Чёрт, подмостный, домовой – кто ты такой?

– Ключ? – тщедушная старушонка в зелёном халате протягивала, улыбаясь…ключ от её, Кристины, квартиры!

– А… Откуда…

– Цветы соседке поливала, – проскрипела старуха, склонив голову на бок.

Девушка вдруг почувствовала, что её мутит – тошнотворный запах тины ударил в нос. Она схватила ключ, кивнула, и стала торопливо вставлять его в дверь. Руки дрожали. Наконец замок щёлкнул, она бросилась на кухню, налила стакан воды и выпила. Залпом.

Тихо. Только приглушённые голоса из комнаты.

«Фильм», – догадалась Кристина. «Просто фильм».

– Чертовщина какая-то…

Она сидела на кровати, закутавшись в плед и обняв себя за колени. Итак, ей досталась квартира с сюрпризом. «Подселенец». Во время сеансов она частенько понимающе кивала, когда о призраках в квартире рассказывали клиенты, но… Сама не верила. Люди в большинстве своём просто впечатлительны. Многим недостаёт внимания. Вполне объяснимо…

Кристине снился сон. Огромный чёрный кот важно вышел из шкафа, устроился на кровати и… подмигнул!

–Кыш! – попыталась она его прогнать.

–Ты ещё тапком в меня запусти! – огрызнулся кот, и, как ни в чём не бывало, принялся вылизываться.

–Чего ты хочешь?

–Зеркало перевесь. Напротив камина. Ему там самое место. Запомнила?

–Да…

–Точно? Могу я на тебя рассчитывать?

–Да. Конечно. Зеркало. Напротив камина. Перевесить. Ему там самое место. Я… Я запомнила.

–Ну, вот и хорошо. А теперь… Пора вставать!

В чёрной лапке неожиданно появился колокольчик:

–Дзинь-дзилень. Динь-динь-динь....

Звонил будильник. За окном – серое осеннее утро. Страшная ночь наконец-то закончилась.

Кристина долго стояла под ледяным душем, прогоняя остатки странного сна и липкого страха. Растёрлась полотенцем, заварила крепкий кофе. Хотелось есть. От стресса, наверное.

Что же это было? Сон? Этот кот… Ей казалось, всё было наяву, но…

– Коты не разговаривают. И не звонят в колокольчик, Кристина! Возьми себя в руки! – строго сказала себе.

Тут она кое-что вспомнила. Соседка. Худенькая, в зелёном махровом халате.

Надо её навестить. Извиниться за ночное беспокойство. Кажется, было что-то ещё. Что-то неприятное. Не то запах, не то звук… Нет. Не помнит.

Десять утра. Выходной. Неудобно как-то… Вдруг она ещё спит?

Кристина решила прогуляться по парку, а заодно купить что-нибудь вкусное к чаю. Так и время пройдёт, и заявится она не с пустыми руками.

Кнопка звонка соседской двери. Она стояла и не решалась нажать. Но вот наконец ей удалось пересилить себя. Послышались шаги.

– Здравствуйте, – улыбнулась Кристина, рассматривая невысокую полную женщину лет сорока. – Я ищу… Старушку. Худенькая. В зелёном халате.

– В каком? – удивилась женщина. – Вы ошиблись. Здесь таких нет.

– А… это – Вам, – Кристина протянула пакет с пирожными, чтобы хоть как-то скрасить неловкое молчание. – К сожалению, я не знаю её имени. Вчера она меня очень выручила. У меня дверь захлопнулась. Случайно. А у неё оказались ключи! От моей квартиры. Представляете…

– Ещё как, – женщина поджала губы. – Прошлая владелица сама мне ключи дала. Её дверь «случайно захлопывалась» почти каждую ночь! Белая горячка. А с виду приличная женщина…

– А…

– Да вы проходите, чего уж… Проходите. Я сейчас чайник поставлю.

После чаепития Кристина уговорила соседку, Нину, взять её ключи. На всякий случай. И странное дело, Нина уверяла её, что, во-первых, ключи у неё есть, а во-вторых, никаких худеньких старушек в зелёных халатах она ни в их доме, ни тем более в своей собственной квартире никогда не видела. Вот только ключей тех Нина так и не нашла.

Соседка со вздохом взяла ключи, всем своим видом показывая, что её надежды на приличных соседей, увы, не оправдались – вновь будут беспокоить по ночам. Кристина чувствовала, что доверия у новой знакомой она не вызывает, но её это мало беспокоило. Главное она выяснила – квартиру продали из-за того, что по ночам в ней происходили необъяснимые вещи.

– Валька… Приезжай! – взмолилась в трубку хозяйка странной квартиры подруге детства. – Приезжай, пожалуйста!

– Разыграли тебя соседи, а ты и уши развесила, – барабанила Валька пальцами по каминной полке час спустя.

– Ты думаешь?

– Время покажет. А пока я у тебя переночую. В той самой комнате. Проверим – показалось тебе или нет. Вы, кстати, вчера с семейством твоим новоселье отмечали – много выпили?

– Да ну тебя!

Шутки шутками, а подруга оказалась права. Ночь прошла спокойно – ни странных звуков, ни чёрных котов.

– Вот видишь! – сказала Валя за утренним кофе. – Я была права. Пить меньше надо.

Кристина решила не спорить. Проводила подругу. Задумалась. Щёлкнула по ноутбуку – досмотреть вчерашнюю серию, одновременно принимаясь мыть посуду. Не знаешь, что делать – делай всё сразу, там видно будет. Вот такое у неё было правило. Помогало. Так же, как и беседы вслух с самой собой. Странно это всё или нет – какая разница? Она такая, какая есть. Живёт одна. Никому не мешает. Осталось всего ничего – сделать так, чтобы и ей жить одной никто не мешал в новой, чудесной квартире с камином!

Колдун в сериале (колоритный, накаченный блондин с волевым подбородком), чертил пентаграмму, приглашая демона в гости: «Выходи!» – хрипло рычал артист, и тут… Кристину словно током ударило! Она бросила посуду и пошла в комнату, на ходу вытирая руки.

Зеркало. Она ведь его так и не повесила, потому что не смогла решить, куда. Оно стояло на комоде, прислонённое к стене. Смотрелось прекрасно, и Кристина решила, что вешать его совершенно не обязательно.

Однако даже если всё, что ей приснилось – просто игра воображения, зеркало нужно повесить туда, куда попросили… будем считать, что духи. В конце концов, ведьма она или нет? Вот только нужно найти того, кто поможет…

Её взгляд упал на то самое место. Напротив камина. Именно там, по мнению кота, зеркалу и было «самое место». Холодок пробежал по спине. Вспотели ладони. Гвоздь. В стене торчал гвоздь. Крепкий такой, на совесть вбитый. Проблема, конечно, не в том, что гвоздь оказался как раз там, где нужно. Проблема в том, что… его там не было! Она готова спорить на что угодно!

Впрочем, спорить было решительно не с кем. Девушка аккуратно наклонила довольно тяжёлое зеркало к себе, убедилась в том, что с обратной стороны есть необходимого размера углубление, и не без некоторых усилий водрузила зеркало на стену.

Отлично. Теперь отойти на пару шагов назад – оценить, как…

– Ааа… Неееет!

Из зеркала высунулась длинная рука. Тонкая, грязная, мокрая, словно… Словно из болота! Тошнотворный запах тины. Опять. Рука схватила девушку за волосы и потащила к зеркалу…

Подмостный

– Бабушка, а подмостный – он кто?

– А ты где про него слыхал?

– Говорят, по ночам утопленник ходит! Ищет подмостного, что его уволок.

– Глупости это всё.

– А ты куда, бабушка?

– А туда… Подмостного пойду угощать, – бабушка завернула в полотенце ломоть испечённого хлеба. – Просить, чтоб не утащил, а то и мне придётся по ночам шастать, народ пугать. Как думаешь, Матвейка?

– Ба, я с тобой!

– Ладно. Давай, обувайся. Только смотри, я быстро пойду.

– Я тоже быстро.

Они вышли из избы, свернули на узкую тропинку, что спускалась к реке. На небе полная луна – светло, как днём.

– Бабушка, а зачем подмостного кормить? Он злой? Потому что голодный? – Матвейка маленький, еле поспевает, но виду не показывает – уж очень ему хочется про подмостного узнать.

– Давай руку да болтай меньше.

Бабушка взяла внука за руку и пошла по мосту. Остановилась на середине. Развернула полотенце. Поклонилась и бросила хлеб в воду со словами:

«Них, них, эшехомо, бада, бада, лулу соб».

Потом открыла бутыль с пивом. Сделала несколько глотков, остальное вылила в реку. Хлопнула в ладоши. Топнула ногой.

«Изира яндра! Хох».

И тут из-под моста захлопали в ладоши, заулюлюкали, захохотали.

– Ой, бабушка, кто это?! – мальчик испуганно прижался к ноге женщины.

– Подмостный благодарит. Не бойся.

– А зачем подмостного кормить? Ну ба… Расскажи!

Матвейка знал, что бабушка рассердиться может. Спать пора. Но на печке тепло, Черныш уютно устроился в ногах, и мальчик осмелел. Ветер за окном воет, бабушка молчит. Но сегодня она добрая, Матвей уж изучил все её привычки – сегодня точно расскажет.

– Вот ты упрямый… Ладно, слушай. Мост соединяет два берега. Перекрёсток дороги. Там, где есть граница, там есть и страж.

– Как… пограничник?

– А ведь верно! Пограничник и есть. Только документы не спрашивает, оно ему без надобности.

– Как же он узнает, кто идёт?

– Духи вездесущи, Матвей. Мудры. Справедливы. Они ведь из Хаоса. А Хаос был до того, как зародилась Вселенная.

– Не пойму, бабушка!

– Есть вещи, которые ни тебе, ни мне не понять, Матвейка.

– Но ба… Ты же старая! Ты всё-всё должна знать!

– Ха-ха-ха… Мал ты ещё. Потому духи тебе и показываются.

– А вырасту – не увижу их?

– Кто знает, малыш. Кто знает… С одной стороны, они мудрые, с другой… Как дети. Нет у них ни добра, ни зла. Заманят. Утопят. А то и защекочут до смерти! Человеческая душа для них… Что комар! Хлоп – и нету. Наша с тобой жизнь – мгновение. Потому уважать неведомое – это, Матвейка, наша с тобой забота. Какой бы мир ни был – у него свои законы. И ты их уважай. Понял?

Но Матвейка уже сладко спал. Снились мальчику тёмные ладошки. То высунутся из реки – то исчезнут…