли время.

Примерно через месяц такой жизни действительность подкралась ближе. Однажды, когда я глянул в пустые серые глаза на гладко выбритом лице, обрамленном аккуратным белым ежиком волос, мне открылось: это уже не я, а самая настоящая лабораторная крыса!

У меня не было друзей и знакомых. Весь мой круг общения состоял из Тодда и еще нескольких ученых и лаборантов. Тогда я и узнал, что такое скука. Меня одолела не просто какая-то легкая хандра, нет – это была всеобъемлющая подавленность сознания, когда становится скучно