Царь-девица и Змиулан
Радислав скрипнул зубами.
– Ты слишком умна для навки. – Иллюзорный клинок исчез, рука приняла обычный вид.
Шэна вспомнила слова шамана Муна, что противника – даже проигравшего – нужно уважать, и поклонилась.
– Надо отдать тебе честь, это было действительно сложное испытание – я ведь ненавижу сидеть сложа руки.
– Хорошо, что ты это признаёшь. Твой главный страх – беспомощность. А ещё ты любишь своего брата больше жизни. Я запомнил твои слабые места. Это на случай, если ты вдруг решишь замышлять против нас дурное. – Радислав напоследок хищно оскалился – и пропал. По созданной им реальности пошла рябь и круги – словно в воду бросили камень.
Звуки и цвета постепенно возвращались. Сперва Шэна услышала гул толпы. Потом вместо травы под ногами увидела доски помоста. Перед ней возвышался треклятый столб, на который всё ещё нужно было как-то залезть.
Недолго думая, девушка поплевала на ладони и начала карабкаться вверх. Другие противники – Здоровяк, Убивец и даже Злонрав – стояли зачарованные. А где же пятый? Шэна получила ответ на свой вопрос, когда в её макушку упёрлась чужая босая пятка. Юнец уже вскарабкался по столбу выше неё и почти достиг царского стяга. Нужно было опередить его во что бы то ни стало. И Шэна мысленно взмолилась… нет, не степным богам, а волку Чотгору. Может, потому, что его она только что видела? А может, потому, что разочаровалась в богах. Ведь им не было дела до её бед.
Соперник казался проворным, но Шэна тоже на ловкость не жаловалась. К тому же она была сильнее. Некоторое время они отталкивали друг друга, пытаясь забраться повыше. Каждый их тычок толпа встречала восторженными возгласами.
– Я не отступлю, – прошипела Шэна. – От этого зависит жизнь моего брата.
– Я тоже не отступлю, – пропыхтел противник.
Похоже, у него тоже была веская причина. И тогда Шэна предложила:
– А давай вместе?
Парнишка озадаченно замер.
– Ты серьёзно?
– Почему нет? Мы почти на вершине. Оба развеяли чары. Значит – достойны.
Он колебался всего мгновение, а потом выдохнул:
– Ну, давай.
Больше не мешая друг другу, они вскарабкались на самый верх и одновременно схватились за древко, а потом скатились вниз.
– Состязание окончено, и у нас два… – голос Громобоя был громким, но всё равно потонул в криках толпы.
Тогда вмешался Радислав. Когда он поднял руку, люди на площади мгновенно притихли, явно опасаясь гнева царского брата.
Он поджал губы, недовольно глядя на богатыря.
– Разве у состязания может быть два победителя?
– А почему нет?
– Так не пойдёт. Придумай новое испытание.
– Уж это как государь решит, – Громобой почтительно поклонился Радогосту.
Царь встал, вперив внимательный взгляд в Шэну. Радислав попытался было шепнуть что-то брату на ухо, но тот отмахнулся.
– Сим объявляю, что победу одержали двое отважных. Когда двое подхватили и несут твоё знамя, ни к чему выбирать одного. Оба показали свою силу. И оба достойны награды. Скажите, чего вы хотите?
Сердце Шэны забилось часто, как у птички, и она, недолго думая, выпалила:
– Мой младший брат Шоно оказался в твоей темнице по ошибке. Освободи его, о дивий царь.
– А ты клянёшься служить мне верой и правдой? – прищурился Радогост.
Девушка сглотнула. Внутренний голос вопил, что не стоит давать опрометчивых клятв, да ещё и прилюдно. Но это нужно было сделать. Ради Шоно.
– Клянусь! – громко и отчётливо сказала она, вызвав новый приступ ликования у толпы.
Радислав скривился, как будто уксус выпил, но промолчал. А Радогост улыбнулся.
– Тогда дарую твоему брату свободу. И приглашаю вас обоих во дворец на завтрашний пир.
Царь повернулся ко второму победителю.
– Теперь ты. Ответь, кто таков, чего желаешь?
Юноша с очень серьёзным видом сделал шаг вперёд.
– Моё имя Весьмир, государь. И я клянусь служить царскому роду верой и правдой. Что же до моей просьбы… я бы предпочёл высказать её наедине.
Шэна от такой наглости чуть не задохнулась. А что, так можно было? Чтобы не болтать при всех и не злить Радислава лишний раз?
Она была уверена, что Радогост откажет, но тот кивнул.
– Да будет так. Тебя, Весьмир, я тоже жду на пир. А после – выслушаю.
Когда царь, его брат и вся их свита покинули площадь, бывшие соперники (все, кроме Злонрава и его дружков, конечно) бросились поздравлять победителей. Их обнимали, целовали в обе щёки, хлопали по плечам и спине. И вроде бы всё складывалось отлично: Шоно получил свободу, а Шэна стала частью царской дружины, заметно приблизившись к осуществлению вожделенной мести, но радость девушки была неполной. И даже не потому, что лавры пришлось разделить на двоих. Её очень тревожили слова Радислава: «Я запомнил твои слабые места». Похоже, проклятый колдун всё-таки добился своего, поселив в её сердце росток страха…
Глава восьмая. Лунь прилетел – добра не жди
Почему-то пиры да праздники всегда пролетают незаметно, даже если длятся целую луну. Так вышло и в этот раз. Шэна ещё не успела нарадоваться, а чествования победителей состязания подошли к концу.
Но в эти дни она была действительно счастлива. В первую очередь потому, что царь Радогост приказал своим лекарям осмотреть раны Шоно – и те, что были получены в темнице, и сломанную ранее руку. И, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Молодой лекарь Светозар объяснил Шэне, что, когда тюремщики избили её брата, неправильно сросшиеся кости встали на место. А чудодейственные снадобья из личного царского хранилища помогли ускорить выздоровление, так что в конце череды празднований Шоно смог сыграть на чанзе перед гостями – и сорвал овации.
Наверное, шаман Мун был бы в ярости от такого бездумного исполнения песен – не для ритуала, а для развлечения дивьих. Но шамана рядом не было. Он прислал Шэне записку, в которой значилась всего одна руна: пожелание удачи, но вместе с тем и прощание. Благословив изгнанников, старик, скорее всего, вернулся к Медведям. Что ж, это было ожидаемо. Он и так пробыл вне племени слишком долго. И получалось, что Шоно мог больше не искать его одобрения, поэтому Шэна не стала упрекать брата.
Впрочем, непростой разговор у них всё-таки состоялся.
Вечером, после всех тренировок и обильного ужина в казармах, девушка поймала Шоно на дворцовой галерее и прижала к стенке.
– А ну стой! Говорят, ты не только на пиру играл, но и для царского брата Радислава и его свиты? – она посветила ему в лицо свечным фонарём.
Шоно пожал плечами.
– Ну играл. А что такого? Он хорошо платит. Я смог купить себе шапку с пером и серебряную брошь. И для тебя тоже есть подарок, смотри.
Он протянул ей серебряную серьгу в форме головы волка. В глазах зверя сияли два маленьких изумруда. Оскаленной пастью он будто бы кусал своего носителя за ухо. В общем, красивая вещица. Но Шэна не спешила её брать.
– Ты хоть понимаешь, чьи это деньги? Разве не помнишь: тебя по приказу этого самого Радислава схватили и в темнице пытали. Обвиняли чотгор знает в чём.
– Помню, – Шоно тряхнул головой, как упрямый жеребёнок. – А вот ты, видимо, не знаешь, что он передо мной извинился. Лично.
– Кто? Радислав? – опешила Шэна.
– Да. Сказал, что слуги оказались слишком ретивыми, а он ничего не знал. И сожалеет. Теперь он мой должник.
– Это ты так решил?
– Нет, это тоже его слова. Радислав неплохой мужик, и он действительно хочет искупить вину. Да и пиры у него повеселее, чем у царя, хоть и народу на них поменьше, – брат снова протянул ей серьгу. – Держи. Я честно её заработал.
Поколебавшись, Шэна взяла подарок и сразу же надела. Ох и тяжёленькая – понадобится время, чтобы ухо привыкло. И всё-таки на душе у девушки было неспокойно. Тревоги добавляла и огромная круглая луна в небе: хотя Шэна и не была оборотнем, но в полнолуние ей всегда становилось немного не по себе. Может, родство с волками сказывалось.
– Будь поосторожнее с царским братом. Он знатный колдун. Ещё задурит тебе голову.
– Я, между прочим, и сам шаман, – надул губы Шоно. – Ещё неизвестно, кто у кого поучиться сможет. Радиславу очень интересны навьи чары.
– Только не вздумай разбалтывать ему наши секреты! – вспылила Шэна.
– Не маленький, разберусь!
Некоторое время они сверлили друг друга взглядами, никто не хотел уступать. Для Шэны такое было в новинку – она привыкла верховодить, а Шоно, как младший, должен был подчиняться. Но, может, стоило придержать коней – ведь братик уже вырос.
Она уже готова была сказать: «Ладно, поступай как знаешь», как вдруг Шоно добавил:
– Это тебе стоит быть осторожнее с царём. Слишком уж странно он на тебя посматривает.
И ярость Шэны разгорелась с новой силой.
– Вот только Радогоста оговаривать не надо! Он хороший. Не такой, как твой Радислав.
– Ты так рьяно его защищаешь. А я ведь почти ничего не сказал. Признайся, сестрица, между вами что-то есть?
– Что-о? Нет, конечно. Как ты мог такое подумать?
Чем больше Шэна распалялась, тем спокойнее становился Шоно.
– Я помню твоё детское желание стать царицей.
– Но не таким же способом! Я в состязании победила. Настоящей воительницей-поленицей стала. У меня две дюжины человек в подчинении. Мы – личная дружина царя. Неужели ты правда думаешь, что всё это было ради того, чтобы захомутать Радогоста?
Шоно покраснел и опустил глаза.
– Туман тоже заметил, как вы воркуете.
– Ах Туман! – Теперь Шэне стало всё ясно: на этот раз бывший пересёк грань, за которую заходить не стоило. – Передай, что я ему это припомню. Ещё слухи будет про меня распускать, пф!
– Я неправильно выразился, – замахал руками Шоно. – Он просто предупредил меня, о чём судачат во дворце. Чтобы я передал тебе. Многим не даёт покоя, что вас с царём часто видят вместе. Ты можешь нажить себе врагов.
– Разумеется, нас видят вместе. Вообще-то, охранять царя – это моя прямая обязанность.
– Тогда почему ты злишься?
Шэна знала почему. Но никогда не признала бы этого вслух. Нет, между ней и царём и правда ничего не было, но слухи появились не на пустом месте. Девушка сама не поняла, как так произошло…
Слово за слово – и вот они с царём на галерее уже обсуждают выездку лошадей. И соколиную охоту. И способы закалки оружия. А время уже за полночь, но расходиться не хочется… А на следующий день они посетили сокровищницу, и Радогост показал ей Меч-Праведник. Волшебный. Способный снести все три головы Змиулана одним ударом. Жаль, некому его взять, потому что меч даётся в руки только тому, кто чист душой и помыслами. А таких людей в мире нет. Все когда-то лгали или совершали что-то дурное. Шэна попыталась взять его и, конечно, обожглась. Радогост, чтобы ей не было так обидно, тоже схватился за рукоять. И тоже обжёгся. А потом в царских покоях они бинтовали друг другу волдыри и смеялись…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов