
— Каждый год гибнет много начинающих магов именно по причине отсутствия контроля над заклинанием. Вот сегодня ты смогла точно рассчитать силу и выпустить её нужное количество, а могла бы влить больше силы, и получился бы не костёр, а пожар. Ладно, тут гореть нечему, а если в городе? Или в лесу? Воот, то-то же.
Блин, чувствую себя провинившейся школьницей. Настроение упало в минус, с таким настроем шашлык жарить грех.
— Совсем девочку запугал, — богиня присела рядом и обняла меня за плечи. — Маша, не расстраивайся, у тебя всё получится. То, что ты смогла точно рассчитать силу, да ещё сама, да ещё так быстро, это очень и очень хорошо. Хочешь, попробуем ещё раз?
Я покачала головой. Праздник был испорчен, причём, если разобраться, то испортила его я себе сама. Тоже мне, «великая магичка» выискалась. Сказали же: «учи мат.часть», нет, решила повыпендриваться, и перед кем? Перед богами, которые… Ааа, ладно, что теперь голову пеплом-то посыпать.
— Маша, а как это есть? — бог крутил в руках миску с мясом и подозрительно принюхивался.
Хватит себя жалеть. Знала же, что ничего просто так не даётся. Хотела стать великой магичкой — значит, сцепила зубки покрепче на граните науки и вгрызлась посильней.
Я насадила мясо на прутики и разложила их над углями. Ароматный дымок поплыл над нашим островом.
— Какой дивный аромат. Мне кажется, нам к нему подойдёт твоё вино, дорогой, то самое, которое тебе эльфы поставляют, тем более нам есть, что отпраздновать, — богиня взмахнула рукой, и на столе появились соусники, тарелочки, тёплые хлебные лепёшки. Бог-отец тяжело вздохнул и присоединил хрустальный кувшин с рубиновой жидкостью внутри. Один только кувшин был произведением искусства, надеюсь, внутри него не менее достойное вино.
Я заказала к столу ещё овощей и зелени, сняла уже готовый шашлык с углей. Подкинув дров в костёр, решила проверить себя. Не, ну а что? Боги-то тут. Мысленно произнеся заклинание, я щелчком пальцев кинула в кострище искру огня. Языки пламени взмыли вверх и опали нормальным костром, будто на угли бензин плеснули. Я взглянула на богов, те мирно разговаривали и в мою сторону даже не смотрели. Немного приободрившись, я принесла прутики с мясом к столу, настроение само по себе начало подниматься.
— Угощайтесь, таким образом в моём мире зажаривают мясо на костре, называется шашлык, — я протянула богу импровизированный шампур, второй подала богине. Сама же, сняв кусочек мяса, окунула его в соус. Мням-мням, вкуснятина.
— Ммм, вкусно, божественно вкусно. Какое сочное мясо, просто тает во рту, ооо, — бог-отец нахваливал мой шашлык, закатывая глаза от наслаждения.
— Ммм, мне тоже нравится, Мария, расскажешь, как готовила? — богиня протянулась за вторым прутиком с мясом, я кивнула, соглашаясь поделиться рецептом. Бог разлил по фужерам вино, разговор плавно потёк вокруг кулинарии. Я рассказывала о рецептах нашего мира, знания у меня были чисто теоретические, кулинар из меня аховый, я только на костре и могу что-либо съедобное приготовить. Богиня слушала и восхищалась, у них всё готовилось с помощью магии. Да, это были шедевры божественной кулинарии. Когда она услышала, что многие наши повара даже машинам не доверяют, а предпочитают вручную взбивать те же яйца для безе, то была просто шокирована.
— Дорогой, я понимаю, что это против правил, но ты же верховный правитель. Может, как-то можно склонить совет к тому, чтобы миры за запреткой пора проинспектировать? Нуу, мы же совсем не знаем, что там происходит, а вдруг там что-то опять затевается. Если люди без магии смогли так продвинуться и в плане прогресса, и в плане кулинарии… ну, в общем, я хочу посмотреть мир Марии. Подумай, как это можно сделать.
Бог, закатив глаза, покачал головой. Мне даже жаль его стало, супруга у него взбалмошная дамочка.
— Ничего обещать не могу, но попробую, мне самому интересно.
Ох, и этот туда же. Разговор плавно перетёк на мой мир, и мне пришлось рассказывать, чем и как живут люди, о бесконечной гонке, борьбе, о том, что жизнь на Земле слишком скоротечна, но мы её не замечаем, ибо всегда куда-то торопимся, но при этом не унываем.
Мне хотелось расспросить богов о наших мифах и легендах, о богах и полубогах. Может, они и Зевса с Велесом знали, или Прометею втихаря факел с огнём передали, а с Посейдоном на рыбалку ходили. Ну, а вдруг?
Вино было лёгким и вкусным, слегка кружилась голова, а в теле появилась лёгкость. Солнце уже село за горизонт, миллиарды звёзд мерцали над головой. Мой костёр тепло потрескивал и пускал снопы искр, шелест волн и шум листьев настаивали на романтический лад. Богиня, видимо от избытка чувств, затянула лиричную песню. Голос у неё, как и полагается, был божественным и прекрасным, но песенка была нудной. Про бедную принцессу, которую жестокий отец заточил в башне, а её возлюбленный скакал восемь куплетов, чтобы её спасти. А когда прискакал, она ему не поверила и выбросилась из окна. В общем, галиматья полная. Я стала зевать — не пора бы мне спать идти? Боги завели разговор о вечной проблеме отцов и детей, о почтении и почитании старших. Я уже откровенно зевала, решив не мешать, отправилась на боковую. Кровать так и манила своим теплом и мягкостью. Сполоснувшись под душем, я плюхнулась и в мгновение заснула, не забыв пробормотать перед тем, как отбыть в царство Морфея, вопрос про жениха на новом месте.
Утром я не помнила свой сон совсем. Ничего. Что снился мужчина — это точно. Его лица я не видела, но целовался он очень хорошо. Сладко потянувшись в постели, я рывком соскочила и прям с порога дома прыгнула в тёплую воду океана. Кайф! Мечты сбываются. Вдоволь наплававшись, вышла на берег. На противоположном краю острова виднелись бунгало богов — значит, скоро явятся.
— Мария, проснулась? Как спалось? — неунывающий голос богини прозвучал у меня за спиной. Летает, что ли?
— Отлично, как убитая.
— О да, место чудесное. Давай начнём медитацию. Ты не против сначала немного размяться? Потом медитация, а потом завтрак. После завтрака позанимаемся с книгой.
Я не возражала, и мы начали разминку. Охо-хоо, погоняла меня богиня здорово. Фитнесом я занималась и в своём мире, физическая подготовка у меня была в норме, но почему-то у меня было стойкое впечатление, что мои руки и ноги стали тяжелей, словно на мне висели утяжелители. Богиня же скакала, как в невесомости.
— Молодец, потенциал хороший, завтра нагрузку увеличу. Я сегодня просто решила посмотреть, насколько всё запущено, — богиня уселась в позу лотоса и выжидающе посмотрела на меня.
Вот она, стерва!!! Я плюхнулась на песок и посмотрела на богиню. Неужели сложно было меня предупредить? Я бы и сама на утяжелители согласилась.
Богиня принялась объяснять мне о медитации. Я, наскакавшись на разминке, с удовольствием закрыла глаза и «отключила звук» — этому я ещё в школе научилась. Если понимала, что сейчас меня начнут грузить ненужной информацией, то просто переставала слышать. Главное — участливо кивать, а тут и этого не понадобилось. Сосредоточившись на дыхании, я сама не заметила, как погрузилась в себя и опять увидела отблеск света внутри себя, нырнула за ним. Ни мыслей, ни воспоминаний, ничего — всё ушло на задний план. Была только я и моё тело. Я словно увидела его со стороны: вокруг моего силуэта светилась тоненькая нить золотого цвета. Интересно, что это и почему она такая тоненькая? Можно её как-то утолстить? Или как правильно? Расширить?
— Не трогай канал силы!!!
Раздалось у меня в голове. Я мигом пришла в себя и открыла глаза. Сижу напротив перепуганной богини, она смотрит на меня глазами, полными ужаса и испуга. Что я такого сделала-то?
— Машка, ты сумасшедшая! Как ты умудрилась выйти за пределы тела и разума? Ты же говорила, что медитациями не занималась. Выход за пределы тела — это высший дзен!
Даа??? Хм, ну не знаю. Я пожала плечами, давая понять, что на этот вопрос я ответить не смогу по причине того, что ответа я не знаю сама.
Поднялись с песка и отправились в сторону их части острова. Возбуждённая богиня фонтанировала эмоциями: «Ну надо же, нет, ну и Маша, это надо же, нет, ну как так она». Под такой аккомпанемент мы дошли до столика с уже накрытым завтраком, бог-отец ожидал нас.
— Дорогой, ты представляешь, нет, ты представляешь, она вышла за пределы тела и разума, и чуть нить силы не порвала.
Я села к столу и, кивнув богу, принялась за завтрак, пока богиня рассказывала о моём «выходе за пределы разума». Оказывается, я и правда совершила нечто из ряда вон выходящее — не может обычный человек, не имеющий опыта в медитациях, выйти из тела, сохраняя при этом разум.
— Я вообще сейчас ничего не понимаю. Вот я сейчас тут, в петле времени, правильно? В моей постели на Азоре сейчас кто? Тут есть и восход, и закат, а как там со временем? Оно замерло? Тут сейчас только мой разум или и тело тоже? Или тут только разум, а тело лежит на кровати? Вот если сейчас в мою комнату кто-то войдёт, что он увидит?
Бог тяжело вздохнул и принялся объяснять мне про петлю времени, про то, что время для меня идёт только тут, там не прошло и мгновения, и прочее непонятное для моего женского мозга.
Я тяжело вздохнула и кивнула на вопрос, поняла ли я, иначе не отстал бы. Я не могла объяснить, как мне удалось выйти из тела, но показать смогла — даже пару кругов по острову сделала, паря бесплотным духом.
— Это просто замечательно. Дополнительные бонусы нам не повредят, только помни — НИКОМУ, — бог строго посмотрел на меня, и я поняла, что это его «НИКОМУ» обозначает, что совсем никому. Обидно, а как же похвалиться перед друзьями?
Пять дней мы с богиней занимались медитацией, разбирали заклинания из книги. Бог появлялся только к вечеру. Ужинали мы всегда вместе, потом я уходила на свою половину острова и вырубалась. Заклинания давались мне всё проще и лучше: огонь я вообще на автомате зажигала, воду и вихрь вызывала тоже без проблем. Богиня научила меня заклинанию подчинения духов. В общем, книгу мы с ней освоили.
За это время мы с богиней сдружились, обсудили мужчин, женщин. В общем, боги вы или не боги — проблемы у всех одинаковые. Рутина: он постоянно занят на работе, приходит, ужинает и к монитору. Они с друзьями какую-то параллельную вселенную создали в подпространстве, населили миры в ней монстрами и воюют друг против друга. Ни поговорить с женой, ни в ресторан сходить. Зовёшь в гости, так целая трагедия: «устал, занят, иди одна», только манусы (это их деньги) сует и всё. Ни подарков: «сама купи, что хочешь», ни романтики: «у тебя целый сад цветов, надо — могу нарвать». И вот эта вся война богов из-за них — не могут своё хозяйство в штанах держать. И только благодаря демиургам боги теперь могут детей иметь от богинь, так они и тут умудряются спутаться со всякими, и вообще, «эти молоденькие богиньки возомнили о себе невесть что».
Мы с богиней пили мартини, закусывали оливками. Я быстро вернулась на Азор, достала свой «огрызок» из рюкзака, аккумулятор на солнечной батарее. У меня хранилось огромное количество музыки моего мира — на любое настроение. Вот её-то я и включила. Богиня магически усилила звук, и мы устроили «пати для девочек». Подпевали Лепсу, рыдали под Михайлова, отрывались под Шакиру. В общем, веселились, как хотели.
— Мария, это самый прекрасный вечер. Ты просто не представляешь, как скучно проходят вечера у богов. Ни одного лишнего движения, ни одного лишнего взмаха ресницами или кивка головой. Всё строго протоколу, всё строго по расписанию — скука смертная. Я за эти дни общения с тобой так замечательно отдохнула, что в эту серость и скуку даже возвращаться не хочу.
Когда под конец этого вечера откровений бог-отец явился, то нашёл двух абсолютно невменяемых женщин и много пустых бутылок из-под мартини. Пусть скажет спасибо, что мы не смогли стриптизёров вызвать, хотя пытались.
— Каникулы закончились, завтра с утра отправляемся по домам, — бог подхватил жену, взвалил её тельце на плечо и направился к бунгало.
Вот гад, такой отпуск испоганил.
Утро наступило на голову тяжелейшим похмельем. С трудом выползая из-под одеяла, я прям с порога дома рухнула в прохладную после ночи воду океана. Ныряние и плавание быстро выгнали остатки вчерашнего веселья, и к берегу я подплыла уже посвежевшей, выспавшейся и бодрой личностью. Богиня уже лежала на шезлонге и отливала зеленцой.
— Маша, что это вчера было? Почему так плохо сегодня?
Я заказала рассол и протянула его богине, упала на соседний шезлонг.
— Это последствие бурного возлияния, называется «похмелье». Выпей, полегчает. Муж сильно орал?
— Не знаю, чем вчера всё закончилось, я не помню. Утром я проснулась, а его уже не было.
— Аа, он вчера нам сказал, что отпуск закончился и сегодня по домам.
— Да? Ну, в принципе, мы с тобой сделали, что я хотела. Большую нагрузку тебе пока рано давать, принцип действия и работы заклинаний ты поняла, медитации у тебя идут на отлично, резерв наполняется равномерно, жилы рвать тебе сейчас не надо. Так что можешь возвращаться на Азор, учись ставить щиты на тело и на разум. Не бросай физическую подготовку, продолжай медитировать, изучай то, что дала Таис. А сюда, сама знаешь, можно в любой момент вернуться — тут ничего не изменится.
Я покивала головой, напоследок поныряла и поплавала. Вещей моих тут не было, одежда появлялась каждое утро по моему заказу, а та, которую носила, исчезала (богиня объяснила это тем, что вся одежда тут — это плод моей фантазии, и она просто меняет форму). Я попрощалась с богиней и переместилась в свою комнату на Азоре. Тут стояла глубокая ночь. Решив, что и мне можно немного вздремнуть, я натянула одеяло на голову и мгновенно отрубилась. Утром на ярмарку вставать.
Глава 21
— Машка, вставай, пора собираться на ярмарку, — в мою комнату влетел Рик и плюхнулся рядом со мной на кровать. В теле собаки он делал то же самое — ничего не меняется. Но я была рада видеть его: для них тут прошла всего одна ночь, а я их уже шесть суток не видела и сильно соскучилась.
— Рики, ты меня будишь, чтобы я тебя вывела на улицу сделать свои собачьи дела? — зевая, спросила я у парня. Тот, ни капли не смущаясь, заржал и, завернув меня в одеяло, понёс в купальню.
— Как ты смеешь напоминать мне о столь трагичной части моей жизни? За это я тебе отомщу, — сказало это чудовище и вытряхнуло моё тельце прямо в бассейн.
— Ааааа, ты чудовище! Она же холодная! — вода в бассейне и правда была градусов пятнадцать.
— Конечно, холодная, я ж её охладил специально, чтобы ты побыстрее проснулась и приободрилась. Надо собираться, ярмарка скоро откроется, а нам ещё нужно успеть позавтракать. Да и в бывшем доме Масиалиса, в столице, порядки свои вам нужно установить. Так что вылезай и иди одеваться.
Наивный парень повёлся на мою протянутую руку и просьбу помочь бедной замёрзшей девушке вылезти из бассейна. Мой коварный план удался на все сто: как только он покрепче ухватился и начал меня тянуть, я резко дёрнула рукой, и… тадаам! Рик с криком полетел в бассейн. Я не стала ждать расправы, выскочила из воды и скрылась в комнате.
— Я убью тебя, Машка, убьюю, я же уже был собран на ярмарку, — возмущался Рик, — теперь заново переодеваться!
Я пожала плечами и, послав ему воздушный поцелуй, скрылась в гардеробной.
Через пятнадцать минут я, облачившись в джинсы и майку, спускалась в столовую. Всё равно на нас будет магическая иллюзия, поэтому наряд выбрала самый удобный. Все, кроме Ксюши, были в сборе. В воздухе витали дивные ароматы свежей сдобы, ароматного отвара и чего-то знакомого. Рик, уже сухой и переодетый, сидел в кресле и дулся. Итор посмеивался над ним, а Маркус смотрел на меня с плохо скрываемой неприязнью. Ему что, сон плохой приснился?
Я, пожелав всем доброго утра, села на свободный стул возле Насти. Ребёнок размазывал по тарелке кашу, делая вид, что ест.
— Оксана-то где? — спросила я у Лисы.
— Иду уже, тут я, — раздался голос подруги сверху лестницы, — собиралась просто.
Тщательно причесанная и накрашенная подруга вплыла в столовую. На ней было серебристого цвета платье в пол, идеальным кроем подчеркивающее фигуру и очень ей шедшее.
— Ксюх, а ты куда так вырядилась? Мы же на ярмарку всё равно под иллюзией пойдём.
— На ярмарку под иллюзией, а в городской дом-то в своём виде. Мы вообще-то с тобой герцогини. Поэтому тебе придётся переодеться, и я нанесу тебе макияж. И ещё, — Ксюша подозрительно посмотрела на кончики моих волос (они почему-то после отпуска выгорели и стали сухими), — тебе нужен парикмахер. Странно, вчера я ничего такого у тебя не замечала.
— Садитесь уже завтракать, — пригласила всех к столу Лиса, — Настя, кушай кашку, она вкусная и полезная.
Мы принялись с аппетитом поглощать воздушные оладушки, запивая отваром. Парни уплетали за обе щеки и нахваливали Лису. Я обдумывала Ксюшины слова. В чем-то она, конечно, права: первое впечатление надо произвести, второго шанса не будет. Но, с другой стороны, мы ведь всё-таки хотим в том доме жить сами, значит, слуг мы распустим и можно не расшаркиваться. Но опять же, сплетни пойдут. Ладно, пойду переодеваться, я всё равно уже наелась. Поблагодарив Лису за завтрак, я пошла в свою комнату.
Я крутилась перед зеркалом, пытаясь застегнуть огромное количество крючков на спине платья цвета осенней листвы, когда в комнату вошла Ксюха.
— Ну, рассказывай, подруга, — Ксюша принялась застёгивать моё платье, глядя на меня в отражении зеркала.
Этот взгляд означал, что отпираться бесполезно. Я тяжело вздохнула и рассказала ей всё: и про книгу, и про богов, и про то, где, как и с кем я провела шесть суток, что богиня начала меня учить магии хаоса. Умолчала я лишь о том, что могу выходить за пределы своего тела. Пока я рассказывала, подруга успела застегнуть моё платье, нанести мне макияж и сделать причёску. За весь мой монолог она не произнесла ни слова.
— Даа, подруга, — нанося последние штрихи в мой образ, посочувствовала мне Оксана, — попасть под надзор богов, да ещё и стать их пешкой в игре... Не завидую я нам.
— Конём, Ксюх, конём. И почему нам? Я вроде одна попала между молотом и наковальней.
— Ты думаешь, я тебя брошу? Или Рик? Или Итор с Маркусом? Нет, Маша, мы в одной связке и пойдём этот путь до конца, все вместе.
— Спасибо, родная, — я обняла подругу, и слёзы сами потекли из глаз.
— Ну, не плакай, макияж потечёт, — Ксюха чмокнула меня в лоб и промокнула слёзы салфеткой, — пойдём, нас ждут.
Мы спустились вниз. Парни играли с Тапи и Настей, звонкий смех которой был слышен по всей гостиной.
— Мы готовы, — окликнула я Рика, кидавшего Тапи мячик.
— Отлично, сейчас дождёмся лорда Славуса и пойдём, — не переставая играть с песиком, ответил Рик.
— А где папа? — недоумевающе спросила Ксю.
— Я уже тут, — в гостиную вошёл Славус, держа в руках амбарную книгу. — Я иду с вами, мне нужно проверить счёта в доме, рассчитать людей, которые захотят покинуть работу, ну и проследить за заключением новых контрактов.
— Пап, а ты разве не хочешь оставить работу управляющего? Мы наймём другого управляющего, теперь тебе нет нужды зарабатывать деньги.
— Дочь, я не дряхлый старик, мне нравится моя работа, мне нравится то, что я делаю. Или ты предлагаешь мне сесть в кресло-качалку, закутать ноги пледом и наблюдать за огнём в камине?
В голосе Славуса звучали стальные нотки, было ясно, что он от своего не отступится.
— Что ты, что ты, я не это имела в виду! Просто помню, что ты мечтал выйти на пенсию, переехать в деревню и заниматься разведением роз. Вот я и подумала…
— Подумала она. Дочка, тут нет пенсии и, соответственно, нет пенсионеров. Поэтому я поменял мечту. Розы я могу и тут разводить. Всё, хватит лирики, пойдёмте.
Мы нестройной толпой последовали за Ксюшиным отцом в кабинет. Раньше им пользовалась герцогиня. Стены кабинета были покрыты гобеленами в пёстрый цветочек, вдоль окна стояла кушетка, стол посередине комнаты и двустворчатая дверь, за которой и скрывался стационарный портал. Славус произнёс слово-активатор, и за дверью возникла чёрная воронка портала.
Из портала мы вышли в нише кабинета. За столом сидела тощая женщина с халой на голове, с перекошенным от злобы лицом. Она кричала на девушку, стоявшую перед ней опустив голову.
— Я выгоню тебя на улицу, дрянь! Как ты посмела МНЕ возражать? Ты здесь никто! Я и только я здесь решаю, кто и что будет делать.
— Госпожа Жабикус, Селена носит малыша под сердцем, ей нельзя носить тяжести, я просто ей помогла, — пыталась оправдаться девушка, прижимая руки к груди и смотря на истеричную дамочку глазами, полными слёз.
— Тыыы, тыыы, — заорала, переходя в ультразвук, истеричка, — ты опять МНЕ возражаешь???
Дамочка схватила со стола чернильницу и запустила её в девушку.
Я посчитала, что мы достаточно услышали. Заклинанием ветра немного изменила траекторию полёта чернильницы и вышла из тени арки.
— А кто вы собственно такая и почему вы наносите вред МОЕМУ имуществу? — я окинула истеричку взглядом, полным презрения, и твёрдой походкой направилась к столу. Следом за мной шла Ксюша под руку со Славусом, и замыкали наше шествие парни. Госпожа Жабикус ошарашенно смотрела на наше шествие, но с места не сдвинулась.
— Герцогини, разрешите представить вам управляющую домом госпожу Жабикус, — склонился перед нами в почтительном поклоне Славус.
Я выжидательно посмотрела на управляющую. Та опомнилась, вышла из-за стола, кланяясь и извиняясь. Девушка, которую она ругала, стояла бледнее мела и мелко тряслась от страха.
Кстати, я говорила, что Ксюха совсем не управленец? Нет? Так вот, Ксюха совсем не управленец. Она может отчекрыжить скальпелем человеку больной орган, не моргнув глазом, а вот уволить человека она не может. Она будет давать работнику тысячу шансов на исправление, делать его работу, но уволить его не сможет — ей всех жалко. Всех, кроме себя.
— Госпожа Жабикус, я на правах новой владелицы графства прошу вас сдать все документы, счёта, расписки для проверки управляющим, лордом Славусом. Также я прошу вас собрать к нашему возвращению весь персонал в гостевом зале для знакомства, — кивком головы я дала понять, что её я более не задерживаю. Жабикус подхватила юбки и скрылась за дверью.
— Рассказывай, кто ты, как зовут, кем тут работаешь? — обратилась я к девушке.
Та затряслась от страха: «Я Малика, горничная», — едва слышно произнесла девушка.
— Малика, не бойся, мы не причиним тебе вреда. Расскажи, почему на тебя кричала управляющая? — самым ласковым голосом, на который была способна, попросила я девушку.
Малика ещё больше затряслась и побледнела от страха. Нет, ну ничего себе, запугали девку.
— Я помогла прачке, Селена носит под сердцем малыша, а госпожа управляющая заставила её самой снимать тяжеленные портьеры, хотя раньше это делали слуги-мужчины.
— Понятно, разберёмся с этим. Малика, расскажи нам, пожалуйста, об управляющей. Какая она? Справляется ли она со своей работой? Есть ли у неё авторитет в коллективе? У вас с ней договор или с герцогом? Сколько вам платят? — я решила выяснить об управляющей всё. Что мы её уволим, в этом я даже не сомневалась, просто хотелось бы знать, что она за человек.
Малика судорожно сглотнула, но видя, что на неё не собираются кричать и ругаться, а Славус даже придвинул ей стул, решилась на разговор.
— Госпожа Жабикус очень… строгая. С работой своей справляется, её все боятся. Я получаю два серебряка в неделю, договор у меня с ней, на работу нанимала меня она.
— Понятно, спасибо, можешь идти, — отпустила я девушку.
Та пулей вылетела из кабинета.
— Ну и что вы об этом думаете? — спросила я у присутствующих.
— На рудники с конфискацией, — ответил мне Славус, листая свою книгу.
— Кого? Малику? — опешив, спросила я.
— Нет, конечно, управляющую. В её отчётах указано, что горничные получают два золотых в неделю. Это серьёзное нарушение закона.
— Ладно, оставайтесь тут разбираться со счетами, мы пошли на ярмарку, Таис уже должна подойти, — я поднялась из-за стола, и мы поспешили на выход. В эту же секунду внизу раздался колокольный звон.
Мы спустились по лестнице. Хм, а ничего такой интерьерчик — вычурно, богато, самое то для дома, предназначенного для приёма VIP-гостей. Для жизни, конечно, полная безвкусица, но если вспомнить местную элиту на балу… то самый раз. Дорого, блестяще, полный китч.
На первом этаже, в дверях, два стражника громко ржали, отпуская сальные шуточки в адрес стоящей на крыльце худенькой девушки.
— Иди ко мне, цыпочка, я тебе покажу, что значит настоящий мужик. Зачем тебе герцог? Ты из какого болота вылезла? Его уже казнили пару суток как. Хочешь на работу устроиться? Пойдём, я тебя пристрою, — двигаясь на испуганную девушку, басил один из стражников.
— Ага, под нас, — заржал второй.