НоустэйЛ
««Беретор Компани» искренне приветствует новоиспеченного гражданина острова. Наверняка вы уже заинтересовались установленными порядками и для этого случая мы приготовили инструктаж. Просим ознакомиться:
– Остров не придерживается каких—либо политических взглядов.
– На острове нет валюты, все совершенно бесплатно.
– Граждане острова, в случае необходимости, способны заказывать все, что потребуется, непосредственно у персонала острова (через планшетный компьютер или телефон).
– Граждане вправе посещать любые места, но запрещено приближаться к границам острова, как и посещать дом персонала без разрешения.
– В случае нарушения общественного порядка, «Беретор Компани» будет вынуждено посадить нарушителя в изолятор на n—ое количество времени.
– Граждане острова остаются гражданами острова до самой смерти. В связи с тем, что условия заселения обговорены заранее, возражения не принимаются.
– На острове отсутствуют секреты, все в свободном доступе.
По другим вопросам обращаться к персоналу.
Приятного времяпрепровождения!»
Всегда раздражало излишнее употребление терминологии. «По мере надобности», « n—ое количество времени», словно они преподносят себя выше тебя, мол, мы из элитных кругов, а ты, ничтожество, знай свое место. Пфф… да к черту вас.
Помнится, вчера задавался вопросом о том, что делать дальше? Трудно сказать, для начала нужно освоиться, завести знакомства, возможно найти свою нишу… найти себя. Навряд ли подлизывание к начальству было моим призванием.
Урчание в животе отвлекало от мыслей. Стюарт показывал, где находится столовая. Думаю, для первого раза отправиться туда и позавтракать там будет лучшей идеей, нежели заказывать еду на дом…
Столовая практически ничем не отличалась от ресторана. Когда я устроился за столик в укромном местечке у окна, ко мне подошел робот.
– Что будете заказывать? – на лицевой части корпуса робота раскрылся монитор с меню.
– Даже не знаю, посоветуете что—нибудь? – уж больно я заинтересовался тем, что он может предложить.
– На этой неделе популярен бифштекс с кровью под полусухое вино.
– Тащи, слона бы съел! – захотелось проверить его смекалку.
– Прошу прощения, в нашем рационе нет слонов, – ответил робот, минуту обрабатывая полученную информацию
– Ха—ха, не обращай внимания, образное выражение. Тащи то, что популярно на этой неделе.
– Заказ принят, ожидайте.
– Давай приятель, полагаюсь на тебя.
Забавно, а эти роботы не так уж плохи. Есть недочеты, но терпимо. Помимо меня в столовой находилось несколько человек и все пожилые. Некоторые из них недоуменно оглядывались на меня, но я уже начинаю привыкать. Пока я дожидался заказа, ко мне подсел какой—то старик.
– Здравствуйте. Не уверен, что видел вас раньше, – произнес он, пристально смотря на меня.
– Вы правы, это мой первый день на острове, – ответил я.
– Где мои манеры. Я – Уильсон, рад познакомиться, – он протянул руку для закрепления знакомства.
– Хэнк, взаимно, – я пожал руку.
– Не сочтите за наглость, но, кажется, вы единственный…
– Среднего возраста на острове? – перебил я старика, заведомо зная, к чему он клонит.
– Точно.
К нам подъехал робот с заказом и положил мой заказ на стол, затем обратился к Уильсону. Старик заказал кашу и сок, видимо следит за здоровьем в силу возраста.
– Мне начинают надоедать эти недоуменные взгляды, – сказал я старику и принялся за еду.
– Это и не удивительно. Довольно интересно, что же вас натолкнуло заселиться на остров?
– Ненависть к работе, городу, множество факторов.
– Вы создаете впечатление умного и образованного человека, и я не просто так подсел к вам. У меня есть к вам вопрос, только прошу отнестись серьезно, – осторожно произнес Уильсон.
– Нет проблем, задавайте.
К этому времени уже подъехал робот, обслужил старика, пожелал приятного аппетита и принялся за других клиентов.
– За то время, что я находитесь здесь, не замечали ничего странного или подозрительного?
– Эмм… нет, хотя было пару моментов, но я не придал им особого значения, а что вы имеете в виду?
– Аэропорт, перелет, сопровождающий, вообще весь остров, – перечислил старик с надеждой на понимание в глазах.
– Есть кое—какие подозрения.
– Тогда, Хэнк, ты тот, кто мне нужен.
– В смысле? – я вопросительно посмотрел на старика.
– Увидимся в парке, там многолюдно, тут могут следить, я не могу рисковать, – осторожно ответил Уильсон.
– Вы уверены? – вопросительно посмотрел на него.
– Безусловно, – подтвердил он, и, не доев свой завтрак, направился к выходу. Обернулся и указал на часы. – В девять часов, – произнес старик и вышел из столовой.
Вот черт, что это было? Уильсон определенно насторожил. О какой слежке он говорит? Почему именно в многолюдное место? И самый главный вопрос, почему он не может рисковать? До девяти еще несколько часов, осталось найти, чем себя занять. Не придумав ничего оригинального, принялся исследовать местность, заодно будет время все обдумать.
Итак, что мы имеем? Первый день на острове, а таинственности и непредсказуемости в разы больше, чем во всей моей прошлой жизни. Хочу признать, я в предвкушении. Надеюсь, что старик не разочарует. Интересно, о чем сейчас думают мои бывшие коллеги по работе? Уж точно не о том, что вместо отдыха близ бассейна с коктейлем в руке, меня впутывают в некие шпионские игры. Спросите, пойду ли я? Даже не сомневайтесь.
На часах 20:34. Насладившись красотой острова, я отправился в парк. Приходя немного раньше назначенного времени, демонстрируешь заинтересованность, а это располагает к человеку. Парк был компактным, с множеством деревьев, а посреди парка было что—то вроде сбора людей по интересам. Находясь близ центра собрания, я наблюдал любопытную картину – молодые, в основном заплывшие жиром, были отстранены от престарелых, но мое внимание привлекли не они, а один уникальный персонаж. Он стоял в сторонке от всех и весьма возбужденно пытался что—то донести всем близстоящим. Кто—то обращал на него внимание, кто—то даже посмеивался над ним, но большинство было занято своими делами.
Я направился в его сторону.
– Вы все, да—да, вы не знаете правды! Крис знает! Они следят за вами! За каждым! – не на шутку раскричался безумный старик. – Вы не видите? Мы в оковах! Ха—ха, вы не слышите Криса, не хотите слушать, этого они и добиваются!
Я не осмеливался заговорить с ним, но как оказалось, никто не обращал внимания на этого безумца только по одной причине – все внимание было направлено на меня.
– Кажется это тот новенький! – крикнул кто—то из толпы молодых.
– И вправду, а что он здесь забыл? – ответил кто—то из толпы престарелых.
– Давайте проясним ситуацию. Во—первых, я такой же, как и вы. В связи с рядом причин мне удалось стать гражданином острова именно в том возрасте, который вас так удивляет. Во—вторых, мое имя Хэнк, и я тоже рад с вами познакомиться, – обратился я к заинтересованной толпе.
Минутная пауза.
– Добро пожаловать, Хэнк, рады приветствовать тебя в тюрьме! – промолвил безумный старик и в тот же миг, обратил все внимание на себя.
Его слова встретили волной негодования.
– Достал уже со своим бредом! Не нравится здесь, так вали отсюда! – воскликнули из толпы престарелых.
– Вот именно! Сколько уже можно слушать тебя!? – молодые поддержали стариков.
Я почувствовал чью—то руку на плече.
– Неплохое представление, не так ли? – это оказался Уильсон.
– Да уж, а у вас тут не соскучишься! – ответил я.
– А ты неплохо выступил, содержательно, так сказать.
– Проработай двадцать три года в сфере услуг, хочешь, не хочешь, а язык будет подвешен.
– Твоя правда. Как тебе тот чудак? – указал Уильсон на безумца и отвел в сторону.
– По мне, так он безумен, но если это актер, то актерская игра на уровне.
– Вот как, а что есть безумство, по—твоему?
– Интересный вопрос. Возможно, отличие от других.
– Хмм… предположим. Чем плохо отличие от других?
– Оно пугает.
– Именно, общество отвергает «неправильных», особенно если они пытаются проломить стену стереотипов, поскольку боятся признать, что в их системе восприятия допущены ошибки. Так вот, чем плохо безумство?
– Тут как посмотреть. Наверняка не каждый безумец преследует цель разрушения стереотипов. Судя по твоим словам, безумцы делятся на «правильных» и «неправильных».
– Верно, но для того чтобы узнать «правильный» безумец или нет, как минимум необходимо спросить у него лично, не игнорируя то, что он скажет, как это делают они, – он указал на толпу.
– Согласен. Ты ради этого позвал меня?
– Нет, Хэнк, мне нужно было, чтобы ты увидел его.
– Зачем?
– Потому что он «правильный» безумец. Меньше слов, перейдем к делу, – Уильсон пошел в сторону того самого безумца и я следом за ним.
– Крис, дружище, ты в своем репертуаре, все никак не успокоишься, – с насмешкой обратился Уильсон к безумцу.
– Они поймут, Крис чувствует это! Так—так—так, а вот и наш новоиспеченный заключенный. О да! Уильсон, в нем что—то есть. Ты же про него говорил? – он ткнул пальцем мне в грудь.
– Ей, ты полегче! – сказал я Крису с угрозой.
– Крис, где твои манеры?
– Манеры, манеры… какие манеры, мы заключенные, ХА—ХА!
– Да—да, Крис, не забывай, Хэнку еще ничего не известно, веди себя подобающе!
– ХА—ХА—ХА, скоро он прозреет, ПРОЗРЕЕТ! – Крис весьма странно приплясывал, смотрел в разные стороны и издавал странные звуки.
– Ты, чертов безумец! Ну, так что, покажем ему? – обратился Уильсон к Крису.
– Безумный! БЕЗУУУМНЫЙ, но не безумнее рабов, ХА—ХА! Покажем ему, Уильсон, ПОКАЖЕЕЕМ!
Что нашел в нем Уильсон? Сумасшедший может нести все что угодно, но любопытство пробирает. Необходимо узнать, что они хотят мне показать.
– Так что вы хотите мне показать, черт вас побери! – не удержавшись, обратился я к ним.
– Терпение, сейчас ты все увидишь. Крис, идем.
– Юху, лишим нашего мальчика моральной девственности, – сострил безумец.
И вот я с каким—то сумасшедшим и мудрым стариком направились обретать «прозрение». Рассказал бы мне кто—нибудь два дня назад о подобном стечении обстоятельств, счел бы за бред. Жизнь – непредсказуемая штука, мать ее. Они повели меня в спальный район, и мы оказались у дома близ границы острова. Остановились, и Уильсон повернулся ко мне.
– Ты уверен? – спросил он.
– Чертовски! – возбужденно ответил я.
– Обратного пути нет! НЕЕЕТ! Девственник, ХА—ХА! – в своей безумной манере прокричал Крис.
– Я тебе не мальчик, мать твою, следи за речью! – пригрозил я.
– О—О—О, девственник злится? У—у—у, ничего, Крис не в обиде! – ответил безумец. Да, он говорит о себе в третьем лице, вот же харизматичный придурок.
– Хватит паясничать, мы на месте. Заходим внутрь, – сказал Уильсон.
Зашли. Ничего необычного я не заметил. Дом обставлен точно так же, как и у меня, ничего интересного. Крис повел нас к плакату супергероя на стене, затем снял его. За плакатом оказалась пробитая дыра в никуда, виднелось лишь небо.
– А теперь, Хэнк, попробуй протянуть руку через эту дыру, – произнес Уильсон.
Меня охватило чувство тревоги. Тревоги от неведения, а вдруг эта дыра сделала из Криса сумасшедшего? Или же они решили поиздеваться надо мной?
Отбросив сомнения, я протягиваю руку…
Глава 4. Прозрение
Мою руку встретило некое препятствие. Попытался протянуть второй раз, но безуспешно. На глаз я не смог протянуть руку дальше уровня стены. Сначала попытался зрительно найти подвох, но как ни странно, зрение меня не обманывало, так как облака находились в движении, а наличие пикселей или проводов исключено. Затем принялся ощупывать, и создалось впечатление, что за стеной магнитное поле, но как подобное возможно? Обслуживающие роботы в моем понимании и рядом не стояли по сравнению с этим.
– Ты закончил? – спросил Уильсон.
– Я не понимаю, как? Это какая—то шутка? – задал я встречный вопрос.
– Нет, сынок, это реальность. Спрашиваешь как? Ты имеешь в виду, как это работает или, вообще, что это? Неизвестно, но это и не важно, главный вопрос – зачем, – ответил Уильсон, разглядывая дыру в стене.
– Девственник поражен! Крис знал, Крис предупреждал, ха—ха! – прокричал безумец.
– Все эти твои бредни про тюрьму и заключенных основаны лишь на дырке в стене? – обратился я к Крису.
– Хэнк, только задумайся, ты сам утверждал, что некоторые моменты вызывают у тебя подозрение, разве не так? – не дожидаясь ответа Криса, Уильсон задал встречный вопрос.
– Так, но это могло быть игрой воображения, к тому же в тот день, когда эти подозрения возникали, у меня было жуткое похмелье. Мало ли что могло прийти в голову.
– Хэнк, это отлаженная система. На то и расчет, если ты замечаешь что—то подозрительное, то ссылаешься на похмелье. Для справки, так уж принято в Ноустэйле, большинство перед полетом налегает на алкоголь. Ты и сам знаешь, практически любой праздник или значимое событие сопровождается застольем.
– Возможно, вернемся к главному вопросу – зачем?
– Чтобы подвести тебя к ответу, расставим все по полочкам. Итак, отключался ли ты перед полетом?
– Да.
– В самолете не было окон?
– Не было.
– Стюарт показался странным?
– Есть немного. Подожди, откуда тебе это известно?
– А ты как думаешь?
– Ты тоже…
– Именно, – перебил Уильсон. – Как ты наверняка уже догадался, это происходило с каждым…
– С КАЖДЫМ, ХА—ХА, заключенных сажают одинаково! Да мальчик, ПРОЗРЕВАЙ! – перебил Крис.
И тут меня охватила паника, ведь это не может быть совпадением, просто не может им быть. Когда что—то происходит один раз, то это можно назвать случайностью, второй – совпадением, но на третий – закономерностью.
– То есть про двух людей в черном и специфичный вкус пива могу и не спрашивать? – поинтересовался я у них обоих.
– Почему, если хочешь, то спрашивай, но ответ очевиден, – ответил Уильсон.
– Но я все равно не могу понять, в чем смысл?
– А вот это правильный вопрос. Видишь ли, я с моим дорогим безумным другом не так уж молоды, одно пробивание стены заняло у нас несколько месяцев, а мой жизненный опыт и седина отказываются верить в совпадения. Мы пытались понять, в чем смысл, но это лишь догадки, возможно остров что—то вроде эксперимента, в котором мы подопытные крысы…
– Тюрьма, Уильсон, МЫ В ТЮРЬМЕ!!! – встревает Крис.
– Ну, даже если так, Крис, за что тебя посадили? А Уильсона или меня? Ты несешь какой—то бред, можешь успокоиться, наконец?
– Он может быть отчасти прав. Трудно сказать в чем смысл, опираясь лишь на то, что мы имеем. Для этого мы и позвали тебя, – он указал пальцем на стену, – лишь с твоей помощью мы сможем узнать правду, – серьезным тоном произнес Уильсон.
– Почему именно я? На острове полным—полно молодых ребят.
– Хэнк, прошу, не заставляй нас разочаровываться в тебе. Самому старшему из молодых на вид от силы семнадцать лет. Интересный факт, за восемь лет моего проживания на острове никто из граждан не постарел, в том числе и престарелые и именно поэтому все были удивлены увидеть мужчину средних лет, то есть тебя. На счет молодых – этих молокососов не волнует ничего, кроме развлечений, а старики не в силах противостоять персоналу.
– Ты хочешь поднять восстание?
– Ну, а почему ты думаешь, вход в дом персонала закрыт? Наверняка в нем есть ответы на наши вопросы. Проблема в том, что молодые не желают слушать стариков, услышанное тобой они сочтут за старческий маразм.
– Молодые сопливые ублюдки, они не знают! Мы знаем! Правда, Хэнк? – встрял Крис.
– Если тебе от этого станет легче, то да, мы знаем, доволен? – с наигранным ликованием ответил я.
– Кстати, про безумие Криса. Забыл поведать тебе историю нашего пребывания здесь. Первый год я, так же как и ты, игнорировал сомнения. Наслаждался Раем так сказать. Потом на остров прибыл Крис, и мы практически сразу подружились. На тот момент он еще не был безумным. В итоге мы сошлись на том, что с островом не все чисто, судя по всем совпадениям, на которые лишь мы из жителей всего острова обратили внимание. Попытки привлечь кого—то к расследованию не увенчались успехом, нас приняли за параноиков. Четвертый пункт из конверта смущал нас больше всего. Так как вваливаться в дом персонала было бы слишком рискованно, мы решили разузнать, почему же нельзя приближаться к границам острова. По счастливой случайности, как ты успел заметить, дом Криса находится прямо на границе и мы принялись долбить стену. Итог ты знаешь. Так вот, в дальнейшем возникло еще больше вопросов, что раздражало, а Криса в особенности. Где—то на второй год проживания, то есть шесть лет назад, нашего «особо раздраженного» стало изнурять любопытство, и он предложил ворваться в дом персонала. Я отказался, возможно, что струсил, но Крис не из трусливых, и он отправился туда сам. Как только он открыл дверь, его скрутили роботы и понесли в изолятор за нарушение общественного порядка. Спустя месяц его выпустили. В день выпуска он уже был безумным. Что стало тому причиной? Неизвестно. Сам Крис не может сказать, так как не помнит, что происходило после того, как он набросился на Стюарта в изоляторе. – Изложил Уильсон, жалобно поглядывая на Криса.
– Долбанный, мать его, Стюарт! Он с ними заодно, чертов прислужник! Ничего, я выбил из него немало дерьма, ха—ха! Крис служил, Крис может за себя постоять! – подытожил Крис.
– Прошу прощения, Крис, я даже не подозревал… – я осторожно обратился к нему.
– Как трогательно, Белоснежка, Крис тронут! Можешь поцеловать его в черную задницу! – отшутился неблагодарный кретин.
– Ну что ты за… ай, да плевать, Уильсон, каков план?
– План? В наши планы входило лишь найти того, кто смог бы нам помочь.
– Ты хочешь сказать, что за шесть лет не было даже мысли как можно туда пробраться?
– Нет. Дом охраняют буквально с каждого угла. Хэнк, мы стары для всего этого, а пребывание здесь стало пыткой, мы просто хотим вернуться домой! Есть идеи?
– Хмм… я не могу так сразу сказать… нужно переварить все, обдумать…
– Мы надеемся на тебя. Хэнк, это не должно больше продолжаться, слишком много времени утекло! Получение гражданства было ошибкой, посмотри, что они сделали с Крисом… – старик перестал сдерживаться, его переполняли эмоции.
Крис, несмотря на всю свою заносчивость, приобнял старика. Эта картина не могла не тронуть, да и кто бы остался равнодушным? Не мешкая, я поддержал стариков, похлопав обоих по плечу.
– Даю слово, я сделаю все, что в моих силах!
– Спасибо, Хэнк! – искренне поблагодарил Уильсон.
– Белоснежка, знай, Уильсон и Крис не последние люди в Ноустэйле! В долгу не останемся! – воскликнул Крис.
– Встречаемся завтра, здесь, в восемь часов. Думаю, к этому времени у меня созреет план. Крепитесь, до завтра! – попрощался я и вышел, аккуратно закрыв дверь за собой.
По пути домой в голове вновь и вновь прокручивался диалог между стариками. Не по тому, что сомневался в них, напротив, в их искренности я был уверен на все сто. Проблема в другом, после «прозрения» остров представляется в ином свете. Не в том, который был на баннерах в Ноустэйле, не в том, каким навязали его видеть. Уж поверьте, этот свет далек от радужного.
На часах 23:12. Зашел в дом. Одолевал неистовый поток мыслей. После всего, что произошло, необходимо выпить. Залез в каталог алкоголя через планшет на кухне. Выбор был не маленький, но, не изменяя традициям, заказал виски. На мгновенье вспомнил посиделку после последнего рабочего дня. Особенно то, как знатно налегал на алкоголь. В тот день я еще считал, что делаю все правильно. Остров, миллион крон, все это… все это было моей целью, а что сейчас? Куда привела моя мечта? В тюрьму? В эксперимент? Я даже не подозреваю куда встрял…
Звонок в дверь. Открыл – это робот.
– Мистер Хэнк, ваш заказ, – протянул коробку с виски.
– Благодарю, – принял заказ.
– Доброй ночи.
– Постой, – ко мне пришла бредовая идея, – на чем основан четвертый пункт? Почему нельзя приближаться к границам и заходить в дом персонала без разрешения?
– Мистер Хэнк, персонал не уполномочен отвечать на такие вопросы, еще раз желаю доброй ночи.
– Да—да, плевать, вали отсюда! – без угрызений совести, я послал его.
На что я надеялся? На то, что бездушный робот вот так взял и раскрыл все карты? Как говорится, попытка – не пытка, но от любопытства никуда не денешься, хоть это и было глупо. Вернувшись на кухню, достал стакан, налил виски и закинул пару кубиков льда. Сделал глоток. Что ж, виски действительно хорош. По крайней мере, лучше пойла из бара.
Итак, что мы имеем? Два старика поведали мне о не раскрытых тайнах острова, которые разрушили все мое представление о правильности принятого мной решения. Смогу ли я смириться с этим? Навряд ли. Стоит ли игра свеч? Наверняка, разве можно оставить все просто так? Хоть я и вел посредственную жизнь обывателя, у меня все еще остались принципы.
Внезапно на меня нахлынуло неведомое чувство. Возможно, это чувство ответственности за предстоящее или я просто испуган, а может и то, и другое. Никогда прежде подобного не испытывал. Ладно, пора переходить к плану.
Единственный человек, имеющий связь с персоналом – Стюарт. Нужно прижать его, хотя это может быть плохая идея. Малейшее подозрение персонала – и меня ждет участь Криса. Попытаться уболтать? Тоже промах. Вероятно Стюарт вообще не человек, уж слишком он безэмоциональный. Думай, Хэнк, думай…
Вспомнил про робота с заказом. Бросил взгляд на электронный ключ, поскольку необходимо убедиться в том, что дверь закрыта. Стоп, электронный ключ, а это мысль. У Стюарта должен быть ключ доступа в дом персонала.
Так, с доступом разобрались, что делать с охраной? Уильсон утверждал, что она на каждом углу, так как туда попасть? Бунт? У граждан острова нет оружия, бунт с легкостью будет подавлен. Крис уже побунтовал, ничего хорошего из этого не вышло. Не вышло? Ха—ха, еще как вышло! Он попал в изолятор, а изолятор где? Правильно, в доме персонала.
Хмм… выходит единственный способ попасть внутрь – нарушение общественного порядка. Так, фундамент заложен, план таков: украсть ключ у Стюарта, сесть в изолятор, а уж внутри импровизировать. Остались детали. Во—первых, как украсть ключ? В навыках воровства я не силен. Во—вторых, неизвестна планировка дома. В—третьих, даже успешно выполнив все пункты, есть риск нарваться на робота.
На часах 2:15. Опустошил чуть больше половины бутылки виски. В связи с тем, что план отчасти готов, меня охватило временное умиротворение. Ну как умиротворение, скорее всего алкогольное опьянение слегка приподняло настроение. В голове неоднократно отдавалось эхо: «…мы просто хотим вернуться домой… мы надеемся на тебя…»…
Превозмогая головокружение, с трудом добрался до постели. Завалился. Попытки абстрагироваться и заснуть, ворочаясь из стороны в сторону, не увенчались успехом… и снова эхо: « Даю слово, я сделаю все…»…
Все—таки смог заснуть, но спустя пару часов проснулся и резко вскочил в холодном поту. Все из—за сна, из которого запомнился один отрывок…
Глава 5. План
Я находился в темной комнате. Не знаю почему, но четко осознавал, что не знал, где нахожусь и как оттуда выбраться. Из угла вышел человек в маске, после чего на меня нахлынул животный страх. Потом он вынул пистолет, приставил дуло к виску и произнес грубым, кажется, измененным голосом: « Не лезь, куда не следует…». Выстрел. Оглушило, и я обернулся. Пуля попала в стену. Обернулся еще раз: «Будь уверен, в следующий раз не промахнусь…».
Да уж, сон оказался до такой степени реалистичный, что еще минут десять я пытался прийти в себя.
На часах 5:43. Еще раз убедил себя в том, что это был всего лишь сон, несмотря на то, что не помню, когда видел сны последний раз. Привстал, дошел до ванны и умылся холодной водой. Полегчало. Вернулся в постель. Продолжил спать.
Проснувшись примерно в одиннадцать часов, принялся за обычные утренние дела. Привел себя в порядок и просмотрел новостную ленту в социальной сети. Затем включил телевизор, что зря – по телевиденью ничего кроме политической суеты Ноустэйла и второсортных сериалов не показывали. Выключил.
Так как в восемь часов встреча со стариками, то до наступления этого времени можно обдумать детали плана. Первым на ум пришел Стюарт, все—таки времени предостаточно, можно проследить за ним. Да, так и поступлю, но перед этим нужно подкрепиться.
Заказывать еду на дом было бы бессмысленно, так как навряд ли можно выследить Стюарта из дома. Направился в столовую. В столовой оказалось немного людей: пара престарелых и один молодой, что логично, по островским меркам еще рано завтракать. Так как уже успел познакомиться с некоторыми из престарелых, решил познакомиться с молодым и подошел к нему.