Княжна для Альфы
Я молча издаю слабый стон. Ненавижу и его, и Эрику за то, что я сейчас на волоске от смерти.
Брена ненавижу за то, что моя жизнь в его руках. Из-за его прихоти я попала сюда и случайно ударила Эрику.
У меня чешутся руки расквасить ненавистную физиономию оборотня. А он искушает меня, наклоняясь совсем близко.
Сначала нужно выжить, а уже потом демонстрировать своё истинное отношение к оборотню.
Не время для ненависти. Время выживать. Не думала я, что будет так сложно. К счастью, у Брена нет гарема, а не то пришлось бы ещё сложнее.
– Брен, – стону я как можно правдоподобнее. – Брен.
– Я здесь, – шепчет он мне возле самых губ.
Я распахиваю глаза и встречаюсь с его встревоженным взглядом. Его лицо так близко, что дыхание касается моих губ.
Брен, не обращая внимание на кипящую негодованием Эрику, припадает к моим губам с исступлением приговорённого к смерти.
– Ты жива, – шепчет он, лаская лицо, волосы.
Я в растерянности от такого неожиданного проявления чувств.
Эрика топает ножкой, прожигая гневным взглядом во мне дыру, но разворачивается и выбегает из комнаты, хлопая дверью.
– Мне понравилось твоё представление, Верея, – поднимаясь с колен, обличает меня в притворстве Брен. – Я даже вошёл в роль спасителя невинной девицы.
Я молчу. Что я могу сказать? Что испугалась и воспользовалась ситуацией? Вот только поверит ли он?
В моей душе зияет огромная пустая дыра. Я перегорела. Не осталось больше эмоций и страха.
– Молчишь? – отчего-то злится Брен. – Ты понимаешь, что, если Эрика потребует твоей смерти, никто не сможет помешать.
Смертная казнь уже не так страшит меня, как вначале. Равнодушие к собственной судьбе после заявления оборотня делает меня неуязвимой для его нападок.
Что мне его насмешки и угрозы, если я на волосок от смерти.
– Даже ты? – робко спрашиваю я.
– Даже я, – подтверждает он мои подозрения. – Я многое могу, но я не всемогущ. Эрику поддержат многие. Будь ты свободной или хотя бы…
Он замолкает и смотрит на меня. Я должна сама догадаться, что означает его «или хотя бы»? Он даёт мне надежду или мне кажется?
– Что значит твоё «или хотя бы»?
Встречаюсь с его лукавым взглядом.
– Ничего не говори. Я не хочу это знать. Судя по твоему взгляду, ничего хорошего, – отмахиваюсь я от его желания продолжить говорить. – Знаешь, я устала бояться. Устала ходить по лезвию ножа. Лучше смерть. Только обещай, что это будет быстро.
Я бью в самую уязвимую точку Брена. Моё нежелание быть рядом с ним – почему-то это его бесит каждый раз, когда я предлагаю раз и навсегда избавиться от меня.
Появись хотя бы крохотная надежда на спасение, и я бы забыла о своём желании свести счёты с жизнью. Сама я никогда не покончу с собой. Для этого я слишком люблю жизнь. А воспользоваться подвернувшейся возможностью, если есть возможность спастись, равносильна самоубийству.
Буду цепляться за жизнь, пока судьба дарит шансы на спасение.
– Я могу помочь избежать казни, – приглушённо говорит Брен.
Вопросительно смотрю на него. Говори, чего уж, чем мне нужно заплатить за спасение? В бескорыстность его намерений я не верю.
Может, он вообще всё это спланировал, чтобы не оставить мне выбора?
– Ты приходишь ко мне сегодня ночью. Официально становишься моей наложницей, и никто не вправе будет тебя тронуть.
– А как же наш договор? – обречённо спрашиваю я. – Ты обещал, что отпустишь меня.
– Если тебе так важно, чтобы я тебя отпустил, – насмешливо произносит Брен, – я отпущу. Как только ты мне надоешь, можешь убираться на все четыре стороны.
Мерзкое животное! Сволочь!
– Вот только куда ты пойдёшь? – продолжает добивать меня Брен. – Кому ты будешь нужна после меня? Ни один уважающий себя мужчина не женится на тебе. Отец не примет обратно. Он не сможет смотреть на тебя каждый день, как на немой укор собственной трусости.
Не знаю, откуда взялась решимость, граничащая с безрассудством. Голову заволокло красной пеленой гнева. Он решил, что припёр меня к стенке и я не найду выхода? Я так просто не сдамся, не будь я Вереей.
– Встретимся сегодня ночью у меня в постели или завтра на суде. Выбор за тобой.
Он впивается в губы требовательным поцелуем, словно подтверждая своё право на меня. Грубо стискивает грудь, проводит рукой от груди до живота. Скользит рукой по бёдрам, больно стискивает ягодицы.
Меня так тянет к Брену, что стоит немалых трудов сдерживаться, чтобы не ответить ему. Даже от его грубых ласк, тяжелеет внизу живота, скручиваясь в сладкий тянущий узел.
Чтобы не застонать, я вспоминаю, что изображено на каждом из семи гербов, развешанных в главном зале.
– Быструю казнь не обещаю, – сурово говорит он. – Пожалеешь, что выбрала смерть, даю слово Альфы.
Выбор без выбора. Я что-нибудь придумаю. Не позволю использовать себя, как последнюю подзаборную девку.
Его присутствие лишает меня возможности здраво мыслить. Я переоцениваю свои возможности. Что могу противопоставить могучему оборотню я, слабая женщина?
Брен выходит из комнаты. А я падаю в изнеможении на диванчик. Встречи с ним стоят мне множества душевных сил. Храбриться можно бесконечно, но выхода нет. Или почти нет?
Глава 14. Брен
Выхожу из комнаты своей рабыни во взвинченном состоянии. Я совсем сошёл с ума от желания обладать ею.
Какого нечистого духа я поставил ей такие условия? И что за навязчивая идея, чтобы рабыня сама ко мне пришла?
Я могу взять её в любой момент, не спрашивая согласия. Но княжна настолько въелась мне в сердце, что я не могу причинить ей боль.
Пробовал забыть её. Не выходит. Могу вырвать её из сердца только вместе с ним.
До чего я дошёл? Могучий завоеватель, сильный альфа у ног обычной девушки, вымаливающий ночь любви у рабыни.
Как же меня бесит эта тяга к ней, с которой ничего не могу поделать. Каждый раз, как вижу её, борюсь с желанием подчинить себе. Заставить смотреть только на меня. Видеть только меня. Желать только меня.
Она хозяйка моего сердца, а я её раб. Хорошо, что никто не знает об этом.
Альфа не должен иметь слабостей. Особенно если эта слабость – женщина.
Мою слабость зовут Верея.
Её запах, её имя отравили мою душу, проникли в каждую клеточку. Меня ломает, как при обороте, если я не вижу её.
Приказал гнать до столицы без остановки, иначе я взял бы её прямо там, в лесу или в обозе. Но я не мог оскорбить её таким отношением. Верея мне бы не простила свой первый раз на мху в лесу.
Мне же до боли хотелось прикоснуться к ней, ощутить нежность её кожи, податливость тела. Я жаждал пить её стоны как изысканное вино.
Но я запретил себе даже близко подходить к ней. Наблюдал издалека так, чтобы она не видела.
Моё наваждение зовут Верея.
Я всюду вижу её, чувствую запах.
Она приходит ко мне во сне, и я просыпаюсь с таким желанием, что не помогает даже купание в холодной воде. От одной мысли о ней вода начинает кипеть, а лёд плавиться.
Меня разрывает от противоречивых чувств. Хочется обнять, расцеловать и разорвать одновременно. Она бесит меня своей мнимой независимостью и желанием стать свободной.
Далась ей эта свобода, как прошлогодний снег. Мне не нужна жизнь, если в ней не будет Вереи. А ей нужна свобода от меня.
Клянусь, не в добрый час я встретил её.
Мой кошмар зовут Верея.
Не могу смириться, что именно она им стала.
Мой зверь требует только её. Он изводит меня с той самой минуты, когда впервые увидел её, почувствовал её запах.
Надо же было во время поездки в Арденское княжество поддаться любопытству и пойти на девичий смех, раздающийся с реки.
А любопытство, как известно, оборотня сгубило.
Поддался искушению подсмотреть, кто там так призывно щебечет. Неслышно прокрался на звуки. И остолбенел.
Я попал в плен такого соблазнительного запаха, что меня скрутило от желания присвоить себе его обладательницу.
Волк скулил и бился от желания немедленно пометить девушку, присвоить и не отпускать.
В голове помутилось, когда я увидел, как она выныривает из воды. Мокрая рубашка облепила тело, а ветерок усилил её запах, и я окончательно пропал. Она пахнет так сладко: малиной, мятой и, как ни странно, парным молоком. Этот запах разбудил во мне воспоминания, которые терзают душу вот уже двадцать лет.
Девушка прекрасна, как сама Праматерь. Мой зверь беснуется, а я неимоверным трудом загоняю его подальше.
Эта русалка должна быть моей, чего бы мне это ни стоило.
Каково же было моё удивление, когда она оказалась дочерью князя. Без зазрения совести я потребовал её в качестве дани.
Даже был готов жениться, если отец откажет. Но этот трус не отказал. Я даже почувствовал некоторое разочарование, что за неё никто не заступился.
И тогда я поклялся, что буду защищать её всегда и ото всех. Вот только кто защитит её от меня?
Я думал, что вытрясу всю душу из этого ничтожества, который посмел посягнуть на мою женщину. Попытался сделать своей.
Наглый щенок! Никто не имеет права дотрагиваться до собственности Альфы Семи Кланов.
Боги уберегли меня от убийства этого жалкого слизняка, её женишка. Зверь жаждал разорвать его, а человек боялся, что Верея тогда от меня отвернётся. Я подарил ей его жизнь. Ради неё изменил собственным принципам: хороший враг – мёртвый враг.
А сейчас сам становлюсь её врагом. Но я не могу ждать полгода. Просто не выдержу рядом с ней. Мне она нужна сейчас. Вся. Целиком. Без остатка. От кончиков прекрасных ушек до маленьких пальчиков на ногах.
Она в любом случае будет моей. Только я хочу присвоить её чуть быстрее.
Верея не понимает, что ей некуда идти. Не к кому возвращаться. Её дом здесь, где я.
К тому моменту, как она решит уйти, а она решит, я уже убедился в её упрямом характере, я награжу её наследником. И никуда тогда ей от меня не деться.
Этот план я придумал давно.
Лежу у себя в комнате на диване и мечтаю о том, как Верея войдёт ко мне. Воображение рисует одну откровенную сцену за другой и мне уже невыносимо ждать.
Сжимаю в руке кубок, и он гнётся под моей рукой. С яростью от нереализованного желания бросаю его в стену, откалывая кусок штукатурки.
Слуги замирают, но, увидев, что я молча смотрю в окно, снова продолжают суетиться.
Готовлюсь к нашей первой ночи. А она будет, я в этом даже не сомневаюсь. Знаю, что Верея выберет жизнь, пусть даже и в качестве наложницы.
Она просто пугает меня своим желанием умереть. В ней слишком много жизни для этого.
С особым удовольствием выбираю украшения и наряды для Вереи на этот вечер и велю слугам отнести их ей.
Мне бы поручить подготовку Эрике. Это её работа. Вот только она потеряла доверие.
Невеста. Разберусь с этим позже.
Ужин готов, и я посылаю слугу за рабыней, которая сегодня станет наложницей. Я наконец-то поставлю на ней свою метку. Мой зверь будет доволен.
– Простите, господин, но рабыни нет в её покоях, – вырывает меня из сладких мечтаний охранник.
– Ну, так найдите её, – недовольно ворчу я. – Куда ей деться из дворца? Спросите служанок, где их госпожа.
Я усмехаюсь. Госпожа-рабыня или рабыня-госпожа. С Вереей всё не так, как со всеми.
– Искали, – испуганно отвечает кадж. – Искали везде. Её нет во дворце.
Он боится произнести страшные слова. Знает, что бывает за плохую весть. Но мне и не нужно его подтверждение. Я и так знаю, что произошло.
– Она сбежала, – произношу я очевидное.
Волна бешенства накрывает меня с головой. Отбрасываю накрытый специально для неё стол.
Кидаюсь к двери и выношу её с петель. Я найду её. Обязательно найду. И тогда она пожалеет, что не пришла ко мне этой ночью.
Глава 15. Поиски Вереи
Брен
Вылетаю в
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Каджи – воины-оборотни.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов